АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № А14-5368/2024

г. Воронеж

11 июня 2024 

 

Арбитражный суд Воронежской области в составе судьи Романовой Л.В.,

рассмотрев в порядке статей 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Санкт-Петербург (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Воронеж (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

о взыскании 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303 (определенной согласно пп.2 п.4 ст.1515 ГК РФ), а также 2 000 руб. расходов по оплате госпошлины, 149 руб. судебных издержек по приобретению товара, 129 руб. судебных издержек по оплате почтовых услуг, 200 руб. судебных издержек по оплате госпошлины за получение выписки из ЕГРИП, 8000 руб. судебных издержек связанных с фиксацией нарушения прав

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании компенсации в размере 50 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 359303, а также 2 000 руб. расходов по оплате госпошлины, 149 руб. судебных издержек по приобретению товара, 129 руб. судебных издержек по оплате почтовых услуг, 200 руб. судебных издержек по оплате госпошлины за получение выписки из ЕГРИП, 8000 руб. судебных издержек связанных с фиксацией нарушения прав.

Определением суда от 08.04.2024 иск был принят к производству в порядке упрощенного производства. 

В Арбитражный суд Воронежской области 17.04.2024 по системе «Мой арбитр» поступило заявление истца об изменении исковых требований, в которых он просит суд взыскать с ответчика: 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303 (определенной согласно пп.2 п.4 ст.1515 ГК РФ), а также  взыскать с ответчика 2 000 руб. расходов по оплате госпошлины, 149 руб. судебных издержек по приобретению товара, 129 руб. судебных издержек по оплате почтовых услуг, 200 руб. судебных издержек по оплате госпошлины за получение выписки из ЕГРИП, 8000 руб. судебных издержек связанных с фиксацией нарушения прав.

Изменения приняты судом в порядке ст. ст. 41, 49, 159 АПК РФ.

Судом установлено, что от ответчика поступили отзыв на исковое заявление и объяснения представителя ответчика. От ответчика в материалы дела поступил отзыв на исковое заявление, в котором возражал против удовлетворения исковых требований, просил снизить размер компенсации.

Из материалов дела следует, что ИП ФИО1 является обладателем исключительных прав на товарный знак № 359303 (в виде словесного обозначения «KAIZER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак № 359303, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 08.09.2008, срок действия исключительного права продлен до 19.10.2025.

Указанные выше обстоятельства сторонами по делу не оспариваются.

25.05.2022 в торговой точке по адресу: 

<

...> был установлен факт предложения к продаже и реализации от имени ФИО2 товара, обладающего техническими признаками контрафактности – маникюрный инструмент (пилка).

Факт реализации указанного товара подтверждается видеосъёмкой, совершённой в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со ст. 14 ГК РФ, оригиналом кассового чека , а также самим спорным товаром.

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены исключительные права истца на объекты интеллектуального права, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием добровольно возместить причинный ущерб в виде компенсации по факту нарушения исключительных прав.

Поскольку ответчик требования претензии не исполнил, истец обратился в суд с настоящим иском.

Суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания. Согласно п. 1 ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии с п. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в п. 2 указанной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно положениям п. 2 ст. 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (п. 3 ст. 1484 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Исходя из приведенных норм права, а также положений ч. 1 ст. 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительными правами на спорный товарный знак, в отношении которых было зафиксировано нарушение ответчиком. При этом, факт нарушения ответчиком прав истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

В материалы дела представлены: сам приобретенный товар, видеозапись момента реализации ответчиком контрафактных товаров. Указанная видеозапись позволяет определить время, место, в котором было произведено распространение товара, а также обстоятельства покупки. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании ст. ст. 12, 14 ГК РФ. Также представлено вещественное доказательство – маникюрная  пилка «KAIZER», приобретенная  у ответчика.

По смыслу положений п. 3 ст. 1492, п. 2 ст. 1481, п. 1 ст. 1503 ГК РФ исключительное право на товарный знак распространяется только на те товары и услуги, которые были заявлены правообладателем при регистрации товарного знака, и в отношении которых последний получил правовую охрану, что должно быть отражено в свидетельстве на товарный знак.

Спорный товар относится к 21 классу МКТУ.

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства, в своей совокупности и взаимосвязи, полностью подтверждают факт реализации ответчиком контрафактного товара – пилка  «KAIZER».

Исходя из положений, закрепленных в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", согласно которым вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарными знаками истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

Анализ представленной в дело копии свидетельства на товарный знак №359303 с изображением этого товарного знака и упаковки маникюрной пилки , проданных ответчиком, свидетельствуют о том, что на упаковке присутствует обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком №359303, при этом с наличием явных и существенных различий товарного знака и изображения на проданном товаре.

С учетом изложенного, суд считает, что истец доказал факт нарушения его исключительных прав на товарный знак действиями ответчика по продаже контрафактного товара – маникюрной  пилки «KAIZER». 

Иного ответчиком не доказано (ст. ст. 9, 65 АПК РФ).

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется. Осуществляя его продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

Учитывая, что ответчик доказательств правомерности использования принадлежащего истцу товарного знака не представил, об истребовании дополнительных доказательств от лица, продавшего ему спорный товар не заявлял, суд признает доказанным факт незаконного использования ответчиком товарного знака истца.

Согласно ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п.3 ст. 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере до пяти миллионов рублей. Согласно разъяснениям, данным в п.п. 43, 43.2, 43.3 Постановления от 26.03.2009 совместного Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникающих в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя положения ст.ст. 1299-1301, 1309-1311, 1515 и 1537 ГК РФ о взыскании компенсации, суды должны учитывать, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. 

Пунктом 4 ст. 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения (подпункт 1); в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой, исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (подпункт 2). 

В данном случае истцом заявлено требование (с учетом уточнения) о взыскании компенсации в размере 92857 руб. на основании п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ, а именно -в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом в обоснование расчета заявленных требований был представлен лицензионный договор от 06.04.2021 на предоставление права использования спорного товарного знака, в связи с нарушением исключительного права на который заявлен иск в рамках настоящего спора. Вменяемое ответчику нарушение исключительного права истца совершено в период действия указанного договора, что сопоставимо с моментом предоставления права пользования товарного знака.

Указанный договор, как усматривается из материалов дела, недействительным  не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлялось, из числа доказательств по делу он не исключен. Договор как доказательство по делу опорочен либо опровергнут иными материалами дела не был.

Вместе с тем, взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака возможно в случае, если судом определена иная цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель.

В этом случае частичное удовлетворение требований является результатом не "снижения" размера компенсации, а взыскания компенсации, исходя из установленного судом размера стоимости права использования товарного знака.

При этом для определения размера стоимости права использования товарного знака суд должен определить (с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле) на что конкретно направлены (если они имеются) доводы ответчика о необходимости взыскания компенсации в меньшем размере, чем заявлено истцом, - на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного по формуле (пункты 1, 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ).

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (пункт 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ), императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться лишь на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права. При определении стоимости права использования спорного товарного знака необходимо учитывать способ его использования нарушителем, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

В ряде постановлений Суда по интеллектуальным правам (11.12.2019 N С01-1179/2019 по делу N А53-2527/2019, от 30.12.2019 N С01-436/2019 по делу N А40- 224162/2, от 30.01.2020 N С01-1590/2019 по делу N А31-11902/2018, от 04.03.2020 N С01- 51/2020 по делу N А67-9643/2018, от 02.07.2020 N С01-457/2020 по делу N А40- 196841/201) отмечено, что взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака возможно в трех случаях:

1) при ином определении судом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель. В этом случае частичное удовлетворение требований является результатом не "снижения" размера компенсации, а взыскания компенсации, исходя из установленного размера стоимости права использования товарного знака;

2) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ;

3) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П.

Исходя из требования об установлении обстоятельств дела с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, суд должен определить, на что конкретно направлены доводы ответчика о необходимости взыскания компенсации в меньшем размере, чем заявлено истцом, – на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного по формуле.

Суд отмечает, что согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 , при избранной истцом компенсации в виде двойной стоимости права использования товарного знака, в предмет доказывания входит установление стоимости правомерного использования товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой стоимости. 

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П по делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи

1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда (деле – Постановление КС РФ от 24.07.2020 № 40-П) определенный таким образом размер компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое. При этом Конституционный суд также отметил, что снижением размера компенсации за нарушение исключительного права с учетом настоящего Постановления не могут подменяться как установление судом обстоятельств рассматриваемого им дела, так и исследование им доказательств, относящихся к допущенному нарушению и условиям правомерного использования товарного знака, на стоимость которого ссылается истец.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора (либо иного договора), суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Указанная правовая позиция содержится также в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 N 310-ЭС20-9768 по делу № А48-7579/2019.

Из представленных в дело документов следует, что между истцом и ООО Торговый Дом КЬЮТ-КЬЮТ заключен Лицензионный договор от 06.04.2021, предоставляющий право на использования товарного знака по свидетельству № 359303 в отношении всех товаров 03, 08, 11, 21, 26 классов Международной Классификации Товаров и Услуг (далее — МКТУ) и услуг 35, 44 классов МКТУ.

Неисключительная лицензия на право использования вышеуказанных товарных знаков передана на весь срок действия договора в отношении всех товаров, указанных в свидетельствах на товарные знаки.

Согласно п. 2 указанного Договора, Лицензиат выплачивает Лицензиару за предоставление права использования товарного знака № 359303 комбинированное вознаграждение:

- разовый паушальный платеж за предоставление права использования товарного знака № 359303 составляет 1 000 000 руб.;

- ежемесячный платеж в форме роялти за предоставление права использования товарного знака № 359303 в размере 300 000 руб. (фиксированное вознаграждение).

Исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по договору неисключительной лицензии от 06.04.2021, размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303 составляет: (1 300 000 рублей / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ/ 4 способа применения) x 2 =92 857 руб.

Таким образом, из условий договора следует, что право использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 359303 предоставлено 4 способами на условиях неисключительной лицензии в отношении 7 классов МКТУ. Вознаграждение по договору на указанных условиях составляет 1 300 000 руб.Указанный размер подтвержден соответствующими документами, представленными истцом в материалы дела.

Сам факт того, что ответчик не является производителем контрафактного товара, правового значения не имеет, поскольку ответчик использовал его в своей предпринимательской деятельности, которую в силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляет самостоятельно с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих. 

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров. С другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

Учитывая, что в соответствии с частью 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, размером компенсации за нарушение исключительного права на спорный товарный знак является удвоенная цена 92858 руб.

Доводы о несоразмерности такой суммы компенсации размеру вероятных убытков правообладателя не могут служить основанием для изменения размера компенсации, поскольку вид компенсации был избран истцом.

В Постановлении от 13 февраля 2018 N 8-П Конституционный Суд Российской

Федерации указал, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств (абзац 4 п. 6 мотивировочной части Постановления от 13 февраля 2018 N 8-П).

Штрафной характер неустойки, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.01.2017 № 2256-О, должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя. В Постановлении от 13 февраля 2018 N 8-П Конституционный Суд Российской Федерации также отметил, что если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности; иное не согласовывалось бы ни с конституционными принципами справедливости и соразмерности, ни с общими началами частного права (абзац 6 п. 6 мотивировочной части Постановления от 13 февраля 2018 N 8-П). В Постановлении от 24.07.2020 Конституционный Суд Российской Федерации указал, что оценка сопоставимости условий использования с обстоятельствами нарушения должна осуществляться судом, рассматривающим конкретное дело, а правовое регулирование не должно препятствовать нахождению баланса интересов правообладателя и индивидуальных предпринимателей -ответчиков, притом что поиск такого баланса оказывается затруднен при формальном подходе к сопоставимости. При оценке стоимости права, которая взимается за правомерное использование товарного знака тем способом, который использовал нарушитель, следует учитывать и правила об исчерпании исключительного права на товарный знак (статья 1487 данного Кодекса), предполагающие, что розничному продавцу не требуется заключать лицензионный договор с правообладателем в случае продажи товара, введенного в гражданский оборот на территории Российской Федерации правообладателем или с его согласия (абз. 5 п. 4.3 мотивировочной части Постановления от 24.07.2020 No 40-П).

На основании вышеизложенного, суд признает заявленные требования истца подлежащими  удовлетворению в полном объеме. 

В силу норм ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С учетом компенсационного характера требований заявленного требования о защите исключительных прав в соответствии со ст.1515 ГК РФ, требование о возмещении стоимости товара в сумме 149 руб. подлежит удовлетворению.

Также истцом заявлено о взыскании судебных издержек в размере 129 руб. почтовых расходов , 200 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП, 8000 руб. расходов на фиксацию правонарушения.

Несение почтовых расходов, расходов на получение выписки, расходов на приобретение товара, расходы на выявление и фиксацию нарушения  подтверждаются платежными поручениями , актом выполненных работ, заявлением в МИФНС , квитанциями, чеком-ордером, представленными истцом, в связи с чем, судебные расходы подлежат возмещению на сумму 8478 руб. Государственная пошлина подлежит отнесению на счет ответчика в сумме 3703 руб. 

Поскольку истцом увеличены исковые требования, с него надлежит взыскать в доход  федерального бюджета государственную пошлину в размере 1714 руб. и в пользу истца 2000 руб.

Ответчик заявил о взыскании судебных расходов в сумме 10000 руб. на оплату услуг представителя за составление отзыва на иск , подтвержденных договором , актом выполненных работ и чеком от 23.05.2024. Указанные расходы относятся за счет ответчика.

Руководствуясь статьями 49, 65, 110, 112, 159, 167-171, 180, 181, 229 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении ходатайства ответчика о рассмотрении дела по общим правилам искового производства.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Воронеж (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Санкт-Петербург (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) 103 335 руб., в том числе: 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303 (определенной согласно пп.2 п.4 ст.1515 ГК РФ), 2 000 руб. расходов по оплате госпошлины, 149 руб. судебных издержек по приобретению товара, 129 руб. судебных издержек по оплате почтовых услуг, 200 руб. судебных издержек по оплате госпошлины за получение выписки из ЕГРИП, 8000 руб. судебных издержек связанных с фиксацией нарушения прав.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Воронеж (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в доход федерального бюджета 1714 руб. государственной пошлины.

После вступления настоящего решения суда в законную силу представленный в качестве вещественного доказательства по делу товар – маникюрный инструмент – уничтожить.

Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Воронежской области в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

 

Судья                                                                                      Л.В.Романова