АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА 

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-3786/25 

Екатеринбург 06 ноября 2025 г. Дело № А07-28687/2024 Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 06 ноября 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Тихоновского Ф.И., судей Пирской О.Н., Оденцовой Ю.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Киракосяном Л.М. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.03.2025 по делу № А07-28687/2024 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2025 по тому же делу.  

 Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

 В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа приняли участие представители ФИО1 – ФИО2 и ФИО3 (удостоверения, доверенность от 17.09.2025 № 02 АА 7394284).  

 В судебном заседании посредством веб-конференции приняли участие: 

представитель Администрации городского округа города Уфы Республики Башкортостан – ФИО4 (паспорт, доверенность от 27.08.2025 № 01-05-03806/13)  

представитель общества с ограниченной ответственностью «Служба заказчика и технического надзора» (далее – общество СЗ «СЗиТН») – ФИО5 (паспорт, доверенность от 13.01.2025 № 9).  

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило исковое заявление муниципального унитарного предприятия «Служба заказчика и технического надзора» о взыскании с ФИО1  

(далее – ответчик) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Служба заказчика» убытков в размере 3 250 925 руб. 34 коп. (с учетом уточнений, принятых судом к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Протокольным определением суда первой инстанции от 05.02.2025 на основании статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена истца – муниципального унитарного предприятия «Служба заказчика и технического надзора» на его правопреемника – общество СЗ «СЗиТН».  

Решением суда первой инстанции от 12.03.2025 исковые требования общества СЗ «СЗиТН» (далее – истец) удовлетворены, с ФИО1 в пользу общества «Служба заказчика» взысканы убытки в сумме 3 250 925 руб. 34 коп.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2025 решение суда первой инстанции от 12.03.2025 оставлено без изменения.  

Не согласившись с вынесенными судебными актами нижестоящих судов, ФИО1 обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Уральского округа.  

В обоснование доводов кассационной жалобы её заявитель указывает на то, что нижестоящими судами не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и причиненными им убытками. Заявитель кассационной жалобы обращает внимание на то, что арбитражными судами первой и апелляционной инстанции не изучен вопрос о финансовом положении общества с ограниченной ответственностью «Стройгенподряд» (далее – общество «Стройгенподряд»), которое, по его утверждению, обладало признаками банкротства как на момент заключения договора займа, так и на момент заключения договоров цессии. Кроме того, кассатор ссылается на наличие деловой цели, которую он преследовал, заключая спорные договоры уступки прав требования, которая, по его утверждению, заключалась в повышении уровня ликвидности дебиторской задолженности. ФИО1 также полагает, что судами были неверно применены нормы о преюдиции, поскольку как такового судебного акта о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Служба заказчика» вынесено не было. Помимо прочего, ответчик указывает на пропуск срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.  

До начала судебного заседания в суд округа поступили отзывы на кассационную жалобу Администрации городского округа города Уфы Республики Башкортостан, общества «СЗ «СЗиТН», арбитражного управляющего ФИО6, а также руководителя общества «Служба заказчика» ФИО7, которые приобщены к материалам дела.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «СЗ «СЗиТН» обратилось в суд с рассматриваемым иском в интересах общества с ограниченной ответственностью «Служба заказчика» (далее – общество «Служба заказчика»), участником которого оно ранее являлось.  

Материально-правовой интерес в удовлетворении исковых требований общество «СЗ «СЗиТН» связывало с осуществляемым в настоящее время процессом восстановления корпоративного контроля над обществом «Служба заказчика», наличием на рассмотрении судов спора, касающегося действительной стоимости доли участия в обществе «Служба заказчика», и возбуждённого в связи с этим уголовного дела в отношении ФИО1 Указанные обстоятельства истец приводил в качестве фактов, существенно влияющих на наличие законного интереса истца в удовлетворении иска.  

Судами также установлено, что муниципальное унитарное предприятие «Служба заказчика и технического надзора» являлось учредителем общества «Служба заказчика» до 28.02.2024. Впоследствии доля участия в обществе «Служба заказчика» была реализована обществу «Прайм-Недвижимость».  

Решением единственного участника общества «Служба заказчика» от 21.05.2019 № 3 директором названного общества был назначен ФИО1, с которым 22.05.2019 года был заключен трудовой договор.  

До его назначения, 18.04.2018 между обществом «Служба заказчика» и обществом «Стройгенподряд» был заключен договор займа № 19/08-15-ЗМ (далее – договор займа № 19/08-15-ЗМ), по условиям которого общество «Служба заказчика» обязалось предоставить обществу «Стройгенподряд» заем на сумму 220 000 000 руб.  

Сумма займа в полном объёме обществу «Служба заказчика» обществом «Стройгенподряд» возвращена не была.  

Впоследствии между обществом «Служба заказчика» (цедент) в лице директора ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Шифамед» (далее – общество «Шифамед») (цессионарий) был заключен договор цессии от 27.07.2020 № 1-СЗ (далее – договор цессии № 1-СЗ), по условиям которого, цедент обязался уступить, а цессионарий обязался принять и оплатить имущественные права (право требования) денежных средств в сумме 23 000 000 руб. и все подлежащие вследствие просрочки исполнения должником своих обязательств права, включая начисление санкций, в том числе проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойки, а также иные требования, связанные с исполнением должником своего обязательства по оплате к должнику обществом «Стройгенподряд» (пункт 1.1 договора цессии № 1-СЗ).  

В пункте 1.3 договора цессии № 1-СЗ стороны определили, что права требования к должнику принадлежат цеденту на основании договора займа № 19/08-15-ЗМ.  

Согласно пункту 1.4 договора цессии № 1-СЗ стоимость уступаемых прав требования, указанных в пункте 1.1 настоящего договора, согласована сторонами в сумме 23 000 000 руб.  

Права требования переходят от цедента к цессионарию с момента заключения настоящего договора (пункт 1.5 договора цессии № 1-СЗ).  

В пункте 2.2.1 договора цессии № 1-СЗ сторонами согласовано, что цессионарий обязался осуществить оплату за уступленные права требования, указанные в пункте 1.1 настоящего договора, основной долг в сумме 23 000 000 руб. и проценты за пользование займом в срок не позднее 31.12.2021.  

Кроме того, между обществом «Служба заказчика» (цедент) в лице директора ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Главпроект» (далее – общество «Главпроект») (цессионарий) был заключен договор цессии от 05.08.2020 № 2-СЗ (далее – договор цессии № 2-СЗ), по условиям которого, цедент обязался уступить, а цессионарий обязался принять и оплатить имущественные права (право требования) денежных средств в сумме 30 947 272 руб. и все подлежащие вследствие просрочки исполнения должником своих обязательств права, включая начисление санкций, в том числе проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойки, а также иные требования, связанные с исполнением должником своего обязательства по оплате к должнику обществом «Стройгенподряд» (пункт 1.1 договора цессии № 2-СЗ).  

В пункте 1.3 договора цессии № 2-СЗ стороны определили, что права требования к должнику принадлежат цеденту на основании договора займа № 19/08-15-ЗМ.  

Согласно пункту 1.4 договора цессии № 2-СЗ стоимость уступаемых прав требования, указанных в пункте 1.1 настоящего договора, согласована сторонами в сумме 30 947 272 руб.  

Права требования переходят от цедента к цессионарию с момента заключения настоящего договора (пункт 1.5 договора цессии № 2-СЗ).  

В пункте 2.2.1 договора цессии № 2-СЗ сторонами согласовано, что цессионарий обязался осуществить оплату за уступленные права требования, указанные в пункте 1.1 настоящего договора, основной долг в сумме 30 947 272 руб. и проценты за пользование займом в срок не позднее 31.12.2021.  

Помимо прочего, между обществом «Служба заказчика» (цедент) в лице директора ФИО1 и обществом «Шифамед» (цессионарий) был заключен договор цессии от 28.07.2020 № 3-СЗ (далее – договор цессии № 3-СЗ), по условиям которого, цедент обязался уступить, а цессионарий обязался принять и оплатить имущественные права (право требования) денежных средств в сумме 14 052 728 руб. и все подлежащие вследствие просрочки исполнения должником своих обязательств права, включая начисление санкций, в том числе проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойки, а также иные требования, связанные с исполнением должником  

своего обязательства по оплате к должнику обществом «Стройгенподряд» (пукнт 1.1 договора цессии № 3-СЗ).  

В пункте 1.3 договора цессии № 2-СЗ стороны определили, что права требования к должнику принадлежат цеденту на основании договора займа № 19/08-15-ЗМ.  

Согласно пункту 1.4 договора цессии № 3-СЗ стоимость уступаемых прав требования, указанных в пункте 1.1 настоящего договора, согласована сторонами в сумме 14 052 728 руб.  

Права требования переходят от цедента к цессионарию с момента заключения настоящего договора (пункт 1.5 договора цессии № 3-СЗ).  

В пункте 2.2.1 договора цессии № 3-СЗ сторонами согласовано, что цессионарий обязался осуществить оплату за уступленные права требования, указанные в пункте 1.1 настоящего договора, основной долг в сумме 14 052 728 руб. и проценты за пользование займом в срок не позднее 31.12.2021.  

Вышеуказанные договоры цессии № 1-СЗ, 2-СЗ, 3-СЗ со стороны общества «Служба заказчика» были подписаны ФИО1  

В каждом из договоров была предусмотрена отсрочка платежа за уступаемые права в срок до 31.12.2021, т.е. на срок 1,5 года.  

ФИО1 осуществлял полномочия директора общества «Служба заказчика» вплоть до 06.07.2022 года, однако требований к обществам «Шифамед» и «Главпроект» о взыскании с них вышеуказанной задолженности, образовавшейся в связи с приобретением последними прав требований к обществу «Стройгенподряд» по договорам цессии, не предъявлял. Заключение вышеуказанных договоров цессии с единственным участником должника - МУП «СЗиТН» - не согласовывал, об их заключении в известность не ставил.  

Как было установлено судами, впоследствии общество «Стройгенподряд» погасило задолженность, уступленную обществом «Служба заказчика», перед обществами «Главпроект» и «Шифамед» в сумме 30 947 272 руб. и 37 052 728 руб. соответственно.  

При этом, ФИО1, общество «Главпроект» и общество «Шифамед» являются аффилированными и входят в одну группу лиц. О наличии конфликта интересов единственный участник должника (МУП «СЗиТН») проинформирован не был, корпоративные процедуры согласования условий вышеприведенных договоров цессии ФИО1 также не были соблюдены.  

В дальнейшем 03.02.2022 судом принято заявление уполномоченного органа о признании общества «Служба заказчика» несостоятельным (банкротом), которое было принято к производству суда 08.02.2022 в рамках дела № А07-2504/2022.  

Определением арбитражного суда первой инстанции от 12.05.2022 в отношении общества «Служба заказчика» введена процедура наблюдения, решением суда от 30.11.2023 в отношении общества «Служба заказчика» открыта процедура конкурсного производства, в ходе которой в реестр требований кредиторов были включены требования кредиторов на общую  

сумму 7 817 326 руб. 95 коп., за реестром учтены требования на сумму 208 801 руб. 63 коп.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.05.2024 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Служба заказчика» прекращено по причине погашения всех требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, за счет реализации конкурсным управляющим мероприятий по взысканию дебиторской задолженности в общей сумме 45 083 192 руб., в том числе: 10 000 000 руб. - с общества «Шифамед», 33 795 692 руб. - с общества «Главпроект», а также 1 287 500 руб. - с Администрации городского округа города Уфы Республики Башкортостан.  

Определением суда первой инстанции от 02.05.2024 по делу № А07-2504/2022 и постановлением суда апелляционной инстанции от 01.07.2024 по тому же делу установлено, что платежеспособность общества «Служба заказчика» была восстановлена исключительно за счет мероприятий, проведенных конкурсным управляющим ФИО6 по истребованию дебиторской задолженности, инициированию мероприятий по оспариванию сделок, по подаче заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, что, в конечном счете побудило общества «Главпроект» и «Шифамед» погасить дебиторскую задолженность. Именно поступление дебиторской задолженности от обществ «Главпроект» и «Шифамед», необоснованно отсроченной к уплате на столь длительное время на экономически невыгодных для должника условиях отсрочки, привело к возможности полного погашения требований кредиторов по делу о банкротстве общества «Служба заказчика».  

В связи с прекращением дела о банкротстве определением суда первой инстанции от 31.07.2024 было прекращено производство по заявлению конкурсного управляющего обществом «Служба заказчика» ФИО6 к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Служба заказчика».  

Вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 02.05.2024 по делу № А07-2504/2022 также установлено, что фактически возникновению процедуры банкротства способствовало предоставление необоснованной отсрочки в оплате уступленных прав требований, предоставленной бывшим руководителем должника ФИО1 дебиторам должника – обществам «Шифамед» и «Главпроект» на общую сумму 68 000 000 руб. по договорам цессии, срок оплаты по которым был установлен до 31.12.2021.  

Основываясь на вышеизложенном, и полагая, что поведение ответчика явилось непосредственной причиной банкротства общества «Служба заказчика», указывая на то, что общество «Служба заказчика» в ходе процедур банкротства вынуждено было понести необходимые расходы (выплата вознаграждения временному и конкурсному управляющему, возмещение их расходов (почтовые расходы, расходы по публикациям в ЕРФСБ и в газете Коммерсантъ, расходы по оценке), стимулирующее вознаграждение  

временного и конкурсного управляющих, мораторные проценты, выплаченные кредиторам) в общей сумме 3 250 925 руб. 34 коп., общество «СЗ «СЗиТН» обратилось в суд первой инстанции с соответствующим заявлением о взыскании убытков, представляющих собой размер понесённых расходов по делу о банкротстве, с ФИО1  

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что ответчиком скрывалась информация относительно заключенных договоров цессии от единственного участника, при этом, у общества «Стройгенподряд» имелась возможность погасить задолженность перед обществом «Служба заказчика» не позднее 31.12.2020 (как было предусмотрено договором займа), в то время как договоры цессии подразумевали отсрочку платежа до 31.12.2021, заключение договоров уступки прав требования на условиях отсрочки платежа привело к существенному ухудшению финансового состояния общества «Служба заказчика» и в конечном итоге стало причиной возбуждения дела о несостоятельности (банкротства) общества «Служба заказчика» и, как следствие, возникновения обязанности по возмещению расходов по делу о его банкротстве.  

При этом, суды руководствовались следующим. 

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах) единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями.  

По смыслу статьи 15 ГК РФ лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства контрагентом, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками.  

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.  

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д.),  

временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица – члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее – директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).  

В соответствии с подпунктом пятым пункта 2 указанного постановления недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.  

По смыслу приведенных положений единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие, далее – директор) отвечает перед участниками за управление доверенным ему обществом, а также за представление интересов общества при заключении сделок с иными участниками оборота.  

Требование разумного и добросовестного поведения директора означает, что он должен использовать предоставленные ему полномочия для удовлетворения интересов общества и не вправе подменять интересы хозяйственного общества своим личным интересом либо интересами третьих лиц (конфликт интересов).  

Следовательно, если судом будет установлено, что директор хозяйственного общества совершил сделку при наличии конфликта между его личными интересами (в том числе интересами аффилированных лиц директора) и интересами этого общества при том, что информация о конфликте интересов не была заблаговременно раскрыта и действия директора не были одобрены в установленном законодательством порядке, то обусловленные таким поведением директора убытки могут быть взысканы с него в пользу общества.  

Невыгодный для общества характер сделки, совершенной директором в условиях конфликта интересов (возникновение убытков у общества), предполагается, пока иное не будет доказано самим директором, который в такой ситуации должен подтвердить, что конфликт интересов не повлиял на совершение им сделок и определение условий сделок (абзац второй пункта 3 статьи 182 ГК РФ и пункт 121 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25).  

Аналогичный вывод следует из положений пункта 6 статьи 45 Закона об обществах и разъяснений, данных в подпункте первом пункта 2 постановления № 62.  

Предъявляя требование к единоличному исполнительному органу общества о возмещении убытков в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец должен доказать  

обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований, а именно доказать факт причинения обществу убытков, их размер, противоправность действий бывшего директора, наличие причинной связи между бездействием ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями.  

Ответчик, в свою очередь, должен доказать необходимость и разумность своих действий, направленность действий в интересах общества.  

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент совершения не отвечали интересам юридического лица (подпункт пятый пункта 2 постановления № 62).  

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).  

Исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, принимая во внимание наличие у общества «Стройгенподряд» финансовой возможности погашения задолженности перед обществом «Служба заказчика» не позднее 31.12.2020, в то время как договоры цессии, в соответствии с которыми данная задолженность была уступлена обществам «Главпроект» и «Шифамед», содержали в себе условия об отсрочке платежа за уступаемые права до 31.12.2021, учитывая нахождение данных обществ, а также ФИО1 в составе единой группы лиц, связанной общими экономическими интересами, основываясь на том, что взыскание задолженности за уступленные права было осуществлено только лишь благодаря действиям и мероприятиям, проведенным конкурсным управляющим обществом «Служба заказчика» в рамках дела о его несостоятельности (банкротстве) № А07-2504/2022, в то время как если бы такая задолженность не была уступлена аффилированным с ФИО1 лицам либо им не была бы предоставлена отсрочка платежа, то задолженность перед кредиторами общества «Служба заказчика» была бы своевременно погашена и банкротство названного общества не наступило, учитывая сокрытие информации ФИО1 о заключенных договорах цессии перед единственным участником общества «Служба заказчика», проверив расчёт суммы убытков и признав его арифметически и методологически верным, суды констатировали доказанность наличия факта причинения обществу «Служба заказчика» убытков противоправными действиями (бездействием) ФИО1 и наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО1 по заключению договоров цессии и предоставлению такими договорами отсрочки по оплате уступаемых прав цессионариям и возникновению убытков у должника, выражающихся в необходимости должника нести расходы по делу о его банкротстве, в связи с чем пришли к обоснованному и верному выводу о необходимости взыскания таковых убытков с ответчика.  

Экономического обоснования выгодности условий заключения договоров цессии, в том числе в части предоставления отсрочки платежа, материалы дела не содержат, как и обстоятельств, позволяющих считать, что заключение  

данных сделок было экономически оправданным (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).  

Действия ФИО1 явно выходили за пределы обычного делового риска и были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов, а также самого общества.  

Единственным доводом ФИО1, приводимым им в обоснование необходимости заключения спорных договоров цессии, явилось указание на желание таким образом повысить уровень ликвидности дебиторской задолженности, в полной мере им в ходе рассмотрения спора так и не раскрытым.  

Суды пришли к выводу об отсутствии со стороны ответчика надлежащих доказательств того, что при заключении договоров цессии он действовал согласно условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах общества и его кредиторов, равно как и доказательств того, что возбуждению дела о банкротстве общества «Служба заказчика» способствовали иные объективные причины. Суды отметили отсутствие достаточных доказательств того, что без заключения вышеуказанных договоров цессии общество «Служба заказчика» не было способно рассчитаться по своим обязательствам за счет иных денежных средств, поступивших на счет общества. Экономического обоснования выгодности условий договоров цессии в части предоставления обществам «Главпроект» и «Шифамед» отсрочки в оплате приобретенного права требования года материалы дела не содержат.  

В сложившейся ситуации, учитывая установленное в деле о банкротстве общества «Служба заказчика» недобросовестное поведение обществ «Прайм Недвижимость», «Главпроект» и «Шифамед», которые препятствовали пополнению конкурсной массы дебиторской задолженностью на сумму 68 000 000 руб., судами сделан обоснованный вывод о том, что причинами, приведшими к возникновению кризисной ситуации в обществе «Служба заказчика», ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства, а также накопление в связи с этим расходов по делу о банкротстве явились именно вышеуказанные сделки, оформленные договорами цессии. Именно действия ответчика стали причиной финансовой неплатежеспособности и перехода общества «Служба заказчика» в стадию объективного банкротства, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов. Материалами дела установлено, что конечным бенефициаром обществ «Прайм Недвижимость» и «Служба заказчика» являлся непосредственно ответчик ФИО1, что подтверждается, в том числе тем, что денежные средства обществу «Прайм Недвижимость» в сумме 25 714 000 руб. для приобретения у муниципального  

унитарного предприятия «Служба заказчика и технического надзора» доли участия в уставном капитале общества «Служба заказчика» были предоставлены лично ФИО1, который, по мнению судов, указывая на свой статус независимого лица, формально такого интереса иметь не мог.  

Фактически суды пришли к выводу, что в результате заключения договоров цессии реализована согласованная схема вывода принадлежащей должнику ликвидной дебиторской задолженности на значительную сумму в размере 68 000 000 рублей в преддверии его банкротства в целях недопущения обращения взыскания на задолженность общества «Стройгенподряд», ликвидированного на дату возбуждения дела о банкротстве общества «Служба заказчика». При этом, ФИО1 действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных по отношению к нему лиц) и интересами юридического лица.  

Таким образом, нижестоящими судами учтены все существенные обстоятельства настоящего спора, ответчиком же не представлены доказательств того, что он действовал согласно условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах общества и его кредиторов, как и не доказано, что возбуждению дела о банкротстве общества «Служба заказчика» и, как следствие, возникновению расходов по делу о банкротстве, способствовали иные объективные причины.  

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что судами должным образом не было исследовано финансовое положение общества «Стройгенподряд» на момент заключения спорных договоров цессии, подлежат отклонению. В рассматриваемом случае суды констатировали наличие финансовой возможности названного общества погасить свою задолженность цессионариям, что им и было сделано впоследствии.  

Вопреки доводам кассационной жалобы, выводы судов об истинных причинах банкротства общества «Служба заказчика» основаны на вступивших в законную силу судебных актах, вынесенных в рамках дела о банкротстве названного общества. Отсутствие судебного акта по заявлению о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Служба заказчика» (в связи с прекращением производства по такому спору ввиду прекращения дела о банкротстве) не послужило препятствием для постановки аналогичных выводов исходя из собранных по настоящему делу доказательств.  

Доводы ФИО1 о пропуске истцом срока исковой давности также подлежат отклонению.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.  

В рассматриваемом случае какого-либо заявления о пропуске срока исковой давности в суде первой инстанции никем из лиц, участвующих в деле,  

сделано не было, что подтверждается материалами дела и аудиозаписями судебных заседаний.  

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, основания для непринятия которой у суда округа отсутствуют.  

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.  

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.03.2025 по делу № А07-28687/2024 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Ф.И. Тихоновский 

Судьи О.Н. Пирская 

 Ю.А. Оденцова