РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-169537/24-12-1272

г. Москва

15 апреля 2025 года.

Резолютивная часть решения объявлена 08 апреля 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 15 апреля 2025 года

Арбитражный суд в составе:

Председательствующего судьи Чадова А.С.

протокол судебного заседания составлен помощником судьи Кузнецовой Н.А.

рассмотрел в судебном разбирательстве дело по заявлению: 

ООО «Альтер Би Элемент» (ОГРН 

<

***>)

к ответчикам: 1) ФИО1 (ИНН 

<

***>), 2) ООО «ОЙЛРИВЕРЗ»

3-е лицо: ООО «СпринтЛабс»

о защите прав на товарный знак и взыскании компенсации в размере 100.000 рублей, 

в заседании приняли участие: согласно протоколу. 

УСТАНОВИЛ:

С учетом уточнения заявленных требований ООО «Альтер Би Элемент» (далее – истец, правообладатель) обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО1 и ООО «ОЙЛРИВЕРЗ» (далее - ответчик) о защите прав на товарный знак и взыскании компенсации в размере 3.100.000 рублей.

Иск основан на ст.ст. 12, 14, 1229, 1260, 1272, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивирован тем, что ответчики незаконно используют товарный знак, правообладателем которого является истец.

Истец представителей в судебное заседание не направил.

Представитель ответчиков против удовлетворения требований возражал.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив в совокупности представленные доказательства, суд посчитал требования заявителя подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака по свидетельству № 1004011 с датой приоритета 29.10.2022.

Истцу стало известно, что ответчики осуществляли пользование обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком в доменном имени alter-b.ru и на одноименном сайте. Обозначения, размещенные на товарах, вывесках, сайте, рекламных материалах ответчиков сходны с товарным знаком истца по фонетическому, графическому и семантическому признакам.

Данные обстоятельства подтверждаются фиксацией Интернет-ресурсов.

На основании изложенного истец обратился в суд с требованиями о признании действий ответчиков незаконными, запрете использования обозначений, а также о взыскании компенсации в общей сумме 3.100.000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Согласно ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В своём исковом заявлении истец просит признать действия ответчиков по использованию товарного знака незаконными, нарушающими права на товарный знак, а также запретить незаконное использование товарных знаков.

Факт незаконного использования обозначений, сходных до степени смешения с товарным знаком истца, подтверждается представленными в дело доказательствами. 

Исходя из смысла ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, для установления факта незаконного использования товарного знака необходимо установить наличие сходства до степени смешения используемого ответчиками обозначения с зарегистрированным товарным знаком заявителя и установить однородность товаров, в отношении которых применяется соответствующее обозначение третьего лица и товарный знак заявителя.

Однородность признается по факту, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Согласно п. 42 Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

Сравниваемые словесные обозначения являются сходными до степени смешения по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

При этом отличия только в шрифте, его размере не влияют на оценку обозначения как сходного до степени смешения. Указанная правовая позиция нашла отражение в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.04.2012 N 16577/11.

Согласно ч. 1 ст. 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации, интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Как отмечено в пункте 156 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» способы использования товарного знака, входящие в состав исключительного права в силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1484 ГК РФ, не ограничиваются лишь изготовлением товаров с размещением на них этого товарного знака.

На основании ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном Гражданским кодексом Российской Федерации, требования:

о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

об изъятии материального носителя в соответствии с п. 4 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю.

Доводы ответчиков, изложенные в отзыве, не исключают факта нарушения, поскольку доказательства получения разрешения правообладателя не представлены.

Кроме того, решением по делу № СИП-1041/2024 было установлено следующее.

Товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 1004011, зарегистрирован 04.03.2024 с датой приоритета от 29.12.2022, установленной по дате подачи заявки № 2022796964 в отношении товаров 4-го класса «антрацит; бензин; биотопливо; брикеты из древесины; брикеты топливные; вазелин технический для промышленных целей; газ для освещения; газ нефтяной; газ топливный; газолин [топливо]; газы генераторные; газы отвержденные [топливо]; горючее; графит смазочный; добавки нехимические для моторного топлива; дрова; жидкости смазочно-охлаждающие; жиры твердые; жиры технические; керосин; ланолин; ланолин для производства косметики; лигроин; мазут; масла горючие; масла для консервации кожи; масла для красок; масла для облегчения выемки из форм [строительство]; масла для освещения; масла для предохранения каменной или кирпичной кладки; масла для тканей; масла смазочные; масла технические; масла увлажняющие; масло для зубчатых передач; масло из каменноугольной смолы; масло каменноугольное; масло касторовое техническое; масло костяное для промышленных целей; масло моторное; масло подсолнечное для промышленных целей; масло сурепное для промышленных целей; материалы смазочные; нафта; нефть, в том числе переработанная; ночники [свечи]; олеин; парафин; препараты для удаления пыли; препараты из соевого масла для обработки кухонной посуды с целью предотвращения пригорания; препараты, препятствующие проскальзыванию ремней; пыль угольная [топливо]; растопка; смазки для оружия консистентные; смазки консистентные; смазки консистентные для ремней; смеси горючие карбюрированные; составы для поглощения пыли; составы связующие для подметания; составы связующие для пыли; спирт [топливо]; спирт этиловый метилированный; стеарин; топливо бензольное; топливо дизельное; топливо для освещения; топливо ксилольное; топливо минеральное; топливо моторное; топливо на основе спирта; торф [топливо]; торф брикетированный [топливо]; трут; уголь бурый; уголь для кальяна; уголь древесный [топливо]; уголь каменный; уголь каменный брикетированный; фитили для ламп; фитили для свечей; церезин; щепа древесная для использования в качестве топлива; щепа древесная для копчения и ароматизации пищевых продуктов; энергия электрическая; этанол [топливо]; эфир петролейный» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (МКТУ).

Суд отказал в удовлетворении требований ФИО1, заявленные в рамках вышеуказанного дела, придя к следующему выводу: «проанализировав и исследовав в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вышеуказанные доказательства, судебная коллегия не усматривает, что истец представил доказательства, с достаточной очевидностью свидетельствующие о совершении ответчиком умышленных недобросовестных действий, направленных на причинение ему вреда в отсутствие иных, добросовестных целей, либо целенаправленных действий по обходу установленных правил признания действия исключительного права.

Судебная коллегия отмечает, что при рассмотрении вопроса о квалификации действий правообладателя при регистрации товарного знака суд обязан установить, имелись ли на дату подачи заявки на регистрацию этого товарного знака конкурентные отношения, использовалось ли это обозначение в том виде, как оно было заявлено к регистрации, иными лицами, приобрело ли оно широкую известность, а также обладает ли это обозначение способностью вызывать ассоциации у потребителей с определенным производителем, имели ли действия по регистрации оспариваемого товарного знака со стороны правообладателя основной целью причинение вреда другим лицам.

Установление обстоятельств последующего поведения правообладателя после предоставления правовой охраны товарному знаку имеет существенное значение для рассмотрения судом вопроса о том, является ли регистрация обозначения в качестве товарного знака добросовестной.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 19.03.2018 по делу № СИП-22/2017, от 29.06.2018 по делу № СИП-579/2017, от 01.11.2019 по делу № СИП-580/2017.

Как следует из материалов дела заявка на регистрацию спорного товарного знака направлена в Роспатент 29.12.2022.

Следовательно, представленные истцом доказательства должны подтверждать наличие вышеперечисленных обстоятельств в их совокупности на указанную дату.

Между тем проанализировав вышеперечисленные доказательства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что они не могут в полной мере подтверждать, подлежащие доказыванию обстоятельства, в том числе наличие между сторонами конкурентных отношений.

Так, в материалы настоящего дела не представлены сведения и доказательства того, что истец осуществляет или осуществлял на дату приоритета спорного товарного знака какую-либо хозяйственную деятельность, направленную на получение прибыли, в качестве индивидуального предпринимателя или самозанятого.

Истец не представил доказательств, свидетельствующих о вводе в гражданский оборот продукции, маркированной спорным обозначением и однородной товарам 4-го класса МКТУ, в отношении которых зарегистрирован спорный товарный знак.

Таким образом, истец не представил доказательств, свидетельствующих о том, что он является хозяйствующим субъектом, и как следствие, наличие между ним и ответчиком конкурентных отношений.»

Кроме того, в рамках вышеуказанного дела истцу по настоящему делу стало известно, что обозначение используется ООО «ОИЛРИВЕРЗ», поскольку последний заявлял об аффилированности с ФИО1, а равно как и ведении предпринимательской деятельности со спорным обозначением.

Ответчики по настоящему делу фактически не отрицали использование ими соответствующего обозначения, однако доказательств правомерности такого использования не представили.

В связи с изложенным, суд полагает, что имеются основания для признания действий ответчиков по использованию обозначений сходных до степени смешения с товарным знаком государственная регистрация № 1004011 (дата приоритета: 29.12.2022) незаконными, нарушающими исключительные права истца.

Наряду с изложенным, подлежат отклонению требования истца о запрете ответчиком использования обозначений, поскольку данные требования заявлены абстрактно, а общий запрет на использования сходных до степени смешения обозначений содержится в законе.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 57 постановления Пленума N 10, требование об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать средство индивидуализации не подлежит удовлетворению.

Истец заявляет о взыскании компенсации в твердой сумме 3.100.000 рублей на основании пп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, где 100.000 рублей заявлено к ФИО1, а 3.000.000 к ООО «ОЙЛРИЕРЗ».

Судом установлены основания для снижения суммы компенсации.

Согласно положениям пункта 3 статьи 1252 Кодекса, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При снижении размера компенсации суд принял во внимание добровольное прекращение ответчиком использования результатов интеллектуальной собственности истца, а также учел стоимость реализуемых товаров, которая существенно ниже размера заявленной компенсации.

Предоставленная суду возможность снизить размер компенсации в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть по существу, на реализацию требований части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Степень соразмерности заявленной истцом компенсации последствиям нарушения исключительного права является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела. Целью компенсации является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, восстановления имущественного положения пострадавшей стороны, а не наказания ответчика.

Таким образом, исходя из вышеуказанных обстоятельств, доводов ответчиков в отношении оснований для снижения компенсации, суд полагает, что разумным и соразмерным будет снизить компенсацию до суммы 200.000 рублей, по 100.000 рублей с каждого ответчика.

Согласно требованиям ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Судебные расходы и государственная пошлина распределяются в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное и на основании ст.ст. 12, 14, 1229, 1263, 1270, 1273, 1274, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также руководствуясь ст.ст. 4, 65, 67, 68, 71, 76, 110, 123, 156, 167-171, 176-177, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать действия ФИО1 по использованию обозначений сходных до степени смешения с товарным знаком государственная регистрация № 1004011 (дата приоритета: 29.12.2022) незаконными, нарушающими исключительные права истца.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Альтер Би Элемент» (ОГРН 

<

***>) компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 100.000 (сто тысяч) руб. и расходы на оплату государственной пошлины в размере 8.000 (восемь тысяч) руб.

Признать действия ООО «ОЙЛРИВЕРЗ» по использованию обозначений сходных до степени смешения с товарным знаком государственная регистрация № 1004011 (дата приоритета: 29.12.2022) незаконными, нарушающими исключительные права истца.

Взыскать с ООО «ОЙЛРИВЕРЗ» в пользу ООО «Альтер Би Элемент» (ОГРН 

<

***>) компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 100.000 (сто тысяч) руб. и расходы на оплату государственной пошлины в размере 8.000 (восемь тысяч) руб.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный апелляционный суд в течении одного месяца со даты его принятия. 

Судья: А.С.Чадов