АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

24 декабря 2021 года

Дело №

А56-21769/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Бычковой Е.Н., Тарасюка И.М., 

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 13.12.2021), 

рассмотрев 21.12.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2021 по делу № А56-21769/2016/ж.4,5,6,7, 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.04.2016 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Тареал», адрес: 196084, Санкт-Петербург, Московскии? пр., д. 97, лит. А, пом. 17Н (офис 512), ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом). 

Определением от 21.09.2017 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4. 

Определением от 22.06.2018 в отношении Общества применены правила параграфа 7 главы IX «Банкротство застрои?щика» Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Решением от 22.03.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим назначена ФИО4 

Определением от 06.06.2019 прекращены полномочия конкурсного управляющего Ермаковои? О.А., конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2019, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02.10.2019, решение от 22.03.2019 отменено; прекращена процедура наблюдения в отношении Общества, введено внешнее управление, внешним управляющим утвержден ФИО3. 

Решением от 22.10.2019, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 20.02.2020 и суда кассационной инстанции от 10.07.2020, прекращена процедура внешнего управления в отношении Общества, Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должником утвержден ФИО5 

Определением от 14.11.2019 ФИО5 утвержден конкурсным управляющим Обществом.

Определением от 23.04.2021 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО6.

Определением от 28.07.2021 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, новым конкурсным управляющим Обществом утверждена ФИО7.

В рамках дела о банкротстве Общества ФИО1 31.07.2019 обратился в суд с жалобой, в которой просил признать ненадлежащим исполнение обязанностей арбитражного управляющего ФИО3 в качестве внешнего управляющего Обществом, выразившееся в ненадлежащем ведении реестра кредиторов, ненадлежащем учете голосов конкурсных кредиторов при ведении собрания кредиторов и подсчета его результатов. Обособленному спору присвоен номер А56-21769/2016/ж.4.

Также в рамках названного дела ФИО8 01.08.2019 обратился в суд с жалобой, в которой просил признать ненадлежащим исполнение обязанностей арбитражного управляющего ФИО3 в качестве внешнего управляющего Обществом, выразившееся в отсутствии действий, направленных на обеспечение сохранности имущества должника; обязать внешнего управляющего ФИО3 продлить документы, разрешающие должнику завершение строительства и ввод домов в эксплуатацию, очистить от мусора строительную площадку и обеспечить ее охрану. Обособленному спору присвоен номер А56-21769/2016/ж.5.

Также в рамках названного дела ФИО9 01.08.2019 также обратилась в суд с жалобой, в которой просила признать ненадлежащим исполнение обязанностей арбитражного управляющего ФИО3 в качестве внешнего управляющего Обществом, приобщить к отчету управляющего о проведении собрания кредиторов мотивированные правовые позиции конкурсных кредиторов по 1 и 2 вопросам повестки дня. Обособленному спору присвоен номер А56-21769/2016/ж.6.

Также в рамках названного дела ФИО10 06.08.2019 обратилась в суд с жалобой, в которой просила признать ненадлежащим исполнение обязанностей внешнего управляющего Обществом ФИО3, выразившееся в следующем:

- нарушении установленных Законом о банкротстве сроков на разработку и представление плана внешнего управления на утверждение собранию кредиторов (пункт 1 статьи 106, пункт 2 статьи 107 Закона о банкротстве);

- нарушении установленных Законом о банкротстве правил созыва и проведения собрания кредиторов (пункты 2 и 3 статьи 12 Закона о банкротстве);

- бездействии при рассмотрении Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области судебных дел с участием должника;

- неисполнении обязанностей, предусмотренных пунктом 2 статьи 99 Закона о банкротстве, а именно непроведении мероприятий по принятию в ведение имущества должника, проведение инвентаризации; непринятии мер по обеспечению сохранности имущества должника, непринятии каких-либо действий по обжалованию сделок, по основаниям, предусмотренным главой III.I Закона о банкротстве, в том числе по отчуждению имущества из конкурсной массы в пределах годичного срока до принятия заявления о признании должника банкротом в порядке статьи 61.2 Закона о банкротстве, несмотря на неоднократные обращения конкурсных кредиторов; 

- неучастии в судебных заседаниях по вопросу снятия обеспечительных мер с имущества должника (23.07.2019); 

- непринятии мер по недопущению регистрации сделок купли-продажи принадлежащих Обществу земельных участков с кадастровыми номерами 47:14:0302006:274, 47:14:0302006:276, 47:14:0302006:277, расположенных по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский район, муниципальное образование «Низинское сельское поселение», д. Узигонты;

- неисполнении обязанности по ведению реестров требований кредиторов Общества и о передаче жилых помещений Общества в нарушение статьи 16 Закона о банкротстве. Обособленному спору присвоен номер А56-21769/2016/ж.7.

Установив, что жалобы ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о признании ненадлежащим исполнение ФИО3 обязанностей внешнего управляющего связаны между собой по основаниям возникновения заявленных требований, арбитражный суд определением от 04.10.2019 объединил обособленные споры А56-21769/2012/ж.4, А56-21769/2012/ж.5, А56-21769/2012/ж.6, А56-21769/2012/ж.7 для их совместного рассмотрения с присвоением объединённому спору номера А56-21769/2012/ж.4,ж.5,ж.6,ж.7.

Определением от 16.12.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 25.06.2020, признаны незаконными действия внешнего управляющего Обществом ФИО3, выразившиеся в:

1) нарушении сроков подготовки плана внешнего управления;

2) нарушении правил созыва собрания кредиторов и сроков проведения собрания кредиторов;

3) нарушении правил подготовки плана внешнего управления;

4) неучастии в судебных делах, ответчиком по которым является должник;

5) непроведении инвентаризации имущества должника;

6) непроведении мероприятий, направленных на сохранность имущества должника;

7) ненадлежащем ведении реестра требований кредиторов, ненадлежащем учете голосов конкурсных кредиторов должника при проведении собрании кредиторов и подсчете его результатов;

8) необжаловании сделок должника, что повлекло причинение ущерба кредиторам.

В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.10.2020 определение от 16.12.2019 и постановление апелляционного суда от 25.06.2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении определением арбитражного суда от 11.05.2021 признаны незаконными действия ФИО3, выразившиеся в: 

1) нарушении сроков подготовки плана внешнего управления; 

2) нарушении правил созыва собрания кредиторов и сроков проведения собрания кредиторов; 

3) нарушении правил подготовки плана внешнего управления; 

4) непроведении инвентаризации имущества должника; 

5) непроведении мероприятий, направленных на сохранность имущества должника; 

6) ненадлежащем ведении реестра требований кредиторов, ненадлежащем учете голосов конкурсных кредиторов должника при проведении собрании кредиторов и подсчете его результатов; 

7) необжаловании сделок должника, что повлекло причинение ущерба кредиторам. 

В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением апелляционного суда от 30.08.2021 определение от 11.05.2021 в части признания незаконными действий ФИО3 по эпизодам нарушения сроков подготовки плана внешнего управления, нарушения правил созыва собрания кредиторов и сроков проведения собрания кредиторов, непроведения мероприятий, направленных на сохранность имущества должника, необжалования сделок должника отменено, в указанной части в удовлетворении жалоб отказано. В остальной обжалуемой части определение суда первой инстанции от 11.05.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, несоответствие их выводов обстоятельствам дела, просит отменить определение от 11.05.2021 и постановление от 30.08.2021 в части удовлетворения жалоб, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении жалоб на действия ФИО3 

В обоснование кассационной жалобы ФИО3 ссылается на то, что действия, признанные незаконными в обжалуемых судебных актах, не повлекли нарушения права и законных интересов Общества и его кредиторов. При таких обстоятельствах, как указывает ФИО3, отсутствует предусмотренная законом совокупность условий для признания действий арбитражного управляющего незаконными. 

В отзывах, поступивших в суд 14.12.2021 в электронном виде, ФИО10 и ФИО1 возражали против удовлетворения кассационной жалобы, просили оставить определение от 11.05.2021 и постановление от 30.08.2021 без изменения. 

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержав доводы, изложенные в отзыве, возражал против удовлетворения кассационной жалобы, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы. 

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статье 60 Закона о банкротстве кредиторы вправе обращаться в арбитражный суд с жалобами о нарушении их прав и интересов, в том числе и на действия (бездействие) арбитражных управляющих.

Основной круг обязанностей внешнего управляющего определен в статьях 20.3, 99 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) внешнего управляющего незаконными.

Как правильно указали суды, основанием для удовлетворения жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника. При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в суд, обязано доказать незаконность действий (бездействия) арбитражного управляющего и нарушение этими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии оспоренных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности, исходя из сложившихся обстоятельств.

Частью 1 статьи 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из жалобы ФИО1 следует, что ФИО3 в качестве внешнего управляющего должника допущены нарушения, выразившиеся в ненадлежащем ведении реестра кредиторов, ненадлежащем учете голосов конкурсных кредиторов при ведении собрания кредиторов и подсчета его результатов, в том числе расчет и учет голосов на собрании кредиторов 25.07.2019 осуществлялся не в соответствии с реестром требований кредиторов, в том числе управляющим не были учтены требования ФИО11 в размере 2 770 350 руб., требования ФИО12 в размере 2 900 000 руб., требования ФИО1 в размере 2 515 499,87 руб., требования ФИО13, ФИО14 в размере 2 800 000 руб.

В силу пункта 1 статьи 16 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов ведет арбитражный управляющий или реестродержатель.

Пунктом 6 названной статьи предусмотрено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

При новом рассмотрении спора суды первой и апелляционной инстанций повторно пришли к выводу, что в отношении требований ФИО1 арбитражным управляющим при формировании реестра требований кредиторов допущены ошибки, выявленные, в том числе при проведении собрания кредиторов 25.07.2019, в связи с чем в указанной части жалоба признана обоснованной и удовлетворена. 

Как установлено судами и следует из материалов дела требование ФИО1 учтено в размере 4 205 900 руб. в разделе 3 реестра требований о передаче жилых помещений Общества на основании определения от 06.09.2018 в рамках обособленного спора № А56-21769/2016/тр.136, в то время как ФИО3 было указано требование в размере 1 689 500,13руб. 

При этом ФИО3 не допустил ошибок при учете требований ФИО12, ФИО15 и ФИО13, что подтверждается данными, указанными в протоколе собрания кредиторов Общества от 26.07.2019. 

Вместе с тем, делая вывод о наличии совокупности условий для признания действий ФИО3 незаконными, судами не были учтены возражения ФИО3, согласно которым техническая ошибка допущена им при регистрации кредиторов на собрании кредиторов 25.07.2019, а не в реестре требований кредиторов; данная ошибка была обнаружена и впоследствии исправлена; при регистрации участников собрания кредиторов 15.08.2019 требование ФИО1 учтено в полном объеме. 

Поскольку собрание кредиторов от 25.07.2019 признано несостоявшимся в связи с отсутствием кворума, а требование ФИО1 составляет 0,01 % от общего размера требований кредиторов, техническая ошибка (опечатка) при регистрации не повлекла для конкурсных кредиторов юридически значимых последствий и нарушения их прав и законных интересов. 

Кроме того, как пояснил в судебном заседании представитель ФИО1, требование ФИО1 о передаче жилого помещения было удовлетворено в ходе процедуры банкротства путем передачи помещения.

Таким образом, при отсутствии доказательств того, что названные действия внешнего управляющего привели к нарушению прав и законных интересов кредиторов Общества, является необоснованным вывод судов о незаконности действий ФИО3 в данной части.

Суды первой и апелляционной инстанций также пришли к неправильному выводу о незаконности действий ФИО3, выразившихся в непроведении инвентаризации имущества должника.

ФИО3 указывал, что срок на проведение инвентаризации, установленный приказом внешнего управляющего от 14.06.2019, не истек на момент обращения с настоящими жалобами.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 99 Закона о банкротстве вешний управляющий обязан принять в управление имущество должника и провести его инвентаризацию.

Как правильно указали суды, Закон о банкротстве не предусматривает конкретный срок проведения инвентаризации имущества должника в процедуре внешнего управления, однако предписывает ее проведение в качестве первоочередного мероприятия наряду с принятием в ведение имущества должника.

Как следует из материалов дела, внешнее управление в отношении Общества введено на основании постановления апелляционного суда от 06.06.2019.

Инвентаризация имущества Общества в ходе внешнего управления была начата на основании приказа внешнего управляющего от 14.06.2019, согласно которому ФИО3 с учетом особенностей статуса должника как застройщика был установлен разумный срок проведения инвентаризации – до 14.10.2019.

При этом следует принимать во внимание, что ни на дату введения процедуры внешнего управления, ни до настоящего времени контролирующими должника лицами не исполнено определение от 28.12.2018 об истребовании документов, ни исполняющей обязанности конкурсного управляющего ФИО4, ни внешнему управляющему ФИО3 запрашиваемые документы переданы не были, что также подтверждается определением от 04.12.2020 по обособленному спору № А56-21769/2016/истр.2.

В соответствии с пунктом 1.3 Методических указаний по проведению инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49 (далее - Методические указания), инвентаризации подлежит все имущество организации независимо от его местонахождения и все виды финансовых обязательств. Кроме того, инвентаризации подлежат производственные запасы и другие виды имущества, не принадлежащие организации, но числящиеся в бухгалтерском учете (находящиеся на ответственном хранении, арендованные, полученные для переработки), а также имущество, не учтенное по каким-либо причинам. 

Пунктом 1.4 Методических указаний, а также пунктами 26 и 28 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.1998 № 34н, установлено, что основной целью инвентаризации имущества и обязательств является не только определение фактического наличия имущества юридического лица, но и обеспечение достоверности бухгалтерского учета и отчетности путем сопоставления сведений о фактическом наличии имущества со сведениями регистров бухгалтерского учета для выявления расхождений в виде недостачи или излишков.

Как указано ФИО3 и подтверждается материалами дела, в период проведения инвентаризации для достижения ее целей ввиду непередачи документов внешним управляющим производились мероприятия по выявлению имущества должника и сопоставлению фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета, в том числе направлены запросы в регистрирующие органы, проведен анализ бухгалтерской отчетности, банковских выписок, полученных документов и сведений от временного управляющего, полученных ответов на запросы, осуществлен выезд по местонахождению имущества.

Все полученные документы и сведения переданы конкурсному управляющему по актам приема-передачи документов от 09.10.2019 № 1, 2, 3, 4. 

Указанные действия ФИО3 являются фактическими действиями по проведению инвентаризации, несмотря на то, что инвентаризационные описи и акты как результаты проведения инвентаризации им не были составлены.

Таким образом, вышеизложенные фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что действия внешнего управляющего ФИО3 по данному эпизоду не выходят за пределы разумности и добросовестности, сам по себе факт незавершения инвентаризации внешним управляющим на дату открытия конкурсного производства не свидетельствует о допущении с его стороны грубого бездействия; доказательств нарушения прав заявителя не представлено.

При таких обстоятельствах вывод судов о незаконном бездействии арбитражного управляющего по данному эпизоду также признается судом кассационной инстанции неправильным. 

В отношении довода о нарушении ФИО3 правил подготовки плана внешнего управления необходимо исходить из следующего.

В силу пункта 1 статьи 106 Закона о банкротстве, не позднее чем через месяц с даты своего утверждения внешний управляющий обязан разработать план внешнего управления и представить его собранию кредиторов для утверждения. План внешнего управления должен предусматривать меры по восстановлению платежеспособности должника, условия и порядок реализации указанных мер, расходы на их реализацию и иные расходы должника. Платежеспособность должника признается восстановленной при отсутствии признаков банкротства, установленных статьей 3 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что план внешнего управления должен соответствовать требованиям, установленным федеральными законами; предусматривать срок восстановления платежеспособности должника; содержать обоснование возможности восстановления платежеспособности должника в установленный срок.

Учитывая требования к содержанию плана внешнего управления, в исполнение требований пункта 1 статьи 107 Закона о банкротстве план внешнего управления был подготовлен и представлен на рассмотрение собрания кредиторов к 25.07.2019, то есть в течение установленного Законом о банкротстве двухмесячного срока. Как обоснованно указал ФИО3, отклонение плана собранием кредиторов безусловно не свидетельствует о его несоответствии требованиям закона, а означает несогласие 30-ти процентов кредиторов, требования которых включены в реестр требований кредиторов Общества, с условиями и мерами по восстановлению платежеспособности должника, предусмотренными данным планом.  

Доказательства нарушения ФИО3 правил подготовки плана внешнего управления в материалы дела не представлены, при том, что позиция кредиторов в жалобах сводится лишь к несогласию с условиями представленного внешним управляющим плана внешнего управления. 

Ссылка судов на преюдициальность судебных актов о прекращении процедуры внешнего управления и введении в отношении Общества процедуры конкурсного производства является ошибочной, поскольку вопрос соответствия плана внешнего управления правилам его подготовки судами не рассматривался судами, суды не давали оценку названным обстоятельствам.

Основанием для введения в отношении Общества процедуры конкурсного производства явилось непредставление в суд утвержденного кредиторами плана внешнего управления.

Исходя из изложенного суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций об обоснованности жалоб на действия ФИО3 сделаны в отсутствие предусмотренной пунктом 3 статьи 60 Закона о банкротстве совокупности обстоятельств: несоответствия действий арбитражного управляющего закону и нарушения такими действиями прав и законных интересов кредиторов.

Таким образом, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что необходимая совокупность условий для признания действий (бездействия) ФИО3 в рассматриваемом случае отсутствует. 

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения жалоб у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали. 

Поскольку по рассматриваемому делу не требуется установления фактических обстоятельств, вопрос касается исключительно правильности применения норм материального права, суд кассационной инстанции в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ полагает возможным отменить определение от 11.05.2021 и постановление от 30.08.2021 в части удовлетворения жалоб и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять в обжалуемой части новый судебный акт - об отказе в удовлетворении жалоб. 

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2021 по делу № А56-21769/2016 в части признания незаконными действий арбитражного управляющего ФИО3 отменить. 

В указанной части в удовлетворении жалоб отказать. 

В остальной части определение от 11.05.2021 и постановление от 30.08.2021 по тому же делу оставить в силе.

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

И.М. Тарасюк