ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

29.06.2021

Дело № А41-43465/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 22.06.2021

Полный текст постановления изготовлен  29.06.2021

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Холодковой Ю.Е.,

судей Зеньковой Е.Л., Мысака Н.Я., 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «РФК-Центр» – ФИО1, доверенность от 27.10.2020;

от ФИО2 – ФИО3, доверенность от 15.08.2028;

от ФИО4 – ФИО3, доверенность от 03.09.2018;

от АО «БМ-Банк» - ФИО5, доверенность от 24.12.2020;

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы 

ФИО4, ФИО2

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2021

об отмене определения Арбитражного суда Московской области от 15.01.2021 в части; о признании требования ФИО4 в размере 198 161 732,10 рублей подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «РФК-Центр»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.07.16 по делу N А41-43465/16 заявление ПАО «БМ-Банк» о признании общества с ограниченной ответственностью «РФК-Центр» (далее - ООО «РФК-Центр», должник) несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением Арбитражного суда Московской области от 16.10.2017 ООО «РФК-Центр» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 28.10.2017 N 202.

Определением суда от 27.11.2019 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «РФК-Центр». Определением суда от 23.12.2019 конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «РФКЦентр» утвержден ФИО7

ФИО4 обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «РФК-Центр» задолженности в размере 198 161 732,10 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.01.2021 заявление ФИО4 в размере 198 161 732,10 руб. признано обоснованным, подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «РФК-Центр» ФИО7 и АО «БМ-Банк» обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2021 определение Арбитражного суда Московской области от 15.01.2021 отменено в части.

Требование ФИО4 в размере 198 161 732,10 рублей признано подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В остальной части определение Арбитражного суда Московской области от 15.01.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом суда апелляционной инстанции ФИО4 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе определение суда первой инстанции.

Кроме того, поступила кассационная жалоба ФИО2, в порядке ст. 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в которой ФИО2 просит отменить постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе определение суда первой инстанции.

В качестве обоснования права на кассационное обжалование, ФИО2 указывает, что в постановлении суда апелляционной инстанции содержатся выводы, касающиеся прав и обязанностей ФИО2, без привлечения его к участию в деле. В рамках настоящего спора, ФИО2 оспаривает наличие у него статуса контролирующего должника лица.

В качестве оснований для отмены судебного акта суда апелляционной инстанции, ФИО4 указывает на нарушение норм процессуального права, на неправильное применение норм материального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам.

Заявитель кассационной жалобы считает ошибочными выводы о наличии признаков неплатежеспособности, как следствие – ошибочными выводы о компенсационном характере финансирования должника.

Судом не учтено заключение судебной финансово-экономической экспертизы.

Кроме того, в период наступления сроков возврата займа у ФИО4 отсутствовал статус контролирующего должника лица, который он утратил 31.12.2014, тем самым, несвоевременное истребование сумм займа не может рассматриваться в качестве компенсационного финансирования, а п. 3.2 Обзора к рассматриваемым требованиям ФИО4 неприменим.

ФИО4 являлся контролирующим должника лицом в период с 01.11.2013 по 31.12.2014 исключительно как генеральный директор управляющей компании, вывод суда апелляционной инстанции о корпоративном характере заявленного требования, не соответствует обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, что было показано выше.

Судом в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела отзыв конкурсного управляющего ООО «РФК-Центр» на кассационную жалобу, которым конкурсный управляющий возражает против удовлетворения кассационной жалобы ФИО4, отзыв АО «БМ-Банк» на кассационную жалобу ФИО2, которым банк возражает против удовлетворения кассационной жалобы ФИО2, отзыв АО «БМ-Банк» на кассационную жалобу ФИО4, которым банк возражает против удовлетворения кассационной жалобы ФИО4.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО4  поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель конкурсного управляющего ООО «РФК-Центр» возражал против удовлетворения жалобы, просил оставить постановление суда апелляционной инстанции в обжалуемой части без изменения.

Представитель АО «БМ-Банк» возражал против удовлетворения жалоб ФИО4 и ФИО2, просил оставить постановление суда апелляционной инстанции в обжалуемой части без изменения.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В отношении кассационной жалобы ФИО2 судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для прекращения производства по указанной кассационной жалобе, исходя из следующего.

В части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закреплено право заинтересованных лиц обращаться в арбитражный суд для защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся лица, о правах и обязанностях которых принят судебный акт, то есть данный судебный акт непосредственно затрагивает права и обязанности таких лиц, в том числе создает препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Согласно статье 40 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицами, участвующими в деле, являются: стороны; заявители и заинтересованные лица - по делам особого производства, по делам о несостоятельности (банкротстве) и в иных предусмотренных настоящим Кодексом случаях; третьи лица; прокурор, государственные органы, органы местного самоуправления, иные органы и организации, граждане, обратившиеся в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данным Кодексом.

В соответствии со статьей 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным названным Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

Таким образом, для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы судебные акты были приняты непосредственно о правах и обязанностях таких лиц.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 6 Постановления от 26.05.2011 № 10-П, по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 18, 46, 55 (часть 3) и 118 Конституции Российской Федерации, обязывающих Российскую Федерацию как правовое государство к созданию эффективной системы защиты конституционных прав и свобод посредством правосудия, неотъемлемым элементом нормативного содержания права на судебную защиту, имеющего универсальный характер, является право заинтересованных лиц, в том числе не привлеченных к участию в деле, на обращение в суд за защитой своих прав, нарушенных неправосудным судебным решением. Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил конкретные правовые механизмы обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле.

Наличие у лица заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебного акта.

Таким образом, для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы оспариваемые судебные акты не просто затрагивали права и обязанности этих лиц, а были приняты непосредственно о правах и обязанностях этих лиц.

Оспариваемый судебный акт в настоящем обособленном споре не содержат какие-либо выводы о правах и обязанностях ФИО2 При этом установление судом фактов аффилированности непосредственно кредитора и должника, вхождения их в одну группу не свидетельствует о том, что о правах или обязанностях ФИО2 принят судебный акт.

Таким образом, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО2 является лицом, имеющим право на обжалование принятого судебного акта, предусмотренным Законом о банкротстве, а постановление от 07.04.2021 года не принято о его правах и обязанностях, с учетом характера спора о включении ФИО4 в реестр требований должника, суд округа приходит к выводу о наличии оснований для прекращения производства по кассационной жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обсудив доводы кассационной жалобы ФИО4, заслушав представителей ФИО4, конкурсного управляющего ООО «РФК-Центр», АО «БМ-Банк», участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, между должником ООО «РФК-Центр» и ФИО4 08.10.2014, 21.10.2014, 23.10.2014, 27.10.2014, 06.11.2014, 02.12.2014, 11.12.2014, 17.12.2014, 29.12.2014, 30.12.2014 заключены договоры займа N 141008, 21/10, 37/14, 27/10, б/н, 11/12-14, 17/12-14, 29/12-14, 141230 (далее - «Договоры займа»).

По договорам займа ФИО4 в период с 08.10.2014 по 01.06.2015 выдал должнику денежные средства в совокупном размере 229 232 693 руб., что подтверждается платежными поручениями и не оспаривается должником, а также подтверждается банковскими выписками должника. Займы выдавались на возвратной основе, в займах указывался срок для их возврата, устанавливалась процентная ставка за пользование денежными средствами (15%, 15,3% и др.).

Срок возврата всех займов наступил в период с 31.12.2015 по 31.12.2016 в соответствии с условиями договоров займов.

Должник возвратил ФИО4 денежные средства по Договорам займа на общую сумму в размере 31 070 960,90 руб. Основную сумму долга в размере 198 161 732,10 руб. по Договорам займа N б/н, 11/12-14, 17/12-14, 29/12-14, 141230 от 06.11.2014, 02.12.2014, 11.12.2014, 17.12.2014, 29.12.2014, 30.12.2014 должник кредитору не вернул. Кредитор долг Должнику не прощал.

Имеющиеся у конкурсного управляющего расходные кассовые ордера № 141, 144, в качестве доказательства получения ФИО4 денежных средств из кассы Должника на общую сумму 5 197 184 руб. ФИО4 не подписывал, денежные средства из кассы должника не получал. Соответственно, подписанные иным лицом с подражанием подписи ФИО4 расходные кассовые ордера являются недопустимыми сфальсифицированными доказательствами. Указанные обстоятельства явились основанием для обращения ФИО4 в суд с настоящим заявлением.

Признавая требование ФИО4 в размере 198 161 732,10 руб. обоснованным, подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из того, что факт возврата ФИО4 денежных средств на общую сумму 5 197 184 руб. не доказан, что подтверждено проведенной в рамках настоящего обособленного спора судебной технико-криминалистической и почерковедческой экспертизой, суд пришел к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства корпоративного характера займов, их притворности и необходимости их переквалификации в отношения по увеличению уставного капитала.

Также, суд указал, что конкурсный управляющий и конкурсный кредитор АО «БМ-Банк» не доказали, что на момент предоставления денежных средств по договорам займа должник находился в состоянии имущественного кризиса.

Вместе с этим, поскольку требование ФИО4 было предъявлено по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, суд признал требование кредитора подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр, применительно к п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции в части, пришел к выводу о корпоративном характере заявленного требования, нахождении должника в условиях имущественного кризиса, в связи с чем, применил правила о понижении подобных требований после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, как это разъяснено в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020).

Судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции по доводам кассационной жалобы.

Согласно статьям 71, 100 Закона о банкротстве требования кредиторов вне зависимости от того, заявлены по ним возражения или нет, могут быть включены в реестр требований кредиторов только на основании определения суда после проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Согласно разъяснениям высшей судебной инстанции, изложенным в подпункте 3.1 пункта 3 Обзора, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника.

Вместе с тем, внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 3 Обзора требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

К видам возможного финансирования должника контролирующим лицом данным Обзором отнесены: финансирование, оформленное договором займа, финансирование, осуществляемое путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности, финансирование, оформленное договором купли-продажи, подряда, аренды и т.д.

Как разъяснено в пункте 3.1 упомянутого Обзора, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

В пункте 4 названного Обзора указано, что очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Оценив представленные сторонами документы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об аффилированости кредитора с должником.

Из постановления следует, что ФИО4 в период недостатка у должника ликвидности предоставил должнику 232 091 731 рублей по договорам займа без какого-либо обеспечения; не предъявил требование к должнику ни в процедуре наблюдения, ни в двухмесячный срок после признания должника банкротом; занимал должность генерального директора управляющей компании, соответственно, обладал фактической возможностью давать обязательные для исполнения указания; входил в состав совета директоров управляющей компании ООО "РФК-Центр", которая осуществляла функции исполнительного органа в каждой из группы компаний РФК, в которую входил должник. Одним из решений, принятых ФИО4 в качестве члена совета директоров управляющей компании ООО "РФК-Центр" было решение о капитализации инвестиционных займов в группу компаний РФК, управляемых управляющей компанией.

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что согласно служебной записке Нижегородского филиала АО "БМ-Банк" N 81-049-1/316 от 08.11.2013 о легитимности перевода в добавочный капитал ООО "Гласс-продакт" имущественных прав по договорам займов, полученных от Докрамус Инвестментс Лтд: 26.03.2013 единственным участником Общества - Митоидея Технолоджис Лтд. с целью увеличения чистых активов Общества принято решение N 130326 от 26.03.2013 о внесении в срок до 31.05.2013 имущественных прав к Обществу в размере 371 415 000 рублей в добавочный капитал Общества. В ЮС также представлены договоры уступки от 16.04.2013, заключенные между Докрамус Инвестментс Лтд (цедент по договору) и Митоидея Технолоджис Лтд (цессионарий по договору), в соответствии с которыми цедент абсолютно и безотзывно принимает все права и обязанности цедента по договорам займа, по которым ранее цедент предоставил обществу займы на общую сумму 371 415 000 рублей. В предоставленном решении единственного участника общества от 17.04.2013 также указано о намерении пополнить добавочный капитал общества за счет имущественных прав в срок до 31.05.2013.

Согласно данным реестра Кипра участниками DOCRAMUS INVESTMENTS LTD являются: 1) с 24.04.2018 ANDREY DEMENTIEV (Michurinskiy prospect, 29, Flat 157, Moscow 119607) и ANDREY REUS (Filippovskiy per., 8 BLD 1, Flat 7, Moscow); 2) с 05.12.2014 по 24.04.2018 - ONDERLANE LIMITED, British Virgin Islands; 3) с 16.05.2011 по 05.12.2014 - ZARENIO INVESTMENTS LTD, British Virgin Islands.

В связи с чем, пришел к выводу, что ФИО4 с 24.04.2018 прямо раскрыт в числе бенефициаров одной из оффшорных компаний, которая выдавала займы в пользу российских обществ, которые управлялись управляющей компанией ООО "РФК-Центр", что согласуется с протоколом заседания совета директоров управляющей компании ООО "РФК-Центр" от 14.02.2013 о выработке схемы капитализации инвестиционных займов в капитал российских обществ.

При этом, судом апелляционной инстанции, со ссылкой на выводы, изложенные в Постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 03 июля 2019 года, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26 сентября 2019 года, сделаны выводы о нахождении должника в условиях имущественного кризиса в период выдачи займов.

 Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3.4 указанного Обзора судебной практики от 29.01.2020 бремя доказывания обратного лежит на заявителе. Не устраненные аффилированным лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Кроме того, выводы суда о заключении договоров займа с аффилированным лицом в период имущественного кризиса должника сделаны по результатам комплексного исследования совокупности представленных в материалы дела доказательств.

Довод ФИО4 о несогласии с выводом суда о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса, проверен и подлежит отклонению.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) по делу N А40-177466/2013, не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Довод заявителя кассационной жалобы о неполной оценке доказательств, подлежит отклонению, поскольку то обстоятельство, что в судебном акте не указаны какие-либо конкретные доказательства либо доводы не свидетельствует о том, что данные доказательства или доводы судом не были исследованы и оценены.

При том, что оценка какого-либо доказательства, сделанная судом не в пользу стороны, представившей эти доказательства, не свидетельствует об отсутствии как таковой оценки доказательства со стороны суда.

Таким образом, вывод суда о том, что требования ФИО4 подлежат удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, являются правильными, основанными на фактических обстоятельствах дела и представленных доказательствах, нормы материального права применены судами правильно.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств дела.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами суда и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы ФИО4 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции, судом кассационной инстанции не установлено.

руководствуясь статьями 150, 151, 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Производство по кассационной жалобе ФИО2 прекратить.

Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2021 по делу № А41-43465/2016 – оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО4  – оставить без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЮ.Е. Холодкова 

Судьи:Е.Л. Зенькова

 

Н.Я. Мысак