АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-25930/2017

г. Владивосток

07 декабря 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 07 декабря 2017 года. 

Полный текст решения изготовлен 07 декабря 2017 года.

  Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи Д.В. Борисова при ведении протокола судебного заседания рассмотрев в судебном заседании 05.12.2017г. – 07.12.2017г. дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 21.07.1998г., юридический адрес: 690091, 

<

...>)

к Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>;  дата регистрации 15.04.2005; 690003, 

<

...>)

о признании незаконным решения от 17.08.2017 года по таможенной стоимости товаров, задекларированных по ДТ №10702030/300517/0043874, оформленного в виде проставления отметки «ТС принята» в декларации таможенной стоимости по форме ДТС-2;  

 

при участии в заседании:

от заявителя: представитель ФИО2 по доверенности №25АА 2217807 от 28.09.2017, паспорт;

от таможенного органа: до перерыва – представитель ФИО3 доверенность №278 от 02.10.2017, удостоверение; после перерыва – представитель ФИО4 по доверенности № 162 от 17.05.2017, удостоверение;

Установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1  (далее – «заявитель, предприниматель») обратилась в арбитражный суд Приморского края с заявлением к Владивостокской таможне (далее – «ответчик, таможенный орган») о признании  незаконным решения от 17.08.2017 года о таможенной стоимости товаров, задекларированных по ДТ №10702030/300517/0043874, оформленного в виде проставления отметки «ТС принята» в декларации таможенной стоимости по форме ДТС-2.  

Заявитель в судебном заседании 05.12.2017г. настаивал на удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Указал, что таможенным органом неправомерно предложено определить таможенную стоимость товаров с применением другого метода (отличного от первого метода). Полагает, что для подтверждения заявленной стоимости, определенной по первому методу таможенной оценки, ответчику были представлены все необходимые документы, соответственно им в полном объеме выполнена обязанность по ее  подтверждению. 

Заявитель считает, что таможенный орган не представил доказательств того, что представленные документы либо сведения, указанные в них, являются недостоверными либо недостаточными.  То обстоятельство, что заявленная таможенная стоимость товаров оказалась ниже ценовой информации, само по себе не влечет корректировку таможенной стоимости, а является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Представитель таможенного органа заявленные требования не признал, указав, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации,  имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности. Считают, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях.

По мнению таможни, декларант не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. Имеющиеся в распоряжении таможенного органа документы и сведения не устраняют обнаруженных таможенным органом при проведении контроля таможенной стоимости товаров признаков, указывающих на то, что сведения о таможенной стоимости товаров могут являться недостоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены.

В судебном заседании 05.12.2017г. судом в порядке ст. 163 АПК РФ был объявлен перерыв сроком до 07.12.2017г. до 14 ч. 00 мин., о чем стороны были уведомлены в протокольном определении, размещенном в сети Интернет по адресу: http://kad.arbitr.ru/PdfDocument/04344950-c088-4753-9f58-b340aad3b711/A51-25930-2017_20171205_Opredelenie_(protokolnoe).pdf

После перерыва судебное заседание продолжено в соответствии со ст. 163 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

В мае 2017 года  во исполнение внешнеторгового контракта от 04.06.2016 № FW1207, заключенного с компанией «NINGBO SUNSTAR SHOCK ABSORBER CO. LTD», на таможенную территорию таможенного союза на условиях CFR Владивосток из Китая в адрес заявителя был ввезен  товар  - запасные части автотранспортных средств торговой марки «WIND», в целях таможенного оформления которого декларант с применением системы электронного декларирования подал во Владивостокскую таможню (далее – таможенный пост) ДТ №10702030/300517/0043874 (далее – спорная ДТ, таможенная декларация).

Таможенная стоимость товара при его декларировании  определена декларантом с применением метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

В целях проверки правомерности определения предпринимателем таможенной стоимости товара, таможенный пост принял решение о проведении дополнительной проверки от 31.05.2017, предложив декларанту представить дополнительные документы, внести обеспечение уплаты таможенных пошлин, налогов.   

По результатам контроля таможенной стоимости, таможня посчитала, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товара, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, в связи с чем 19.07.2017 приняла решение о невозможности использования первого метода определения таможенной стоимости и о её корректировке.

17.08.2017 таможней было принято решение о принятии таможенной стоимости на основании резервного метода определения таможенной стоимости. В декларации таможенной стоимости формы ДТС-2 проставлена отметка «Таможенная стоимость принята».  

Не согласившись с решением ответчика от 17.08.2017 по таможенной стоимости товара, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что требование заявителя подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Пунктом 2 статьи 64 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – ТК ТС) предусмотрено, что таможенная стоимость товаров, ввозимых на  таможенную  территорию  таможенного союза, определяется, если товары фактически пересекли таможенную границу и такие товары впервые после пересечения таможенной границы помещаются под таможенную процедуру,  за  исключением таможенной процедуры таможенного транзита. 

Таможенная стоимость товаров определяется декларантом либо таможенным представителем, действующим от имени и по поручению декларанта, а в случаях, установленных   ТК   ТС,  -   таможенным   органом   (пункт    3   статьи  64   ТК   ТС). 

Декларирование таможенной стоимости ввозимых товаров осуществляется путем заявления сведений о методе определения таможенной стоимости товаров, величине таможенной стоимости товаров, об обстоятельствах и условиях внешнеэкономической сделки, имеющих отношение к определению таможенной стоимости товаров, а также представления подтверждающих их документов (пункт 2 статьи 65 ТК ТС).

При этом согласно пункту 4 статьи 65 ТК ТС заявляемая таможенная стоимость товаров и представляемые сведения, относящиеся к ее определению должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В силу пункта 1 статьи 4 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу таможенного союза» (далее – Соглашение) таможенной стоимостью товаров, ввозимых на единую таможенную территорию таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию таможенного союза и дополненная в соответствии с положениями статьи 5 настоящего Соглашения.

Согласно пункту 1 статьи 2 Соглашения  основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, установленном в статье 4 настоящего Соглашения.

В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними могут быть проведены консультации между таможенным органом и лицом, декларирующим товары, с целью обоснованного выбора стоимостной основы для определения таможенной стоимости ввозимых товаров, отвечающей статьям 6 или 7 настоящего Соглашения. В процессе консультации таможенный орган и лицо, декларирующее товары, могут обмениваться имеющейся у них информацией при условии соблюдения законодательства государства соответствующей Стороны о коммерческой тайне.

Как следует из пункта 3 Соглашения, таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. 

Статьей 66 ТК ТС предусмотрено, что таможенному органу в рамках проведения таможенного контроля предоставлено право осуществлять контроль таможенной стоимости товаров, по результатам которого, согласно статье 67 ТК ТС, таможенный орган принимает решение о принятии заявленной таможенной стоимости товаров либо решение о корректировке заявленной таможенной стоимости товаров.

Согласно пункту 1 статьи 68 ТК ТС решение о корректировке заявленной таможенной стоимости товаров принимается таможенным органом при осуществлении контроля таможенной стоимости как до, так и после выпуска товаров, если таможенным органом или декларантом обнаружено, что заявлены недостоверные сведения о таможенной стоимости товаров, в том числе неправильно выбран метод определения таможенной стоимости товаров и (или) определена таможенная стоимость товаров. 

В силу статьи 69 ТК ТС в случае обнаружения таможенным органом при проведении контроля таможенной стоимости товаров до их выпуска признаков, указывающих на то, что сведения о таможенной стоимости товаров могут являться недостоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены, таможенный орган проводит дополнительную проверку в соответствии с названным Кодексом. Для этого таможенный орган вправе запросить у декларанта дополнительные документы и сведения и установить срок для их представления, который должен быть достаточен для этого, но не превышать срока, установленного статьей 170 ТК ТС.

Перечень документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, приведен в Приложении №1 к Порядку декларирования таможенной стоимости товаров, утвержденному Решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 №376 (далее – Порядок № 376).

Из материалов дела следует, что в ходе контроля заявленной таможенной стоимости в соответствии с пунктом 14 Порядка № 376 таможенным органом были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены, следовательно, недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу. 

Исходя из приведенных правовых норм, таможенным органом проведена дополнительная проверка с целью выяснения обстоятельств рассматриваемой сделки и условий продажи товаров, обусловливающих расхождение между величиной таможенной стоимости товара и ценовой информацией, имеющейся в таможенном органе, а также получении разъяснений относительно выявленных признаков недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров. Предпринимателю направлен запрос  о представлении дополнительных документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров и устранения выявленных противоречий.

Во исполнение решения таможенного органа о проведении дополнительной проверки декларант представил часть запрошенных документов, в  том числе экспортную декларацию, прайс-лист продавца и производителя товара, а также дал пояснения о невозможности представить иные документы.

Таким образом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 3 статьи 69 ТК ТС,  декларант представил все имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также представил соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

В пункте 9 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее – Постановление Пленума ВС РФ  № 18) указано, что обязанность предоставлять по требованию таможенного органа документы, необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости, может быть возложена на декларанта только в отношении документов, которыми тот реально располагает или должен их иметь в силу закона либо обычая делового оборота.

В частности, от лица, ввозящего на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, в целях исполнения требований пункта 4 статьи 65 и пункта 3 статьи 69 Кодекса разумно ожидать поведения, направленного на заблаговременное собирание доказательств, подтверждающих действительное приобретение товара по такой цене и доступных для получения в условиях внешнеторгового оборота.

В абзаце 3 пункта 10 Постановления Пленума ВС РФ № 18 отмечено, что непредставление декларантом дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что представленные на момент таможенного оформления документы были недостоверными, а сведения, указанные в них – неполными либо не точными. При этом, запрос о представлении иных дополнительных документов и сведений для подтверждения таможенной стоимости должен формироваться с учетом обстоятельств и условий конкретной внешнеторговой сделки, что не было учтено таможенным органом.

Как следует из пункта 6 Постановления Пленума ВС РФ № 18, при применении пункта 4 статьи 65 ТК ТС судам следует исходить из презумпции достоверности представленной декларантом информации,   бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Выявление таможенным органом при проведении таможенного контроля товаров до их выпуска признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, отсутствия должного подтверждения сведений о стоимости сделки, используемых декларантом при определении таможенной стоимости, является основанием для проведения дополнительной проверки в соответствии со статьей 69 ТК ТС и само по себе не может выступать основанием для корректировки таможенной стоимости (пункт 7 Постановления Пленума ВС РФ № 18).

Таможенная стоимость, определяемая по стоимости сделки с ввозимыми товарами, не может считаться документально подтвержденной, количественно определенной и достоверной, если декларант не представил доказательства заключения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в такой сделке информация о цене не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

Обязанность по доказыванию  наличия оснований, исключающих применение первого метода определения таможенной стоимости товара, а также невозможности применения иных методов в соответствии с установленной законом последовательностью лежит на таможенном органе.

Предусмотренные в статье 111 ТК ТС  полномочия таможенного органа определять критерии достаточности и достоверности информации не могут рассматриваться как позволяющие ему произвольно (бездоказательно) осуществлять корректировку таможенной стоимости товаров. 

Однако доказательств недостоверности представленных обществом документов либо  заявленных в них сведений таможенным органом,  вопреки   части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ, не представлено.

Из материалов дела судом усматривается, что в подтверждение правильности определения таможенной стоимости  товара по цене сделки декларант представил в таможенный орган соответствующие достаточные документы. 

Судом проанализированы условия поставки и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения. Суд пришел к выводу, что документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости. Описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условия поставки и оплаты. Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта.

Суд установил, что в рамках дополнительной проверки декларантом были представлены заявления на перевод № 6 от 11.04.2017, №7 от 17.05.2017, на сумму 11132 и 30000 долларов США соответственно, а также ведомость банковского контроля, подтверждающие 100%-ную предоплату по контракту. Факт перемещения указанного в ДТ товара и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта таможней не оспаривается.

Анализ имеющихся в материалах дела контракта, инвойса от 15.05.2017 № TXP16-YQX011-2 на общую сумму 42 816,90 долларов США показывает, что они содержат в себе сведения о наименовании, ассортименте, количестве товаров, условии поставки и общей стоимости товаров, которая соответствует стоимости сделки, отраженной в графе 22 спорной ДТ. 

В 31 графе ДТ заявлен товар, полное описание которого соответствует сведениям, отраженным в представленных коммерческих документах. 

Таким образом, ввезенный товар соответствует предмету внешнеторгового контракта, условия о наименовании, количестве, цене товара являются согласованными сторонами контракта. Данные сведения позволяют соотнести представленные предпринимателем коммерческие и товаросопроводительные документы с поставкой партии товара по спорной ДТ.

По тексту оспариваемого решения таможня ссылается на тот факт, что сумма платежей по заявлениям на перевод № 6 от 11.04.2017, №7 от 17.05.2017 составляет 41 132 доллара США, тогда как фактурная стоимость ввезенного товара составляет 42 816,90 долларов США (графа 22 спорной ДТ). Кроме того, в данных заявлениях на перевод содержатся отсылки лишь к номеру Контракта, без указания номера инвойса, что не позволяет идентифицировать данные переводы с поставкой по ДТ №10702030/300517/0043874. При этом в представленном инвойсе №TXP16-YQX011-2 от 15.05.2017 г. отсутствуют сведения об условиях оплаты, размере авансового платежа, платежные реквизиты участников сделки для оплаты декларируемого товара, которые являются обязательными для указания в Инвойсе. 

Суд отклоняет указанные доводы таможни, как несостоятельные.

В соответствии с п. 10.1 Инструкции Банка России от 04.06.2012 №138-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам документов и информации, связанных с проведением валютных операций, порядке оформления паспортов сделок, а также порядке учета уполномоченными банками валютных операций и контроля за их проведением» в отношении контракта, исполнение обязательств по которому предусматривает оформление паспорта сделки, банк формирует и ведет в электронном виде ведомость банковского контроля, в которую заносятся сведения обо всех валютных операциях по контракту. 

Из материалов дела следует, что таможенному органу была предоставлена ведомость банковского контроля по контракту № FW1207 от 04.06.2016 г.

Указанный документ содержит сведения о спорном контракте в пункте 3 «Общие сведения о контракте», также сведения о произведенных в рамках данного контракта платежах (раздел ведомости банковского контроля II. «Сведения о платежах»), сведения об оформленных в рамках контракта декларациях на товары (раздел ведомости банковского контроля III. «Сведения о подтверждающих документах»). Из «Итоговых данных расчетов по контракту» (раздел V ведомости) видно, на какую сумму было осуществлено платежей по контракту, на какую сумму было ввезено товаров и выведено сальдо расчетов.

Так, из представленной в материалы дела ведомости банковского контроля следует, что на дату оформления ДТ № 10702030/300517/0043874 – 30 мая 2017 года была произведена оплата по контракту № FW1207 на сумму 139 571,2 долларов США. При этом фактурная стоимость ввезенных товаров по рассматриваемому контракту (графы 6 и 8 подраздела III.I), с учетом спорной ДТ, составляет 124 237,2 долларов США. 

Таким образом, сальдо расчетов после оформления рассматриваемой ДТ № 10702030/300517/0043874 составило 15 334 долларов США (139571,2 USD - 124 237,2 USD). 

То есть, после оформления спорной ДТ, у общества имелась предоплата в счет будущих поставок в размере 15 334 долларов США.

В отношении расхождения сумм по заявлениям на перевод № 6 от 11.04.2017, №7 от 17.05.2017 с фактурной стоимостью ввезенного товара (графа 22 спорной ДТ), заявитель пояснил, что таможенному органу ранее, по ДТ №10702030/270417/0032784 предоставлялось заявление на перевод № 5 от 17.01.2017 г. на сумму 15000 долл. США. Указанная ДТ оформлялась также в рамках контракта № FW1207, и рассматриваемый способ оплаты уже оценивался в решении арбитражного суда по делу №А51- 22549/2017.

Указание таможни на отсутствие в представленном инвойсе платежных реквизитов, условий оплаты судом не принимается во внимание, поскольку указанная информация согласована сторонами во внешнеторговом контракте.

Так, в пункте 4.1 контракта оговорено условие оплаты  авансовыми платежами. При этом, контрактом не предусмотрена обязанность сторон дополнительно указывать информацию об условиях оплаты в иных коммерческих документах

Согласно пункту 9.9. контракта стороны пришли к заключению производить платежи по реквизитам, указанным в соответствующей банковской информации: «BENEFICIARY'S NAME: NINGBO SUNSTAR SHOCK ABSORBER CO., LTD; BENE'S A/C NO.: 81011614301208187(USD);

BENE'S ADD: MAIMIANQIAO, JISHIGANG TOWN, YINZHOU DISTRICT, NINGBO, CHINA; BENE'S BANKER NAME & ADDRESS: YINZHOU BANK NO. 88, MINHUI XI ROAD, YINZHOU DISTRICT, NINGBO CHINA,

SWIFT CODE: YZBKCN2N, INTERMEDIARY BANK (IF NEED): WELLS FARGO BANK.N.A.NEW YORK SFIFT BIC: PNBPUS3NNYC TEL: 86-574-89015588».

Данная банковская информация полностью совпадает с информацией, указанной в предоставленных платежных документах по оплате контракта: заявлениях на перевод  от 11.04.2017 № 6 и от 17.05.2017 № 7.

Довод таможни о том, что представленные заявления на перевод содержат только ссылку на контракт, в связи с чем их невозможно идентифицировать с рассматриваемой поставкой, подлежит отклонению, поскольку требование о содержании в платежных документах каких-либо иных сведений, кроме ссылки на контракт и банковских реквизитов не является законодательно закрепленным, и не содержится в обязательных требованиях банка при заполнении документов.

Действующим законодательством не запрещено совершать переводы денежных средств по контракту в счет уплаты нескольких поставок.

Анализ условий контракта позволяет сделать вывод о том, что  расчеты между продавцом и покупателем за поставленный товар ведутся в целом по контракту. Все расчеты по контракту отражаются в ведомости банковского контроля.

Осуществление предпринимателем платежей в целом в рамках контракта без привязки к конкретной партии товара не является ни нарушением норм законодательства, ни обычаев делового оборота. Данные обстоятельства не свидетельствует о фиктивном характере внешнеторговых отношений и не опровергают продажу товаров по цене, согласованной сторонами. 

Представленные предпринимателем документы, в том числе ведомость банковского контроля по паспорту сделки, платежные документы, позволяют сделать вывод о том, что платежи производились именно в рамках контракта, по которому осуществлялся ввоз и декларирование товаров.

Таким образом, предоставленные таможенному органу заявления на перевод № 5 от 17.01.2017 г. на сумму 15000 долл. США (предоставлялось ранее по ДТ №10702030/270417/0032784), № 6 от 11.04.2017 г. на сумму 11132 долл. США и № 7 от 17.05.2017 г. на сумму 30000 долл. США и ведомость банковского контроля подтверждают, что на момент отправки товара была произведена 100-процентная оплата данной поставки. 

Вышеназванные предположения таможенного органа не ставят под сомнение действительность совершенной между сторонами сделки. Претензии со стороны продавца по исполнению контракта отсутствуют.

Таможенным органом не представлено доказательств недействительности контракта и представленных предпринимателем документов, как и доказательств того, что указанные в документах характеристики товара и его стоимость не согласованы сторонами.

При этом, суд учитывает фактические взаимоотношения сторон внешнеэкономической сделки, которые на основании положений пункта 3 статьи 438, пункта 3 статья 434 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствуют о согласовании всех существенных условий договора купли-продажи (наименование и количество товара), а также подтверждают заявленную стоимость товара. 

По тексту оспариваемого решения таможенный орган указывает, что в соответствии с п. 9.2 контракта от 04.06.2016 г. № FW1207 все изменения и дополнения к настоящему контракту выполняются письменно и подписываются обеими сторонами. Однако контракт от04.06.2016 г. № FW1207, представленный декларантом, сторонами не подписан. Данный факт, по мнению таможни, говорит о том, что предоставленные документы не имеют юридической силы и не могут быть рассмотрены в качестве подтверждения заявленной таможенной стоимости товара.

Суд отклоняет данный довод, как несостоятельный.

В соответствии с пунктом 9.5 внешнеторгового контракта № FW1207 от 04.06.2016 г. настоящий контракт состоит из двух экземпляров на английском языке. При этом, судом установлено, что по запросу таможенного органа декларантом была предоставлена заверенная, подписанная сторонами копия контракта № FW1207 от 04.06.2016 г. на английском языке и перевод контракта на русский язык. Соответственно, перевод не мог быть подписан сторонами сделки. 

Таможенный орган приводит также довод о том, что декларантом предоставлена копия экспортной декларации № 310120170518730418 с переводом на русский язык. При этом ответчик выявил существенные отличия в самой форме предоставленных экспортных деклараций с находящимися в распоряжении таможенного органа оригиналами. 

В частности, в спорной декларации указано название судна "MAERSK SENANG/719N", в то время как груз прибыл на т/х "ELBELLA". Описание и количество товара в экспортной ДТ (автозапчасти/амортизаторы TOYOTA) не соответствует сведениям, указанным в ДТ № 10702030/300517/0043874 (запасные части автотранспортных средств/амортизаторы. WIND). Заявленные декларантом сведения об условиях поставки в экспортной декларации FOB с ценой за единицу товара 2.72 долл. за кг, в то время как в ДТ №10702030/300517/0043874 заявлены условия поставки CFR Владивосток, а стоимость аналогична. Соответственно, экспортная декларация не может быть принята таможенным постом в качестве документа,подтверждающего заявленную таможенную стоимость.

Суд отклоняет вышеуказанные доводы по следующим основаниям.

Как установлено судом, экспортная декларация идентифицируется с рассматриваемой поставкой по наименованию грузоотправителя/экспортера - компания «NINGBO SUNSTAR SHOCK ABSORBER CO. LTD», номеру контракта - FW1207, номеру контейнера, в котором товар был ввезен на таможенную территорию таможенного союза - TCLU5544453, номеру коносамента - 576787115, количеству мест - 829, весу брутто - 16529, 50 кг, весу нетто - 15740, 10 кг, общему количеству ввезенных запчастей - 4584 шт., наименованию товара - автозапчасти (амортизаторы).

Предоставленная экспортная декларация содержит номер коносамента № 576787115, который в цифровой части полностью совпадает с номером коносамента № MLVLV576787115, указанному в 44 графе спорной ДТ № 10702030/300517/0043874, а также с номером сквозного коносамента, который был предоставлен таможенному органу Китая, в связи с чем данную экспортную декларацию возможно идентифицировать с иными документами и сведениями, предоставленными в распоряжение таможенного органа. 

Отсутствие буквенной части в номере коносамента, указанного в экспортной декларации, никак не могло повлиять на таможенную стоимость товара.  

Коносамент – это транспортный (перевозочный) документ, подтверждающий наличие договора перевозки товаров и сопровождающий их при такой перевозке (пункт 38 ч. 1 ст. 4 ТК ТС).

Коносамент выдается после приема груза для перевозки перевозчиком по требованию отправителя (ст. 141 Кодекса торгового мореплавания РФ).

После того, как груз погружен на борт судна, перевозчик по требованию отправителя выдает ему бортовой коносамент, или иной товаросопроводительный документ (ч. 2 ст. 144 КТМ РФ).

Из пояснений декларанта следует, что на внутренних рейсах портов Китая контейнер TCLU5544453, в котором прибыл товар в порт Владивосток, перегружался с одного судна («MAERSK SENANG/719N») на другое («ELBELLA»). 

Фактически поставка товара, задекларированного в ДТ №10702030/300517/0043874, была осуществлена на морском судне «ELBELLA», по которому и были предоставлены документы таможенному органу, в том числе морской коносамент № MLVLV576787115 от 26.05.2017 г. 

В таможенный орган Китая предоставлялся сквозной коносамент №576787115, в котором указано судно «MAERSK SENANG/719N» такое же, как в экспортной декларации.

Указанные обстоятельства подтверждаются имеющимися в материалах дела коносаментами.

Ссылка таможенного органа в решении о корректировке таможенной стоимости о том, что описание и количество товара в экспортной ДТ (автозапчасти/амортизаторы TOYOTA) не соответствует сведениям, указанным в ДТ (запасные части автотранспортных средств/амортизаторы, WIND), фактически имеет свое объяснение и не соответствует действительности.

Количество запчастей 4584 шт. и количество мест 829, указанных в экспортной декларации, совпадает с предоставленными для таможенного оформления документами (инвойсом, упаковочным листом) и указанными в ДТ № 10702030/300517/0043874.

В спорной ДТ были задекларированы запасные части для автомобилей (стойки/амортизаторы) торговой марки WIND, которые предназначаются (в зависимости от артикула) для различных моделей автомобилей, в том числе, для автомобилей ТОYОТА, которая и была указана в экспортной декларации. Остальные марки автомобилей в виду их большого количества, в экспортной декларации перечислены не были. 

На обозрение суда предоставлены фотографии ввезенных товаров (амортизаторов и коробок, в которых они размещены), сделанные в процессе досмотров, регулярно осуществляемых таможенным органом. Фотографии подтверждают, что Декларантом были ввезены товары торговой марки WIND, а не ТОYОТА.

Более того, в прайс-листе имеется надпись – PRICE LIST FOR WIND SHOCK ABSORBER (прайс-лист на амортизаторы подвески WIND).

Однако со стороны таможенного органа не представлены доказательства того, что в рамках таможенного контроля у декларанта запрашивались дополнительные пояснения относительно данного вопроса, что  лишило декларанта права на дачу пояснений (возражений).

При этом, доказательств фальсификации экспортной декларации со стороны таможни также не представлено.

Кроме того, экспортная декларация является документом, оформляемым продавцом - то есть иностранным контрагентом предпринимателя, и ответственность за ненадлежащее оформление или непредставление данного документа не может быть переложена на российского резидента.

Само по себе вышеуказанное обстоятельство не могло послужить основанием для корректировки заявленной таможенной стоимости, т.к. экспортная декларация не входит в обязательный Перечень документов и сведений, необходимых для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом, утвержденным Решением № 376.

 

В отношении заявленных декларантом сведений об условиях поставки в экспортной декларации FOB с ценой за единицу товара 2,72 долл. за кг, декларант пояснил, что в китайской экспортной декларации указывается средняя цена товара, если декларируется однородный товар, как в рассматриваемом случае, когда декларируются стойки/амортизаторы различных моделей, которые имеют разную стоимость. При этом, в экспортной декларации указана средняя цена, которая рассчитана простым делением общей стоимости всех стоек/амортизаторов в размере 42 816, 90 долларов США на общий вес нетто 15740,10 кг.

Согласно разделу №23 «Правил таможни КНР по оформлению грузовой таможенной декларации при импорте и экспорте товаров» (манифест/положение №52, 2008 год) в экспортной декларации заполняется форма сделки FOB, что соответствует предоставленной в таможенный орган экспортной декларации.

Кроме того, каких-либо дополнительных конкретных вопросов таможенным органом по данному факту также не задавалось, тем самым Декларант был лишен права на дачу пояснений (возражений).

Согласно разъяснений данных в абзаце 4 пункта 7 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 4 статьи 65 Кодекса и пункта 3 статьи 2 Соглашения.

Суд принимает во внимание положения внешнеторгового контракта  от 04.06.2016 № FW1207 о согласовании его сторонами условий поставки CFR Владивосток (пункт 1.1 контракта) и определение цены поставленной в адрес предпринимателя партии товара в коммерческом инвойсе от 15.05.2017  № TXP16-YQX011-2 согласно пункту 2.2 контракта именно на указанных в контракте условиях.

Задекларированный обществом в спорной таможенной декларации товар ввозился на условиях поставки СFR «Cost and Freight» («Стоимость и фрахт» указанный порт назначения), в соответствии с которым согласно Международным правилам толкования торговых терминов «Инкотермс 2010» расходы по таможенному оформлению при вывозе товара и транспортировке товара относятся на продавца и  включены в стоимость ввозимого товара.

В соответствии с представленным в материалы дела коносаментом  №MLVLV 576787115 отправителем товара является продавец товара - компания «NINGBO SUTAR SHOCK ABSORBERS CO., LTD» и порт отгрузки товара Нигбо (Китай) определен по месту нахождения данной компании. 

Согласно сведениям представленной в материалы дела ведомости банковского контроля по паспорту сделки от 27.07.2016 № 16070062/2733/0000/2/2 предприниматель совершила конклюдентные действия по оплате поставленной в ее адрес партии  товара в той сумме и на тех условиях, которые определены продавцом товара в указанном  выше коммерческом инвойсе.

Представленный декларантом прайс-лист носит публичный характер, и практика делового оборота исходит из того, что под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату (определенный период), либо не ограниченного такого предложения во времени его действия.  При этом указанная в нем информация может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту и в отношении конкретного товара с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара по выбору лица, реализующего товар. 

Суд учитывает приведенные в рассматриваемом заявлении предпринимателя доводы о том, что экспортная декларация страны отправления товара и прайс-лист продавца товара не включены в вышеназванный Перечень документов, обязательных к предоставлению для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров определяемой по стоимости сделки с ввозимыми товарами, а при  наличии факта согласования сторонами существенных условий поставки товара и исполнения ими всех взятых на себя обязательств, отсутствие данных документов, либо наличие в них каких-либо недостатков само по себе не может влиять на достоверность заявленных декларантом сведений о таможенной стоимости задекларированного товара.

Таким образом, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ  имеющиеся в материалах дела документы, суд в отсутствие доказательств, объективно подтверждающих недостоверность заявленных в спорной таможенной декларации сведений о стоимости товара, признает, что вне зависимости от расхождения окончательно согласованной сторонами внешнеэкономической сделки ее цены и условий от ранее направленной  продавцом товара оферты, фактическое обстоятельство согласования сторонами внешнеторгового контракта основных условий поставки задекларированной в спорной таможенной декларации партии товара, подтверждено декларантом на этапе таможенного оформления товара, что отвечает требованиям статей 2 и 4  Соглашения от 25.01.2008.

Указание таможни на отличие уровня заявленной декларантом таможенной стоимости, от ценовой информации, имеющейся в таможенном органе, судом не принимается, т.к. исходя из смысла метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами в сочетании с условием о ее документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности данный метод не может быть применен в случаях отсутствия документального подтверждения заключения сделки в любой не противоречащей закону форме или отсутствия в документах, выражающих содержание сделки, ценовой информации, относящейся к количественно определенным характеристикам товара, условий поставки и оплаты, либо наличия доказательств недостоверности таких сведений, то есть их необоснованного расхождения с аналогичными сведениями в других документах, выражающих содержание сделки, а также коммерческих, транспортных, платежных (расчетных) и иных документах, относящихся к одним и тем же товарам.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Давая оценку доводу таможни о том, что по результатам проведения сравнительного анализа уровень таможенной стоимости однородных товаров превысил индекс таможенной стоимости по спорной декларации, суд учитывает разъяснения Пленума ВС РФ, изложенные в пункте 5 Постановления № 18 о том, что система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции. При этом за основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость. 

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 23.12.2015 по делу № 303-КГ15-10774, признаки недостоверности сведений о цене сделки, на основании которой приобретен товар, могут проявляться, в частности, в значительном отличии цены сделки от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными товарами или однородными товарами, ввезенными на таможенную территорию Таможенного союза при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных или общепризнанных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов.

Вместе с тем, таможенный орган не доказал, что используемые им в оспариваемом решении проверочные величины по ДТ (когда в качестве источника ценовой информации для определения таможенной стоимости таможней избраны ДТ №10702030/250517/0042540) учитывают коммерческий уровень и количество ввезенного обществом товара, а также условия поставки (CFR и FOB) и конечный пункт товара (Владивосток и Нингбо) в рамках контракта по ДТ № 10702030/300517/0043874, имея в виду определение таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с Соглашением, исходя из принципов, установленных Соглашением по применению статьи VII ГАТТ 1994, должно основываться на критериях, совместимых с коммерческой практикой (пункт 9 Постановления № 18).

На основании изложенного суд приходит к выводу, что таможня не доказала наличие обстоятельств, препятствующих применению первого метода определения таможенной стоимости.

Оспариваемое решение повлекло негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для отказа в удовлетворении требования о признании незаконным решения ответчика от 17.08.2017 по таможенной стоимости товара, заявленного в декларации на товары № 10702030/300517/0043874, оформленного отметкой «ТС принята» в декларации таможенной стоимости по форме ДТС-2.  

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 30 Постановления Пленума ВС РФ № 18, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенные органы в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных (взысканных) платежей, окончательный размер которых определяется таможенным органом на стадии исполнения решения суда. При этом отдельного обращения плательщика с заявлением о возврате соответствующих сумм в порядке, предусмотренном статьей 147 Закона о таможенном регулировании, в этом случае не требуется.

Принимая во внимание пункт 30 Постановления Пленума ВС РФ          № 18, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по ДТ № 10702030/300517/0043874, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного решения.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с ответчика.

На основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации излишне уплаченная  государственная пошлина в  сумме  2700 рублей подлежит возврату заявителю из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 17.08.2017 о принятии таможенной стоимости товара по декларации на товары №10702030/300517/0043874, оформленного в виде отметки «Таможенная стоимость принята» в декларации таможенной стоимости по форме ДТС-2 как не соответствующее Таможенному кодексу Таможенного Союза, Соглашению от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза. 

Решение в данной части подлежит немедленному исполнению. 

Обязать Владивостокскую таможню возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 излишне взысканные таможенные платежи по декларации на товары №10702030/300517/0043874, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного решения. 

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 300 (триста) рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Возвратить из федерального бюджета индивидуальному предпринимателю ФИО1 излишне уплаченную по платежному поручению №428 от 26.07.2017г. государственную пошлину в сумме 2700 руб. (две тысячи семьсот) рублей 00 коп.

Исполнительный лист и справку на возврат госпошлины выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Приморского края в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции. 

 

Судья                                                                              Борисов Д.В.