СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, 

<

...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-4448/2025-ГК

г. Пермь

08 сентября 2025 года

Дело № А60-31025/2024 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 сентября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 08 сентября 2025 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Поляковой М.А., судей Коньшиной С.В., Семенова В.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Дербеневой А.А., при участии:  

от истца – ФИО1, паспорт, доверенность от 20.05.2024, диплом, ФИО2, паспорт, доверенность от 20.05.2024, диплом, ФИО3, паспорт, доверенность от 28.01.2025, диплом;  

от ответчиков: 

1. ЮниКредит Банк ГмбХ - ФИО4, паспорт, доверенность от 27.01.2025, диплом;  

2. ЮниКредит С.п.А. - ФИО5, удостоверение адвоката, доверенность от 28.06.2024, ФИО6, удостоверение адвоката, доверенность от 28.06.2024;  

3. АО «ЮниКредит Банк» - ФИО7, паспорт, доверенность от 20.02.2025, диплом;  

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ответчиков, ЮниКредит Банк ГмбХ (UniCredit Bank GmbH), акционерного общества «ЮниКредит Банк», UniCredit S.p.A. (ЮниКредит С.п.А.),  

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 11 апреля 2025 года по делу № А60-31025/2024  

по иску публичного акционерного общества «Уральский завод тяжелого машиностроения» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к ЮниКредит Банк ГмбХ (UniCredit Bank GmbH), акционерному обществу «ЮниКредит Банк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), UniCredit S.p.A. (ЮниКредит С.п.А.),  

третье лицо: Веркцоймашиненфабрик Вальдрих Кобург ГмбХ (Werkzeugmaschinenfabrik Waldrich Coburg GmbH),  

о взыскании задолженности по банковской гарантии, установил: 

публичное акционерное общество "Уральский завод тяжелого машиностроения" (далее истец, ПАО «Уралмашзавод») обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании солидарно с ЮниКредит Банк ГмбХ (UniCredit Bank GmbH) (ответчик 1), ЮниКредит С.П.А. (UniCredit S.p.A.) (ответчик 2), акционерного общества «ЮниКредит Банк» (ответчик 3) задолженности в сумме 3 363 000, 00 евро по банковской гарантии от 19.10.2021 № 28532020215141, 663 972 евро и 29 евроцентов процентов за период с 25.08.2022 по 07.06.2024 на основании секций 247, 288 Германского гражданского уложения в связи с просрочкой выплаты долга по банковской гарантии от 19.10.2021 № 28532020215141, проценты, начисленные на непогашенную сумму долга по банковской гарантии от 19.10.2021 № 28532020215141 в размере 9 % плюс величина базисной процентной ставки, определяемой Германским федеральным банком, начиная с 08.06.2024 по дату фактического погашения долга, а также 206 000 рублей 00 коп. судебных расходов.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11 апреля 2025 года исковые требования удовлетворены.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчики обжаловали решение суда в апелляционном порядке.  

В апелляционной жалобе ЮниКредит Банк ГмбХ указывает, что суд необоснованно взыскал проценты в полном объеме, несмотря на запрет их взыскания в соответствии с применимым правом, допущенные истцом ошибки в расчете и необходимость снижения суммы процентов. Считает, что судом неправильно применена § 288 Германского Гражданского Уложения (ГГУ) и позиция Федерального Верховного Суда Германии, в соответствии с которой определяется размер процентов за неисполнение обязательств по банковским гарантиям. Полагает, что вывод о доказанности вступления Гарантии в силу и предъявления требований по Гарантии своевременно не соответствует и противоречит обстоятельствам дела. Считает, что поскольку истец предъявил требование по Гарантии до наступления установленного срока, он допустил злоупотребление правом, которое также могло выразиться в предъявлении требования по Гарантии, не вступившей в силу. По мнению апеллянта, не применены положения права, в соответствии с которыми права требования истца по Гарантии исключаются в силу юридической невозможности их исполнения (Unmöglichkeit, пп. 1 § 275 ГГУ). Полагает, что вывод суда о том, что санкции не являются обстоятельствами непреодолимой силы, противоречат  

Унифицированным правилам Международной торговой палаты для гарантий по первому требованию (УПГТ). Отмечает, что судом не дана правовая оценка доводу ответчика 1, о том, что исполнение по Гарантии противоречит законодательному запрету, обязательному для ответчика 1. Также считает, судом безосновательно признана исключительная компетенция российских арбитражных судов по рассмотрению настоящего спора.  

В апелляционной жалобы ЮниКредит С.П.А. приводит доводы о том, что суд не имел компетенции на рассмотрение спора против UniCredit S.p.A., поскольку между истцом и UniCredit S.p.A. отсутствуют какие-либо взаимоотношения, следовательно — и санкционный элемент, который бы являлся их частью и мог быть основанием для применения ст. 248.1 АПК РФ. Полагает, что судом неправомерно отказано в применении права Итальянской Республики к отношениям истца и UniCredit S.p.A., в случае необходимости суд должен был применить иностранное право без учета ограничительных мер, но не отказывать в его применении полностью. По мнению апеллянта, суд неверно установил фактические обстоятельства дела, какие-либо доказательства совершения UniCredit S.p.A. противоправных действий отсутствуют в материалах дела, истцом не доказано причинение какого-либо вреда его имуществу в прямой причинно-следственной связи с якобы противоправными действиями UniCredit S.p.A. Отмечает, что сам факт вхождения UniCredit S.p.A. в единую группу UniCredit не является основанием для возмещения убытков, поскольку UniCredit S.p.A. не осуществляло никаких злоупотреблений в части формирования группы компаний. Судом неверно применены нормы о солидарной ответственности в отсутствие наличия доказательств совершения UniCredit S.p.A. конкретных неправомерных действий совместно с иными лицами, при этом материалы дела не содержат доказательств совершения всеми ответчиками, включая UniCredit S.p.A., некоего общего действия (бездействия), повлиявшего на возникновение на стороне истца предполагаемого вреда. Отмечает, что истец также не утратил доступ к правосудию в зарубежных юрисдикциях, что было проигнорировано судом.  

В апелляционной жалобы АО «ЮниКредит Банк» указывает, что солидарная ответственность в данном случае отсутствует, т.к. АО «ЮниКредит Банк» в спорных отношениях не участвовало, требований о выплатах в пользу истца не получало и не имело оснований для совершения таких выплат, не является контролирующим лицом по отношению к ответчику, не участвовало в определении корпоративной структуры группы ЮниКредит, в применении иностранных санкционных ограничений. Считает, что вывод суда об обязанности АО «ЮниКредит Банк» по «адаптации» отношений с истцом противоречит банковскому законодательству, банк как держатель средств клиентов не вправе нецелевым образом расходовать денежные средства, взыскание денежных средств с АО «ЮниКредит Банк» противоречит российскому контрсанкционному регулированию.  

До судебного разбирательства от истца поступил письменный отзыв на  

апелляционные жалобы, согласно которым истец полагает судебный акт законным и обоснованным, просит отказать в удовлетворении жалоб.  

Сторонами представлены дополнительные пояснения по существу спора, которые приобщены к материалам дела. Кроме того, ответчиком 2 заявлено  

о переходе суда к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, необходимости привлечения Центрального Банка России к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.  

В судебном заседании представители ответчиков доводы апелляционных жалоб поддержали, представители истца против удовлетворения апелляционных жалоб возражали.  

В судебном заседании 25.08.2025 объявлен перерыв, после перерыва судебное заседание продолжено, обеспечена явка представителей истца, ответчика 1 и ответчика 2, от ответчика 3 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства.  

В связи с рассмотрением судом вопроса о привлечении специалиста, обладающего познаниями в области иностранного права, представитель ответчика 1 представил кандидатуры специалиста, вопросы для специалиста, представители истца против привлечения специалиста возражали, представитель ответчика 2 заявление ответчиков 1 и 3 поддержал.  

Представитель ответчика 1 заявил ходатайство о привлечении специалиста обладающего познаниями в области иностранного права, представители истца и ответчика 2 поддержали свою позицию по данному вопросу, озвученную ранее.  

В соответствии с ч. 1 ст. 55.1 АПК РФ специалистом в арбитражном суде является лицо, обладающее необходимыми знаниями по соответствующей специальности, осуществляющее консультации по касающимся рассматриваемого дела вопросам.  

Как указано в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", специалист может быть привлечен в процесс как по ходатайству лиц, участвующих в деле, так и по инициативе арбитражного суда.  

В целях установления содержания норм иностранного права суд может обратиться в установленном порядке за содействием и разъяснением в компетентные органы или организации, привлечь специалиста либо эксперта (п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе"). При этом заключение о содержании норм иностранного права, подготовленное лицом, обладающим специальными познаниями в данной области, не является экспертным заключением по смыслу статей 55, 82, 83, 86 АПК РФ, и правила о назначении экспертизы не распространяются на подобного рода заключения о содержании норм иностранного права (п. 44  

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2017 N 23 "О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом").  

Принимая во внимание существо спора, представленные в материалы дела доказательства, позицию сторон, суд полагает возможным рассмотреть настоящее дело по имеющимся в нем доказательствам, привлечение специалиста признано не целесообразным, в удовлетворении ходатайства ответчика 1 судом отказано.  

Ходатайство ответчика 3 об отложении судебного разбирательства рассмотрено судом, отклонено, предусмотренных ст. 158 АПК РФ оснований для отложения не имеется, суд рассматривает дело в отсутствие явки представителя ответчика 3 в судебное заседание после перерыва.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направил, что в силу п. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, 02 октября 2021 г. между российским ПАО «Уралмашзавод» (покупатель) (далее - «истец» или «Уралмашзавод») и немецкой компанией Веркцоймашиненфабрик Вальдрих Кобург ГмбХ (поставщик) (далее - «поставщик» или «Вальдрих») был заключен договор поставки № 102-189-0107 (далее - «договор поставки»).  

В соответствии с условиями п.п. 1.1, 2.3 договора поставки Вальдрих как продавец по договору поставки принял на себя обязательства поставить Уралмашзаводу как покупателю поименованное в договоре оборудование и выполнить связанные с его монтажом и вводом в эксплуатацию работы, а Уралмашзавод - оплатить оборудование и работы в общем размере € 11 800 000,00, подавляющая часть суммы которой подлежала перечислению в виде авансов, а также посредством безотзывного аккредитива (п. п. 4.1.1-4.1.6 договора поставки).  

Согласно п.п. 3.1, 4.1.1 договора поставки оборудование должно было быть готово к отгрузке в течение 8 месяцев с даты оплаты Уралмашзаводом первого авансового платежа в общем размере € 3 363 000,00 (далее«Авансовый платеж»), который в свою очередь подлежал оплате после представления Вальдрих инвойса на сумму авансового платежа и безотзывной гарантии банка на возврат авансового платежа.  

Обязательства поставщика по возврату неотработанного аванса в случае нарушения Вальдрих своих обязательств по производству и поставке Оборудования обеспечивались банковскими гарантиями.  

В соответствии с условиями договора поставки (п. 4.1.1) первый  

авансовый платеж в сумме € 3 363 000,00 обеспечивался банковской гарантией сроком на 9 месяцев и условием о продлении срока действия на срок задержки Вальдрих сроков поставки. Такая гарантия должна быть направлена SWIFTсообщением через банк Уралмашзавода в течение 15 банковских дней с даты заключения договора поставки.  

19.10.2021 ЮниКредит Банк ГмбХ , являясь гарантом поставщика (далее«ответчик» или «Банк»), предоставил SWIFT-сообщением соответствующую банковскую гарантию № 28532020215141 на сумму авансового платежа в обеспечение исполнения обязательств Вальдрих по возврату Авансового платежа (далее - «банковская гарантия»).  

В соответствии с условиями банковской гарантии «ЮниКредит Банк АГ», настоящим открывает данную гарантию и в безотзывном порядке обязуемся выплатить вам любую сумму в размере, не превышающем 3 363 000,00 евро (прописью: три миллиона триста шестьдесят три тысячи 00/100 евро), включая проценты и издержки, по вашему первому письменному требованию (в виде оригинала письма), направляемому нам через ваш банк, который должен подтвердить, что ваши подписи являются подлинными и что ваше требование имеет для вас обязательную силу, с указанием, что [Вальдрих] не выполнил свои обязательства по поставке по вышеупомянутому контракту».  

25.10.2021 Вальдрих был выставлен инвойс от 25.10.2021 № 90029589 на оплату авансового платежа по договору поставки, в тексте которого была дополнительно подтверждена дата поставки оборудования по договору поставки: 8 месяцев с момента получения авансового платежа.  

Во исполнение своих обязательств по договору поставки 29.10.2021 Уралмашзавод перечислил в пользу Вальдрих сумму авансового платежа, что подтверждается выпиской по счету Уралмашзавода, мемориальными ордерами о покупке валюты от 29.10.2021, а также SWIFT-сообщениями о перечислении авансового платежа от 29.10.2021.  

 С учетом обозначенных выше условий п. 3.1 договора поставки и произведенной 29.10.2021 Уралмашзаводом оплаты авансового платежа оборудование должно было быть готово к отгрузке не позднее 29.06.2022, о чем Вальдрих должен был уведомить Уралмашзавод в срок не позднее 31.05.2022.  

Между тем, обязательства по договору поставки Вальдрих до настоящего момента не исполнены, оборудование в адрес Уралмашзавода не поставлено.  

В ответ на претензию Уралмашзавода от 26.08.2022 Вальдрих отказался от исполнения своих обязательств по договору поставки, сообщив Уралмашзаводу письмом от 05.09.2022 о «невозможности выполнения наших договорных обязательств в связи с форс-мажорными обстоятельствами». Отказ мотивирован решением от 01.09.2022, «которое мы прилагает в качестве приложения, компетентное Федеральное ведомство экономики и экспортного контроля (BAFA) запретило экспорт. Это является форс-мажорным обстоятельством в соответствии с п. 9.1 договора. Поэтому мы считаем ваше письмо от 26.08.2022 не действительным. Это в частности поскольку мы всегда  

информировали Вас о развитии событий (см. наше письмо от 20.07.2022).  

В обоснование соответствующей позиции Вальдрих сослался на письмо немецкого Федерального ведомства по экономике и экспортному контролю от 01.09.2022, которым было отказано в запрошенном, как следует из письма Вальдрих от 18.10.2021, разрешении на экспорт оборудования, в связи с санкционным режимом, установленным Регламентами Совета ЕС от 31.07.2014 № 833/2014, от 20.05.2021 № 2021/821 (Приложение № 11).  

Поскольку с 01.06.2022 Вальдрих находился и продолжает находиться в просрочке и не исполняет свои обязательства по договору поставки, истец обратился с требованием в адрес ответчика от 21.06.2022 об уплате €3 363 000,00 по банковской гарантии посредством SWIFT-сообщения от 23.06.2022 № MTLA00262GS/21B (далее -«требование платежа»).  

В ответ на обозначенное выше требование платежа Банк посредством SWIFT-сообщения от 08.07.2022 подтвердил получение требования платежа, однако исполнять свои обязательства по банковской гарантии отказался, указав, что «в настоящее время мы не можем произвести вам платеж, поскольку все еще проверяем, не нарушит ли наш платеж санкции ЕС».  

В связи с неисполнением Банком своих обязательств истец обратился с повторным требованием к ответчику от 23.08.2022 об исполнении обязательств по Банковской гарантии посредством SWIFT-сообщения от 25.08.2022 № MTLA00262GS/21B (далее при совместном упоминании с Требованием платежа -«Требования платежа»).  

Между тем, требования платежа так и не были исполнены Банком, и 26.09.2022 истец получил прямой отказ ответчика от исполнения своих обязательств по банковской гарантии, в котором ответчик указал следующее: «ЮниКредит БанкАГ» не будет совершать платеж по данной гарантии, т.к. в противном случае мы нарушим статью 2 пункт (2) Ъ) Регламента (ЕС) 833/2014», которая гласит, что «запрещается предоставлять финансирование или финансовую помощь, связанную с товарами и технологиями прямо или косвенно любому физическому или юридическому лицу, организации или органу в России или для использования в России» (подробнее - п. п. 43-45 ниже).  

Таким образом, на момент подачи настоящего иска Банк находится в просрочке перед Уралмашзаводом по платежу из банковской гарантии на сумму авансового платежа в размере € 3 363 000,00 и начисленные на нее проценты.  

Поскольку требования истца исполнены не были, истец обратился в суд с настоящим иском с требованием о взыскании с ответчиков солидарно денежных средств по банковской гарантии, а также процентов в связи с их неуплатой.  

Признавая требования обоснованными, суд исходил из доказанности ненадлежащего исполнения обязательств, обеспеченных банковской гарантией, соблюдения истцом условий предъявления банковской гарантии к  

исполнению, отсутствия оснований для применения ст. 333 ГК РФ и моратория. Солидарное удовлетворение требований обусловлено тем, что действия (бездействие) ответчиков соответствуют критериям совместности, следование санкциям является общей политикой Группы, которая осуществляет свою деятельность, в том числе через ответчика, а также свои дочерние подразделения (Банки) на территории Италии, Германии и России, которые рассматриваются Группой как ключевые рынки деятельности Группы, имеет единый центр принятия решений на уровне материнской компании ЮниКредит С.П.А., подразделения исполнительного комитета которой утверждают и контролируют исполнение общих для всей Группы правил и политик в отношении соблюдения иностранных санкций.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд установил следующее.  

В соответствии со ст. 248.1 АПК РФ если иное не установлено международным договором Российской Федерации или соглашением сторон, в соответствии с которыми рассмотрение споров с их участием отнесено к компетенции иностранных судов, международных коммерческих арбитражей, находящихся за пределами территории Российской Федерации, к исключительной компетенции арбитражных судов в Российской Федерации относятся дела: 1) по спорам с участием лиц, в отношении которых применяются меры ограничительного характера иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза; 2) по спорам одного российского или иностранного лица с другим российским или иностранным лицом, если основанием для таких споров являются ограничительные меры, введенные иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза в отношении граждан Российской Федерации и российских юридических лиц (ч. 1).  

Положения настоящей статьи применяются также в случае, если соглашение сторон, в соответствии с которым рассмотрение споров с их участием отнесено к компетенции иностранного суда и международного коммерческого арбитража, находящихся за пределами территории Российской Федерации, неисполнимо по причине применения в отношении одного из лиц, участвующих в споре, мер ограничительного характера иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза, создающих такому лицу препятствия в доступе к правосудию (ч. 4).  

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2021 N 309-ЭС21-6955(1-3), сам по себе факт введения в отношении  

российского лица, участвующего в споре в международном коммерческом арбитраже, находящемся за пределами территории Российской Федерации, мер ограничительного характера, предполагается достаточным для вывода об ограничении доступа лица к правосудию.  

Ответчики по настоящему делу включены в перечень иностранных государств и территорий, совершающих в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия (распоряжение Правительства РФ от 05.03.2022 N 430-р), неисполнение обязательств перед истцом обусловлено введением санкционного режима, установленного Регламентами Совета ЕС от 31.07.2014 № 833/2014, от 20.05.2021 № 2021/821, в связи с чем в целях признания исключительной компетенции арбитражных судов в Российской Федерации достаточно того, что истец выразил свое волеизъявление на разрешение спора в российском суде.  

В этой связи суд первой инстанции правомерно отклонил возражения ответчиков об отсутствии компетенции для разрешения возникшего спора.  

Требования истца о взыскании задолженности мотивированы ненадлежащим исполнением поставщиком обязательств, обеспеченных банковской гарантией, уклонения ответчика 1 от исполнения обязательств по банковской гарантии.  

Согласно п. 1 ст. 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.  

Предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них. Гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии (ст. 370 ГК РФ).  

Как указано в п. 1 ст. 376 ГК РФ, гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии. Гарант должен уведомить об этом бенефициара в срок, предусмотренный  

пунктом 2 статьи 375 настоящего Кодекса, указав причину отказа.  

В соответствии с п. 1 ст. 1186 ГК РФ право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется на основании международных договоров Российской Федерации, настоящего Кодекса, других законов (пункт 2 статьи 3) и обычаев, признаваемых в Российской Федерации. Особенности определения права, подлежащего применению международным коммерческим арбитражем, устанавливаются законом о международном коммерческом арбитраже.  

Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или другим законом, при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, где на момент заключения договора находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора (п. 1 ст. 1211 ГК РФ).  

При этом норма иностранного права, подлежащая применению в соответствии с правилами настоящего раздела, в исключительных случаях не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации с учетом характера отношений, осложненных иностранным элементом. В этом случае при необходимости применяется соответствующая норма российского права (ст. 1193 ГК РФ).  

 Оценив представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, учитывая положения гражданского законодательства ФРГ, в частности положения параграфов 241-242, 247, 276, 286, 288 Гражданского уложения Германии (ГГУ), согласно которым ответчик обязан исполнить свои обязательства перед истцом по банковской гарантии, что в полной мере соответствует аналогичным нормам российского законодательства, принимая во внимание действие санкционных положений Европейского союза на момент выдачи банковской гарантии, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявленный иск, отклонив возражения ответчика 1 о невозможности исполнения обязательств со ссылкой на Регламент Совета ЕС от 31.07.2014 № 833/2014.  

Вопреки позиции ответчика 1, обстоятельства исполнения истцом договора поставки № 102-189-0107 (путем перечисления в пользу Вальдрих суммы авансового платежа, что подтверждается выпиской по счету Уралмашзавода, мемориальными ордерами о покупке валюты от 29.10.2021, а также SWIFT-сообщениями о перечислении авансового платежа от 29.10.2021), обеспеченного гарантией ответчика 1, нарушения Вальдрих договора поставки (дата готовности оборудования к отгрузке не позднее 29.06.2022, дата уведомления об отгрузке - не позднее 31.05.2022), что является достаточным  

основанием для предъявления истцом требования гаранту о платеже, нашли подтверждение в материалах дела.  

Доводы ответчика 1 о злоупотреблении правом при выставлении требования о платеже отклоняются, т.к. на дату предъявления первого требования, поставщик уже находился в просрочке, действуя разумно и добросовестно, истец правомерно направил гаранту требование о платеже (ст. 10 ГК РФ)  

Доводы ответчика 1 о наличии объективных обстоятельств, препятствующих исполнению требования по гарантии в виду законодательного запрета, отклоняются, поскольку признание такого запрета правомерным будет противоречить основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации. Аналогичным образом суд оценивает доводы о невозможности исчисления процентов за период неисполнения обязательств гарантом. Наличие в применимом праве запрета на исполнение обязательств не может повлечь устранение или уменьшение ответственности гаранта, поскольку суд вправе определить допустимые пределы выбора применимого права в соглашениях сторон на основании российского права, такое применение закона, на котором настаивает ответчик 1, влечет нарушение публичного интереса, связанного с основами построения экономической, политической или правовой системы государства.  

Учитывая, что банковская гарантия исполняется по первому требованию, факт направления требования о платеже, которое соответствовало формальным требованиям (судом учтено заключение специалистов от 28.01.2025) спорным не является, требование о платеже гарантом не исполнено, следует признать правомерным по праву заявленный иск, при этом требование о взыскании процентов обусловлено неисполнением основного обязательства гарантом, признаваемым лицом, просрочившим исполнение обязательства.  

Согласно ст. 1218 ГК РФ основания взимания, порядок исчисления и размер процентов по денежным обязательствам определяются по праву страны, подлежащему применению к соответствующему обязательству.  

Как указано в ст. 1191 ГК РФ при применении иностранного права суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве (п. 1). В целях установления содержания норм иностранного права суд может обратиться в установленном порядке за содействием и разъяснением в Министерство юстиции Российской Федерации и иные компетентные органы или организации в Российской Федерации и за границей либо привлечь экспертов. Лица, участвующие в деле, могут представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм. По требованиям, связанным с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности, обязанность по предоставлению сведений  

о содержании норм иностранного права может быть возложена судом на стороны (п. 2).  

В § 286 ГГУ указано, что если должник не осуществит исполнение после напоминания кредитора, сделанного по наступлении срока исполнения, должник считается просрочившим исполнение с момента получения напоминания. К напоминанию приравнивается предъявление иска об исполнении, а также доставка судебного приказа об уплате просроченного долга в упрощенном порядке судопроизводства.  

Согласно § 187 ГГУ если начало течения срока определяется событием или моментом, который наступит в продолжение дня, то при исчислении срока день, на который приходится указанное событие или момент, не включается в срок.  

В силу положений § 288 ГГУ по денежному обязательству за время просрочки начисляются проценты. Годовая процентная ставка при просрочке на пять пунктов превышает базисную процентную ставку (п. 1). По сделкам, в которых потребитель не участвует, процентная ставка по требованиям об оплате превышает базисную процентную ставку на восемь пунктов (п. 2).  

Необходимо отметить, что вопрос применения п. 2 § 288 ГГУ был подробным образом исследован в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2025 по делу N А40-88584/2024. В частности указано, что повышенная процентная ставка применяется только в случае не выплаты вознаграждения по "коммерческим сделкам" между предпринимателями и компаниями, не являющимися потребителями (физические лица, заключающие сделки для своих личных нужд), которые ведут к поставке товаров или предоставлению услуг за вознаграждение согласно Директиве 2000/35/EC Европейского парламента и Совета от 29 июня 2000 года о борьбе с просрочкой платежей в коммерческих сделках. В соответствии с официальным толкованием данной нормы, изложенной в решениях Федерального суда Германии от 21.04.2010 N XII ZR 10/08, от 06.11.2013 - KZR 61/11, 20.07.2017 - III ZR 545/16, повышенная процентная ставка не применяется к сделкам связанным со страхованием, выплатой по гарантиям, а также обязательствам по возврату аванса.  

Проанализировав положения параграфов 187, 286, 288 ГГУ, представленное ответчиком 1 заключение специалистов от 28.01.2025, которое является доказательством по делу в силу ч. 2 ст. 64 АПК РФ, при этом обоснованность выводов специалистов не опровергнута, следует признать правильным контррасчет ответчика 1, в соответствии с которым за период с 26.08.2022 по 07.06.2024 подлежат взысканию проценты в размере 405 632,64 евро.  

То обстоятельство, что спорные правоотношения урегулированы нормами ГГУ, исключают применение норм российского права по вопросу порядка исчисления процентов, а также положений ст. 333 ГК РФ и российского законодательства о последствиях моратория на возбуждение дел  

о банкротстве (ст. 1218 ГК РФ). Выводы суда первой инстанции в указанной части являются верными.  

Удовлетворяя требование о солидарном взыскании задолженности, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

В силу положений ст.ст. 322, 323 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное. При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.  

Положения названной нормы не требуют прямого указания в договоре на то, что обязательства являются солидарными, солидарность обязательств двух лиц может вытекать и из иных обстоятельств дела.  

В частности солидарная ответственность предусмотрена в отношении лиц, совместно причинивших вред потерпевшему лицу (ст. 1080 ГК РФ).  

Суд первой инстанции верно указал, что ЮниКредит С.п.А. является материнской (холдинговой) компанией, которая единолично владеет 100 % долей в уставном капитале ответчика 1 и 100 % акций российского АО «ЮниКредит Банк» (ответчика 3), неисполнение обязательств вызвано следованиям санкциям в отношении российских лиц, в частности положений Регламента Совета ЕС от 31.07.2014 № 833/2014. Следование санкциям является общей политикой Группы, которая осуществляет свою деятельность, в том числе через ответчика 1, а также свои дочерние подразделения (Банки) на территории Италии, Германии и России, которые рассматриваются Группой как ключевые рынки деятельности Группы, имеет единый центр принятия решений на уровне материнской компании ЮниКредит С.П.А., подразделения исполнительного комитета которой утверждают и контролируют исполнение общих для всей Группы правил и политик в отношении соблюдения иностранных санкций.  

Согласно части 1 статьи 1 Федерального закона от 04.06.2018 N 127-ФЗ "О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия Соединенных Штатов Америки и иных иностранных государств" 

<

7> политические и экономические санкции в отношении Российской Федерации, ее граждан или российских юридических лиц отнесены к числу недружественных действий США и иных иностранных государств, представляющих угрозу территориальной целостности Российской Федерации и направленных на ее экономическую и политическую дестабилизацию.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении  

Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2025 N 305-ЭС24-12635, значимым в целях удовлетворения требования о солидарном взыскании является установление и оценка судом обстоятельств степени контроля, в том числе и по имущественному критерию; размер имущества; наличие и принадлежность поступающих денежных средств. Также следует разрешить вопрос о том, не является ли заявленное истцом требование требованием о применении механизма, предусмотренного статьей 77 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", об обращении взыскания по долгам должника на имущество, находящееся у третьих лиц, исходя из того, что правомерные владение и пользование третьими лицами имуществом должника не препятствуют разрешению вопроса об обращении на него взыскания (пункт 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства").  

В юридической литературе высказана позиция о том, что нормативное обоснование допустимости квалификации следования антироссийским санкциям в качестве деликта основывается на пункте 1 статьи 10 и пункте 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ. Первая норма закрепляет запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В пункте 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ установлено правило генерального деликта 

<

20> - вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Установление единого коммерческого предприятия предполагает в качестве последствия привлечение любого участника такого предприятия к ответственности за долги, понесенные при достижении общей для единого предприятия деловой цели. Если доктрина прокалывания корпоративной вуали допускает возможность переложить обязательства и ответственность компании на ее участников, то доктрина обратного прокалывания корпоративной вуали, наоборот, позволяет возложить обязательства/привлечь к ответственности корпорацию по обязательствам участника или признать за должником право в отношении формально не принадлежащего ему актива (доля (акции), недвижимое имущество и пр.) с целью последующего удовлетворения интересов кредиторов в отношении данного актива 

<

40>. Последствием обратного прокалывания корпоративной вуали является признание и установление бенефициарной собственности. Ответственность иностранного должника по своей правовой природе является деликтной, а российское общество с точки зрения доктринальных подходов может быть привлечено к ответственности на основании доктрины единого коммерческого предприятия и/или обратного прокалывания корпоративной вуали (ФИО8 статья «К  

вопросу о допустимости солидарной ответственности российских обществ, подконтрольных иностранным должникам, за следование антироссийским санкциям» ("Вестник арбитражной практики", 2025, N 1).  

В целях исследования указанных обстоятельств судом апелляционной инстанции затребованы дополнительные пояснения и доказательства, по результатам изучения которых установлено, что высшим органом управления ответчика 1 является общее собрание акционеров, общее руководство деятельностью банка осуществляет наблюдательный совет, который формируется по решению акционера банка. Наблюдательный совет определяет общие правила политики руководства банком, в том числе в соответствии с основными принципами управления Группы, приоритетные направления деятельности банка, назначает на должность председателя правления и других членов правления, выносит рекомендации по выплате и размеру дивидендов, политика вознаграждения также утверждена наблюдательным советом банка, который отвечает за контроль и реализацию групповой политики и локальных нормативных актов (разделы 27-28 Устава). В частности совет выполняет функции непрерывного и всестороннего контроля за деятельностью Банка; в случаях, предусмотренных действующим законодательством РФ, политиками и руководствами Группы ЮниКредит, а также Уставом Банка, Совет предварительно рассматривает вопросы, представляемые для утверждения Единственным акционером Банка и принимает решения или дает заключение по вопросам, находящимся в компетенции Совета в соответствии с положениями Устава Банка (п. 1.3 Положения).  

Учитывая, что ответчик 3 входит в одну группу компаний с ответчиком 1, является фактическим представителем группы компаний ЮниКредит в России и контролируется материнской компанией (ответчик 2), которая обеспечивает координацию и согласованность бизнеса внутри группы компаний и во всех странах присутствия, включая Россию, контроль единой имущественной массы внутри группы компаний, получение группой ЮниКредит выгоды от российского зависимого общества и от осуществляемого им бизнеса, следует признать правомерным привлечение ответчиков 2 и 3 к солидарной ответственности по обязательствам ответчика 1 в условиях следования ответчиков режиму антироссийских санкций.  

Аналогичным образом оценены судами доводы АО «ЮниКредит Банк» по вопросу его ответственности при разрешении дела № А56-74595/2023, принятого при схожих обстоятельствах. Суды пришли к выводу об обоснованности привлечения АО «ЮниКредит Банк» к солидарной ответственности в целях недопущения извлечения всей группой ЮниКредит необоснованной выгоды из своего недобросовестного поведения.  

Доводы ответчиком 2 о наличии оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, привлечения Центрального Банка России к участию в  

деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, отклоняются, поскольку судебный акт по делу N А40-167352/2023 принят Верховным Судом при иных фактических обстоятельствах, в настоящем споре возможность двойного взыскания отсутствует, судебный акт по настоящему делу не является принятым о правах и обязанностях Банка России как регулятора.  

При названных обстоятельствах решение Арбитражного суда Свердловской области от 11 апреля 2025 года подлежит изменению в части установления размера процентов (п. 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ).  

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Судебные расходы ответчика 1 на уплату государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы относятся на истца (ст. 110 АПК РФ).  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 11 апреля 2025 года по делу № А60-31025/2024 изменить в части установленного судом размера процентов. Изложить абзац 4 резолютивной части судебного акта в следующей редакции:  

«-405 632 (четыреста пять тысяч шестьсот тридцать два) евро и 64 евроцентов процентов, начисленных за период с 26.08.2022 по 07.06.2024 гг. на основании секций 247, 288 Германского гражданского уложения в связи с просрочкой выплаты долга по Банковской гарантии от 19.10.2021 года № 28532020215141,».  

В остальной части судебный акт оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Взыскать с ПАО «Уральский завод тяжелого машиностроения» в пользу ЮниКредит Банк ГмбХ (UniCredit Bank GmbH) судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размер 30 000 руб.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий М.А. Полякова Судьи С.В. Коньшина В.В. Семенов  

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 07.08.2025 7:34:42 

Кому выдана Коньшина Светлана Викторовна