Дело № А43-37941/2019

г. Владимир

12 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03.12.2024

Полный текст постановления изготовлен 12.12.2024.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кузьминой С.Г., 

судей Евсеевой Н.В., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Рябовой С.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу              акционерного общества Нефтегазовая Промышленно-строительная компания «Нефтехиммаш» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 08.08.2024 по делу № А43-37941/2019, принятое по заявлению публичного акционерного общества «Транскапиталбанк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании договоров об оказании маркетинговых услуг недействительными сделками,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» (далее также - АО НПСХ «Нефтехиммаш», должник) публичное акционерное общество «Транскапиталбанк» (далее - ПАО «Транскапиталбанк», Банк) обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании договоров об оказании маркетинговых услуг недействительными сделками.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 08.08.2024 заявление Банка о признании договоров на оказание маркетинговых услуг от 10.01.2017 № 12, от 10.01.2018 № 04, от 14.01.2020 № 03/М, от 14.01.2020 № 04/М, от 14.01.2020 № 02/М, от 10.01.2018 № 01/М, от 10.01.2017 № 08, от 10.01.2017             № 07, от 10.01.2018 № 01/х, от 10.01.2018 № 02, от 10.01.2017 № 03/17 и от 10.01.2018 № 05/18 недействительными удовлетворил, признал недействительными договоры на оказание маркетинговых услуг от 10.01.2017 № 12, от 10.01.2018 № 04 и от 14.01.2020 № 03/М, заключенные между акционерным обществом Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг "Нефтехиммаш" и акционерным обществом Нефтегазовая строительно-промышленная компания "Нефтехиммаш" (ИНН 

<

***>); признал недействительным договор на оказание маркетинговых услуг от 14.01.2020 № 04/М, заключенный между акционерным обществом Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг "Нефтехиммаш" и акционерным обществом Нефтегазовая строительно-промышленная компания "Нефтехиммаш" (ИНН 

<

***>), признал недействительными договоры на оказание маркетинговых услуг от 14.01.2020 № 02/М, от 10.01.2018 № 01/М и от 10.01.2017 № 08, заключенные между акционерным обществом Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг "Нефтехиммаш" и обществом с ограниченной ответственностью Завод "Нефтехимгаз"; признал недействительными договоры на оказание маркетинговых услуг от 10.01.2017 № 07 и от 10.01.2018 № 01/х, заключенные между акционерным обществом Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг "Нефтехиммаш" и обществом с ограниченной ответственностью Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг "Металлстройконструкция"; признал недействительным договор на оказание маркетинговых услуг от 10.01.2018 № 02, заключенный между акционерным обществом Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг "Нефтехиммаш" и обществом с ограниченной ответственностью "Жилстроймонтаж"; признал недействительными договоры на оказание маркетинговых услуг от 10.01.2017 № 03/17 и от 10.01.2018 № 05/18, заключенный между акционерным обществом Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг "Нефтехиммаш" и обществом с ограниченной ответственностью "Газстройкомплект".

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, акционерное общество Нефтегазовая промышленно-строительная компания «Нефтехиммаш» (ИНН 

<

***>) (далее - АО НПСК «Нефтехиммаш») обратилось в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение суда, принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что является единственным акционером должника. Считает, что оспариваемые договоры не породили каких-либо правовых последствий в виде возникновения обязательств со стороны должника и не привели к нарушению прав и законных интересов кредиторов и должника.

Заявитель жалобы полагает, что оспаривание сделок, в том числе и в рамках проведения процедур банкротства, не может быть самостоятельной целью, отдельно от восстановления нарушенного права кредиторов должника и уполномоченных органов на получение соразмерного удовлетворения требований за счет имущества, полученного в результате удовлетворения реституционного требования.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

ПАО «Транскапиталбанк» в отзыве на апелляционную жалобу просило определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 11.09.2019 по делу № А43-37941/2019 к производству суда принято заявление ПАО «Транскапиталбанк» о признании ЗАО «НПСХ «Металлостройконструкция» (в настоящее время - АО НПСХ «Нефтехиммаш», далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 01.09.2020 закрытое акционерное общество "Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг "Нефтехиммаш" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Полагая, что должником с ответчиками заключены сделки в условиях неплатежеспособности должника в отношении аффилированных лиц, при установленном судами отсутствии фактического оказания услуг, Банк обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделками следующих договоров:

- договор на оказание маркетинговых услуг №12 от 10.01.2017, договор на оказание маркетинговых услуг №04 от 10.01.2018 и договор на оказание маркетинговых услуг №03/М от 14.01.2020, заключенных между должником и              АО НПСК "Нефтехиммаш" (ИНН 

<

***>);

- договор на оказание маркетинговых услуг №04/М от 14.01.2020, заключенный между должником и АО НПСК "Нефтехиммаш" (ИНН 

<

***>);

- договор на оказание маркетинговых услуг №02/М от 14.01.2020, договор на оказание маркетинговых услуг №01/М от 10.01.2018, договор на оказание маркетинговых услуг №08 от 10.01.2017, заключенных между должником и ООО Завод "Нефтехимгаз";

- договор на оказание маркетинговых услуг №07 от 10.01.2017 и договор на оказание маркетинговых услуг №01/х от 10.01.2018, заключенных между должником и ООО НПСХ "Металлстройконструкция" (ИНН 

<

***>);

- договор на оказание маркетинговых услуг №02 от 10.01.2018, заключенного между должником и ООО "Жилстроймонтаж";

- договор на оказание маркетинговых услуг №03/17 от 10.01.2017 и договор на оказание маркетинговых услуг №05/18 от 10.01.2018, заключенных между должником и ООО "Газстройкомплект".

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными данным законом.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - 

Постановление

 № 63) разъяснено, что по правилам указанной главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить того, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, договоры на оказание маркетинговых услуг, в рамках которых должником совершались наличные и безналичные платежи за период с 30.01.2017 по 30.06.2020, заключались в трехгодичный период до принятия судом заявления о банкротстве должника (11.09.2019) и после принятия заявления о признании должника банкротом, соответственно, указанные сделки попадают в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5 и 6 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

На основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

По смыслу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимость сделки устанавливается на момент заключения данной сделки, юридически значимым обстоятельством для признания сделки мнимой является отсутствие у нее основания, поскольку стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки.

Совершая мнимую сделку, стороны хотят создать лишь видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки.

Дефект мнимой сделки как раз и проявляется в отсутствии направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 86 Постановления № 25 разъяснено, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, однако это не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Кодекса.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на момент подписания оспариваемых договоров об оказании маркетинговых услуг и совершения платежей в рамках договоров у должника имелись неисполненные обязательства перед Банком по договору об открытии кредитной линии и предоставлении кредита от 27.03.2014 № 07-2014/Л, договору об открытии кредитной линии и предоставлении кредита от 05.06.2014 № 21-2014/Л, впоследствии включенные в общей сумме 55 111 886,27 руб. в реестр требований кредиторов должника на основании определения о введении в отношении должника процедуры наблюдения от 16.12.2019.

В ходе рассмотрения дела о банкротстве должника, судом также установлено, что по состоянию на 30.12.2016 должник имел неисполненные перед Банком обязательства по оплате основного долга на сумму 240 235 274, 61 руб.

Таким образом, на дату заключения оспариваемых договоров и совершения платежей по ним у АО НПСХ «Нефтехиммаш» имелся кредитор, которому мог быть причинен вред путем уменьшения имущества должника.

Оспариваемые договоры на оказание маркетинговых услуг заключены с аффилированными по отношению к должнику лицами, осведомленность которых о цели причинения вреда кредиторам должника предполагается в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции указал, что аффилированность должника и ответчиков установлена судебными актами, ранее вынесенными в рамках настоящего дела о банкротстве по рассмотрению обособленных споров, которые вступили в законную силу.

Суд первой инстанции, оценивая реальность правоотношений сторон по оспариваемым договорам, установил, что должник, являясь заказчиком по договорам, воспользовался услугами исполнителей (ответчики по настоящему спору) по поиску и подбору потенциальных покупателей продукции, анализу рынка и цен на материалы и иными аналогичными услугами, при этом ряд договоров (№02/М от 14.01.2020, №03/М от 14.01.2020 и №04/М от 14.01.2020) заключены в процедуре наблюдения.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что подписанные должником и ответчиками договоры не определяли перечень и стоимость услуг, которые должны быть оказаны во исполнение договора (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации). В подписанных сторонами спецификациях и актах о приемке услуг согласованные сторонами по стоимости маркетинговые услуги также не были конкретизированы.

Доказательств того, что маркетинговые исследования в виде поиска и подбора потенциальных покупателей продукции, анализа рынка поставщиков материалов и комплектующих, аналитики торгов не могли быть проведены силами сотрудников должника в материалы дела не представлены.

Каких-либо убедительных доказательств реального оказания исполнителями услуг по оспариваемым договорам, в том числе документов, содержащих сведения о характере и объеме оказанных должнику маркетинговых услуг, материалы дела не содержат.

В материалах дела также отсутствуют доказательства какого-либо положительного экономического результата от оказания должнику оспариваемых услуг и его использования в деятельности организации.

Судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что конкурсным управляющим должника в рамках дела о банкротстве должника оспаривались акты оказания маркетинговых услуг, заключенные в рамках оспариваемых в настоящем споре договоров. Вступившими в законную силу судебными актами (определение суда от 6.12.2022 (шифр дела 5-11/29), определение суда от 28.12.2022 (шифр дела 5-11/44), определение суда от 27.12.2022 с учетом определения об описке (шифр дела 5-11/54), определение суда от 23.12.2022 (шифр дела 5-11/51), определение суда от 19.08.2022 (шифр дела 5-11/32) и определение суда от 23.12.2022 (шифр дела 5-11/53)) акты оказания маркетинговых услуг признаны недействительными сделками.

Вышеназванные судебные акты в силу положений статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего заявления.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что целью подписания оспариваемых договоров об оказании маркетинговых услуг не являлась приемка фактически оказанных услуг, реальность совершения отраженных в актах хозяйственных операций материалами дела не подтверждена, договоры заключены с аффилированными лицами и в условиях неплатежеспособности должника.

Повторно рассмотрев материалы дела, коллегия судей также приходит к выводу, что оспариваемые договора маркетинговых услуг являются недействительными сделками по основанию, предусмотренному статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии в результате заключения оспариваемых договоров негативных правовых последствий в виде возникновения обязательств со стороны должника и ненарушении прав и законных интересов  кредиторов и должника подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм материального права в условиях установленных судом обстоятельств отсутствия реальности заключения оспариваемых договоров.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Таким образом, арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы суд относит на заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 08.08.2024 по делу № А43-37941/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества Нефтегазовая Промышленно-строительная компания «Нефтехиммаш» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

С.Г. Кузьмина

Судьи

Н.В. Евсеева

Д.В. Сарри