СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4127/2020(2)-АК

Дело № А60-42822/2019

29 февраля 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 февраля 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Даниловой  И.П.,

судей                                 Голубцова  В.Г.,  Устюговой  Т.Н., 

при ведении протокола судебного заседания  секретарем   ФИО1,

при участии:

от  ФИО2: ФИО3, паспорт,  доверенность от 15.06.2023; 

иные  лица,  не явились, извещены;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 27 октября 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5 по обязательствам должника, 

вынесенное в рамках дела № А60-42822/2019 

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «КАМЗЭК» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

 

установил:

22.07.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление 

Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной ИФНС России №19 по Свердловской области (далее – уполномоченный орган, заявитель) о признании  общества с ограниченной ответственностью «Камышловский завод электронных  компонентов» (далее – общество «КАМЗЭК»,  должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного от 06.11.2019 требования уполномоченного  органа о признании общества «КАМЗЭК» несостоятельным (банкротом) признаны  обоснованными. В отношении должника, введена процедура банкротства – наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.07.2020 (резолютивная часть определения объявлена 08.07.2020) общество «КАМЗЭК»  признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство сроком на шесть месяцев – до 08.01.2021, конкурсным  управляющим должника утвержден ФИО4, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация  профессиональных арбитражных управляющих». 

Сведения об открытии процедуры конкурсного производства  опубликованы в газете «Коммерсантъ» 18.07.2020 объявление № 66030355022,  стр. 194/№126(6847), на сайте ЕФРСБ - 14.07.2020.

Срок конкурсного производства неоднократно продлевался.

В Арбитражный суд Свердловской области 07.04.2023 поступило  заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к  субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО2, ФИО5.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.04.2023 назначено  судебное заседание по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной  ответственности.

Судебное заседание неоднократно откладывалось.

Определением  Арбитражного суда Свердловской области от  27.10.2023 (резолютивная часть оглашена  16.10.2023) в удовлетворении заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5 по обязательствам  общества «КАМЗЭК» отказано.

Не согласившись с судебным актом,  с апелляционной жалобой обратился конкурсный управляющий ФИО4 (далее -  ФИО4, конкурсный  управляющий), в которой просит  определение суда от 27.10.2023  отменить, удовлетворить заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих  должника  лиц.

В апелляционной  жалобе конкурсный управляющий указывает, что  в отзыве на заявление  о привлечении к  субсидиарной  ответственности  контролирующее должника  лицо со ссылкой на судебные акты по спорам о недействительности сделок указывает, что перечисление денежных средств производилось при отсутствии какого-либо встречного предоставления со стороны общества  «КАМЗЭК» за произведенные платежи. Денежные средства перечислялись с целью увеличить обороты движения денежных средств по расчетным счетам, чтобы у банков отсутствовали основания для увеличения процентных ставок за пользование кредитами. Таким образом,  ФИО2, будучи директором должника,  приняла необоснованно перечисленные денежные средства, но так и не вернула их обществу  «Завод радиоаппаратуры». В результате бездействия директора сделки по перечислению денежных средств были признаны недействительными и на общество «КАМЗЭК» возложена обязанность вернуть денежные средства в размере 215 986 652,00 руб. В результате бездействия контролирующего лица произошло необоснованное увеличение кредиторской задолженности на 215 986 652,00 руб., имущественным правам иных кредиторов причинен существенный вред.

До судебного  заседания  от ФИО7 и ФИО5 поступили отзывы,  в которых возражают против доводов апелляционной жалобы, считают  судебный акт  законным и обоснованным.

Участвующий в судебном  заседании  представить ФИО7  возражала против доводов  апелляционной  жалобы по мотивам, изложенным  в отзыве. Пояснила, что  банкротство  должника   последовало вслед  за банкротством   материнской компании  общества  «Завод  радиоаппаратуры» (А60-50062/2013); денежные средства, которые  были перечислены  на счет должника  материнской  компанией,  в последующем возвращены.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений статьи 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, общество   «КАМЗЭК» зарегистрировано  в качестве  юридического  лица 20.05.2003, присвоен  ОГРН 

<

***>; основным видом деятельности  является производство электрического и электронного оборудования для автотранспортных средств; с 2019 года  участником должника  является  ФИО8

ФИО2 являлась  директором общества  «КАМЗЭК» с 14.09.2009 по 05.11.2019, ФИО5 являлся директором ООО «КАМЗЭК» с 05.11.2019 по 17.07.2020.

Конкурсный  управляющий  в заявлении  указывает, что  ФИО2 и  ФИО5  подлежат привлечению к субсидиарной ответственности  за совершение сделок, которые привели к увеличению кредиторской задолженности  должника на сумму  215 986 652,00 руб., а также  за неисполнения обязанности обратится в суд с заявлением  о признании  должника несостоятельным  (банкротом).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из недоказанности противоправных действий контролирующих должника лиц, которые привели к невозможности погашения требований кредиторов, банкротству должника или существенно ухудшили его финансовое состояние, судом не установлено признаков умышленного причинения ответчиками имущественного вреда кредиторам.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав представителя ФИО2, участвующего в судебном заседании, проверив правильность применения судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Поскольку действия (бездействие) лиц, в связи с которыми заявлены  требования о привлечении к субсидиарной ответственности (совершение сделок, которые привели к увеличению  кредиторской  задолженности), имели место в  период до вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, применению  подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени, в частности положения статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент действий, положенных конкурсным управляющим в основу заявленных требований, контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия  должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности,  контролирующим должника лицом могут быть признаны члены  ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на  доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право  распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала  общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника.

Таким образом, к контролирующим должника лицам относятся  руководитель или учредитель (участник) должника, собственник имущества  должника - унитарного предприятия, члены органов управления, члены  ликвидационной комиссии (ликвидаторы).

Суд первой  инстанции верно  определил, что ФИО2 и ФИО5 являются контролирующими  должниками  лицами. 

В соответствии с пунктом  4 статьи  10 Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей на момент действий, положенных конкурсным управляющим в основу заявленных требований, если должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих  должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих  обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом  одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании  должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также  признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в  интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица  равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр  требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не  погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В пункте  16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановления Пленума № 53)  разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица,  приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11  Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые  явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых  объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность  влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение  должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным  банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с  нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе  согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно  убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат  деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы  управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение  выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством  сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана  единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная  контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому  изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать  совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием  контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию  объективного банкротства.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания  опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия  (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной  объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной  ответственности, в том числе при опровержении установленных законом  презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно  внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями,  стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Если банкротство наступило в результате действий (бездействия)  контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия)  увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние  факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной  должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной  ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (пункт 19  постановления Пленума № 53).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной  сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких  сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно  влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям  крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка  существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть  признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно  отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник  утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько  направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый  доход. 

В обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной  ответственности в указанной части конкурсный управляющий ссылается на следующие обстоятельства.

01.10.2003 между обществом 215 986 652,00 руб. и обществом  «КАМЗЭК»  заключен договор № 5.

В период с 25.11.2013 по 25.12.2013 по указанному договору общество «Завод радиоаппаратуры» произвело выплаты несколькими платежами в пользу общества  «КАМЗЭК» на общую сумму 33 356 500  руб.

Проведение указанных платежей подтверждается выпиской с расчетного  счета общества «Завод радиоаппаратуры».

Денежные средства по оспариваемой сделке перечислены обществу «КАМЗЭК» с 25.11.2013 по 25.12.2013, то есть в течение одного месяца до  принятия к производству заявления о признании должника банкротом.

Совершенные сторонами взаимосвязанные сделки по перечислению  обществу «КАМЗЭК» денежных средств в общей сумме 33356500 руб. привели к тому, что обществу «КАМЗЭК» оказано предпочтение в  отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения  оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности, предусмотренном Федеральным законом «О  несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.03.2015 по делу № А60-50062/2013 признаны недействительными взаимосвязанные  сделки по перечислению в пользу общества «КАМЗЭК»  денежных средств на  общую сумму в размере 33 356 500 руб.

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания в пользу общества «Завод радиоаппаратуры»  с общества «КАМЗЭК» 33 356 500 руб.

Восстановлено право требования общества «КАМЗЭК» с  общества «Завод радиоаппаратуры» 33 356  500 руб.

Также между обществом «Завод радиоаппаратуры» и обществом  «КАМЗЭК» заключены договоры от 01.10.2013 № 4 и №5, в соответствии с  которыми: 

- по договору № 4 общество «КАМЗЭК» получало от общества «Завод  радиоаппаратуры» и оплачивало товарно-материальные ценности для  производства жгутов, используемых в автомобильной промышленности; 

- по договору № 5 общество «Завод радиоаппаратуры» получало от  общества «КАМЗЭК» и оплачивало последнему готовую продукцию (жгуты), произведенную ответчиком.

Общество «Завод радиоаппаратуры» в период с 26.09.2013 по 18.11.2013  в качестве предоплаты за готовую продукцию посредством 83-х платежных  поручений перечислил обществу «КАМЗЭК» денежные средства на общую  сумму 182.630.152 руб. Постановлением Семнадцатого Арбитражного  апелляционного суда от 18.04.2016 по делу № А60-50062/2013  признаны недействительными сделками платежи общества «Завод  радиоаппаратуры» в пользу общества «КАМЗЭК» на общую сумму 182630152 руб., совершенные в период с  26.09.2013 по 18.11.2013.

Применены последствия недействительности сделок: с общества «КАМЗЭК» взыскано в пользу общества  «Завод радиоаппаратуры» 182 630152 руб.

Определением суда от 19.09.2019 по делу № А60-50062/2016 произведена замена взыскателя в праве требования к обществу «КАМЗЭК»  в размере 266 465 717 руб. 81 коп., с общества  «Завод  радиоаппаратуры» на общество РЦ «Теплогарант».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.01.2020 требование кредитора  общества Расчетный Центр «Теплогарант» в размере 215 986 652,00 руб. включено в реестр требований кредиторов должника – общества с  ограниченной ответственностью «Камышловский завод радиоэлектронных  компонентов» в составе третьей  очереди.

Конкурсный управляющий указывает, что в результате заключения  признанных впоследствии недействительными сделок сумма реестра  требований кредиторов увеличена на 215 986 652,00 руб., что привело к  невозможности полного погашения требований кредиторов.

Определениями от 08.08.2023, 27.09.2023 суд обязал конкурсного  управляющего представить в том числе, письменные обоснования доведения до банкротства спорной сделкой.

Конкурсным управляющим требования суда не исполнены.

Доказательств того, что именно указанные действия (бездействие)  контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства, не представлено.

Конкурсным управляющим не доказано, что  в результате совершения указанных сделок должник лишился имущества, сделки совершены на  невыгодных для должника условиях в период недостаточности имущества  должника для удовлетворения требований кредиторов.

Перечисления обществом «Завод радиоаппаратуры» в адрес должника, которые признаны недействительными, имели место в 2013 году, то есть  задолго до появления у должника финансовых сложностей, что исключает их причинно-следственную связь с наступлением банкротства должника. Кроме  того, перечисления совершались в пользу должника, то есть пополняли его  активы, а не наоборот. 

 Ответчик  ФИО2   в отзыве на апелляционную  жалобу  пояснила, что  должник являлся  дочерней компанией  общества  «Завод радиоаппаратуры». В 2011, 2012 и 2013 годах в бухгалтерском учете общества «Завод радиоаппаратуры» не в полном объеме производилось отражение себестоимости реализации готовой продукции. В результате, к осени 2013 года было выявлено существенное расхождение данных складского учета с данными бухгалтерского учета относительно себестоимости готовой продукции. Фактически товарно-материальных ценностей на складе уже не было, они выбыли ранее, в т.ч. в 2011, 2012, 2013 году, постепенно, по мере отгрузок готовой продукции, на основании сопровождающих выбытие документов, и данные склада подтверждали реальное движение товарно-материальных ценностей. В бухгалтерском учете своевременно не было отражено это выбытие товарно-материальных ценностей. Таким образом, имела место ошибка в бухгалтерском учете. Кроме того, суммы дебиторской задолженности сформированы за счет взаимных внутрикорпоративных перечислений, которые были отражены в составе дебиторской задолженности и не были «закрыты» бухгалтером посредством оформления зачетов встречных однородных требований, а не в результате передачи товара от общества «Завод радиоаппаратуры» в адрес общества «КАМЗЭК». При анализе движения денежных средств по расчетному счету общества «Завод радиоаппаратуры» были установлены внутрикорпоративные перечисления, которые не имеют основания в виде конкретных хозяйственных операций, а фактически представляют собой перечисления денежных средств от одной группы компании к другой в связи с необходимостью проведения конкретных платежей кредиторам в конкретный момент и возвраты таких временно перечисленных в виде временного финансирования денежных средств. Примером таких платежей явились перечисления от общества  «Завод радиоаппаратуры» в адрес общества  «КАМЗЭК», и обратно в 2013 году. Данные обстоятельства установлены в определении Арбитражного суда Свердловской области от 01 ноября 2021 года по делу № А60-50062/2013, которым было отказано в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, а также о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО13 в рамках дела о признании ООО «Завод радиоаппаратуры» несостоятельным (банкротом), при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, общества  «Камышловский завод электронных компонентов», общества  «Екатеринбургский кабельный завод», ОАО «Завод радиоаппаратуры» (ИНН 

<

***>), ФИО14, финансового управляющего ФИО9 – ФИО15. 

Кроме  того, в материалы настоящего дела  ответчиком  представлены сводные данные по осуществленным в тот период платежам (даты, суммы, получатель, отправитель) как от общества «Завод радиоаппаратуры» в адрес общества  «КАМЗЭК», так от общества «КАМЗЭК» в адрес общества  «Завод радиоаппаратуры».  Из вышеуказанных данных следует, что платежи осуществлялись в одни и те же даты, на равные суммы. 

Проанализировав доводы конкурсного управляющего, положенные в  основу заявленного требования в данной части, суд первой инстанции верно  пришел к выводу, что  признание недействительными сделок, в результате чего на должника  возложена обязанность по возврату денежных средств контрагентам и увеличен реестр требований кредиторов, не может являться самостоятельным и  достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности,  поскольку заявитель не доказал и не обосновал, что совершение указанных  сделок явилось причиной банкротства должника.

Участвующий  в судебном заседании представитель  ФИО2   пояснила, что  причиной  банкротства должника явилось  банкротства  материнской  компании  общества  «Завод  радиоаппаратуры».

При рассмотрении    заявления о привлечении к субсидиарной  ответственности  контролирующих  должника лиц  в деле о банкротстве   общества  «Завод  радиоаппаратуры» (А60-50062/2013) было установлено, что  общество «Завод  радиоаппаратуры» было образовано путем выделения из акционерного общества «Завод  радиоаппаратуры».  За дочерним предприятием – обществом «Завод  радиоаппаратуры» в качестве основного вида деятельности закреплен выпуск жгутов-проводов для автомобильной  промышленности. Одним из основных производителей автомобилей  отечественного производства и заказчиком жгутов-проводов являлось открытое  акционерное общество «АвтоВАЗ» (далее – общество «АвтоВАЗ»). При этом,  договоры на поставку обществу «АвтоВАЗ», как и прежде, заключались  акционерным обществом «Завод  радиоаппаратуры». В свою очередь, продукция общества «Завод  радиоаппаратуры» изготавливалась обществом  «КАМЗЭК» из давальческого сырья (материалов) общества «Завод  радиоаппаратуры». Структура производства и продажи жгутов-проводов, как следует  из материалов дела и установлено судами, выглядела следующим образом:  акционерное общество «Завод  радиоаппаратуры» поставляет обществу «Завод  радиоаппаратуры» по договору  от 01.04.2005 № 103д сырье (материалы); общество «Завод  радиоаппаратуры» поставляет  полученное сырье обществу «КАМЗЭК» для производства жгутов,  используемых в автомобильной промышленности по договору от 01.10.2003  № 4; общество «КАМЗЭК» изготавливает продукцию и передает готовую  продукцию (жгуты) обществу «Завод  радиоаппаратуры» по договору от 01.10.2003 № 5; общество  « Завод  радиоаппаратуры», в свою очередь, продает продукцию акционерному обществу «Завод  радиоаппаратуры» по договору от 01.10.2003 № 376д.

С лета 2013 года общество «АвтоВАЗ» уведомило акционерное общество «ЗР» о том, что до конца 2013 года  снижается объем выпуска моделей Самара и Приора, а с 2014 года указанные  модели снимаются с производства, в результате чего, вместо планируемого  объема закупки жгутов-проводов в декабре 2012 года на сумму 617 880 874 руб.  71 коп., в 2013 году общество «АвтоВАЗ» закупило у завода товары на общую  сумму почти в 6 раз меньше запланированного объема – 161 641 130 руб. 35 коп. 

Так же, конкурсный управляющий указывает на наличие оснований, для  привлечения ФИО2, ФИО5  к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному  пунктом 1 статьи  61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом  2 статьи  10 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (в ред. ФЗ от 28.06.2013  № 134-ФЗ, действовавшей в период с 01.07.2013  по 29.07.2017) нарушение обязанности по подаче заявления  должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей  9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена  обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника,  возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9  настоящего Федерального закона.

Аналогичная обязанность предусмотрена пунктом 1 статьи 61.12  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в соответствии с  которым неисполнение обязанности по подаче заявления должника в  арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в  арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в  случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)», влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых возложена обязанность по созыву заседания  для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в  арбитражный суд.

Согласно пункту  2 статьи  6  Закона  о банкротстве  производство по делу о банкротстве может быть возбуждено  арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому  лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей.

В соответствии с пунктом  2 статьи  33  Закона  о банкротстве  юридическое лицо считается неспособным удовлетворить  требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных  пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по  трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных  платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не  исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть  исполнены.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9  Закона о  банкротстве  заявление должника должно быть  направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через  месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно статье 61.12 Закона о банкротстве и разъяснениям, данным в  пункте 9 постановления №  53 при исследовании совокупности обстоятельств, входящих  в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель,  находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной  управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в  пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение  признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об  объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые  затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок,  приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя  экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана  являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в  сходных обстоятельствах.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего  руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление  момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом  конкретном случае определяется моментом осознания руководителем  критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о  невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без  негативных последствий для должника и его кредиторов.

Применительно к гражданским правоотношениям невыполнение  руководителем организации требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о  неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. 

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным  должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации,  когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность  удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты  действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне  этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления  должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не  осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной  диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов,  является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по  новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие  руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о  банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном  банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда  ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за  собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых  образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских  правоотношений, так и публичные интересы государства.

В обоснование требований в указанной части конкурсный управляющий  ссылается, что согласно официальным сайтам https://kad.arbitr.ru, https://spark-interfax.ru,  https://r77.fssp.gov.ru в 2017-2018 годах общество «КАМЗЭК» выступало  ответчиком по 17 делам, в отношении него было возбуждено за весь период  120 исполнительных производств, в т.ч. по задолженности по заработной плате.

Согласно проведенному временным управляющим анализу финансового состояния должника признаки  неплатежеспособности появились не позднее 31.12.2017 года. Об этом  свидетельствуют значения и динамика коэффициента платежеспособности по  текущим обязательствам по состоянию на 31.12.2017: его значение составляет  1125.74. Показатель на конец анализируемого периода более 3, что позволяет  сделать вывод о том, что предприятие находилось в тяжелом положении и  платежеспособность его находилась на достаточно низком уровне в течении  рассматриваемого периода. На всем промежутке периода наблюдается  ухудшение показателя и на 31.12.2019 года значение равно 1168,61. 

По мнению конкурсного управляющего, учитывая, что имелись признаки  неплатежеспособности должника с 2017 года, что свидетельствует о  возникновении обязанности у участников общества как лиц, контролировавших должника в спорный период обратиться с заявлением о его банкротстве, и  поскольку такая обязанность не была исполнена, то указанные руководители должника и его участники несут субсидиарную ответственность по  обязательствам должника. Однако, с заявлением о признании общества «КАМЗЭК»  несостоятельным (банкротом) в суд обратилась Федеральной налоговой  службы в лице Межрайонной ИФНС России №19 по Свердловской области.

Размер требований кредиторов, включенных в реестр требований  кредиторов, и оставшихся непогашенными составляет 334 009 790,80 руб.  Размер требований кредиторов, заявленных после закрытия реестра требований  кредиторов, составляет 31 489 892,62 руб. Размер требований кредиторов по  текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника, составляет 1 083 666,00 руб. В совокупности сумма  требований всех кредиторов составляет 366 583 349,40 руб.

Так же  определениями от 08.08.2023, 27.09.2023 суд обязал конкурсного  управляющего в том числе, обосновать дату возникновения признаков объективного банкротства со ссылкой на представленные письменные  доказательства; обосновать дату возникновения у ответчиков обязанности по  обращению в суд с заявлением должника, представить расчет субсидиарной  ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом со ссылкой на представленные письменные доказательства.

Конкурсным управляющим требования суда первой инстанции  не исполнены.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности  имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками  наступлении объективного банкротства.

Так под недостаточностью имущества понимается превышение размера  денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей  должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под  неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части  денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей,  вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность  денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, согласно приведенным положениям закона, сам по себе  факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может  свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства.

При этом в силу положений Закона о банкротстве субсидиарная  ответственность руководителя за не подачу заявления о признании должника банкротом ограничивается объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве.

При этом суд учитывает, что признаки объективного банкротства, с  наступлением которого и возникает у бывшего руководителя должника  обязанность по подаче заявления о признании должника, нельзя отождествлять  неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Конкурсным управляющим не доказано наступление 31.12.2017 критического для должника финансового состояния, влекущего заведомую  невозможность удовлетворения требований кредиторов, возникновение  обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве не доказано.

На основании изложенного, конкурсный управляющий не доказал наступление у общества признаков  объективного банкротства в ту или иную дату и возникновение у общества  обязательств после указанной даты и до возбуждения дела о банкротстве.

Кроме  того, в размер ответственности  привлекаемых  к субсидиарной  ответственности  лиц по основанию  не обращения  в суд с заявлением  о признании  должника  несостоятельным (банкротом)  включаются  обязательства,  возникшие  после  истечения  месячного срока  предусмотренного  пунктом 2  статьи 9 Закона о  банкротстве. Таких обязательств  конкурсным управляющим  не представлено. 

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Доводы конкурсного  управляющего, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб у суда апелляционной инстанции не имеется.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 октября 2023 года по делу № А60-42822/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий                                                           И.П. Данилова 

 

Судьи                                                                                В.Г. Голубцов 

 

                                                                                           Т.Н. Устюгова