АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КРАСНОЯРСКОГО  КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

18 июля 2018 года

 

Дело № А33-34120/2017

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 11 июля 2018 года.

В полном объёме решение изготовлено 18 июля 2018 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Лапиной М.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску краевого государственного казенного учреждения «Дирекция по комплексному развитию Нижнего Приангарья» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 16.03.2009, место нахождения: 660017, 

<

...>)

к государственному предприятию Красноярского края «Красноярский технический центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 06.11.1992, место нахождения: 660032, 

<

...>)

об уменьшении цены государственного контракта, о взыскании стоимости некачественно выполненных работ и о взыскании неустойки.

в присутствии:

от истца: ФИО1, действующей на основании доверенности от 04.09.2017, ФИО2, действующей на основании доверенности от 13.04.2018,

от ответчика: ФИО3, действующей на основании доверенности от 27.06.2018,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО4,

установил:

краевое государственное казенное учреждение «Дирекция по комплексному развитию Нижнего Приангарья» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к государственному предприятию Красноярского края «Красноярский технический центр» об уменьшении цены государственного контракта от 24.09.2013 № 2013.162441 до 0,00 руб., о взыскании стоимости некачественно выполненных работ в размере 1 151 904,42 руб. и о взыскании неустойки в сумме 1 305 107,71 руб. за период с 22.10.2013 по 28.11.2016.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 05.02.2018 возбуждено производство по делу.

В ходе судебного заседания представители истца исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, а также дополнительных пояснениях к нему.

Представитель ответчика исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Двадцать четвертого сентября 2013 года сторонами по итогам проведения торгов в форме открытого аукциона заключен государственный контракт № 2013.162441.

По условиям государственного контракта от 24.09.2013 подрядчик обязался выполнить в срок, установленный пунктами 2.1.-2.3. договора, а также графиком выполнения работ (приложение № 3 к контракту) для заказчика комплекс кадастровых и иных работ стоимостью 1 151 904,42 (пункт 6.1. контракта) с целью осуществления кадастрового учета объекта схемы выдачи мощности Богучанской ГЭС – ВЛ 500кВ от ПС «Ангара» - ПС «Каиала-1».

Результатом выполненных работ согласно пункту 1.3. контракта являлась сдача документации, предусмотренной техническим заданием.

Подрядчиком оговоренные контрактом работы выполнены, и их результат по акту от 29.11.2013 передан заказчику и им принят без замечаний относительно объема и качества.

Выполненные работы заказчиком оплачены посредством перечисления на расчетный счет ответчика платежным поручением от 13.12.2013 № 8458041 денежных средств в сумме, равной 1 151 904,42 руб.

В декабре 2013 года подрядчиком оформлен кадастровый паспорт объекта.

Двенадцатого августа 2016 года между теми же сторонами по итогам проведения открытого конкурса заключен государственный контракт № 01-08/2016 на выполнение комплекса кадастровых, геодезических, землеустроительных и лесоустроительных работ в срок до 01.12.2016 (согласно техническому заданию к контракту от 12.08.2016) стоимостью 17 000 000 руб. без учета налога на добавленную стоимость (пункт 6.1. контракта от 12.08.2016).

При этом согласно пункту 6 раздела «описание объекта закупки» в состав работ помимо всего остального включены работы по уточнению сведений объектов капитального строительства, оформление технических планов на каждый объект и внесение изменений в государственный кадастровый учет.

Пунктом 3 технического задания (приложение № 1 к контракту от 12.08.2016), а также графиком выполнения работ (приложение № 2 к контракту от 12.08.2016) в состав объектов, в отношении которых подрядчик обязался провести кадастровые работы, включен объект, упомянутый сторонами в ранее заключенном контракте от 24.09.2013, а именно: ВЛ 500 кВ от ПС ангара до ПС Камала-1.

На основании акта от 07.11.2016 № 27 подрядчик сдал заказчику выполненные им работы по уточнению сведений в отношении объекта капитального строительства, ВЛ 500 кВ от ПС ангара до ПС Камала-1.

Результатом проведенной подрядчиком по контракту от 12.08.2016 работы явился технический план от 04.10.2016.

Впоследствии заказчик, сопоставив данные, отраженные в техническом плане, полученным по итогам выполнения работ по контракту от 24.09.2013 и техническом плане от 04.10.2016, пришел к выводу о том, что подрядчиком в названных технических планах указаны различные сведения о точках координат. Причем разница в значениях является существенной.

Сделав вывод о некачественности выполненной подрядчиком по контракту от 24.09.2013 работы, заказчик после того, как его претензия была оставлена ответчиком без удовлетворения, обратился в Арбитражный суд Красноярского края с требованием уменьшить цену контракта от 24.09.2013 до 0,00 руб. и взыскать с ответчика 1 151 904,42 руб. стоимости ненадлежащим образом выполненной работа, а также 1 305 107,71 руб. неустойки, исчисленной за период с 22.10.2013 по 28.11.2016, на основании пункта 9.2. контракта от 24.09.2013.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным Кодексом Российской Федерации.

В соответствии со статьями 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В процессе рассмотрения настоящего дела спорным моментом явился вопрос о правовой квалификации правоотношений, возникших между сторонами вследствие заключения ими в 2013 году государственного контракта № 2013.162441.

По мнению ответчика, заключенный 24.09.2013 государственный контракт по своей сути является договором строительного подряда. К правоотношениям, возникшим вследствие заключения такого договора, как договор строительного подряда, подлежат применению нормы, закрепленные в параграфе № 1 и параграфе № 3 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, в частности, нормы, содержащиеся в статье 724 и статье 725 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Названными статьями установлены сроки для предъявления заказчиком требований, связанных с ненадлежащим качеством результата работы.

По общему правилу согласно пункту 3 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока.

В силу пункта 5 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором подряда, гарантийный срок (пункт 1 статьи 722) начинает течь с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком.

Пунктами 1 и 3 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что срок исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, составляет один год, а в отношении зданий и сооружений определяется по правилам статьи 196 настоящего Кодекса.

Если законом, иными правовыми актами или договором подряда установлен гарантийный срок и заявление по поводу недостатков результата работы сделано в пределах гарантийного срока, течение срока исковой давности, указанного в пункте 1 настоящей статьи, начинается со дня заявления о недостатках.

Пунктом 8.1. государственного контракта от 24.09.2013 предусмотрено, что гарантийный срок качества выполненных по контракту работ составляет три года и начинает свое течение с даты выполнения подрядчиком всего объема работ.

Исходя из того обстоятельства, что работы по контракту от 24.09.2013 выполнены подрядчиком и приняты заказчиком на основании акта без замечаний относительно их объема и качества еще в ноябре 2013 года, ответчик по настоящему делу делает вывод о заявлении истцом в 2017 году требования, связанного с недостатками результата работы, за пределами установленного договором гарантийного срока, а также срока исковой давности.

В связи с чем, с точки зрения ответчика, истцу, обратившемуся в суд с требованием о взыскании стоимости некачественно выполненной работы за пределами установленного законом срока, следует отказать в удовлетворении поданного иска.

Истец, в свою очередь, с мнением ответчика не согласился. По утверждению истца, предметом заключенного сторонами 24.09.2013 государственного контракта являлось выполнение не строительных, а изыскательских работ. Регулированию вопроса, посвященному выполнению проектных и изыскательских работ, посвящен отдельный параграф главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно параграф № 4, нормы которого носят специальный характер по отношению к правилам, установленным параграфом № 1 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации. Специальный характер норм параграфа № 4 означает, что общие положения о подряде применяются к подряду на выполнение проектных и изыскательских работ, если иное не предусмотрено специальными правилами о нем (пункт 2 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В частности, поясняет истец, одним из специальных правил является правило, установленное пунктом 1 статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ несет ответственность за ненадлежащее составление технической документации и выполнение изыскательских работ, включая недостатки, обнаруженные впоследствии в ходе строительства, а также в процессе эксплуатации объекта, созданного на основе технической документации и данных изыскательских работ.

Толкуя вышеназванное положение пункта 1 статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец делает вывод о том, что в отличие от общих норм, закрепленных статьями 724 и 725 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает гораздо более длительный срок как для выявления заказчиком недостатков в результате проделанной работы, так и последующего заявления им соответствующих требований, связанных с качеством выполненной проектной и изыскательской работы.

По смыслу пункта 1 статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность лица, выполнившего проектные и изыскательские работы, распространяется как на время строительства объекта, так и на весь период его последующей эксплуатации, что обусловлено спецификой самих проектных и изыскательских работ, выполняемых по договору.

Особенность предмета договора на выполнение проектных и изыскательских работ заключается в том, что результат таких работ, выраженный в технической документации и полученных по итогам проведения изысканий данных, носит промежуточный характер, в то время, как конечный результат достигается, как правило, в процессе исполнения другого договора, направленного на реализацию ранее разработанной документации.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец делает вывод о том, что на момент обращения в 2017 году в суд с требованием, связанным с качеством выполненной подрядчиком по контракту от 24.09.2013 работы, учреждение не лишилось права на заявление такого рода требования, поскольку о недостатках в результате выполненной изыскательской работы истцу стало известно лишь в ноябре 2016 года после получения от ответчика на основании акта от 07.11.2016 № 27 технического плана от 04.10.2016, содержащего сведения о координатах, кардинально отличающиеся от ранее полученных данных по контракту от 24.09.2013.

Суд, исследовав представленные сторонами в материалы дела доказательства, а также оценив заявленные истцом и ответчиком доводы, пришел к выводу о том, что заключенный сторонами в 2013 году контракт является договором на выполнение проектных и изыскательских работ.

При этом мнение суда основано на следующем.

Как указывалось судом ранее в описательной части настоящего решения, предметом заключенного 24.09.2013 сторонами контракта являлось выполнение подрядчиком кадастровых работ в отношении объекта ВЛ 500 кВ от ПС «Ангара» до ПС «Камала-1».

На момент заключения сторонами государственного контракта от 24.09.2013 осуществлению кадастровой деятельности был посвящен Федеральный закон от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастровом учете», содержащей легальное определение такого понятия, как кадастровая деятельность.

Так, в соответствии с пунктом 4 статьи 1 Федерального закона № 221-ФЗ, в редакции, действовавшей в период  исполнения государственного контракта от 24.09.2013, кадастровой деятельностью является выполнение управомоченным лицом (далее - кадастровый инженер) в отношении недвижимого имущества в соответствии с требованиями, установленными настоящим Федеральным законом, работ, в результате которых обеспечивается подготовка документов, содержащих необходимые для осуществления кадастрового учета сведения о таком недвижимом имуществе.

Пунктом 1 и 2 статьи 36 Федерального закона от 24.07.2007 № 221-ФЗ установлено, что  по договору подряда на выполнение кадастровых работ лицо, выполняющее данные работы, обязуется обеспечить выполнение кадастровых работ по заданию заказчика этих работ и передать ему документы, подготовленные в результате выполнения этих работ.

В результате выполнения кадастровых работ обеспечивается подготовка документов для представления в орган кадастрового учета.

В силу статьи 37 Федерального закона от 24.07.2007 № 221-ФЗ результатом кадастровых работ является межевой план, технический план или акт обследования.

Согласно положениям приказа Минэкономразвития России от 24.11.2008 № 412 при проведении кадастровых работ кадастровый инженер мог применять такой метод, как геодезический метод.

Пунктом 4.1. СП 11-104-97, одобренных Письмом Департамента развития научно-технической политики и проектно-изыскательских работ Госстроя РФ от 14.10.1997 № 9-4/116, установлено, что инженерно-геодезические изыскания для строительства должны обеспечивать получение топографо-геодезических материалов и данных о ситуации и рельефе местности (в том числе дна водотоков, водоемов и акваторий), существующих зданиях и сооружениях (наземных, подземных и надземных) и других элементах планировки (в цифровой, графической, фотографической и иных формах), необходимых для комплексной оценки природных и техногенных условий территории (акватории) строительства и обоснования проектирования, строительства, эксплуатации и ликвидации объектов, а также создания и ведения государственных кадастров, обеспечения управления территорией, проведения операций с недвижимостью.

Из буквального толкования вышеприведенных положений статьи 1, статьи 36, статьи 37 Федерального закона № 221-ФЗ следует, что на момент заключения сторонами государственного контракта от 24.09.2013 законодатель под кадастровой деятельностью прямо понимал именно проведение работ, результатом выполнения которых являлась подготовка специальным субъектом определенных документов.

При этом выполнение геодезических измерений (одного из методов, используемых при проведении кадастровых работ) законодатель охарактеризовал в СП 11-104-97 как проведение изысканий.

Как отмечалось судом ранее в мотивировочной части настоящего решения, отличительным признаком договора на выполнение проектных и изыскательских работ является собственный материальный объект, которым в отличие от иных разновидностей договора подряда, является не изготавливаемая или перерабатываемая вещь, а результат осуществленной интеллектуальной и измерительной деятельности, выраженный в технической документации и полученных по итогам проведения изысканий данных.

Принимая во внимание то обстоятельство, что материальным объектов осуществления кадастровой деятельности является результат проведенной интеллектуальной и измерительной деятельности, выраженный в одном из трех ранее названных документов (межевой план, технический план или акт обследования), суд приходит к выводу о необходимости квалификации договора на выполнение кадастровых работ в качестве договора на выполнение проектных и изыскательских работ.

Учитывая данный вывод, суд считает необходимым согласиться с истцом, настаивавшим на том, что к возникшим вследствие заключения государственного контракта от 24.09.2013 правоотношениям подлежат применению нормы параграфа № 4 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе пункты 1 и 2 статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указывалось судом ранее по тексту настоящего решения, пункт 1 статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что лицо, выполнившее проектные и изыскательские работы несет ответственность за качество проделанной работы во время строительства и в течение всего периода эксплуатации объекта.

При этом в случае выявления заказчиком тех или иных недостатков в результате выполненной работы у него появляется возможность потребовать от подрядчика безвозмездно переделать техническую документацию и соответственно произвести необходимые дополнительные изыскательские работы, а также возместить заказчику причиненные убытки.

Вместе с тем судом ранее отмечалось, что к договору на выполнение проектных и изыскательских работ подлежат применению наряду со специальными нормами параграфа № 4 и общие положения главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе статья 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющая право заказчика в случае выполнения подрядчиком работ с недостатками потребовать от подрядчика соразмерного уменьшения установленной за работу цены.

Судом в ходе разрешения возникшего между сторонами спора установлено, что о недостатках в результате выполненной подрядчиком по контракту от 24.09.2013 работы заказчику стало известно лишь в ноябре 2016 года после получения по акту от 07.11.2016 № 27 технического плана от 04.10.2016, содержащего сведения о точках координат опор линий электропередачи, значительно отличающиеся от сведений, полученных в отношении тех же объектов, но отраженных в ранее полученном еще в 2013 году техническом плане.

При этом суд соглашается с доводом истца о том, что у него как у особого субъекта, вступающего в гражданско-правовые отношения посредством заключения договоров с использованием процедур, установленных Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ, и не имеющего в момент подписания акта от 29.11.2013 в штате технических специалистов, обладающих специальными познаниями в области геодезии и кадастрового учета, отсутствовала объективная возможность ранее получения технического плана от 04.10.2016 по акту от 07.11.2016 № 27 выявить скрытые недостатки в результате проделанной ответчиком по контракту от 24.09.2013 работы.

Также суд признает обоснованным заявленный истцом аргумент о том, что истец правомерно с учетом специфики предмета договора на выполнение кадастровых работ использовал с целью выявления недостатков в результате ранее выполненной работы такой способ, как заключение договора с тем же предметом, обязывающего подрядчика выехать на местность и провести новые геодезические измерения.

Вместе с тем судом не принимается заявленный ответчиком довод о том, что причиной некачественности выполненных подрядчиком работ явилось перемещение спорных объектов самим истцом, ведущим в 2013 году строительные работы в отношении опор ЛП. Мнение ответчика основано на анализе содержания разрешения на строительство № 24-24, выданного сроком действия до 30.06.2015, а также разрешения на ввод в эксплуатацию № 24-52 от 23.01.2015.

Истцом, в свою очередь, в опровержение заявленного ответчиком довода в материалы дела представлен акт от 06.11.2012 № 1, свидетельствующий о том, что фактически спорный объект был достроен еще в 2010 году, и соответственно в период исполнения сторонами контракта от 24.09.2013 заказчиком не перемещался.

Исходя из изложенного, суд ответчика отклоняет  довод в силу его опровержения доказательствами, представленными истцом в материалы дела.

По мнению суда, недоказанность  ответчиком довода  об изменении в период с 2013  года по 2016 год  места положений  опор высоковольтной линии, внесение  ответчиком  изменений  в данные кадастрового учета  спорного объекта с учетом полученных в 2016 году  данных о месте   расположения  объекта свидетельствует  о ненадлежащем  исполнении  подрядчиком обязательств, предусмотренных  контрактом от 24.09.2013.

Подводя итог всему вышеизложенному, суд, во-первых, признает, что истец обратился в суд с иском, предмет которого связан с качеством выполненной работы, в пределах установленных действующим законодательством сроков, в том числе срока исковой давности, во-вторых, суд делает вывод об обоснованном выборе истцом в качестве способов защиты своего нарушенного права, заявление требования об уменьшении установленной за работу цены на основании статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса

Из содержания пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что о неосновательном обогащении правомерно говорить лишь тогда, когда на стороне одного из субъектов произошло приобретение имущества либо избавление от трат, вызвавшее, в свою очередь, уменьшение в имущественной сфере у потерпевшего, и при этом у приобретателя отсутствовали какие - либо основания, установленные законом, иными правовыми актами или сделкой, для такого обогащения.

Как указал Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в Информационном письме от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», положения пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзаца второго статьи 806 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала.

При ином подходе на стороне ответчика имела бы место необоснованная выгода, делает вывод Высший Арбитражный суд Российской Федерации.

Из материалов дела усматривается, что государственный контракт от 24.09.2013 сторонами исполнен. Подрядчиком оговоренные в контракте работы выполнены, их результат (технический план) на основании акта от 29.11.2013 передан заказчику и им принят без замечаний. Заказчиком в декабре 2013 года (кадастровый паспорт объекта от 11.12.2013) объекты недвижимости поставлены на кадастровый учет. Заказчик, в свою очередь, предоставил встречное исполнение подрядчику, приняв выполненные работы и оплатив их результат, перечислив платежным поручением от 13.12.2013 № 8458041 на расчетный счет подрядчика денежные средства в сумме, равной 1 151 904,42 руб.

Однако впоследствии, а именно в 2016 году выяснилось (данное обстоятельство установлено судом в процессе разрешения возникшего между сторонами спора), что результат проделанной предприятием работы имел существенные скрытые недостатки, то есть осуществленные изыскательские работы были выполнены подрядчиком некачественно.

Следовательно, учитывая, что обязательным условием по смыслу статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации для возникновения на стороне заказчика обязанности оплатить выполненные работы является их надлежащее выполнение подрядчиком, суд делает вывод о том, что в 2013 году у заказчика отсутствовало основание для оплаты выполненной некачественно работы, в то время как у подрядчик после получения денежных средств в размере 1 151 904,42 руб. не было оснований их удерживать.

Таким образом, суд признает, что ответчик, безосновательно удерживающий полученные во исполнение договора от 24.09.2013 денежные средства в размере 1 151 904,42 руб., необоснованно обогатился за счет истца. В связи с чем суд считает необходимым, руководствуясь статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскать с ответчика по настоящему делу в пользу истца 1 151 904,42 руб. полученных им денежных средств как неосновательного обогащения.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд удовлетворяет  заявленное истцом требование о взыскании с ответчика 1 151 904,42 руб. стоимости некачественно выполненных работ и уменьшает цену заключенного контракта от 24.09.2013 до 0,00 руб.

Кроме того, арбитражный суд считает необходимым обратить свое внимание на следующее.

По смыслу действующего гражданского законодательства (статья 711 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает возникновение на стороне заказчика обязанности по оплате выполненных работ с условием их надлежащего выполнения в установленные сроки) интерес любого заказчика, в том числе по договорам на выполнение проектных и изыскательских работ, состоит в получении от подрядчика качественно выполненного результата проведенной работы.

В процессе рассмотрения настоящего спора судом установлено, что полученный заказчиком в 2013 году результат проделанной изыскательской работы был по своей сути некачественным. При этом на кадастровый учет, исходя из содержания кадастрового паспорта от 11.12.2013, спорные объекты недвижимости были поставлены. Иными словами, конечный результат использования итогов проделанной изыскательской работы был достигнут. Однако следует учитывать и то обстоятельство, что применительно к договорам на выполнение проектных и изыскательских работ интерес заказчик носит долгосрочный характер.

Долгосрочный характер такого интереса, в свою очередь, обусловлен тем, что результат проведенной изыскательской работы имеет промежуточный характер, в то время как конечной результат может быть достигнут впоследствии, при реализации заказчиком и иных гражданско-правовых договоров, заключаемых в процессе осуществления им своей хозяйственной деятельности.

Иными словами, получение некачественного результата на этапе выполнения изыскательских работ грозит нарушению интересов заказчика в процессе дальнейшего осуществления им своей деятельности, а также вероятному нарушению прав и законных интересов иных лиц, в том числе землепользователей, учитывая, что подрядчиком выполнялись кадастровые работы, связанные с объектом недвижимости, расположенным на земельных участках.

В связи с чем, по мнению суда, важным моментом является восстановление нарушенного права и интереса заказчика именно на этапе получения им результата проведенной изыскательской работы.

Помимо требования о взыскании 1 151 904,42 руб. истец просит взыскать с ответчика 1 305 107,71 руб. неустойки, исчисленной им на основании пункта 9.2. контракта от 24.09.2013 за период с 22.10.2013 по 28.11.2016 .

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, суд не находит оснований для удовлетворения заявленного истцом требования о взыскании неустойки в форме пени в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Из вышеприведенных положений статей 329, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что под неустойкой законодатель понимает денежную сумму, являющуюся мерой гражданско-правовой ответственности и одним из способов обеспечения обязательств, основанием для исчисления и последующего взыскания которой является неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, в частности, просрочка исполнения обязательства.

При этом условие о применение неустойки как меры гражданско-правовой ответственности может быть предусмотрено как договором, так и законом.

Требование истца о взыскании с ответчика неустойки основано им на положениях пункта 9.2. контракта от 24.09.2013, отражающего содержание достигнутого сторонами соглашения о применении такой меры гражданско-правовой ответственности, как неустойка.

Из поданного искового заявления, а также ходатайства об изменении цены иска следует, что истец, по сути, просит суд привлечь ответчика к ответственности в виде неустойки в форме пени за совершенное им правонарушение, состоящее в некачественном выполнении работ.

Вместе с тем из буквального толкования положений пункта 9.2. государственного контракта от 24.09.2013 следует, что сторонами в указанном пункте договора не достигнуто соглашения о возможности привлечения подрядчика к ответственности в виде неустойки в форме пени за некачественное выполнение им изыскательских работ.

Учитывая, что заключенным сторонами в 2013 году государственным контрактом не установлено для подрядчика гражданско-правовой ответственности в виде неустойки в форме пени за некачественное выполнение работ, привлечение последнего к такому виду ответственности является неправомерным, с точки зрения суда. В связи с чем суд признает не подлежащим удовлетворению заявленное истцом требование о взыскании 1 305 107,71 руб. пени, начисленной за период с 22.10.2013 по 28.11.2016.

Согласно части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

В силу статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

При подаче искового заявления об уменьшении цены государственного контракта от 24.09.2013 № 2013.162441 до 0,00 руб. и взыскании стоимости некачественно выполненных работ в размере 1 151 904,42 руб., а также неустойки в сумме 1 305 107,71 руб. подлежала уплате государственная пошлина в размере 35 285 руб.

Истцу при обращении в суд с настоящим исковым заявлением предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств.

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

В силу положения части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой в установленном порядке истец был освобожден, взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, если ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины.

Учитывая то обстоятельство, что иск удовлетворен в части (процент удовлетворения иска составил 46,89), а также вышеприведенную позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и положение части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в доход федерального бюджета с истца 18 743 руб. государственной пошлины, с ответчика -  16 542 руб. государственной пошлины..

Настоящее  решение  выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа -  ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

заявленные требования удовлетворить в части.

Уменьшить цену государственного контракта от 24.09.2013 № 2013.162441 до 0,00 руб.

Взыскать с государственного предприятия Красноярского края «Красноярский технический центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 06.11.1992, место нахождения: 660032, 

<

...>) в пользу краевого государственного казенного учреждения «Дирекция по комплексному развитию Нижнего Приангарья» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 16.03.2009, место нахождения: 660017,  

<

...>) 1 151 904,42 руб., в доход федерального бюджета - 16 542 руб. государственной  пошлины.

В удовлетворении требований о взыскании неустойки в размере 1 305 107,71 руб. отказать.

Взыскать с краевого государственного казенного учреждения «Дирекция по комплексному развитию Нижнего Приангарья» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 16.03.2009, место нахождения: 660017, 

<

...>) в доход федерального бюджета 18 743 руб. государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба на настоящее решение подаётся через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

М.В. Лапина