СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3256/2022(8)-АК

Дело № А71-3312/2021

10 ноября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 ноября 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Даниловой И.П.,

судей                                 Зарифуллиной  Л.М., Саликовой  Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем  ФИО1,

при участии:

лица,  участвующие  в деле, не явились,  извещены;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника ФИО2 

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 22 августа 2022 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительными цепочки сделок, состоящих из договора от 28.06.2019 №116/001/2019-9148 купли-продажи дома и земельного участка, заключённого между должником и ФИО3; договора потребительского займа от 28.06.2019 №ВЗ/2019/92, заключённого между должником и ФИО4; договора беспроцентного займа от 30.09.2020 №1, заключённого между должником и ФИО3; договора об отступном от 30.10.2020, заключенного между должником и ФИО3,

вынесенное в рамках дела № А71-3312/2021

о признании несостоятельным (банкротом) кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),   

 

установил:

Центральный банк Российской Федерации в лице Национального банка Удмуртской Республики Центрального банка Российской Федерации (далее – ЦБ РФ) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) Кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» г. Воткинск (далее – КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ», финансовая организация).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.03.2021 заявление ЦБ РФ о признании несостоятельным (банкротом) КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» принято к производству.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01.06.2021 (резолютивная часть оглашена 26.05.2021) КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 05.06.2021 №96.

24.03.2022 в рамках дела о банкротстве – КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительными цепочки сделок, состоящей из договора от 28.06.2019 №116/001/2019-9148 купли-продажи дома и земельного участка, заключённого между кредитным кооперативом и ФИО3; договора потребительского займа от 28.06.2019 №ВЗ/2019/92, заключённого между кредитным кооперативом и ФИО4; договора беспроцентного займа от 30.09.2020 №1, заключённого между кредитным кооперативом и ФИО3; договора об отступном от 30.10.2020, заключенного между кредитным кооперативом и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 5500000 руб. 00 коп. по договору от 28.06.2019 №ВЗ/2019/92, взыскания с ФИО3 4243978 руб. по договору беспроцентного займа от 30.09.2020 №1.

Определением суда от 28.03.2022 заявление конкурсного управляющего принято к производству.

Определением  Арбитражного суда Удмуртской  Республики  от 22.08.2022 (резолютивная часть  объявлена  15.08.2022) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего кредитного потребительского кооператива «Касса взаимной помощи «РОСТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительными цепочки сделок, состоящей из договора от 28.06.2019 №116/001/2019-9148 купли-продажи дома и земельного участка, заключённого между должником и ФИО3; договора потребительского займа от 28.06.2019 №ВЗ/2019/92, заключённого между должником и ФИО4; договора беспроцентного займа от 30.09.2020 №1, заключённого между должником и ФИО3; договора об отступном от 30.10.2020, заключенного между должником и ФИО3, отказано.

Не  согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности в виде  взыскания с ФИО4 5 500 000 руб. по договору №ВЗ/2019/92 от 28.06.2019,  с ФИО3 4 243 978,00 руб. по договору беспроцентного займа №1 от 30.09.2020.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий приводит доводы, согласно которым он предоставил суду первой инстанции достаточные допустимые и относимые доказательства, необходимые для признания недействительными цепочки сделок.  ФИО4  являлся работником  должника  с 01.09.2016  по 04.04.2017 и  с 01.07.2019  по 11.01.2020. Также Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела ОЭБиПК ОМВД России по Пуровскому району установлено, что 07.07.2016 по инициативе ФИО4 было решено открыть обособленное подразделение должника в г. Тарко-Сале, где ФИО4 был назначен управляющим. Таким образом, ФИО4  состоял в деловых партнёрских отношениях с ФИО5 и имел возможность осуществлять стратегическое планирование финансовой и хозяйственной деятельности обособленного подразделения, распределять прибыль обособленного подразделения,  то  есть  являлся заинтересованным  лицом по отношению  к должнику. ФИО3 была утверждена на должность члена Правления Протоколом №1 Общего очередного собрания кредитного кооператива от 31.01.2019, следовательно, ФИО3 в период совершения спорных сделок являлась контролирующим должника лицом, поскольку, пользуясь правомочиями члена Правления кредитного кооператива, могла участвовать в одобрении сделок, давать, посредством участия в заседаниях Правления, обязательные для кредитного кооператива указания. Помимо этого, ФИО3 состояла с должником в трудовых отношениях. На момент совершения сделок должник отвечал признаку неплатёжеспособности и недостаточности имущества. Согласно информации из Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчётности от 24.05.2022, на протяжении 03 (трёх) лет (с 01.01.2018 по 31.12.2020) должник вёл убыточную деятельность, в частности по результатам 2018 года убыток от деятельности составлял 14 222 тыс. руб., 2019 года - 9 095 тыс. руб., 2020 - 11 374 тыс. руб. Из заявления Центрального Банка Российской Федерации о признании должника банкротом следует, что по данным отчёта о деятельности за 9 месяцев (по состоянию на 31.09.2021) чистый убыток кредитного кооператива составил 1 744 тыс. руб., к 31.12.2021, то есть по результатам года, чистый убыток организации увеличился до 7 111 тыс. руб. Об этом также свидетельствует бухгалтерская (финансовая) отчётность должника, предоставленная Федеральной налоговой службой. Сумма неисполненных кредитным кооперативом обязательств по состоянию на 30.10.2020 (дата заключения Договора об отступном) обязательства кредитного кооператива перед кредиторами - членами кредитного кооператива (пайщиками) - составила 38 018 887,49 руб. основного долга, 3 133 382,00 руб. процентов по договорам передачи личных сбережений, при этом 30.10.2020 имелись обязательства, срок исполнения которых наступил, но исполнены они не были, объём таких обязательств составил 7 569 840,00 руб. основного долга, 108 562,00 руб. процентов по договорам передачи личных сбережений. Ответчики не могли не знать о том, что у кредитного кооператива имеются признаки неплатёжеспособности и  стороны сделки могут причинить вред кредиторам должника, поскольку имели доступ к информации о хозяйственной и финансовой жизни должника. Помимо этого, учитывая тот факт, что ответчики являются заинтересованными лицами в совершении сделки и контролирующими должника лицами, причинение вреда кредиторам презюмируется в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так  же конкурсный  управляющий  не соглашается с выводами  суда первой инстанции, что  в результате цепочки сделок все стороны были возвращены в первоначальное имущественное положение.  28.06.2019 ФИО4 и должник заключили договор потребительского займа №ВЗ/2019/92, согласно которому должник, (займодавец), передал ФИО4 (заёмщик), 5 500 000,00 руб. под 10% годовых сроком на 120 месяцев, до 28.06.2029 г. Факт выдачи займа подтверждается расходно-кассовым ордером №в0000000712 от 28.06.2019. Операция по выдаче заёмных средств ФИО4 проведена в программе бухгалтерского и управленческого учёта «1C: Предприятие» (версия 8.3 (8.3.13.1926)) (далее - программа «1C: Предприятие») 28.06.2019  в 16:53:03. В тот же день, 28.06.2019  ФИО3 и должник заключили Договор №1 16/001/2019-9148 купли-продажи дома и земельного участка, согласно которому должник продал, а ФИО3 купила принадлежащие должнику на праве собственности следующие объекты недвижимого имущество: земельный участок, площадью 563±8 кв. м., кадастровый номер 18:27:060109:214, категория земель - земли населённых пунктов, виды разрешённого использования - блокированная жилая застройка (Ж1 - Зона застройки индивидуальными и блокированными жилыми домами), находящийся по адресу:       

<

...>; здание - жилой дом, площадью 159,40 кв. м., кадастровый номер 18:27:060109:216, находящийся по адресу 

<

...>. Согласно пункту 3 и 4 договора купли-продажи, стоимость проданного имущества составила 5 500 000,00 руб., ФИО3 обязалась уплатить кредитному кооперативу за счёт собственных средств указанную сумму. Согласно приходно-кассовому ордеру №в0000003339 от 28.06.2019  ФИО3 внесла в кассу кредитного кооператива 5 500 000,00 руб. в счёт обязательств по договору купли-продажи. Указанный приходно-кассовый ордер был проведён в программе «1C: Предприятие» 28.06.2019    в 16:53:46. Анализ карточки счёта №50.01, кассовой книги за 28.06.2019 г. показывает, что на утро 28.06.2019        в кассе кредитного кооператива находились денежные средства в объёме 2 413 832,44 руб., в течение дня приходных операций проведено на сумму 5 875 795,94 руб., расходных операций - на сумму 5 852 277,25 руб., остаток на конец дня составил 2 437 351,13 руб. Таким образом, последовательность расходных и приходных операций, отражённых в бухгалтерской отчётности должника, указывает на то, что в кассе отсутствовали денежные средства, достаточные для того, чтобы выдать ФИО4 заём, в частности после провода расходной операции по выдаче займа ФИО4 сальдо по счёту 50.01 приняло отрицательное значение -3 033 729,87 руб., выдача займа ФИО4 фактически предшествовала принятию денежных средств от ФИО3 После провода приходной операции, по которой ФИО3 внесла в кассу кредитного кооператива денежные средства в той же сумме, значение сальдо, приняло первоначальное положительное значение (2 544 938,13 руб.). Перечисленные обстоятельства прямо указывают на то, что в кассе кредитного кооператива отсутствовали денежные средства, достаточные для выдачи ФИО4 заёмных средств в размере 5 500 000,00 руб. Выдача займа и приобретение имущества на одну и ту же сумму не могут являться совпадением, учитывая то, что оборот на указанную сумму произведён за одни сутки, и то, что лица, фигурирующие по факту совершения указанных сделок являются заинтересованными по отношению друг к другу и к должнику. По мнению  конкурсного  управляющего,  ФИО4 не выдавались заёмные средства в размере 5 500 000,00 руб., а ФИО3 такие денежные средства в кассу не вносила, получила имущество кредитного кооператива фактически безвозмездно непосредственно на дату заключения Договора купли-продажи недвижимости. Описываемые обстоятельства указывают на создание ФИО5, ФИО3, ФИО4 фиктивного денежного оборота, преследующего цель выбытия высоколиквидного актива - недвижимого имущества, что и произошло в результате совершения указанных сделок. Поскольку фактически недвижимое имущество ФИО3 не переходило, она не могла исполнить обязательства по отступному, следовательно, обязательства ФИО3 в размере 4 243 978,00 руб. и обязательства ФИО4 в размере 2 112 505,00 руб. не были исполнены, не были исполнены 30.09.2020 г. обязательства ФИО4 в размере 2 700 000,00 руб., так как  выдача такой денежной суммы фактически не производилась, было осуществлено фиктивное движение денежных средств в кассе кредитного кооператива. Таким  образом  ФИО3 в размере 4 243 978,00 руб. и ФИО4 в размере 5 500 000,00 фактически исполнены не были. Сделки, заключаемые ФИО5 от лица Истца, ФИО3 и ФИО4 носили мнимый характер, были направлены на противоправные цели вывода денежных средств из имущества кредитного кооператива в совокупном размере 9 743 978,00 руб.

До судебного заседания   от  ФИО3 поступил отзыв,  в котором считает  судебный  акт  законным и  обоснованным.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, отзывы на апелляционную жалобу не представили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что  28.06.2019 между КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» (займодавец) и ФИО4 (заемщик) подписан договор потребительского займа №ВЗ/2019/92, по условиям которого займодавец передал заемщику 5500000 руб. 00 коп. под 10% годовых сроком на 120 месяцев до 28.06.2029.

Факт передачи займа подтверждается расходно-кассовым ордером от 28.06.2019 №в0000000712.

28.06.2019 между ФИО3 (покупатель) и КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» (продавец) подписан договор купли-продажи дома и земельного участка №116/001/2019-9148, по условиям которого продавец продал покупателю жилой дом кадастровый номер 18:27:060109:216 и земельный участок общей площадью 563+/-8 кв.м., кадастровый номер 18:27:060109:214, категории земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование: блокированная жилая застройка (Ж1-Зона застройки индивидуальными и блокированными жилыми домами), находящиеся по адресу: 

<

...>.

Согласно пункту 4 договора купли-продажи стороны установили, что покупатель уплачивает денежную сумму в размере 5500000 руб. 00 коп. за жилой дом и земельный участок, за счет собственных средств в день подписания договора.

Согласно приходно-кассовому ордеру от 28.06.2019 №в0000003339 ФИО3 внесла в кассу кредитного кооператива 5500000 руб. 00 коп. в счет обязательств по договору купли-продажи.

Согласно передаточному акту от 28.06.2019 №116/001/2019-9148 указанные жилой дом и земельный участок были переданы продавцом покупателю.

30.09.2020 между КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» и ФИО3 подписан договор беспроцентного займа №1, по условиям которого КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» обязался предоставить ФИО3 беспроцентный займ на сумму 4243978 руб. 00 коп. на срок до 30.12.2020.

Согласно договору об отступном от 30.10.2020 ФИО3 за исполнение обязательств по договору займа от 30.09.2020, договору залога от 17.10.2019 №ВЗ/2019/92/2/1, договору займа от 28.06.2019 №ВЗ/2019/92 за ФИО4 передала должнику имущество: земельный участок, площадью 563+/-8 кв.м., кадастровый номер 18:27:060109:214 от 07.11.2016, категория земель – земли населенных пунктов, виды разрешенного использования - блокированная жилая застройка (Ж1 – зона застройки индивидуальными и блокированными жилыми домами), находящийся по адресу: 

<

...>; здание назначение жилое - жилой дом, площадью – 159,4 кв.м., количество этажей, в том числе подземных этажей – 2, кадастровый номер 18:27:060109:216 от 26.04.2017, находящийся по адресу: 

<

...>.

Стоимость недвижимого имущества определена сторонами в размере 6357798 руб. 00 коп.

Ссылаясь на то, что цепочка сделок, состоящая из договора от 28.06.2019 №116/001/2019-9148, договора потребительского займа от 28.06.2019 №ВЗ/2019/92, договора беспроцентного займа от 30.09.2020 №1, договора об отступном от 30.10.2020, совершены с заинтересованными лицами в период подозрительности, при неравноценном встречном исполнении обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате указанных сделок ухудшилась платежеспособность должника и возникли признаки банкротства, конкурсный управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,   предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Федерального

закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –

Закон о банкротстве).

Согласно статье 129 Закон о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании сделок недействительными, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок.

Согласно положениям статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним

управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий

дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений:

о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки;

об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным законом.

В силу статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству арбитражным судом 24.03.2021, оспариваемые сделки совершены должником в период с 28.06.2019 по 30.10.2020, то есть в пределах срока подозрительности, установленного положениями пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с разъяснениями, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63), для признания сделки недействительной по пункту  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредитов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 п. 2 ст. 61.2

Закона о банкротстве (п.п. 5 и 6 Постановления Пленума ВАС РФ №63).

В силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пункт 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 разъясняет, что в силу абз. 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абз. 2 пункта  3 статьи  28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

При этом, доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения оспариваемых сделок (28.06.2019, 30.09.2020, 30.10.2020) в отношении КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» были опубликованы сведения, предусмотренные абз. 2 п. 3 ст. 28 Закона о банкротстве, суду не представлено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Кроме  того,  наличие  признака неплатежеспособности    не является  безусловным  основанием  для признания  сделки недействительной, необходимо  доказать  наличие  вреда в результате  совершения таковой.

Конкурсный управляющий должника в обоснование заявленных требований ссылается на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника в размере 9743978 руб. 00 коп., образовавшегося в результате передачи 5500000 руб. 00 коп. ФИО4 по договору займа №ВЗ/2019/92, 4243978 руб. 00 коп. ФИО3 по договору займа №1.

Конкурсный управляющий указывает, что фактически дом приобрела ФИО3, не внося в кассу кредитного кооператива никаких денежных средств, через ФИО4 приняла в действительности на себя обязательства по уплате долга по договору №ВЗ/2019/92 в сумме равной стоимости приобретённого ей недвижимого имущества.

Изучив материалы дела,  суд первой инстанции  обоснованно не установил  факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, на основании следующего.

Так 28.06.2019 КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» предоставил ФИО4 займ в размере 5500000 руб. 00 коп. под 10% годовых сроком на 120 месяцев до 28.06.2029.

Как следует представленных в материалы дела документов и не оспаривается сторонами с 30.06.2019 по 30.09.2020 от ФИО4 в кассу кредитного кооператива во исполнение обязательств по Договору №ВЗ/2019/92 было внесено 4243978 руб. 00 коп.

28.06.2019 ФИО3 приобрела у КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» дом и земельный участок по цене 5500000 руб. 00 коп.

Оставшийся долг ФИО4 и долг самой ФИО3 перед КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» был погашен последней путем предоставления отступного в виде передачи приобретенных по договору №116/001/2019-9148 дома и земельного участка.

Доказательств неравноценности цены отступного погашаемым обязательствам конкурсным управляющим не приведено. При этом, конкурсный управляющий должника, на котором лежит бремя доказывания неравноценности встречного исполнения по спорной сделке (ст.ст. 9, 65 АПК РФ), ходатайство о назначении судебной экспертизы с целью определения рыночной стоимости дома и земельного участка не заявлял.

Таким образом, в ходе указанной цепочки сделок должник, ФИО3, ФИО4 были возвращены в первоначальное имущественное положение, земельный  участок  и дом по адресу: 

<

...> принадлежит  на праве собственности  КПК Касса взаимной помощи  «РОСТ» с 22.01.2021. 

Следовательно, в результате совершения оспоренной сделки вред имущественным правам кредиторов не причинен, доказательства обратного в материалах дела отсутствуют (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику.

Из обстоятельств дела однозначно не следует направленность оспариваемой сделки на уменьшение конкурсной массы должника, за счет которой должны производиться расчеты с кредиторами, на причинение имущественного вреда правам должника и его кредиторов, требования которых могут быть не удовлетворены в связи с совершением сделки по выводу ликвидного имущества должника.

Получение должником реального равноценного встречного исполнения по договору исключает причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Относительно доводов  конкурсного управляющего должника о том, что  ответчики является заинтересованным лицами  по отношению к должнику, суд апелляционной инстанции  отмечает, что наличие признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе не является основанием для признания сделки недействительной и не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении сделки.

При этом, действующее законодательство не ограничивает права лиц на заключение договоров между аффилированными лицами. Сам по себе факт аффилированности между должником и контрагентом о недействительности сделки не свидетельствует, равно как, и непосредственно о злоупотреблении правом сторонами договора с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

В нарушение статьи  65 АПК РФ конкурсным управляющим должника не доказано, что цепочка сделок совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, наличие обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве конкурсным управляющим не доказано.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что спорная сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки такой вред был причинен.

Следовательно, как верно указывает суд первой инстанции конкурсным управляющим КПК «Касса взаимной помощи «РОСТ» не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделки должника недействительной по основаниям, указанным в пункте 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 5, 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010.

Доказательств совершения оспариваемой сделки с какой-либо противоправной целью конкурсным управляющим также не представлено и соответствующих доводов не приведено.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Исходя из пункта 5 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. При этом бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что другая сторона по делу употребила свое право исключительно во зло другому лицу.

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Однако такие доказательства конкурсным управляющим должника не представлены, материалами дела не подтверждается наличие у сторон умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда имущественным правам кредиторов (отсутствие иных добросовестных целей).

Оценив в порядке статьи  71 АПК РФ материалы дела, представленные сторонами доказательства, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

На основании изложенного, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании цепочки сделок недействительными следует отказать.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными цепочки сделок, состоящей из договора от 28.06.2019 №116/001/2019-9148 купли-продажи дома и земельного участка, заключённого между кредитным кооперативом и ФИО3; договора потребительского займа от 28.06.2019 №ВЗ/2019/92, заключённого между кредитным кооперативом и ФИО4; договора беспроцентного займа от 30.09.2020 №1, заключённого между кредитным кооперативом и ФИО3; договора об отступном от 30.10.2020, заключенного между кредитным кооперативом и ФИО3.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверены и им дана надлежащая оценка.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, не опровергают выводов суда первой инстанции, основаны на неправильном понимании и толковании норм материального права и по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд апелляционной инстанции считает, что ссылаясь на недействительность спорных сделок, конкурсный управляющий со своей стороны достаточных и допустимых доказательств, подтверждающий соответствующий довод, не представил (статья 65 АПК РФ), в то время как из материалов дела следует, что по спорному договору должник получил от ответчика встречное исполнение.

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по настоящему спору, суд апелляционной инстанции считает, что конкурсный управляющий не доказал обоснованность заявленных требований, приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта,

судом первой инстанции не допущено, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся в соответствии со статьей 110 АПК РФ и статьей 59 Закона о банкротстве на должника и уплачены конкурсным управляющим при подаче апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22 августа 2022 года по делу № А71-3312/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий                                                   И.П. Данилова 

 

Судьи                                                                        Л.М. Зарифуллина 

                                                                                   Л.В. Саликова