909/2024-7607(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А18-2312/2019

г. Краснодар

20 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 20 февраля 2024 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Резник Ю.О., судей Андреевой Е.В. и Денека И.М., при ведении протокола судебного  заседания помощником судьи Шумен И.К. и участии в судебном заседании, проводимом с  использованием системы веб-конференции, от общества с ограниченной  ответственностью «А-Паркинг» – ФИО1 (доверенность от 14.03.2022), от  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кубок-МСК»  ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 20.11.2023), от ФИО4 –  ФИО5 (доверенность от 29.07.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,  извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем  размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет,  рассмотрев кассационные жалобы ФИО6, конкурсного  управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кубок-МСК»  ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью  «А-Паркинг» на определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 29.08.2023 и  постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 по делу   № А18-2312/2019 (Ф08-104/2024, Ф08-104/2024/2 и Ф08-104/2024/3), установил  следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Олимп» (далее – должник)  в Арбитражный суд Республики Ингушетия обратилось ООО «А-Паркинг» с заявлением о  привлечении ФИО4 и ФИО7 к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Определением от 29.08.2023, оставленным без изменения постановлением  от 14.11.2023, в удовлетворении заявления отказано.  

В кассационных жалобах ФИО6, ООО «Кубок-МСК» в лице конкурсного  управляющего ФИО2 и ООО «А-Паркинг» просили определение суда первой  инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый  судебный акт, которым удовлетворить требования ООО «А-Паркинг».  

ФИО6 ссылается на пояснения сотрудницы бухгалтерии должника,  согласно которым группой компаний «Норман», в которую входило ООО «Олимп»,  совместно управляли ФИО8 и ФИО4; на брачный договор, заключенный  между супругами И-ными в период банкротства организаций, входящих в группу  компаний «Норман», который признан судом недействительным. Полагает, что о  контроле ФИО4 и ФИО7 свидетельствуют также сделки по  отчуждению ФИО8 в пользу ответчиков имущества, при этом сделки признаны  судами недействительными в рамках дела о банкротстве ФИО8  

ООО «А-Паркинг» ссылается на выводы, изложенные в определении от 07.03.2023,  о том, что ФИО4 является контролирующим ООО «Лайм» лицом, которое, в  свою очередь, является аффилированным по отношению к должнику. Полагает, что о  контроле ФИО4 над деятельностью должника свидетельствует то, что  ответчиком разрабатывались проекты агентских договоров и договоров цессии,  впоследствии признанных судом недействительными. Указывает на то, что ответчиками  извлечена выгода в виде увеличения активов, выразившаяся в образовании у должника  задолженности перед ООО «Лайм» в размере 6 046 415 рублей 63 копеек. Считает, что  ФИО4 и ФИО7 оказывали влияние на деятельность должника через  ФИО8, поскольку ФИО4 являлась супругой ФИО8, а ФИО7 матерью супруги, названные лица проживали по одному адресу.  

ООО «Кубок-МСК» в кассационной жалобе ссылается на приобретение  ФИО7 домовладения в Московской области в период неплатежеспособности  должника, при этом, по мнению, ООО «Кубок-МСК», ФИО7 не представлено  доказательств наличия у нее собственных денежных средств. Считает, что ФИО9 не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ею не оказывалось  влияние на деятельность должника.  

В отзыве на кассационные жалобы ФИО4 возражала против их  удовлетворения, просила оставить судебные акты без изменения.  

В судебном заседании лица, участвующие в деле, повторили доводы, изложенные в  кассационных жалобах и в отзыве на них.  

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного  заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили,  поэтому кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие.  

Изучив материалы дела и доводы кассационных жалоб, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалобы не подлежит удовлетворению по следующим  основаниям.  

Как видно из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного  суда Республики Ингушетия от 30.10.2019 заявление о признании ООО «Олимп»  несостоятельным (банкротом) принято к производству.  

Решением Арбитражного суда Республики Ингушетия от 13.08.2020 должник  признан несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден ФИО10  

ООО «А-Паркинг» обратилось в суд с заявлением о привлечении ФИО4  и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь  на то, что ФИО4 является супругой контролирующего должника  ФИО8, а также исполняла обязанности штатного юриста должника, при этом  давала указания сотрудникам, разрабатывала агентские договоры, которые впоследствии  признаны судом недействительными; ФИО7 является тещей ФИО8,  которая вместе с дочерью ФИО4 извлекали существенную выгоду из  недобросовестного поведения контролирующего должника лица в виде увеличения  активов.  

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной  инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде  кассационной инстанции.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В соответствии с подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве) к контролирующим должника лицам могут быть также отнесены лица,  которые извлекали выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц,  указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Из разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 3 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее – постановление № 53), следует, что лицо не может быть признано  контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях  родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия  на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках  обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного  бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10  Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими  должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных  

законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества,  вытекающие из их положения.  

Как разъяснено в пункте 7 постановления № 53, предполагается, что лицо, которое  извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя  должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10  Закона о банкротстве).  

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо,  извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в  виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы  действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу  добросовестности.  

Таким образом, для признания выгодоприобретателя контролирующим лицом в  обязательном порядке должно быть установлено, что выгода получена в ущерб  имущественной базе должника в результате совершения противоправных действий  лицами, относящимися к органам управления должника, а также существенный характер  такой выгоды.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), при установлении того,  повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во  внимание следующее:  

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на  деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков  рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при  условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым  функциям);  

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к  негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных  последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен  кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное –  состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной  ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по  своим размерам и последствиям для должника сделки);  

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным  выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16,  21, 23 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017   № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц  к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53).  

К ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало  совершение существенно убыточной сделки (по смыслу абзаца третьего пункта 16  постановления № 53) и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения. В  связи с этим надлежит также определить степень вовлеченности каждого из ответчиков в  процесс вывода спорного актива должника и их осведомленности о причинении данными  действиями значительного вреда его кредиторам.  

В контексте названного критерия это означает, что суд, установив наличие  отношения ответчика к руководству должником, должен проверить, являлся ли  конкретный ответчик инициатором, потенциальным выгодоприобретателем существенно  убыточной сделки либо действовал ли он с названными лицами совместно (статья 1080  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Аналогичная правовая позиция изложена также в определениях Верховного Суда  Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8), от 27.11.2023   № 305-ЭС18-6680(28-30).  

Как следует из материалов дела, ООО «Олимп» (прежнее наименование: ООО «Ты  заходи, если что») зарегистрировано в качестве юридического лица 22.11.2017, состояло  на налоговом учете в ИФНС № 46 города Москвы.  

В связи с изменением юридического адреса с 12.09.2019 должник состоит на учете  в Межрайонной инспекции ФНС России № 1 по Республике Ингушетия.  

Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2022  признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО8 и  ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании  подпункта 1 пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Признано доказанным наличие  оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности за неподачу  в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).  

При принятии названного постановления апелляционным судом установлено, что в  период с 22.11.2017 по 12.08.2020 (дата открытия конкурсного производства)  руководителями и участниками должника являлись: ФИО11, ФИО8,  ФИО12, ФИО13, ФИО6, ФИО14, ФИО15, ФИО16  

Оценивая заявленные лицами, участвующими в деле, доводы о наличии оснований  для привлечения ФИО4 и ФИО7 к субсидиарной ответственности  должника, суды указали на то, что названные лица не являлись участниками,  руководителями и работниками должника, при этом учли отсутствие доказательств,  свидетельствующих об оказании ими влияния на ФИО8, а также об участии  ответчиков в деятельности должника.  

При этом суды отметили, что сам факт составления ФИО4 проектов  агентских договоров, договоров цессии не является подтверждением принятия ею  решения относительно заключения таких договоров.  

Отклоняя ссылку ООО «А-Паркинг» на сделку, заключенную между должником и  ООО «Лайм», в результате которой увеличена кредиторская задолженность  ООО «Олимп», суды отметили, что названная сделка признана судом недействительной,  применены последствия недействительности сделки в виде исключения требований  ООО «Лайм» из реестра требований кредиторов должника (определение Арбитражного  суда Республики Ингушетия от 07.03.2023), следовательно, сама по себе сделка не  повлекла для должника неблагоприятных последствий. Доказательств,  свидетельствующих об исполнении должником обязательств перед ООО «Лайм» в какой-либо части по названной задолженности, материалы дела не содержат.  

Довод о контроле ответчиками иных лиц, входящих в группу организаций,  связанных с должником, суды также сочли несостоятельной, поскольку сам по себе такой  контроль не свидетельствует о том, что ФИО4 и ФИО7 оказывалось  влияние на решения, принимаемые руководителем должника и повлекшие невозможность  удовлетворения требований кредиторов ООО «Олимп».  

В связи с изложенным, проанализировав фактические обстоятельства и имеющиеся  в деле доказательства с позиции статьи 71 Кодекса, учитывая, что ответчики не являлись  участниками, руководителями или работниками должника, а также то, что материалы дела  не содержат доказательств, подтверждающих оказание ими влияния на решения,  принимаемые должником относительно собственной коммерческой деятельности, суды  первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии  оснований для привлечения ФИО4 и ФИО7 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника, в связи с чем правомерно отказали в  удовлетворении заявления.  

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и  апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные  акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.  

Разрешая спор, суды полно и всесторонне исследовали представленные  доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, что соответствует  положениям статьи 71 АПК РФ, установили все имеющие значение для дела  обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также  не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.  

При этом судебная коллегия учитывает выводы, содержащиеся в постановлении  апелляционного суда от 18.10.2022, согласно которым бывшими руководителями,  работниками и участниками должника представлены пояснения, согласно которым  фактическое управление обществом и принятие ключевых решений осуществлялось  ФИО8  

Довод, изложенный в кассационных жалобах, о том, что ФИО8  заключались сделки по отчуждению имущества в пользу ответчиков, впоследствии  признанные судом недействительными, судебная коллегия полагает несостоятельным,  поскольку сам по себе факт отчуждения имущества не свидетельствует об оказании  влияния на решения, принимаемые должником относительно свой коммерческой  деятельности. Кроме того, как следует из информационного ресурса «Картотека  арбитражных дел», в рамках дела о банкротстве ФИО8 имущество возвращено в  конкурсную массу должника (определения Арбитражного суда города Москвы  от 10.07.2023 и от 05.10.2023 по делу № А40-30888/2022).  

Ссылка ФИО6 на пояснения сотрудницы должника, согласно которым  группой компаний «Норман» управляли совместно ФИО8 и ФИО4 не  влияет на правильность выводов судов, поскольку данное обстоятельство не опровергает  совокупность иных доказательств, имеющихся в материалах дела.  

Довод подателей жалоб о получении ФИО4 денежных средств в рамках  агентского договора, суд округа также полагает несостоятельным, поскольку  доказательств обращения с заявлением о признании названного агентского договора и  перечислений по нему недействительными, равно как и доказательств наличия выводов  судов о порочности названных действий, в материалах дела не содержится.  

Аргумент ООО «Кубок-МСК» о приращении имущества ФИО7 в  отсутствие у нее денежных средств, в период неплатежеспособности должника, не  является основанием для вывода о контроле ФИО7 за деятельностью должника  или о негативном влиянии на его деятельность, повлекшем неплатежеспособность  должника, учитывая, что приобретенное ответчиком имущество было возвращено в  конкурсную массу в результате признания сделки недействительной (определение  Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2023 по делу № А40-30888/2022).  

Суд округа считает также несостоятельным довод ООО «Кубок-МСК» о  непредставлении ФИО4 доказательств, свидетельствующих об отсутствии  факта оказания ею влияния на решения, принимаемые должником, поскольку является  доводом о необходимости доказывания «отрицательного» факта.  

Распределение бремени доказывания отрицательного факта недопустимо с точки  зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения; заявление  об отрицательном факте, по общему правилу, перекладывает на другую сторону  обязанность по опровержению утверждения заявителя (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 06.12.2021 № 305-ЭС21-19154).  

Прочие доводы, изложенные в кассационных жалобах, получили свою оценку в  обжалуемых судебных актах, оснований для ее непринятия у суда кассационной  инстанции не имеется.  

Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287  Кодекса, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения  кассационных жалоб, а принятые по делу судебные акты считает законными и  обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 Кодекса (в том  числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются  основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемых судебных  актов не усматривается.  

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 29.08.2023 и постановление  Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 по делу   № А18-2312/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Ю.О. Резник  

Судьи Е.В. Андреева  

И.М. Денека