СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки 24.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А45-2034/2024

город Томск

27 июня 2024 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе судьи Павлюк Т.В., рассмотрев апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (№ 07АП-2807/24), на решение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.05.2024 по делу № А45-2034/2024 (судья Надежкина О.Б.) по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>), г. Нижний Новгород к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>), Новосибирский р-н., с. Криводановка о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 540573, 842785 в размере 20 000 рублей, на объект авторских прав «Мягкая игрушка кот Басик»; - произведение изобразительного искусства «Мордочка Басика» в размере 20 000 рублей, расходов на фиксацию правонарушения в размере 8 000 рублей, почтовых расходов в размере 118 рублей, стоимости вещественного доказательства в размере 890 рублей, 

без участия сторон,

У С Т А Н О В И Л:

индивидуальный предприниматель Юсупов Рафис Ринатович (далее по тексту – истец, ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее по тексту – ответчик, ИП ФИО3) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 540573, 842785 в размере 20 000 рублей, на объект авторских прав «Мягкая игрушка кот Басик»; - произведение изобразительного искусства «Мордочка Басика» в размере 20 000 рублей, расходов на фиксацию правонарушения в размере 8 000 рублей, почтовых расходов в размере 118 рублей, стоимости вещественного доказательства в размере 890 рублей (с учетом уточнения заявленных требований л.д 20).

  Настоящее дело в соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрено в порядке упрощенного производства.

  Решением суда от 13.05.2024 с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>) взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 540573, 842785 в размере 20 000 рублей (по 10 000 рублей за каждый), на объект авторских прав «Мягкая игрушка кот Басик»; произведение изобразительного искусства «Мордочка Басика» в размере 20 000 рублей (по 10 000 рублей за каждый), расходы на фиксацию правонарушения в размере 8 000 рублей, почтовые расходы в размере 118 рублей, стоимость вещественного доказательства в размере 890 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей.

  Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить. Ответчик полагает, что характер действий истца, направленных на защиту нарушенного права, которые по сути пресекательный характер не носили, и осуществлялись фактически с целью сбора доказательств для обращения в суд за соответствующей компенсацией.

  Истец в отзыве, представленном в суд в порядке статьи 262 АПК РФ, доводы жалобы отклонил, просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

  Судом апелляционной инстанции исследованы вещественные доказательства (мягкая игрушка), просмотрен диск с видеозаписью закупки товара. Вещественные доказательства возвращены в материалы дела.

Проверив материалы дела в порядке статьи 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, изучив вещественные доказательства, в том числе видеозапись, приобщенные к материалам дела, суд апелляционной инстанции считает решение не подлежащим отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 21.11.2022 был установлен и задокументирован факт незаконного использования вышеуказанных объектов интеллектуальной собственности от имени ИП ФИО1 в торговой точке, расположенной по адресу: Новосибирск ул. Столетова 2/1, м-н "Лёвушка", посредством предложения и реализации товара - мягкой игрушки, выполненной с использованием объектов интеллектуальной собственности, исключительные права на которые принадлежат ИП ФИО2, а именно: - объект авторских прав «Мягкая игрушка кот Басик»; - произведение изобразительного искусства «Мордочка Басика».

Факт незаконного использования указанных объектов интеллектуальной собственности подтверждается кассовым чеком от 21.11.2022, а также спорным товаром и видеосъёмкой, совершённой в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьями 12 и 14 ГК РФ. 

Истец не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца. В виде компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 540573, 842785 в размере 20 000 рублей, на объект авторских прав «Мягкая игрушка кот Басик»; на произведение изобразительного искусства «Мордочка Басика» в размере 20 000 рублей. 

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав истцом в порядке досудебного урегулирования спора ответчику была направлена претензия, которая была оставлена ответчиком без удовлетворения.  Неисполнение ответчиком претензионных требований истца послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском. Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из их обоснованности. Рассмотрев материалы дела повторно, суд апелляционной инстанции считает выводы суда обоснованными, апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.  Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в частности литературные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, относятся к объектам авторских прав. Производные произведения, представляющие переработку другого произведения, также в силу части 2 статьи 1259 ГК РФ относятся к объектам авторских прав.  Применительно к положениям пункта 2 статьи 1270 ГК РФ незаконное использование произведения (его части) может выражаться, в частности, в безосновательном (т.е. без согласия правообладателя) воспроизведении произведения, его переработке, а также распространении произведения (его части) путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляра.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании. Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", а также положениями статьи 494 ГК РФ использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

В силу статьи 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 ГК РФ), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

С учетом вышеприведенных норм права, а также части 2 статьи 65 АПК РФ, по иску о защите исключительных прав на товарный знак подлежат установлению, в частности, обстоятельства использования ответчиком товарного знака истца или обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован принадлежащий истцу товарный знак.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление № 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Согласно материалам дела, 17.01.2020 был заключен договор совместного владения исключительным правом на дизайн кота Басика (далее – договор) между ИП ФИО4 и ИП ФИО2, согласно которому ИП ФИО4 передает ИП ФИО2 в совместное владение исключительное право на дизайн кота Басика, а также произведения, созданные путем переработки кота Басика (в том числе рисованные изображения кота Басика) за оговоренное сторонами вознаграждение (пункт 2.1), при этом перечень передаваемых объектов содержится в приложении 1 к договору. 

В соответствии с пунктом 2.2 договора с момента его заключения исключительное право на дизайн кота Басика, а также произведения, созданные путем переработки кота Басика (в том числе рисованные изображения кота Басика), принадлежат ИП ФИО4 и ФИО2 совместно. 

В приложении 1 к договору содержатся передаваемые объекты, в том числе дизайн кота Басика (произведение «Мягкая игрушка британский вислоухий кот Басик»), дизайн игрушки котенок Басик, рисованные изображения кота Басика. В дополнении 1 к приложению 1 к договору также содержатся изображения мини Басик (серия дизайнов игрушки и логотипа под общим названием «Мини Басик» и серия дизайнов брелока под общим названием «Мини Басик») и мини Ли-ли (серия дизайнов игрушки и логотипа под общим названием «Мини Ли-Ли» и серия дизайнов брелока под общим названием «Мини Ли-Ли»). 

Также 30.09.2021 был подписан договор об отчуждении исключительного права на произведение изобразительного искусства (далее – договор об отчуждении исключительного права) между ООО «МПП» в лице генерального директора Бахарева А.В., ИП ФИО2 и ИП ФИО4, согласно которому ООО «МПП» передало в полном объеме принадлежащее ему исключительное право на произведение изобразительного искусства под названием «Мордочка Басика» приобретателям: ИП ФИО2 и ИП ФИО4 (пункт 1). 

В соответствии с пунктом 2.1 договора об отчуждении исключительного права автором рисунка «Мордочка Басика» является ФИО4, исключительное права на рисунок было передано ООО «МПП» в рамках договора об отчуждении исключительного права на произведение изобразительного искусства от 01.08.2016. 

Согласно пункту 2.2 договора об отчуждении исключительного права ИП ФИО2 и ФИО4 принадлежит исключительное право на рисунок в полном объеме с момента заключения указанного договора, при этом распоряжение рисунком осуществляется приобретателями в соответствии с договором совместного владения исключительным правом на дизайн кота Басика от 17.01.2020. 

В приложении 1 к договору об отчуждении исключительного права содержится акт сдачи-приемки от 30.09.2021, подтверждающий передачу ООО «МПП» в пользу ИП ФИО2 и ИП ФИО4 рисунка «Мордочка Басика» в трех вариантах исполнения.

В целях защиты своих исключительных прав истцами выявлен факт продажи продукции, нарушающей их исключительные права, 21.11.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: Новосибирск ул. Столетова 2/1, м-н "Лёвушка", установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка). 

В подтверждение факта купли-продажи названного товара истец представил чек от 21.11.2022 на сумму 1 060 руб., с указанием реквизитов ответчика, сам приобретенный товар (мягкую игрушку). 

Сравниваемые товар, приобретенной у ответчика, товарный знак истца и изображение персонажа содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение. Незначительное расхождение в деталях изображений не препятствуют восприятию у обычного потребителя данных изображений как изображений, принадлежащих истцам.

Доказательств предоставления истцом ответчику прав на введение в гражданский оборот указанного товара в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.) ответчиком в соответствии со статьей 65 АПК РФ в материалы дела не представлено. 

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства в своей совокупности и взаимосвязи, полностью подтверждают факт реализации ответчиком контрафактного товара, относящегося к классу, в отношении которого зарегистрированы вышеуказанные товарные знаки, истец доказал факт нарушения его исключительных прав на товарные знаки действиями ответчика по продаже контрафактного товара. Иного ответчиком не доказано (статьи 9, 65 АПК РФ). 

Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара (игрушка) в торговой точке ответчика. 

Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 АПК РФ как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Относимость и достоверность представленных истцом доказательств (чек, видеозапись, контрафактный товар) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, контрдоказательства не представлены (статьи 65 АПК РФ).

Таким образом, осуществив продажу спорного товара, ответчик нарушил исключительные права правообладателя на товарные знаки, поскольку материалами дела не подтверждается, что истец давал свое разрешение ответчику на использование принадлежащих ему товарных знаков, равно как и не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на введение в гражданский оборот посредством розничной купли-продажи товара с товарными знаками истца.

При этом вопреки ошибочной позиции ответчика, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем использования их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. 

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, которые ставили другую сторону в положение, когда она не могла реализовать принадлежащие ей права. Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 17388/12).

Следовательно, для квалификации действий истца, как совершенных со злоупотреблением правом, должны быть представлены доказательства того, что сторона имела умысел на реализацию какой-либо противоправной цели, что в настоящем случае ответчиком не доказано.

Действия истца по защите своих прав не могут являться злоупотреблением правом.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности факта реализации ответчиком товаров, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Согласно пункта 156 Постановления № 10 способы использования товарного знака, входящие в состав исключительного права в силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1484 ГК РФ, не ограничиваются лишь изготовлением товаров с размещением на них этого товарного знака. Исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

Таким образом, действия ответчика по хранению, предложению к продаже и продаже являются нарушением исключительных прав истца, а именно незаконное использование результатов его интеллектуальной деятельности, что подтверждается пунктом 2 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122.

Согласно абз.3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

К лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение. 

Соответственно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов об отсутствии нарушения исключительных прав; обратное свидетельствует о неразумности его поведения.

Конституционный суд РФ в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П указал на то, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов.

В соответствии с пунктами 1, 5 статьи 1233 ГК РФ доказательством лицензионной продукции может являться лицензионный договор между правообладателем и поставщиком. 

Таким образом, ответчик мог уже на этапе приобретения товара выяснить обстоятельства, при которых разрешал или не разрешал правообладатель осуществлять реализацию спорного объекта тем лицам, которые реализовали товар ответчику.

Кроме того, на лицензионном товаре содержатся сведения о правообладателе и лицензиате. На спорном товаре такие сведения отсутствуют.

Наличие у правообладателя исключительных прав на товарные знаки удостоверяется данными о товарных знаках, внесенными в международный реестр товарных знаков Всемирной организации интеллектуальной собственности  (https://www.wipo.int/madrid/monitor/en/index.jsp).

Соответственно, ответчик мог самостоятельно проверить информацию о зарегистрированных товарных знаках истца.

Ответчик, будучи специализированным субъектом права, ведущим экономическую деятельность, обязан знать о продукции, которую он реализует, отвечает ли она признакам лицензионной продукции, и ее продажа не нарушает права правообладателя.

В материалы дела ответчиком не представлено доказательств попыток проверить партию товара на контрафактность, что свидетельствует о грубом характере нарушения, что свидетельствует о грубом характере нарушения. 

Предприниматель, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Споры, связанные с защитой интеллектуальных прав, не обусловлены стоимостью товаров, на которых без согласия и разрешения правообладателя изображены объекты интеллектуальной собственности. 

Отсутствие обязанности доказывания размера причиненных убытков подтверждается пунктом 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется путем предъявления требований, указанных в настоящем пункте. В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ одним из способов защиты исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности является предъявление требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним.  В соответствии с частью 4 статьи 1515 ГК РФ, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.  Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных статьями 1250, 1252, 1253 ГК РФ, вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты, в том числе компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (статья 1301 ГК РФ). 

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу положений пунктов 60, 61 постановления № 10 требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации в размере 40 000 рублей из расчета 10 000 рублей за каждый факт нарушения исключительного права. 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права (статья 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств. 

В пунктах 8, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей. Должник обязан принять все разумные меры для уменьшения ущерба, причиненного кредитору обстоятельством непреодолимой силы, в том числе уведомить кредитора о возникновении такого обстоятельства, а в случае неисполнения этой обязанности - возместить кредитору причиненные этим убытки (пункт 3 статьи 307, пункт 1 статьи 393 ГК РФ). 

Таким образом, отсутствие вины доказывается ответчиком, который не представил в материалы дела доказательств наличия чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства, освобождающего его от ответственности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Статьей 9 АПК РФ определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Таким образом, при установлении размера компенсации снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 № 28-П), и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика, подтвержденным соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-13233 от 21.04.2017, № 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-3088 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017, № 305-ЭС17-16920 от 18.01.2018 и № 305-ЭС18-14243 от 13.11.2018.

Ответчик таких доказательств в материалы дела не представляет.

При этом согласно правовым позициям высшей судебной инстанции, если ответчик ходатайствует о снижении размера компенсации, то именно ответчику необходимо доказать наличие таких обстоятельств, как многократное превышение размера компенсации над размером причиненных убытков и несение истцом убытков существенно менее заявленной суммы. 

Именно на ответчике лежит обязанность доказывать наличие обстоятельств, свидетельствующих о необходимости снижения размера компенсации, согласно положениям постановления Конституционного Суда РФ № 28-П от 13.12.2016, пункт 3 статьи 1252 ГК РФ, пункт 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 и многочисленной практике Суда по интеллектуальным правам (например, постановление Суда по интеллектуальным правам от 06.09.2019 по делу № А13-19267/2018). 

Более того, законом размер компенсации не ставится в зависимость от размера убытков, поскольку в силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или, по крайней мере, приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности. 

Компенсация за нарушение исключительных прав имеет несколько функций: восстановительную, пресекательную, штрафную. 

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, определении от 20.12.2016 № 2668-О отметил, что правовое регулирование, позволяющее взыскивать в пользу лица, чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено, компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему убытков, не является мерой, несовместимой с основными началами гражданского законодательства; введение федеральным законодателем штрафной по своей природе ответственности в этой сфере учитывает объективные трудности в оценке причиненных правообладателю убытков и необходимость - в контексте правовой политики государства по охране интеллектуальной собственности - общей превенции соответствующих правонарушений в целях реализации предписаний статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации и выполнения Российской Федерацией принятых на себя международных обязательств. 

Верховный Суд РФ в определении от 26.02.2020 по делу № 305-ЭС19-26346 указал: «Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 4.2 Постановления от 13.12.2016 № 28-П разъяснил, что взыскание предусмотренной подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности».

В соответствии со статьей 2 ГК РФ под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке. 

Таким образом, при осуществлении предпринимательской деятельности ответчик должен осознавать наличие потенциальной возможности наступления или ненаступления событий, которые могут повлечь неблагоприятные имущественные последствия для его деятельности. При приобретении (покупки) любого товара ответчик должен осознавать, что помимо технических вопросов существуют вопросы, связанные с соблюдением интеллектуальных прав. Информацию о правообладателе, охраняемых товарных знаков, лицензиатах и иные сведения, необходимые для осуществления предпринимательской деятельности, можно получить из открытых и общедоступных источников. Кроме того, ответчик имел возможность запросить у контрагента (продавца товара) все имеющиеся у него документы на используемые на товаре или его упаковке изображения.

В соответствии с пунктом 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. 

В рассматриваемом случае, осуществление продажи контрафактного товара создает конкуренцию лицензионному товару, в том числе за счет более низкой цены, снижается инвестиционная привлекательность интеллектуальной собственности для лицензиатов из-за широкого распространения контрафактной продукции, у потребителя создается ложное представление о качестве товара, о правообладателе. 

Учитывая вышеизложенное, предъявленный размер компенсации соразмерен допущенному нарушению.

Более того, судом апелляционной инстанции также принимается во внимание установленные решениями арбитражных судов нарушения ответчиком исключительных прав иных правообладателей. 

Из постановления от 13.12.2016 №28-П не следует, что неоднократность правонарушения должна оцениваться исходя из нарушения прав одного и тоже же правообладателя. 

Указанный вывод изложен в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 12.12.2019 по делу №А69-3035/2018. 

Таким образом, имеет место неоднократность нарушения ответчиком исключительных прав.

Привлечение ответчика к ответственности за аналогичные нарушения указывает на его осведомлённость о нарушении чужих прав и систематичность их нарушения. Следовательно, действия ответчика соответствуют критериям грубого нарушения интеллектуальных прав, совершенных умышленно, поскольку ответчик ранее был предупрежден о незаконности торговли контрафактными товара, что подтверждается вышеуказанными решениями. Действия ответчика являются грубым нарушением прав, совершенных умышлено, так он был предупрежден о незаконности торговли контрафактными товарами и был ознакомлен с требованиями уничтожить всю продукцию такого рода. Ответчик задолго до совершения повторного нарушения был извещен о запрете реализации и необходимости уничтожения контрафактной продукции, о недопустимости нарушения исключительных прав третьих лиц, а также необходимости проверки товара на его контрафактность. Однако, несмотря на это, ответчик осознанно нарушил исключительные права истца, реализовав контрафактные товары в настоящем деле. 

Для определения размера компенсации юридическое значение имеет системность нарушения. 

Следовательно, ответчик осознано продолжил заниматься указанной деятельностью (реализацией контрафактной продукции) после привлечения к гражданской ответственности за аналогичные нарушения и не прекратил нарушение исключительных прав правообладателей.

Таким образом, в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ ответчиком в материалы дела не представлены соответствующие доказательства о неспособности ответчика удовлетворить требования истца в отношении нарушения исключительных прав последнего.

Учитывая характер допущенного правонарушения и исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав, действия по заключению лицензионного договора ответчиком не предприняты, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что размер заявленной к взысканию компенсации является разумным и справедливым.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда. Требование о взыскании судебных расходов, в том числе государственной пошлины рассмотрено в соответствии со статьями 101, 106, 110, 112 АПК РФ.  С учетом изложенного, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, у суда апелляционной инстанции не имеется. Судебные расходы по оплате государственной пошлины в апелляционной инстанции, согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подпункту 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием оснований для удовлетворения апелляционной жалобы относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1  статьи 269, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.05.2024 по делу № А45-2034/2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения. 

             Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

    Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

    Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса "Картотека арбитражных дел" http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

 

Судья                                                                                         Т.В. Павлюк