ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-1385/2018

Дело № А40-49336/17

г. Москва

21 февраля 2018 г.

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 февраля 2018 г. 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Семикиной О.Н.,

судей: Левиной Т.Ю., Проценко А.И., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СВ-Трансброкер», 

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 30.11.2017 

по делу № А40-49336/17, принятое судьей Березовой О.А. (шифр судьи: 41-470) 

по иску общества с ограниченной ответственностью «СВ-Трансброкер» (ОГРН 

<

***>, адрес: 115114, 

<

...>, этаж 4, комната 415Б) к обществу с ограниченной ответственностью "СИБИРСКИЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ АЛЬЯНС" (ОГРН 

<

***>, адрес: 664007, 

<

...>)

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, публичное акционерное общество «Авиационная холдинговая компания «Сухой»

о взыскании 

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2 по доверенности №02/17 от 01.12.2017, ФИО3 по доверенности №03/18 от 13.01.2018;

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 09.01.2017;

от третьего лица: не явился, извещен;

установил:

ООО «СВ-Трансброкер» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением  к ООО «Сибирский Технологический Альянс» (далее – ответчик) о признании недействительным  как несоответствующего закону по основаниям, установленным в ч.2 ст. 179 ГК РФ, договора № 32-13 от 02.12.2013 г. на оказании услуг таможенным представителем, заключенного между  ООО «СВ-Трансброкер» и ООО «Сибирский Технологический Альянс»

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 30.11.2017 г. по делу № А40-49336/17-41-470 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ООО «СВ-Трансброкер» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой полагая, что судом первой инстанции неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, а также неправильно применены нормы материального и процессуального права.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности представленные в материалы дела письменные доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Согласно исковому заявлению, между ООО «СВ-Трансброкер» и ООО «Сибирский Технологический Альянс» был заключен договор № 32-13 от 02.12.2013 г.  на совершение таможенных операций таможенным представителем.

Иск мотивирован тем, что договор является недействительной сделкой, поскольку заключен истцом под влиянием обмана (ч. 2 ст. 179 ГК Российской Федерации). 

В нарушение условий договора ответчик предоставил истцу для целей таможенного оформления недостоверные документы, а именно техническое описание производителя товара и договор финансовой аренды (лизинга) от 29.12.2012 № 49/12, на основании которых истец во исполнение условий заключенного сторонами договора и по поручению ответчика предоставил в Московскую областную таможню грузовую таможенную декларацию № 10130190/201213/0021931 на 5-координатный высокоскоростной фрезерный обрабатывающий центр для авиационной промышленности модели UBZ HP 400/200 с серийным номером 200786 с фрезерно-раздаточным шпинделем F39 MFW-1912/24/6 VC максимальной скоростью вращения 15 000 оборотов в минуту, указав в декларации код по Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности ЕАЭС 8457 10 900 2 (фрезерные центры с высокоскоростным приводом (5 000 об/мин и более, но не более 15 000 об/мин) и числовым программным управлением для авиационной промышленности). В действительности фрезерный центр имел шпиндель с максимальной скоростью вращения 24 000 об/мин, который по Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности ЕАЭС имеет код 8457 10 900 8.

По результатам проверки, проведенной таможенными органами, истцу предъявлено требование от 15.09.2016 № 10130000/2108-1 об уплате таможенных платежей на сумму 33 869 435 руб. 68 коп.

Ответчик против иска возражал, ссылаясь на то, что при заключении договора действовал добросовестно, без обмана, претензии истца сводятся к действиям ответчика при исполнении договора, что является основанием для предъявления требования о взыскании убытков в размере таможенных платежей, уплаченных истцом по требованию таможенного органа.

Также ответчик указал, что истцом избран ненадлежащий способ защиты, так как признание договора недействительным, по мнению ответчика, повлечет впоследствии предъявление истцом требования о возврате из федерального бюджета уплаченных истцом таможенных платежей в сумме 33 869 435 руб. 68 коп., в то время как в случае избрания истцом надлежащего способа защиты права требование о взыскании убытков в сумме уплаченных истцом таможенных платежей необходимо предъявлять ответчику, от чего уклоняется истец, ссылаясь на отсутствие у ответчика активов, за счет которых может быть удовлетворено требование истца.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержал, решение суда просил отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ответчика на доводы апелляционной жалобы возразил, решение считают законным и обоснованным, апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, апелляционный суд установил следующие обстоятельства. 

Договор об оказании услуг таможенного представителя регулируется нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и нормами таможенного законодательства Таможенным кодексом Таможенного союза и Законом «О таможенном регулировании в Российской Федерации» № 311-ФЗ от 29.11.2010 г.

Согласно части 2 и 3 статьи 12 Таможенного кодекса Таможенного союза таможенный представитель совершает от имени и по поручению декларанта или иных заинтересованных лиц таможенные операции в соответствии с таможенным законодательством таможенного союза на территории государства-члена таможенного союза.  Отношения таможенных представителей с декларантами или иными заинтересованными лицами строятся на договорной основе

В силу части 6 статьи 60 Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации № 311-ФЗ от 29.11.2010 г. «При декларировании  товаров и (или) их выпуске таможенный представитель несет солидарную с декларантом или иными представляемыми им лицами обязанность  по уплате таможенных платежей в полном размере суммы подлежащих уплате таможенных платежей вне зависимости от условий договора таможенного представителя с декларантом и иными представляемыми им лицами». 

02.12.2013 истец в качестве таможенного представителя и ответчик в качестве представляемого лица заключили договор № 32-13 на оказание услуг таможенного представителя, по которому ответчик поручает истцу, а истец принимает на себя обязательства совершать от имени и за счет ответчика таможенные операции, обусловленные таможенным законодательством Таможенного союза, связанные с таможенным оформлением товаров ответчика при перемещении через таможенную границу.

Согласно п.1 Договора представляемое лицо (ответчик) поручает, а таможенный представитель (истец) принимает на себя обязанность совершать от имени и за счет представляемого лица таможенные операции, обусловленные таможенным законодательством таможенного союза, связанные с таможенным оформлением товаров представляемого лица при перемещении товаров через таможенную границу (далее Услуги).

Согласно с пунктами 1.2 - 1.4.  Договора таможенный представитель оказывает услуги на основании согласованного и подписанного сторонами поручения представляемого, которое оформляется на каждую конкретную партию товара, подлежащую таможенному оформлению таможенным представителем, форма поручения согласована сторонами в приложении № 1 к договору, поручение согласовывается сторонами в письменном виде (посредством факсимильной связи или обмена сообщениями по электронной почте) в срок не позднее чем за 7 дней до предполагаемой даты начала оказания услуг. Поручение считается согласованным после его подписания представителями сторон.

В рамках исполнения указанного договора ответчик поручил истцу таможенное оформление оборудования, приобретенного ответчиком по контракту от 22.01.2013 №  2012113 и предназначенного для передачи в лизинг ОАО «НАПО им. В.П.Чкалова» на основании договора финансовой аренды (лизинга) оборудования от 29.12.2012 № 49/12.

Действие по исполнению договора истец совершил 20 декабря 2013 г., произведя таможенное оформление товара путем подачи декларации на товары № 10130190/201213/0021931 (далее – ДТ), с отметкой Московской областной таможни о выпуске товара.

Об исполнении указанного поручения свидетельствует подписанный сторонами акт от 23.12.2013 № 52/2 на сумму 147 000 руб.

В графе 33 ДТ истец, оформивший и подавший ДТ,  указал  код товара  по ТН ВЭД  8457 10 900 2, ставка таможенной пошлины 0%.

В дальнейшем Центральное таможенное управление (ЦТУ) произвело камеральную проверку по товару, заявленному в ДТ № 10130190/201213/0021931, по результатам которой составлен Акт камеральной таможенной  проверки № 10100000/210/180816/А0167 от 18 августа 2016 г. В Акте камеральной таможенной проверки сделан вывод, что спорный станок должен быть классифицирован по коду 8457 10 900 8, ставка таможенной пошлины 10%, НДС 18%.

На основании Акта ЦТУ приняло решение по классификации товара по коду 8457 10 900 8 № РКТ 10100000-16/0000011 от 18.08.2016, применив ставку таможенной пошлины 10%.

На основании решения по классификации товара № РКТ 10100000-16/0000011 по ДТ № 10130190/201213/0021931 Московская областная таможня выставила истцу, как лицу, несущему солидарную с ответчиком  обязанность по уплате таможенных платежей, установленную законом (п.6 ст. 60 Закона № 311-ФЗ), требование об уплате таможенных платежей от 15 сентября 2016 г. № 10130000/2018-1 на сумму 33 869 435, 68 руб., оплаченное истцом.

Основанием доначисления таможенных платежей явилось неверное указание в ДТ ввезенного на таможенную территорию Российской Федерации оборудования кода по Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности ЕАЭС, поскольку в грузовой таможенной декларации указан код 8457 10 900 2, в то время как следовало указать код 8457 10 900 8. 

В апелляционной жалобе истец ссылается на неверное указание судом надлежащего кода ТН ВЭД. Суд апелляционной инстанции установил, что судом допущена опечатка в указании последней цифры кода, который должен быть указан в ДТ, соответствующие правильные сведения о коде указаны в решении суда на листе 2 и в решении по классификации товара № РКТ 10100000-16/0000011 по ДТ № 10130190/201213/0021931, на которое сослался суд.

Между тем, из материалов дела не усматривается, что ответчик  давал  истцу поручение о декларировании товара по коду 8457 10 900 2, соответствующих доказательств истец суду не представил.  

Согласно п.2.1.2. Договора таможенный представитель вправе проверять достоверность полученных от представляемого лица документов и сведений, необходимых для таможенных целей, до подачи декларации на товар производить осмотр и измерение товаров, брать пробы и образцы, проводить их исследование (экспертизу) в соответствии с законодательством Таможенного союза:  в случае обнаружения недостоверных сведений в документах или недостоверной информации, полученных от представляемого лица таможенный представитель вправе по своему выбору: уведомить представляемое лицо и в одностороннем порядке расторгнуть договор,  имеющими возможными способами проверить предъявляемые документы и информацию на предмет достоверности.

Согласно п.7.3 оспариваемого договора – он действует без ограничения срока, в оспариваемом договоре не указано, что он заключен на оказание услуг по ввозу одного определенного станка.

По оспариваемому договору истец оказал услуги по таможенному оформлению 2-х станков, по второму из которых неблагоприятных для истца последствий не возникло, что подтверждается имеющимися в материалах дела документами: ДТ № 10130192/180814/0011912 от 18.08.2014, таможенное оформление которой также производил истец, контракт лизинга с АО «Иркут»№ К/ИР/16-12 от 21.12.2012 г., контракт № 49/2012 от 15 марта 2013  с  компанией «Мторесс Дисеньос ФИО5.» (Испания) с дополнительным соглашением № 2 от 08.07.2014 г на приобретение 2-го станка.   

Данное обстоятельство подтверждает необоснованность довода истца о заключении договора ответчиком исключительно в целях ввоза станка, в связи с которым у истца возникла солидарная обязанность по уплате таможенных платежей.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Пункт 1 ст. 168 Кодекса предусматривает, что за исключением случаев, предусмотренных п. 2. Или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пункт 2 ст. 179 Кодекса устанавливает, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего; обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота; сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Требование истца основано на том, что при заключении оспариваемого договора ответчик обманул истца, сообщив ему информацию относительно технических характеристик оборудования, не соответствующую действительности.

Вместе с тем согласно ст. 432 ГК Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора; существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

В соответствии со ст. 433 Кодекса договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта; ст. 434 Кодекса устанавливает, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма; договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами.

Судом установлено, что оспариваемый истцом договор заключен в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, при этом в тексте договора не имеется ни одного указания на оборудование, ввезенное на таможенную территорию Российской Федерации по грузовой таможенной декларации № 10130190/201213/0021931.

При указанных обстоятельствах суд согласился с мнением ответчика о том, что оспариваемый истцом договор заключен без обмана со стороны ответчика. Если ответчик и нарушил условия договора, предоставив истцу недостоверные сведения относительно технических характеристик конкретной партии товара, это нарушение имело место на стадии исполнения договора, а не на стадии его заключения.

При этом п. 2.1.2 договора устанавливает, что в случае обнаружения таможенным представителем недостоверных сведений в документах или недостоверной информации, которые могут повлечь нарушение законодательства Российской Федерации и (или) Таможенного союза при исполнении таможенным представителем своих обязанностей по таможенному оформлению товаров, таможенный представитель вправе по своему выбору: в одностороннем порядке расторгнуть договор; проверить предъявляемые документы и информацию на предмет достоверности; без уведомления представляемого лица предпринять необходимые действия по недопущению нарушения таможенного законодательства с последующим уведомления представляемого лица и потребовать от последнего оплаты фактически оказанных услуг и возмещения в полном объеме возникших дополнительных расходов.

Таким образом, при заключении договора стороны не только предусмотрели

возможность предоставления ответчиком недостоверных сведений в документах или недостоверной информации на стадии исполнения договора, но и согласовали действия истца в указанном случае.

Из системного анализа статей 12, 15, 16 Таможенного кодекса таможенного союза  следует, что таможенные представители являются профессиональными участниками таможенных правоотношений, в связи с чем действующее законодательство предъявляет к их деятельности повышенные требования, выражающиеся в том, что на таможенных брокеров возложена обязанность по проверке достоверности полученных от представляемого лица документов и сведений, необходимых для таможенных целей и правильности исчисления таможенных платежей.

Таможенное оформление оборудования производилось истцом, грузовая таможенная декларация № 10130190/201213/0021931 составлялась истцом, при этом в графе 31 ГТД максимальное количество оборотов шпинделя оборудования не указано, что отмечено в акте камеральной таможенной проверки от 18.08.2016 № 10100000/210/180816/А0167, несмотря на то, что в соответствии с п. 29 Инструкции по заполнению таможенных деклараций и формах таможенных деклараций, утвержденной Решением Комиссии Таможенного союза от 20.05.2010 № 257, в графе 31 указываются сведения о декларируемом товаре, необходимые в том числе для исчисления и взимания таможенных и иных платежей, взимание которых возложено на таможенные органы, идентификации отнесения к одному десятизначному классификационному коду по Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности Таможенного союза ЕАЭС (стр. 5-6 акта).

В акте камеральной таможенной проверки № 10100000/210/180816/А0167 от 18.08.2016 г. на стр. 13 таможенным органом, проводившим проверку, сделан вывод о том, что в графе 31 грузовой таможенной декларации № 10130190/201213/0021931 не заявлены сведения о технических характеристиках оборудования, а именно скорость вращения шпинделя, что повлекло заявление недостоверных сведений о классификационном коде 8457 10 900 2 ТН ВЭД ТС.

При этом в акте указано, что декларирование оборудования производилось сотрудником истца ФИО6, который по состоянию на дату проверки у истца не работал, в связи с чем получение у него каких-либо пояснений оказалось невозможным.

В разделе 4 договора «Ответственность сторон» стороны договорились предоставление таможенному представителю представляемым лицом недостоверных, неполных, ненадлежащим образом оформленных документов и сведений, а также поддельных или недействительных документов, либо документов, полученных незаконным путем, рассматривать в качестве ненадлежащего выполнения представляемым лицом своих обязательств по договору.

В п. 2.2.1 договора стороны договорились о том, что представляемое лицо обязано возместить таможенному представителю суммы таможенных платежей, налогов, доначисленные таможенными органами в результате корректировки таможенной стоимости, таможенной ревизии, иных форм таможенного контроля, суммы штрафных санкций и расходов, предъявленных таможенному представителю

государственными органами, если обязанность по оплате таких санкций и расходов

возникла у таможенного представителя из-за ненадлежащего выполнения представляемым лицом своих обязанностей.

В силу п. 1 ст. 393 ГК Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Судом первой инстанции правомерно отклонена ссылка истца на ч.2 ст.69 АПК Российской Федерации, поскольку приговор суда в деле отсутствует, а представленное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела не имеет для суда преюдициального значения, так как в силу ч. 4 ст. 69 АПК РФ только вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом, в связи с чем основания для применения при рассмотрении данного дела ч. 4 ст. 69 АПК Российской Федерации отсутствуют.

В постановлении Ногинского городского суда Московской области от 05.06.2017 по делу № 1-232/2017 о прекращении уголовного дела, уголовного преследования  на стр. 1-3 перечислены доводы обвинительного заключения, в том числе обстоятельства, на которые сослался орган дознания; обстоятельства, установленные судом, перечислены на стр. 4 постановления.

В частности, судом установлено, что с целью обеспечения совершения таможенных операций на поставку оборудования в адрес ОАО «НАПО им. В.П.Чкалова» 02.12.2013 генеральный директор  ООО «Сибирский Технологический Альянс» заключил с истцом договор № 32-13 на оказание услуг таможенного представителя, и то, что задолженность по уплате таможенных платежей образовалась в результате недостоверного декларирования товара, ввезенного на территорию ЕАЭС в адрес ОАО «НАПО им. В.П.Чкалова».

Таким образом, Ногинским городским судом Московской области установлено, что договор, оспариваемый в рамках данного дела, заключен с целью обеспечения совершения таможенных операций на поставку оборудования, а не с целью уклонения от уплаты таможенных платежей посредством предоставления недостоверных документов и сведения для таможенного декларирования оборудования. При этом декларирование оборудования производилось не ответчиком, а истцом на основании оспариваемого договора, а именно, как установлено таможенным органом, сотрудником истца ФИО6

Довод жалобы в отношении ранее совершенных генеральным директором ответчика действиях судом апелляционной инстанции отклоняются как не имеющий отношения к настоящему делу, кроме того в материалах дела не имеется соответствующих закону доказательств.

В апелляционной жалобе истец ссылается на представленную им суду переписку по замене станка с одним числом оборото на более скоростной, однако суд не расценил данное письмо как имеющее доказательственную силу, поскольку из распечаток электронной почты усматривается, что переписка велась не с истцом, а с другим лицом, не участвующим в деле – перевозчиком  и не по указанному истцом вопросу, переписка не подтверждает факт обмана истца ответчиком при заключении договора, кроме того представленная переписка не является допустимым доказательством согласно статьи 68 АПК РФ.

Основываясь на изложенном, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения искового заявления.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения Арбитражного суда г. Москвы.

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, апелляционный суд полагает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Учитывая изложенное выше, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению, так как доводы, изложенные в ней не подтверждаются материалами дела.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьями 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2017 по делу № А40-49336/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СВ-Трансброкер»  – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья: О.Н. Семикина

Судьи: Т.Ю. Левина

А.И. Проценко