ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-15603/2025

11 марта 2026 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 марта 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего Савиной Е.В. судей Кузнецова Д.А., Новиковой Е.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарями судебного заседания

ФИО1, после перерыва – ФИО2,

при участии:

- от истца: ФИО3 (паспорт), ФИО4 (доверенность от 30.08.2024) конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью

«РосСтрой» - ФИО5 (решение от 18.12.2025 по делу № А56-85852/2020,

онлайн)

- от ответчика: ФИО6 (паспорт) ФИО7 (доверенность от 24.09.2025)

- от третьих лиц: 1. ФИО4. (доверенность от 11.06.2025) 2, 3 ФИО8 (доверенности от 16.12.2025 и от 15.01.2026

соответственно, после перерыва не явился)

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам первой инстанции

исковые требования ФИО9 в интересах общества с

ограниченной ответственностью «РосСтрой» к ФИО6

третьи лица:

1. Общество с ограниченной ответственностью «Техстройсервис»

2. ФИО10

3. ФИО11

4. ФИО5

о признании сделки недействительной

установил:

ФИО9, действующий в интересах общества с ограниченной ответственностью «РосСтрой», обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО6 о признании недействительным договора хранения техники от 18.02.2016 № 2, заключенного между ФИО6 и обществом с ограниченной ответственностью «РосСтрой» (далее – ООО «РосСтрой», Общество).

Определением суда от 20.03.2025 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Техстройсервис» (далее –

ООО «Техстройсервис»).

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) ФИО9 заявлено об уточнении исковых требований, согласно которым истец просил признать недействительными (ничтожными) договор хранения техники от 18.02.2016 № 2, а также договор залога от 18.02.2016 № 2, которые подписаны между ФИО6 и ООО «РосСтрой», а также применить последствия недействительности сделок, обязав ФИО6 в течение пяти календарных дней со дня вступления решения суда в законную силу возвратить ООО «РосСтрой» следующую строительную технику:

- буровую установку VERMEER Navigator D100*120 Series II (2008 г.в.) (серийный номер: 1VRZ3304481000186) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016;

- грузовой-тягач седельный SCANIA P380 CA6X4HSZ (2010 г.в.) (VIN 

<

***>) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016;

- полуприцеп тяжеловоз 9462-0000010 (2010 г.в.) (VIN 

<

***>) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016;

- бортовой с тент. каркасом 6319-01 (Камаз 6320 4528-23) (2010 г.в.) (VIN 

<

***>) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016;

- кран-манипулятор автомобильный 391106 (2011 г. в.) (VIN 

<

***>) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016, а в случае неисполнения судебного акта – взыскать с ФИО6 в пользу ООО «РосСтрой» судебную неустойку в размере 3000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта.

Решением суда от 15.07.2025 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с решением, ФИО6 обратился с апелляционной жалобой. В обоснование жалобы ссылается на отсутствие у истца полномочий на оспаривание в интересах ООО «РосСтрой» договора хранения техники от 18.02.2016 № 2, а также договора залога от 18.02.2016 № 2.

Кроме того, по мнению ответчика, суд первой инстанции пришел к ошибочным выводам об отсутствии доказательств исполнения ФИО6 обязательств по договору хранения техники от 18.02.2016 № 2. Данные выводы, как полагает податель жалобы, сделаны без учета фактических обстоятельств, ранее установленных вступившим в законную силу решением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 24.06.2024 по делу № 2-1097/2024.

Суд первой инстанции также учел, что ФИО6 ранее являлся работником ФИО10 в ООО «Бест» (ИНН 

<

***>), ввиду чего был осведомлен о наличии корпоративного конфликта в ООО «РосСтрой». Между тем, как отмечает податель жалобы, указанный вывод не основан на представленных в материалах дела доказательствах. В жалобе ФИО6, ссылаясь на фальсификацию ФИО9 сведений об осуществлении ФИО6 трудовой деятельности в ООО «Бест», ходатайствует о вынесении в отношении ФИО9 частного определения.

Ответчик также заявил ходатайство о привлечении ФИО10 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, поскольку права и обязанности последнего могут быть затронуты судебными актами по настоящему делу.

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу.

По доводам истца, ФИО9, обладая 45% долей участия в уставном капитале ООО «РосСтрой», наделен правом оспаривания сделок, заключенных ООО «РосСтрой», что следует из статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ, Кодекс) и пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

ФИО9 отмечает, что в материалах настоящего дела, а также в материалах дела № 2-1097/2024 отсутствуют доказательства фактического исполнения договора хранения от 18.02.2016 № 2 со стороны ФИО6 Решение от 24.06.2024, на преюдициальное значение которого ссылается податель жалобы, принято Красногвардейским районным судом Санкт-Петербурга в отсутствие возражений со стороны ООО «РосСтрой», интересы которого на момент рассмотрения спора никто не представлял, ввиду смерти генерального директора ФИО12 (02.12.2022).

ФИО10 представил в апелляционный суд ходатайство о вступлении в дело в качестве третьего лица, ссылаясь на обладание долями участия в уставном капитале ООО «РосСтрой».

Кроме того, ФИО10 представил заявление о клевете со стороны истца, которая, по доводам заявителя, заключается в утверждении о том, что ФИО6 являлся работником ООО «Бест» (ИНН 

<

***>).

Определением от 16.10.2025 апелляционный суд не усмотрел предусмотренных статьей 188.1 АПК РФ оснований для вынесения частного определения, принял к рассмотрению ходатайства ответчика и ФИО10 о его вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В целях представления истцом мотивированных возражений по вопросу о вступлении ФИО10 в дело судебное заседание отложено на 27.11.2025.

До заседания от истца поступили возражения против привлечения ФИО10 к участию в деле, в которых истец отметил, что ответчик и сам ФИО10, будучи осведомленными о рассмотрении настоящего спора, могли заявить ходатайство о привлечении ФИО10 к участию в деле на стадии разбирательства в суде первой инстанции. Непринятие указанных процессуальных действий, как полагает истец, исключает возможность привлечения ФИО10 к участию в деле на стадии апелляционного обжалования.

Кроме того, по доводам истца, ФИО10 не подтвердил, что настоящий спор затрагивает его права и обязанности по отношению к одной из сторон.

Истец также представил письменные объяснения по существу спора.

Ответчик представил возражения на объяснения истца, истец – дополнительную позицию, с учетом поступивших от ответчика возражений.

ФИО10 представил дополнения к ходатайству о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В заседании, состоявшемся 27.11.2025, поступившие процессуальные документы приобщены к материалам дела, судебное заседание в целях сохранения судебного состава объявлен перерыв до 04.12.2025.

Явившийся в судебное заседание представитель истца против вступления в дело ФИО10 в качестве третьего лица возражал по доводам, приведенным в письменных позициях.

Допущенный к участию в деле временный управляющий ООО «РосСтрой» ФИО5, утвержденный определением суда от 07.07.2025

по делу № А56-85852/2020, против удовлетворения ходатайства о вступлении ФИО10 в дело также возражал.

Представитель ответчика поддержал ранее заявленное ходатайство о вступлении ФИО10 в настоящее дело в качестве третьего лица.

Определением от 04.12.2025 на основании статьи 51, части 6.1 статьи 268 АПК РФ Тринадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам производства в арбитражном суде первой инстанции, привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО10 и временного управляющего ООО ФИО5.

От ФИО11 в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство о привлечении ее к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В судебном заседании 19.02.2026 представитель ФИО9 и его представитель настаивали на удовлетворении исковых требований. Конкурсный управляющий поддержал требования истца.

Представители ФИО6 и ФИО10 возражали против удовлетворения требований по мотивам, изложенных в многочисленных письменных позициях, приобщенных к материалам дела.

Также представитель ФИО11 настаивал на привлечении ее в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Данное ходатайство поддержали представители ФИО6 и ФИО10

Истец высказался против удовлетворения заявленного ходатайства.

Конкурсный управляющий оставил вопрос на усмотрения суда.

В порядке статьи 51 АПК РФ суд апелляционной инстанции удовлетворил ходатайство ФИО11

В связи с отсутствие возражений со стороны лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции продолжил рассмотрения дела, однако, объявил перерыв до 26.02.2026, в связи с отсутствием подтверждения полномочий представителя ООО «Техносервис».

После перерыва 26.02.2026 судебное заседание продолжено при участии ФИО9, его представителя, конкурсного управляющего, ФИО6 и его представителя и представителя ООО «Техностройсервис».

Представители лиц, участвующие в судебном заседании, поддержали раннее изложенные письменные позиции, ходатайств не заявлено. Представитель ФИО10 и ФИО11 после перерыва в судебное заседание не явились.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителя истца и ООО «Техстройсевис», конкурсного управляющего, представителя ответчика апелляционный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, ФИО9 является участником

ООО «РосСтрой». Доля истца составляет 45% уставного капитала, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) истца от 20.02.2025. ФИО10 являлся участником

ООО «РосСтрой» с долей в уставном капитале 45%. ФИО12 являлся генеральным директором ООО «РосСтрой», а также участником

ООО «РосСтрой» с долей в уставном капитале 10 %. После смерти ФИО12 (02.12.2022) его долю в уставном капитале ООО «РосСтрой» унаследовала

ФИО11. Запись о ФИО11 как об участнике

ООО «РосСтрой» внесена в ЕГРЮЛ 30.06.2023.

ООО «РосСтрой» создано для извлечения прибыли. Основными видами деятельности по ОКВЭД являются: строительство жилых и не жилых зданий; производство электромонтажных, санитарно-технических и прочих строительно-монтажных работ; работы строительные отделочные; работы строительные специализированные прочие, не включенные в другие группировки; покупка и продажа собственного недвижимого имущества.

На балансе ООО «РосСтрой» состоит земельный участок и специальная строительная техника.

Начиная с 2014 года в ООО «РосСтрой» существует корпоративный конфликт между его участниками: ФИО12, ФИО10 – с одной стороны и ФИО9 – с другой стороны.

Факт наличия между указанными лицами корпоративного конфликта подтверждается следующими судебными актами, вступившими в законную силу: решениями арбитражного суда от 17.12.2018 по делу № А56-79442/2018, от 30.08.2019 по делу № А56-165677/2018, от 24.03.2020 по делу № А56-112223/2018, от 15.11.2023 по делу № А56-60486/2023.

Из материалов дела № А56-85852/2020 усматривается, что в арбитражный суд поступило заявление ФИО12 о признании ООО «РосСтрой» несостоятельным (банкротом), введении в его отношении процедуры наблюдения, включении задолженности в размере 4 426 563 руб. 80 коп. в реестр требований кредиторов должника, утверждении временным управляющим ФИО13, являющегося членом Союза «МЦАУ».

Определением от 09.11.2020 заявление кредитора принято к производству судом первой инстанции

12.11.2024 в арбитражный суд поступило заявление ФИО6 о признании общества с ограниченной ответственностью «РосСтрой» несостоятельным (банкротом); о введении процедуры наблюдения; о включении требования ФИО6 в размере 4 045 200 рублей задолженности.

При этом, требование ФИО6 о включении задолженности в размере 4 045 200 рублей в реестр требований кредиторов основано на заочном решении Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 01.07.2024 по делу № 2-1097/2024, согласно которого признан расторгнутым договор хранения от18.02.2016 № 2, заключенный между ФИО6 и ООО «РосСтрой», обращено взыскание на предмет договора залога от 18.02.2016 № 2 - технику, переданную по договору хранения от 18.02.2016 № 2, взыскано с ООО «Росстрой» в пользу ФИО6 вознаграждение в размере

4 045 200 руб.

В рамках рассмотрения указанного дела истец по настоящему спору к участию в деле не привлекался. О наличии данного решения ФИО9 узнал при ознакомлении с заявлением ФИО6 от 12.11.2024, поданного в рамках дела о банкротстве ООО «РосСтрой».

Истцом указано, что ФИО6 знал о наличии корпоративного конфликта в обществе, так как являлся бывшим работником общества с ограниченной ответственностью «БЕСТ» (далее - ООО «БЕСТ»), где ранее участником и директором являлся ФИО10; фактически договор не исполнялся, денежные средства за аренду Общество не оплачивало, а сам ответчик на протяжении семи лет задолженность не востребовал.

Ответчик, возражая относительно заявленных требований, указал, что оснований для признания договора хранения мнимой сделкой не имеется, так как

ответчиком добросовестно исполнялись условия договора; также ответчиком заявлено, что ФИО9 не имеет права на оспаривание договора хранения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, данных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

В силу пункта 1 статьи 886 Кодекса по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

В пункте 1 статьи 900 Кодекса предусмотрено, что хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением (статья 890 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 901 Кодекса хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 Кодекса.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

По утверждению ответчика он добросовестно исполнял хранение переданной техники, однако, доказательств, подтверждающих надлежащее исполнение обязанностей, суду не представлено. Документов о наличии в собственности земельного участка, площадь которого позволяет осуществлять хранение, в деле не имеется.

Как следует из договора хранения от 18.02.2016 № 2, срок хранения имущества с февраля 2016 года на один год. Договором предусмотрена автоматическая пролонгация на каждый следующий год в случае отсутствия возражений сторон.

В части четвертой договора не предусмотрен порядок оплаты за оказанные услуги, следовательно, стороны должны применять нормы статьи 896 ГК РФ, на основании которой установлено, что вознаграждение за хранение должно быть уплачено хранителю по окончании хранения, а если оплата хранения предусмотрена по периодам, оно должно выплачиваться соответствующими частями по истечении каждого периода.

Так как окончание действия договора установлено по 18.02.2017, следовательно, при отсутствии оплаты оказанных услуг хранитель на основании пункта 5.2. договора должен обратиться к поклажедателю с требованием отказа от договора и требованием забрать хранимое имущество.

Доказательств совершения указанных действий в материалах дела не имеется.

Хранение имущества осуществлялось на протяжении семи лет. При этом в период хранения со стороны Общества (поклажедатель) не произведено ни одного платежа в счет оплаты вознаграждения за хранение по договору.

Таким образом, ответчик нес расходы на обеспечение своих обязательств по хранению имущества, при этом с требованием уплаты вознаграждения к Обществу не обращался.

Срок хранения имущества по договору с 18.02.2016 до 18.02.2017.

К окончанию срока хранения имущества задолженность Общества составила порядка 900 000 - 1 000 000 руб.

Разумный хранитель, не получивший после истечения срока хранения, своего вознаграждение за услуги по хранению, имел все основания для обращения к поклажедателю с требованием оплатить услуги за хранение имущества, а в случае получения отказа или не получения ответа на претензию отказаться от последующего исполнения договора, ибо такое поведение является бесплатным (безвозмездным) финансированием, что неприемлемо и недопустимо в гражданском обороте.

Кроме того, в договоре отсутствует указание на место хранения имущества Общества, а так же условий его хранения и обеспечения мер по сохранности имущества, передаваемого на хранение.

В материалах дела отсутствуют доказательства перемещения специальной техники со стоянки (места хранения) Общества в место хранения.

Так как передаваемая техника является специальной и крупногабаритной, то к её перевозке применяются специальные правила и специальный большегрузный транспорт. Со стороны Общества расходы на таковые перевозки отсутствуют, со стороны ответчика так же не представлено документов, подтверждающих перемещение спецтехники на место хранения.

В материалах дела отсутствует деловая переписка между поклажедателем и хранителем за весь период, начиная с февраля 2016 года, Ответчиком не представлено документов, подтверждающих то, что стороны связывались друг с другом, решали текущие вопросы, возникающие по поводу хранения имущества. Хранитель не отчитывался об исполнении своих обязанностей по договору, не направлял акты оказанных услуг по договору (ежемесячные/ежеквартальные/ежегодные). Поклажедатель не следил за исполнением договора со стороны хранителя, не интересовался условиями хранения имущества, не производил осмотр хранимого имущества с целью установления факта наличия имущества по адресу хранения.

Ответчик не является лицом, оказывающим услуги профессионального хранителя, не имеет соответствующей квалификации и сертификатов, а также разрешений (лицензий) на осуществление охранной деятельности. Договоров, заключенных ответчиком с охранной организацией, в материалы настоящего дела не представлено.

В материалах дела отсутствуют акты осмотра техники аттестованными специалистами, отсутствуют зафиксированные уполномоченными представителями сторон сведения о моточасах строительной техники на момент ее передаче по договору

Помимо этого, в материалах дела имеются сведения о факте передачи техники в аренду после заключения договора хранения, ООО «РосСтрой» продолжало сдавать в аренду хранимую технику в ООО «Бест».

Так же имеются факты пользования автотранспортными средствами

ООО «РосСтрой» (начисление административных штрафов), несмотря на то обстоятельство, что в договоре хранения не имеется правомочия хранителя на пользование транспортными средствами.

Создание коммерческого общества изначально преследует цель достижения прибыли, что неразрывно связано с предпринимательским риском, который принимают на себя участники общества.

Основным мотивом для совершения сделки хозяйственного общества является реальная предпринимательская (экономическая) деятельность, и получение экономической выгоды в результате её исполнения.

В настоящем случае отсутствует целесообразность заключенной сделки и экономическая выгода от неё. Передавая имущество безвозмездно, Общество не получило никаких коммерческих выгод от оспариваемой сделки.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

О мнимом характере сделки будут также свидетельствовать обстоятельства невостребования задолженности вплоть до возбуждения дела о банкротстве (Определение ВС РФ от 13.01.2021 г. № 305-ЭС20-20961 по делу № А41-9762/2019).

В настоящем случае суд апелляционной инстанции находит, что оспариваемая сделка совершена с целью вывода имущества Общества и передачи его заинтересованному лицу в отсутствие какого-либо встречного исполнения, т.е. полностью безвозмездно.

Как следует из текста оспариваемого договора срок хранения имущества (пяти единиц техники) с 18.02.2016 по 18.02.2017. Договором предусмотрена автоматическая пролонгация на каждый следующий год в случае отсутствия возражений сторон. Хранение имущества осуществлялось на протяжении семи лет, однако, на протяжении указанного срока со стороны общества не произведено ни одного платежа.

Сам ответчик на протяжении срока договора никаких мер направленных на взыскание задолженности, на расторжение договора не предпринимал.

Суд учитывает, что ответчик ранее являлся работником ФИО10 в ООО «БЕСТ», знал о наличии корпоративного конфликта в ООО «РосСтрой», что не оспорено в ходе настоящего рассмотрения дела и в совокупности с исследованными доказательствами, свидетельствует об аффилированности ответчика с одним из участников корпоративного конфликта.

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для той категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. С целью установления истинных мотивов поведения сторон суд не должен ограничиваться формальной проверкой представленных сторонами документов, а должен принимать во внимание иные доказательства, подтверждающие наличие фактических договорных отношений.

В настоящей ситуации ответчик не опровергает серьезные доказательства, подтверждающие мнимость или притворность договорных отношений с Обществом а представляет лишь минимальный набор документов, не раскрывая обстоятельства заключения и исполнения сделки.

Нежелание ответчика представить дополнительные доказательства рассматривается судом апелляционной инстанции как отказ от опровержения того факта, на наличие которого указывает процессуальный оппонент, а совершенная между Обществом и ответчиком сделка подлежит квалификации по правилам статьи 170 ГК РФ.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Для установления воли сторон в соответствии с положениями статей 160, 421, 431, 434 ГК РФ оценке подлежит вся совокупность отношений сторон, в том числе содержание заключенных сторонами соглашений, составленных сторонами в целях их заключения и исполнения документов, предшествующее и последующее поведение участников сделки.

Между тем, совокупность представленных в материалы дела доказательств подтверждает наличие правовых оснований для признания оспариваемых договоров мнимыми сделками, так как отсутствуют доказательства подтверждающие реальность их исполнения.

О мнимости спорных договоров также свидетельствует то, что обеспеченное залогом движимого имущества Общества по общему правилу, закрепленному в абзаце третьем пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ, не раскрыто публично путем включения соответствующих сведений в реестр уведомлений о залоге движимого имущества.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции находит, что документальное оформление отношений по хранению имущества и его залога совершенны сторонами формально, без намерения создать предусмотренные договором хранения последствия, услуги, предусмотренные договором хранения, ответчик фактически не оказывал.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание, что ответчиком не представлено достоверных доказательств, подтверждающих факт реальности исполнения заключенных договоров, суд апелляционной инстанции считает, что техника, которая передана на хранение ответчику ФИО6 по договору фактически у него не хранилась, а использовалась обществом с ограниченной ответственностью «Бест» и обществом с ограниченной ответственностью «Булат».

Таким образом, доводы истца о том, что договор хранения техники от 18.02.2016 № 2, заключенный между ООО «РосСтрой» и ФИО6, является мнимой сделкой, направленной на создание условий для контролируемого

банкротства Общества в рамках дела № А56-85852/2020, в частности для передачи имущества в пользу кредитора и в незаконном распределении конкурсной массы в пользу аффилированных с ФИО10 лиц, являются обоснованными, а требования истца подлежат удовлетворению.

Поскольку договор залога заключен для обеспечения исполнения условий договора хранения, который признан судом мнимой сделкой, он также подлежит признанию недействительным.

Рассматривая заявление ответчика о применении срока давности, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года (пункт 1 статьи 181 ГК РФ) и исчисляется он со дня, когда ФИО9 узнал или должен был узнать о начале исполнения сделки.

Соответственно, доводы ответчика о том, что срок исковой давности по оспариваемым сделкам составляет один год противоречат действующему гражданскому законодательству РФ.

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что

ФИО9 знал или мог знать о заключенных спорных договорах хранения и залога и о судебном процессе в Красногвардейском районном суде г. Санкт- Петербурга (к которому он не был привлечен к участию в деле).

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает, что срок исковой давности в рассматриваемом случае истцом не пропущен.

Доводы ответчика о том, что ФИО9 как участник общества является ненадлежащим истцом, суд признает необоснованными и не соответствующими действующему законодательству.

Довод ответчика о том, что в данном случае отсутствует предмет судебного спора, поскольку решением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга оспариваемый договор уже расторгнут не имеет юридического значения и не влияет на возможность признания договора недействительным. При этом суд отмечает, что правовые последствия расторжения договора направлены на прекращение обязательств сторон на будущее время, тогда как признание сделки недействительной направлено на подтверждение того, что она не влечет юридических последствий с момента ее совершения.

В этой связи расторжение договора не препятствует признанию его недействительным. Расторжение договоров и проверка законности сделок имеют разные правовые последствия, которые заключаются прежде всего в том, что при расторжении договора его отдельные условия могут сохранять свою силу (пункт 2 статьи 453 ГК РФ), в то время как недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к

исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в

рамках исполнительного производства (части 1 и 2.1 статьи 324 АПК РФ).

Удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения. В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение (п. 31, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Суд апелляционной инстанции находит заявленный истцом размер судебной неустойки в сумме 3000 руб. соответствующим принципам справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.07.2025 по делу № А56-15603/2025 отменить.

Признать договор хранения техники от 18.02.2016 № 2, договор залога от 18.02.2016 № 2, заключенные между ФИО6 и обществом с ограниченной ответственностью «РосСтрой», недействительными.

Применить последствия недействительности сделок, обязав ФИО6 в течение пяти календарных дней со дня вступления судебного акта в законную силу вернуть в собственность обществу с ограниченной ответственностью «РосСтрой» (ИНН 

<

***>) следующую строительную технику:

- буровую установку VERMEER Navigator D100*120 Series II (2008 г.в.) (серийный номер: 1VRZ3304481000186) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016.;

- грузовой-тягач седельный SCANIA P380 CA6X4HSZ (2010 г.в.) (VIN 

<

***>) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016;

- полуприцеп тяжеловоз 9462-0000010 (2010 г.в.) (VIN 

<

***>) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016.;

- бортовой с тент. каркасом 6319-01 (Камаз 6320 4528-23) (2010 г.в.) (VIN 

<

***>) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016.;

- кран-манипулятор автомобильный 391106 (2011 г.в.) (VIN № 

<

***>) с документами, переданными по акту приема-передачи от 18.02.2016.

В случае неисполнения постановления суда в части возложенной обязанности взыскать с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «РосСтрой» 3000 руб. неустойки за каждый день неисполнения судебного акта.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО9 15 000 руб. расходов по государственной пошлине.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий	 Е.В. Савина

Судьи	 Д.А. Кузнецов

Е.М. Новикова