АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

Дело № А32-53095/2019

г. Краснодар

27 апреля 2022г.

Резолютивная часть решения объявлена 22 февраля 2022г.

Решение изготовлено в полном объеме 27 апреля 2022г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Тамахина А.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Фесенко А.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Газпром межрегионгаз Краснодар" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Пансионат "Шексна" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, федеральное бюджетное учреждение «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Краснодарском крае» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании 6 793 260,14 руб.,

при участии в заседании:

от истца: ФИО1, дов. от 10.01.2022;

от ответчика: представитель не явился; 

от третьего лица: представитель не явился,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Газпром межрегионгаз Краснодар" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Пансионат "Шексна" (далее – ответчик) о взыскании 6 367 700,14 руб. задолженности по договору поставки газа от 29.09.2017 № 25-4-12393/18 за период с 01.04.2019 по 30.06.2019 и 425 560 руб. пеней за период с 28.05.2019 по 12.11.2019.

Определением суда от 31.08.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено федеральное бюджетное учреждение «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Краснодарском крае» (далее – третье лицо, ФБУ «Краснодарский ЦСМ»).

Представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик и третье лицо явку представителей в судебное заседание не обеспечили, надлежащим образом извещены о месте и времени проведения судебного заседания в порядке ч. 6 ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании, состоявшемся 15.02.2022, в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 22.02.2022 до 16 час. 00 мин., после чего судебное разбирательство было продолжено без участия представителей сторон.

Суд, исследовав собранные по делу доказательства, оценив их в совокупности в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил следующее.

Между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключен договор поставки газа от 29.09.2017 № 25-4-12393/18 (далее – договор), по условиям которого поставщик обязуется поставлять с 01.01.2018 г. по 31.12.2022 г. газ горючий природный и/или газ горючий природный сухой отбензиненный, и/или газ горючий природный попутный, цена которого является государственно регулируемой, а также добытый организациями, не являющимися аффилированными лицами ПАО "Газпром", и/или организаций - собственников региональных систем газоснабжения, либо созданными во исполнение Указа Президента Российской Федерации от 17.11.1992 № 1403 (кроме организаций, являющихся собственниками региональных систем газоснабжения) (далее - газ), а покупатель обязуется принимать и оплачивать газ в соответствии с условиями договора (п. 2.1 договора).

В соответствии с п. 4.2 договора учет газа осуществляется по единому расчетному узлу учета газа. Узел учета газа (далее - УУГ) - комплект средств измерений (далее-СИ), технических систем и устройств с измерительными функциями, обеспечивающий учет количества газа, а также контроль и регистрацию его параметров.

Согласно п. 4.3 договора количество поставляемого газа (объем) определяется на УУГ поставщика, установленным на объектах сетей газораспределения и (или) газопотребления покупателя и (или) газораспределительной организации. При неисправности или отсутствии УУГ поставщика объем газа определяется по УУГ покупателя. При неисправности или отсутствии УУГ покупателя количество поставляемого газа определяется по проектной мощности неопломбированного газоиспользующего оборудования (далее - ГИО) за все время, в течение которого подавался газ. Под неисправностью УУГ стороны понимают такое состояние, при котором любое входящее в него СИ не соответствует хотя бы одному из требований действующей нормативно-технической документации, включая требование о наличии действующего поверительного клейма. Кроме того, УУГ считается неисправным после истечения срока эксплуатации (службы) любого СИ, указанного в технической документации на данное СИ. Если иное не подтверждено, то период времени неисправности или отсутствия УУГ, в течение которого покупатель потреблял газ, определяется исходя из круглосуточного потребления, начиная с даты последней проверки УУГ поставщиком, а если таковая не проводилась, то с даты установки поставщиком пломбы на СИ УУГ до даты возобновления надлежащего учета.

04.08.2006 ответчиком получен акт соответствия измерительного комплекса (ИК), использующего счетчик газа, метрологическим и строительным нормам (т. 2, л.д. 34 (оборотная сторона листа)).

01.09.2008 поставщиком газа утвержден паспорт узла учета расхода природного газа на базе измерительного комплекса с газовым счетчиком RVG G-40 в котельной ответчика (т. 2, л.д. 31). 

13.08.2008 комиссией в составе представителей ФБУ «Краснодарский ЦСМ» и поставщика газа подписан акт проверки состояния и применения средств измерений и соблюдения требований ПР 50.2.019-2006, согласно которому на узле учета природного газа ответчика соблюдены требования ПР 50.2.019-2006, узел учета газа введен в эксплуатацию (т. 2, л.д. 35).

27.09.2017 ФБУ «Краснодарский ЦСМ» выдало ответчику акт № 495-2017 проверки состояния и применения средств измерений и соблюдения требований ГОСТ Р 8.740-2011, согласно которому на узле учета природного газа соблюдены требования ГОСТ Р 8.740-2011 (т. 1, л.д. 75).

В результате неоднократно проведенных представителями истца проверок (акты от 18.10.2017, 10.07.2018) используемый ответчиком узел учета газа на базе измерительного комплекса с газовым счетчиком RVG G-40 был признан соответствующим требованиям нормативно-технической документации (т. 2, л.д. 11-14).

23.04.2019 представителями истца - инженером по метрологии ФИО2 и ФИО3, в присутствии представителя ответчика – энергетика ФИО4, была проведена проверка УУГ на объекте ответчика по адресу: г. Сочи, 

<

...>, в результате которой составлен акт проверки узла измерений (узла учета газа (УУГ) и газоиспользующего оборудования (ГИО) № 194/4 от 23.04.2019 (т. 1, л.д. 62-63).

По результатам проведенной проверки представителями истца в акте от 23.04.2019 зафиксированы следующие замечания и выводы: «Проведена проверка работоспособности узла учета газа и газоиспользующего оборудования; на момент проверки зафиксировано: монтаж датчика давления АИР-20М2-ДИ 160 (№ 20-77606) на измерительном трубопроводе выполнен с нарушением п. 3.1.4.4 Руководства по эксплуатации – НКГЖ.406233.004 РЭ, предоставленного потребителем, и схемы монтажа в паспорте на узел учета; проведена фото и видеофиксация; проектно-техническая документация на узле учета газа на момент проверки не предоставлена».

Указанные обстоятельства послужили основанием для определения объема и стоимости потребленного газа за период с 01.04.2019 по 30.06.2019 исходя из максимальной мощности газопотребляющего оборудования.

Согласно расчету истца общая стоимость отпущенного в спорном периоде газа, исходя из максимальной мощности газопотребляющего оборудования, составила 9 635 557,83 руб., в том числе в апреле 2019 – 4 022 135,15 руб., в мае 2019 – 3 486 303,89 руб., в июне 2019 – 2 127 118,79 руб.

В связи с тем, что ответчик оплатил поставленный газ по показаниям узла учета газа, а не по максимальной мощности газопотребляющего оборудования, по расчету истца у ответчика образовалась задолженность в размере 6 367 700,14 руб.

В целях досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика 25.04.2019 была направлено досудебное требование об оплате задолженности и пеней, которое последним оставлено без удовлетворения.

Ненадлежащее исполнение ответчиком обязанности по оплате поставленного природного газа за период с 01.04.2019 по 30.06.2019 послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с вышеуказанными требованиями.

Принимая решение, суд руководствуется следующим. 

В соответствии со статьей 539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Согласно статье 544 Гражданского кодекса Российской Федерации оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. Порядок расчетов за энергию определяется законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Отношения между поставщиками и покупателями газа, в том числе газотранспортными организациями и газораспределительными организациями, регулируются Правилами поставки газа в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 № 162 (далее - Правила поставки газа), а также Правилами учета газа, утвержденными приказом Минэнерго России от 30.12.2013 № 961 (далее - Правила учета газа).

Согласно пункту 2.10 Правил учета газа при приеме-передаче газа его объем измеряется средствами измерений и (или) техническими системами и устройствами с измерительными функциями, определенными проектной документацией на объекты транспортировки, хранения и (или) потребления.

При отсутствии либо неисправности средств измерений и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями у потребителя количество поданного газа поставщиком или газораспределительной организацией определяется по проектной мощности газопотребляющих объектов исходя из времени, в течение которого подавался газ в период отсутствия либо неисправности средств измерения и (или) технических систем и устройств с измерительными функциями (пункт 3.9 Правил учета газа).

В пункте 21 Правил поставки газа установлено, что поставка и отбор газа без учета его объема не допускаются.

В соответствии с пунктами 22 и 23 Правил поставки газа учет объема газа, передаваемого покупателю, производится контрольно-измерительными приборами стороны, передающей газ, и оформляется документом, подписанным сторонами по форме и в сроки, указанные в договоре поставки газа. При неисправности или отсутствии контрольно-измерительных приборов у передающей стороны объем переданного газа учитывается по контрольно-измерительным приборам принимающей газ стороны, а при их отсутствии или неисправности - по объему потребления газа, соответствующему проектной мощности неопломбированных газопотребляющих установок и времени, в течение которого подавался газ в период неисправности приборов, или иным методом, предусмотренным договором.

В соответствии с п. 1.6 Правил учета газа средства измерений и (или) технические системы и устройства с измерительными функциями, применяемые для учета газа в сферах государственного регулирования, должны отвечать требованиям законодательства Российской Федерации об обеспечении единства измерений. В силу пункта 2.9 Правил учета газа измерения объема газа выполняются по аттестованным в установленном порядке методикам (методам) измерений.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона № 102-ФЗ в сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений к применению допускаются средства измерений утвержденного типа, прошедшие поверку в соответствии с положениями указанного федерального закона, а также обеспечивающие соблюдение установленных законодательством Российской Федерации об обеспечении единства измерений обязательных требований, включая обязательные метрологические требования к измерениям, обязательные метрологические и технические требования к средствам измерений, и установленных законодательством Российской Федерации о техническом регулировании обязательных требований. В состав обязательных требований к средствам измерений в необходимых случаях включаются также требования к их составным частям, программному обеспечению и условиям эксплуатации средств измерений. При применении средств измерений должны соблюдаться обязательные требования к условиям их эксплуатации.

Как видно из материалов дела, основанием для определения объема отпущенного в спорном периоде газа по мощности газоиспользующего оборудования послужило выявленное в ходе проведения проверки от 23.04.2019 нарушение, выразившееся в том, что монтаж датчика давления АИР-20М2-ДИ 160 (№ 20-77606) на измерительном трубопроводе выполнен с нарушением п. 3.1.4.4 Руководства по эксплуатации – НКГЖ.406233.004 РЭ, предоставленного потребителем, и схемы монтажа в паспорте на узел учета.

Присутствовавший при проведении проверки энергетик ООО "Пансионат "Шексна" ФИО4 подписал акт, указав в качестве особого мнения, что замечание по установке датчика давления (ДИ) получено впервые за 11 лет эксплуатации; замечание будет устранено в течение 1-го месяца.

В ходе судебного разбирательства в целях всестороннего и полного выяснения обстоятельств дела судом были допрошены в качестве свидетелей принимавшие участие в проведении проверки инженеры по метрологии ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» ФИО3 и ФИО2, а также энергетик ООО "Пансионат "Шексна" ФИО4, предупрежденные судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, показания свидетелей зафиксированы аудиозаписью судебных заседаний от 26.01.2021 и от 30.08.2021.

Свидетель ФИО3 дала следующие показания.

На вопрос суда пояснить обстоятельства проверки 23.04.2019 на объекте ответчика, ФИО3 пояснила, что осуществлялась проверка работоспособности технического состояния узла учета газа согласно методике, утвержденной отделом метрологии.

На вопрос суда о том, какая это была проверка: плановая или внеплановая, ФИО3 пояснила, что два раза в год они выезжают на объекты; проверка была обыкновенная, а так как такового разделения нет, есть повторная проверка, под которой можно понимать внеплановую проверку, она проводится на узлах учета, о которых изначально известно, что они имеют какие-то нарушения. ФИО3 пояснила, что она и ее сотрудники неоднократно в устной форме они говорили ООО "Пансионат "Шексна" о том, что нужно произвести демонтаж датчика, так как он находится в горизонтальном положении; предупреждали в устной форме, так как объект является социально значимым. Пытались договориться с руководством потребителя исправить выявленное нарушение, на что получили ответ от бывшего директора ответчика о недостаточности денежных средств для исправления наклона датчика давления и о необходимости снятия крышки, в которую упирался датчик. ФИО3 пояснила, что при правильном положении датчик упирался в крышку, которую нужно было срезать. Данное бездействие ответчика послужило основанием для указания выявленного нарушения в акте от 23.04.2019 № 194/4. ФИО3 также пояснила, что горизонтальное положение датчика давления нарушает условия эксплуатации в плане возможного попадания туда влаги при техническом обслуживании, т.е. датчик давления должен идти по соединительной трубке вверх, если они будут в горизонтальном положении, то существует возможность попадания воды, что является нарушением технических требований ГОСТ Р 8.674-2009, а именно п. 6, которая говорит о том, что средства измерения должны быть сконструированы таким образом, чтобы уменьшить, насколько это возможно влияние потенциального дефекта, приводящего к неточным показаниям замера (п. 6.2). Давление является основным фактором при учете газа, а давление на узле учета газа составляет 6 кг, это высокое давление, которое без проблем повлияет на заброс воды, т.е. возможный дефект. ФИО3 процитировала пункт 6.3.2 ГОСТ Р 8.674-2009, согласно которому для получения правильных результатов средств измерений должны быть пригодным для предназначенного применения с учетом реальных рабочих условий и не должны удовлетворять необоснованные требования потребителя. К необоснованным требованиям потребителя относят использование средства измерения в условиях непредусмотренных эксплуатационной документацией. Эксплуатационная документация как раз не предусматривает положения датчика горизонтально, т.е. он должен идти вверх, потому что есть возможность попадания воды. ФИО3 указала, что ЦСМ давит на то, что расчет погрешности не превышал допустимых значений, однако, по мнению ФИО3, это указывает лишь на то, что на момент производства расчета была хорошая солнечная погода и сухой газ. Вместе с этим ФИО3 не исключает, что при проведении каких-либо технических работ на газораспределительном приборе, трубопроводе, форс-мажоре, попадание воды может привести к нарушению эксплуатации датчика давления.

На вопрос суда о том, с какого момента был смонтирован датчик давления в горизонтальном положении и можно ли утверждать, что в таком положении датчик давления был смонтирован с самого начала, т.е. с момента ввода узла учета в эксплуатацию, ФИО3 пояснила, что на момент ввода узла учета газа в эксплуатацию (2008 год) ФИО3 у истца не работала; начала работать с 2009 года.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что ФИО3 с 2009 года неоднократно была на объекте ответчика, ФИО3 ответила утвердительно, пояснила, что в течение многих лет уговаривали ответчика изменить наклон трубы, на которой установлен датчик давления, велись споры, пытались урегулировать спор мирным путем, однако, мирным путем не получилось. ФИО3 также пояснила, что на схеме монтажа датчик давления идет вверх, а у ответчика он идет горизонтально. ФИО3 с помощью фотографии с места проверки (т.2, л.д. 35 (оборотная сторона, фото сверху)) показала, что датчик давления установлен под углом в 90 градусов, ФИО3 отметила, что на данный момент датчик давления ответчиком перемонтирован, приблизительно менее шести месяцев назад.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что в настоящий момент угол наклона трубы, на которой установлен датчика давления, привели в соответствие, ФИО3 ответила утвердительно.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что на схеме (т.2, л.д. 40) датчик давления установлен как положено, а по факту нет, ФИО3 ответила утвердительно, пояснила, что импульсная линия перепадника и импульсная линия датчика давления идут вместе, но иногда делают не напрямую, а «уточкой», пояснив, что на схеме указано все верно.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что начиная с 2009 года как ФИО3 начала работать у истца, она сразу увидела данный дефект, ФИО3 ответила утвердительно, пояснила, что она сразу попросила ответчика это исправить, но ответчик не хотел демонтировать и убирать крышку.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что уже на момент монтажа этого узла учета (2008 год) датчик уже не соответствовал требованиям, ФИО3 затруднилась ответить, так как на 2008 год у нее нет фотографий, подтверждающих, что датчик давления стоял правильно или неправильно.

На вопрос суда о том, когда было введено в действие правило о том, под каким вертикальным углом должен быть установлен датчик давления, т.е. действовало ли оно уже по состоянию на 2008 год или это более позднее требование, ФИО3 пояснила, что данное требование действует с момента выпуска руководства по эксплуатации; при покупке прибора учета всегда идет к нему руководство по эксплуатации, т.е. когда ответчик покупал прибор учета, данное требование уже вступило в силу.

На вопрос суда о том, на какое именно руководство ссылается ФИО3 - на сам датчик давления или на узел учета газа в целом, ФИО3 ответила, что руководство на сам датчик, после чего зачитала п. 3.1.4.4 Руководства по эксплуатации НКГЖ.406233.004РЭ и пояснила, что под соединительными трубками понимаются трубка к перепаднику и трубка к датчику давления (АИР-20/М2), а также, что соединительные линии должны иметь односторонний уклон и вверх идти к датчику давления, но никак не горизонтально.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что до проведения проверки 23.04.2019 истцом делались только устные замечания по неправильной установке датчика давления, ФИО3 ответила утвердительно.

На вопрос суда о том, направлялись ли в адрес ответчика какие-либо письма, ФИО3 ответила, что скорее всего да.

На вопрос суда о том, в каком документе расположена схема соединений, ФИО3 ответила, что в паспорте узла учета газа.

На вопрос суда о том, проводилась ли проверка 23.04.2019 целенаправленно, чтобы заактировать данное правонарушение или это была очередная проверка, в ходе которой она решила указать на выявленные нарушения, ФИО3 пояснила, что если у ее руководства есть такие устные замечания, то руководство направляет к потребителю своих представителей и еще вызывает сотрудников с отдела метрологии и они уже комиссионно работают.

На вопрос суда о том, участвовал ли ранее при проведении проверок представитель ответчика энергетик ФИО4, ФИО3 ответить затруднилась, пояснила, что знакома только с бывшем директором ответчика. До составления акта от 23.04.2019 № 194/4 ФИО3 доводила информацию о выявленном нарушении до прежнего директора и обслуживающей организации.

Суд предложил ФИО3 дать пояснения относительно возражений ответчика, указанных в отзыве на исковое заявление, из которых следует, что требования истца основаны на предположениях о неисправности узла учета газа, отраженные в акте от 23.04.2019, выраженные в неверном угле монтажа датчика давления АИР-20/М2-ДИ 160, предположение сделано на основании визуального осмотра без измерения угла монтажа – в акте отсутствуют указание на применение измерительных приборов, а также сведений о поверке этих приборов. ФИО3 пояснила, что им не обязательно проводить замеры, у них есть эксплуатационная техническая документация; замеры проводят метрологические службы, делают расчеты, замеряют в составе комиссии угол. Так, например, должны были составить комиссию ЦСМ и все это сделать. Однако потребитель такие заявления не сделал, никакие комиссии на вызов не приезжали.

На вопрос суда о том, была ли необходимость в проведении каких-либо замеров для выявления данных нарушений, ФИО3 ответила, что необходимости в этом не было, горизонтальное положение уже говорит о том, что этот датчик установлен с нарушением.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что это какое-то очевидное нарушение, которое для специалиста сразу видно, ФИО3 ответила утвердительно, т.к. это нарушение относится к конструктивной части, т.е. общим требованиям измерений.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что в замерах необходимость отсутствовала, ФИО3 ответила утвердительно, пояснила, что если бы была в этом необходимость, то потребитель обязан был, во-первых, вызвать ЦСМ и составлять отдельно акт по замерам угла, расчет и т.д., во-вторых, нужна была лабораторная установка для заброса воды, чтобы произвести расчет при потенциальном дефекте. ФИО3 пояснила, что они этого не делали, у них уже обозначено в ГОСТе, что если гипотетически при горизонтальном положении может попасть вода на датчик давления, то необходимость в замере отсутствует, т.е. это уже нарушение конструктивной части (условий эксплуатации).

На вопрос суда о том, почему данное нарушение не было выявлено в 2008 году, перед тем как узел учета газа был допущен в эксплуатацию, ФИО3 пояснила, что на тот момент действовали старые правила ПР 50.2.019-2006.

На вопрос суда о том, допустимо ли было выявленное отклонение на момент допуска узла учета, ФИО3 ответить затруднилась, пояснила, что на тот момент она не работала у истца.

На вопрос суда о том, возможно ли, что на момент допуска узла учета газа выявленное отклонение было допустимо, ФИО3 ответила, что не исключает такой возможности. ФИО3 пояснила, что на момент допуска узла учета газа она не присутствовала, поэтому не знает, в каком положении изначально был установлен датчик давления. ФИО3 не исключает возможности, что изначально датчик давления был установлен правильно, а потом сверху на него установили крышку и загнули соединительную трубку, т.е. сделали ее горизонтальной. ФИО3 пояснила, что никто не знает, в каком виде датчик давления был установлен первоначально.

На вопрос суда о том, было ли технически возможно переварить трубку, ФИО3 ответила утвердительно, пояснила, что трубки должны идти вверх, тогда как визуально видно, что трубка идет под 90 градусов.

На вопрос суда о том, имеются ли признаки того, что соединительная трубка и место установки датчика давления переваривалось или это визуально невозможно установить, ФИО3 ответить затруднилась.

На вопрос суда о том, допускает ли свидетель, что на момент ввода узла учета в эксплуатацию датчик давления был установлен правильно, а впоследствии был переварен, ФИО3 ответила, что не исключает такой возможности, пояснила, что фотографии, подтверждающие то, каким образом датчик давления был установлен изначально, отсутствуют. 

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что само требование, на которое свидетель ссылается, что датчик давления должен стоять вертикально, следует из руководства по эксплуатации, ФИО3 пояснила, что исходя из руководства по эксплуатации и ГОСТа.

На вопрос суда о том, правильно ли суд понимает, что ФИО3 говорит о ГОСТе 2009 года, который действовал уже после введения узла учета в эксплуатацию, ФИО3 ответила утвердительно, пояснив, что, исходя из руководства по эксплуатации и ГОСТа, они просили ответчика перемонтировать узел учета.

На вопрос суда относительно процедуры проверки 23.04.2019, правильно ли понимает суд, что к узлу учета их допустил представитель ответчика ФИО4, который также присутствовал при проведении проверки и выявлении нарушений, ФИО3 ответила утвердительно.

На вопрос суда о том, где расположен узел учета газа, ФИО3 ответила, что в котельной.

Суд предложил лицам, участвующим в деле, задать вопросы ФИО3 относительно проведения проверки 23.04.2019.

Представитель ФБУ «Краснодарский ЦСМ» пояснила, что измерения проводятся в соответствии с методикой измерений, в 2008 году действовал ГОСТ ПР 50.2.2019-2006, который содержал требования к монтажу, оставшиеся неизменными и перешедшими в ГОСТ Р 8.740-2011, т.е. угол наклона должен быть не менее, чем 1:12 к горизонтали, на основании чего задала вопрос ФИО3 о том, как свидетель понимает 1:12 к горизонтали, какому углу равна трубка, в ответ на который ФИО3 ответила, что она не работает в отделе стандартизации и ответить на данный вопрос не может, пояснила, что имеются две трубки, которые стоят под углом 90 градусов.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о том, как ФИО3 поняла, что трубка находится под углом в 90 градусов, ФИО3 ответила, что измерение проводилось линейкой, которая была поднесена к углу.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о том, почему про линейку не сказано в акте от 23.04.2019 № 194/4, ФИО3 ответила, что в этом не было необходимости, так как есть руководство по эксплуатации и методика.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о том, почему на первой странице акта от 23.04.2019 № 194/4 указано, что измерение давления находится в допуске, а на второй странице указано на возможное несоответствие требованиям руководства по эксплуатации и, следовательно, требованиям методике, ФИО3 пояснила, что на первой странице указан расчет погрешности, которая относится к метрологической характеристике, тогда как в выводе акта указано о технической части, а не метрологической; на данный момент нарушений не выявлено, однако, это не исключает изменение метрологических характеристик в условиях, не предусмотренных для этого датчиком давления, таких, как попадание воды.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о том, правильно ли она понимает, что данные выводы носят предположительный характер, ФИО3 ответила утвердительно, пояснила, что отсутствие нарушения метрологических характеристик не исключает нарушение технических характеристик. ФИО3 пояснила, что в данном случае говорится о неправильной установке датчика давления, которое может привести к его дефекту.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о том, препятствует ли угол наклона 1:12 по горизонтали скоплению влаги на датчик давления, ФИО3 не отрицала такую возможность.

На вопрос представителя ответчика о том, были ли письменные обращения к ответчику об исправлении угла трубки, ФИО3 ответила, что в устной форме точно были, насчет письменных обращений пояснить не может, данное обстоятельство может подтвердить только АО «Газстройпроект», так как на объект ответчика выезжали также и другие специалисты метрологи, которые тоже могли выявить данное нарушение.

На вопрос представителя ответчика о том, как должен быть установлен датчик давления: по горизонтали с уклоном или вертикально, ФИО3 ответила, что соединительные линии должны иметь односторонний уклон от места отбора вверх к датчику давления.

На вопрос представителя ответчика о том, от чего должен определяться уклон: от вертикали или от горизонтали, ФИО3 ответила, что вверх от горизонтали, т.е. датчик давления должен быть выше, чем горизонталь, т.к. есть возможность попадания влаги. Если при горизонтальном положении при 6 килограммах давления случатся какие-либо форс-мажорные обстоятельства, то метрологические характеристики датчика давления будут нарушены.

Свидетель ФИО2 дал следующие показания.

В судебном заседании ФИО2 пояснил, что он был направлен в командировку с целью проведения проверок по Северо-Кавказским республикам.

На вопрос суда о том, направлен ли был ФИО2 с целью проверки конкретного потребителя или шли сплошные проверки, ФИО2 пояснил, что был прикомандирован к Сочинскому управлению, а руководитель уже со своими специалистами определяли направление проверок предприятий, о которых ФИО2 заранее не было известно.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что на предприятии ответчика ФИО2 был впервые, ФИО2 ответил утвердительно.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что ФИО2 является инженером метрологии, имеющим высшее образование, ФИО2 ответил утвердительно, пояснил, что образование получил в Московском государственном строительном университете по специальности инженер-проектировщик.

На вопрос суда пояснить обстоятельства проверки 23.04.2019 в отношении ООО "Пансионат "Шексна", ФИО2 пояснил, что на момент проверки было визуально установлено, что, когда проверяющие явились на объект, узел учета был закрыт панелями, которые затем были сняты, т.е. был ограничен доступ, в том числе к датчику давления; визуально увидели нарушение требований к счетчику, а именно, он был установлен с противоуклоном; четких приборов у проверяющих не было, чтобы определить уклон, в связи с чем ФИО2 воспользовался программой, установленной на телефоне, «Уровень», которой был замерен угол в двух разных плоскостях 180 градусов, однако, данная программа не сертифицирована, поэтому в акте не указана, но для проверяющих это явилось основанием, чтобы указать выявленное нарушение в акте. ФИО2 пояснил, что на момент проведения замера, ему показалось минус 0,3 процента; в двух плоскостях на 180 градусов разворачивали телефон, в связи с чем четко установился показатель минус 0,3 процента. Когда был представитель сервисной организации, они попросили его показать им паспорт УУГ, ФИО2 сделал копии, фотографии, которые он выполнил лично своим фотоаппаратом; показали на схеме, что даже схема исполнения подключения средств измерений счетчика давления выполнена как в ГОСТе Р 7.740-2011 в п. 9.2.3.5 – 1:12, но в руководстве, которое проверяющим предоставили на конкретное средство измерения, 1:10 равно. ФИО2 пояснил, что измерение проводится путем замера расстояния от точки подключения прибора учета, затем проводится горизонталь, и определяется 12-я часть; здесь проверяющие увидели ее с противоуклоном, поэтому написали именно нарушение конкретного пункта руководства по эксплуатации и монтажу. ФИО2 также пояснил, что проектно-техническая документация ответчиком не была предоставлена.

На вопрос суда о том, имеются ли у ФИО2 дополнительные фотографии с места проверки, которых нет в материалах дела, ФИО2 ответил утвердительно и предоставил суду имеющиеся у него цветные фотографии на флеш-накопителе.

ФИО2 далее пояснил по обстоятельствам проверки, что проверяющими был вызван ответственный на объекте ответчика, которому указали со ссылкой на сервисную организацию о том, что у ответчика выявлено несоответствие. Представитель ответчика сказал, что у них так было изначально установлено; ФИО2 поинтересовался у представителя ответчика относительно сроков межповерочного интервала, о том, правильно ли потом был установлен датчик давления, однако, ответственный энергетик не смог ответить.

На вопрос суда о том, поясняли ли ему, что датчик давления был установлен в таком виде изначально с момента ввода узла учета газа в эксплуатацию, ФИО2 ответил отрицательно, сказал, что представитель ответчика пояснил ему только то, что датчик давления был установлен так всегда. ФИО2 пояснил, что на момент предоставления схемы проверяющие сначала визуально прошли просмотрели все трубы, пломбы проверили, целостность, затем им предоставили свидетельства о поверке средств измерений; проверили мощностные характеристики газоиспользующего оборудования и потом был представлен паспорт на УУГ. ФИО2 отметил, что сразу после визуального осмотра он сказал представителю ответчика о неправильном подключении, требующем простого переподключения, ошибка именно в подключении прибора и на это указали с конкретной ссылкой завода изготовителя.

Суд предложил лицам, участвующим в деле, задать вопросы ФИО2 относительно проведения проверки 23.04.2019. 

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о переподключении датчика давления, а именно, об изменении импульсной трубки, ФИО2 пояснил, что импульсной трубки там нет, есть отборное устройство, штуцер, вваренный и под углом вварен еще один штуцер с противоуклоном и резьбовое соединение конкретного средства измерения.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о физической возможности конструктивно что-либо менять без отключения АИР-20М2-ДИ и без нарушения установленных на нем пломб, ФИО2 ответить затруднился, пояснил, что он может констатировать только то, что было по факту проверки.

На вопрос представителя ответчика о том, под каким углом должен быть датчик давления, ФИО2 пояснил, что есть руководство по эксплуатации, в котором указано, что уклон 1:10 вверх. ФИО2 пояснил, что при замере телефоном получилось минус 0,3 %, так с помощью программы они проверили в одной плоскости с замером ровно на 180 градусов, в результате которого были указаны одни и те же показатели – минус 0,3%.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о том, куда конкретно был установлен телефон для определения угла наклона, ФИО2 пояснил, что там есть дюймовая труба, которая сразу переходит в КШМ 15 и в него уже вкручивается сам датчик давления; грань у КШМ где-то 15 диаметров самый маленький и вот в отношении него и показало; там также есть резьбовое соединение, оно было под углом и чуть-чуть выровняло прибор, потому что сам штуцер опорного устройства был еще больше завален в минус.

На вопрос представителя ФБУ «Краснодарский ЦСМ» о том, правильно ли понимает представитель, что штуцер опорного устройства был завален при приваривании, ФИО2 ответил утвердительно, пояснив, что потом из-за резьбы, которая была неровно нарезана, прибор получился еще как бы изломан, и даже с учетом этого излома показал минус 0,3 процента.

На вопрос представителя ответчика о том, правильно ли понимает представитель, что данное измерение проводилось только с помощью телефона, ФИО2 ответил утвердительно, пояснив, что других средств у проверяющих не было. ФИО2 пояснил, что представителю потребителя было разъяснено право указать в акте, с чем он согласен, а с чем нет, также в акте указано, что потребитель имеет право нанять организацию, тот же ЦСМ, который имеет нужные приборы, на что представитель потребителя ответил, что будет разбираться дальше.

Свидетель ФИО4 дал следующие показания.

На вопрос суда о том, правильно ли поднимает суд, что ФИО4 присутствовал на момент проведения проверки в качестве представителя потребителя, а именно в качестве энергетика, ФИО4 ответил утвердительно.

На вопрос суда о том, правильно ли поднимает суд, что на момент проведения проверки он являлся энергетиком ООО "Пансионат "Шексна", ФИО4 ответил утвердительно.

На вопрос суда о том, какие обязанности входили в его должность как энергетика, ФИО4 ответил, что в его обязанности входило обслуживание систем водо-, теплоснабжения, канализации и контактирование с обслуживающими организациями, которые проводили работы по договору.

На вопрос суда о том, входили ли в его полномочия, связанные с газом, ФИО4 ответил, что не имеет к этому отношения, так как он не имел и не имеет каких-либо допусков и навыков по работе с газовым оборудованием.

На вопрос суда о том, необходимы ли для работы с газом какие-то специальные допуски, ФИО4 пояснил, что у них была для этого обслуживающая организация, тогда как он не имеет права там присутствовать.

На вопрос суда о том, правильно ли поднимает суд, что, несмотря на ограничения, он все же присутствовал при проведении проверки, ФИО4 ответил утвердительно.

На вопрос суда о том, что представляет из себя объект, где проводилась проверка, ФИО4 пояснил, что это котельная.

На вопрос суда о том, имеет ли ФИО4 какое-либо отношение к этой котельной, ФИО4 ответил, что отношения к котельной не имеет, за исключением контакта с обслуживающими организациями.

На вопрос суда о том, правильно ли поднимает суд, что по каждому виду ресурса у потребителя есть обслуживающая организация и он с этими обслуживающими организациями контактирует, ФИО4 ответил утвердительно, пояснив, что он представляет документы, которые у него запрашивают.

На вопрос суда о том, правильно ли поднимает суд, что в этой котельной только газовое оборудование находится или еще что-то, ФИО4 ответил, что там еще стоят котлы, отопительные приборы, которые также находятся на обслуживании.

На вопрос суда о том, имеет ли ФИО4 отношение к отоплению, ФИО4 ответил, что ни к какому оборудованию он не имеет отношения, потому что у него отсутствует специальное техническое образование.

На вопрос суда о том, какое у него образование, ФИО4 ответил, что высшее техническое образование в Орловском государственном аграрном университете по специальности инженер-механик. ФИО4 пояснил, что у него специальность по технике, а не по газу, отопительным приборам и энергоресурсам.

На вопрос суда о том, правильно ли поднимает суд, что ФИО4 ни к чему не имеет отношения, что находится в этой котельной, в том числе оборудованию, ФИО4 ответил утвердительно.

На вопрос суда о том, имеются ли у ФИО4 ключи от этой котельной, ФИО4 ответил утвердительно, пояснив, что ключи хранятся у охранника.

На вопрос суда о том, любой ли человек имеет доступ к ключам от котельной, ФИО4 ответил, что только определенный круг лиц, в который ФИО4 также входит.

На вопрос суда о том, правильно ли поднимает суд, что функция ФИО4 сводится лишь к обеспечению доступа обслуживающих организаций к оборудованию, ФИО4 ответил утвердительно.

На вопрос суда о том, входит ли в полномочия ФИО4 осуществлять контроль за обслуживающими организациями при обеспечении доступа к оборудованию, ФИО4 ответил отрицательно, пояснив, что он наблюдает только за ходом работы, т.е. обеспечивает присутствие.

На вопрос суда о том, каким образом была начата проверка, ФИО4 пояснил, что ему поступил звонок с КПП.

На вопрос суда о том, явились ли представители ООО "Газпром межрегионгаз Краснодар" с предупреждением или без такового, ФИО4 ответил, что заранее о проверке предупрежден не был.

На вопрос суда о том, есть ли кто-нибудь в организации, кто отвечает именно за газ, ФИО4 ответил отрицательно.

На вопрос суда о том, правильно ли понимает суд, что ФИО4 является единственным энергетиком в организации, ФИО4 ответил утвердительно. 

На вопрос суда о том, что было после того, как сотрудников ООО "Газпром межрегионгаз Краснодар" пропустили на территорию организации, ФИО4 ответил, что сотрудники ООО "Газпром межрегионгаз Краснодар" пояснили, что прибыли на проверку узла учета газа. ФИО4 пояснил, что на момент его работы это была нормальная процедура, которая не вызвала у него подозрений.

На вопрос суда о том, обеспечивал ли ФИО4 ранее доступ представителей ООО "Газпром межрегионгаз Краснодар" к котельной, а также свое присутствие при проведении проверок, ФИО4 ответил утвердительно.

На вопрос суда пояснить дальнейшие обстоятельства проверки 23.04.2019, ФИО4 ответил, что он не постоянно присутствовал в котельной, так как отвлекался на рабочие моменты, наблюдение за каждым действием проверяющих не вел. ФИО4 пояснил, что представители ООО "Газпром межрегионгаз Краснодар" являются профессиональными лицами, поэтому при допуске их узлу учета газа у ФИО4 отсутствовали сомнения и подозрения в их действиях.

На вопрос суда о том, на какой период ФИО4 выходил из котельной в ходе проверки, ФИО4 пояснил, что в этот момент он находился на территории организации, также ФИО4 отлучался с целью предоставления документов, запрашиваемых представителями ООО "Газпром межрегионгаз Краснодар".

На вопрос суда о том, объясняли ли представители ООО "Газпром межрегионгаз Краснодар" о проведенных или действиях и выявленном нарушении, ФИО4 пояснил, что точно вспомнить не может, насколько он помнит, его пригласили в котельную и сообщили о выявленном нарушении, однако, поскольку ФИО4 не специалист, он не вправе говорить о достоверности нарушений. Далее ФИО4 сообщил, что был подписан акт с указанием нарушений, даны разъяснения на случай их неустранения, в том числе на возможность отключения газа. 

На вопрос суда относительно особого мнения ФИО4, зафиксированного в акте проверки 23.04.2019, ФИО4 пояснил, что все 11 лет он там не работал, но поднял все документы за 11 лет, при изучении которых нарушений к узлу учета газа не обнаружил. Относительно замечаний по правильности монтажа датчика давления ФИО4 пояснил, что он не технический специалист, чтобы утверждать что-либо по данному вопросу.

На вопрос суда о том, объясняли ли представители ООО "Газпром межрегионгаз Краснодар", в чем заключается нарушение и как они это выявили, ФИО4 пояснил, что не помнит этот момент.

На вопрос представителя истца о том, на каком основании ФИО4 были подняты документы за 11 лет, если ФИО4 не помнит, в чем именно заключалось нарушение, ФИО4 пояснил, что на основании сведений о выявленном нарушении, указанном в акте.

На вопрос суда о том, когда ФИО4 было написано в акте особое мнение, ФИО4 сказал, что точно не помнит, либо когда делали ксерокопии, либо в кабинете, либо в котельной.

На вопрос суда о том, понимал ли ФИО4, в чем конкретно заключается выявленное нарушение, когда писал особое мнение в акте, ФИО4 сказал, что точно не помнит, но возможно он в тот момент позвонил обслуживающей организации. ФИО4 пояснил, что после проверки они пригласили ФБУ «Краснодарский ЦСМ» для проверки узла учета.

На вопрос суда о том, когда ФИО4 уволился из организации, ФИО4 ответил, что больше полугода с момента проверки. 

На вопрос суда о том, присутствовал ли ФИО4 на момент приведения в соответствие узла учета газа, ФИО4 ответил отрицательно.

Суд предложил лицам, участвующим в деле, задать вопросы ФИО4 относительно проведения проверки 23.04.2019.

На вопрос представителя ответчика о том, были ли какие-либо замечания к датчику давления в период предыдущих проверок, ФИО4 ответить затруднился.

По правилам частей 1 и 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном названным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа (часть 1 статьи 74 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу частей 1 - 3 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела. Свидетель обязан по вызову арбитражного суда явиться в суд. Свидетель обязан сообщить арбитражному суду сведения по существу рассматриваемого дела, которые известны ему лично, и ответить на дополнительные вопросы арбитражного суда и лиц, участвующих в деле.

Согласно части 3 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетель сообщает известные ему сведения устно. По предложению суда свидетель может изложить показания, данные устно, в письменной форме. Показания свидетеля, изложенные в письменной форме, приобщаются к материалам дела.

Как следует из показаний свидетелей ФИО3 и ФИО2, уклон соединительной линии, на которой расположен датчик давления, составляет 90 градусов, что превышает допустимый уклон, предусмотренный п. 3.1.4.4 Руководства по эксплуатации НКГЖ РЭ (не менее 1:10). Несоответствие угла уклона соединительной линии датчика давления требованиям руководства по эксплуатации было выявлено проверяющими визуально, без применения каких-либо измерительных приборов.

Кроме того, показания свидетелей носят противоречивый характер, в частности, согласно показаниям ФИО3 в качестве средства измерения ею использовалась линейка, тогда как согласно показаниям ФИО2 в качестве средства измерения использовалось несертифицированное приложение на телефоне «Уровень», с помощью которого был замерен угол уклона. При этом в акте от 23.04.2019 № 194/4 не указаны используемые ими средства фиксации уклона соединительной линии датчика давления.

Согласно п. 3.1.4.4 Преобразователи давления измерительные АИР 20/М2 Руководство по эксплуатации НКГЖ РЭ соединительные трубки от места отбора давления к АИР-20/М2 должны быть проложены по кратчайшему расстоянию. Длина линии должна быть достаточной для того, чтобы температура среды, поступающей в АИР-20/М2, не превышала предельной рабочей температуры. Рекомендуемая длина не более 15 м. Соединительные линии должны иметь односторонний уклон (не менее 1:10) от места отбора давления, вверх к АИР-20/М2, если измеряемая среда газ и вниз к АИР-20/М2, если измеряемая среда жидкость. Если это невозможно, при измерении давления газа в нижних точках соединительной линии следует устанавливать отстойные сосуды, а при измерении давления жидкости в наивысших точках газосборники. Отстойные сосуды рекомендуется устанавливать перед АИР-20/М2 и в других случаях, особенно при длинных соединительных линиях и при расположении АИР-20/М2 ниже места отбора давления. Перед присоединением к АИР-20/М2 линии должны быть тщательно продуты для уменьшения возможности загрязнения камер измерительного блока АИР-20/М2.

Суд критически оценивает возможность выявления указанного выше нарушения визуально, без проведения специальных замеров, применения сертифицированных средств измерений и выставления потребителю к оплате на основании результатов такого визуального осмотра объема газа, определенного исходя из мощности газоиспользующего оборудования.

Согласно п. 9.2.3.5 ГОСТ Р 8.740-2011, который утвержден и введен в действие приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 13.12.2011 № 1049-ст для добровольного применения (пункт 1 приказа), соединительная трубка для передачи давления от ИТ к СИ давления должна иметь уклон к горизонтали не менее 1:12.

Как следует из материалов дела, 27.09.2017 ФБУ «Краснодарский ЦСМ» составлен акт № 495-2017 проверки состояния и применения средств измерений и соблюдений ГОСТ Р 8.740-2011, согласно которому нарушения на УУГ ООО "Пансионат "Шексна" отсутствуют, на узле учета природного газа соблюдены требования ГОСТ Р 8.740-2011.

На основании изложенного, с учетом акта от 15.08.2019 № 128-2019, выданного уполномоченным органом в области стандартизации и метрологии, суд критически относится к выявленному работниками ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» ФИО3 и ФИО2 нарушению, установленному визуально, только лишь с помощью линейки и несертифицированного приложения на телефоне.

Кроме того, истцом не представлены доказательства, что зафиксированное в акте от 23.04.2019 № 194/4 несоответствие повлияло на достоверность работы УУГ в спорном периоде с 01.04.2019 по 30.06.2019 и что показания УУГ по этой причине в указанном периоде являлись недостоверными.

Показания свидетеля ФИО3 о том, что истец неоднократно предупреждал в устной форме руководителя ответчика о выявленном нарушении, документально не подтверждены, в связи с чем судом во внимание не принимаются.

Таким образом, истец не доказал относимыми и допустимыми доказательствами, что датчик давления АИР-20/М2-ДИ был установлен с нарушением нормативно-технической документации.

Из содержания акта проверки № 194/4 от 23.04.2019 усматривается, что замечания относительно исправности и работоспособности средств измерений у проверяющих отсутствовали. Неисправностей СИ, которые могли бы повлиять на определение количества поставленного газа, указанным актом не установлено. Оборудование на момент проверки 23.04.2019 было технически исправно, а соответствие УУГ ГОСТу Р 8.740-2011 документально подтверждено актом ФБУ «Краснодарский ЦСМ» № 495-2017 от 27.09.2017.

Изучив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что акт проверки от 23.04.2019 не может являться основанием для расчета объема потребленного газа за период с 01.04.2019 по 30.06.2019, исходя из максимальной мощности газоиспользующего оборудования.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что на момент ввода УУГ в эксплуатацию к нему имелись какие-либо замечания либо он не соответствовал действовавшим требованиям.

Из материалов дела следует, что узел учета газа ответчика введен в эксплуатацию в 2008 году.

13.08.2008 комиссией в составе представителей ФБУ «Краснодарский ЦСМ» и поставщика газа подписан акт проверки состояния и применения средств измерений и соблюдения требований ПР 50.2.019-2006, согласно которому на узле учета природного газа ответчика соблюдены требования ПР 50.2.019-2006, узел учета газа введен в эксплуатацию (т. 2, л.д. 35).

01.09.2008 поставщиком газа утвержден паспорт узла учета расхода природного газа на базе измерительного комплекса с газовым счетчиком RVG G-40 в котельной ответчика (далее – паспорт УУГ) (т. 2, л.д. 31), подписанный представителями ЗАО «Кубань-Тепло» ФИО5, ООО "Пансионат "Шексна" ФИО6, ООО «Краснодаррегионгаз» ФИО7 и скрепленный печатями организаций, из которого следует, что измерительный комплекс расхода газа в котельной выполнен на базе газового счетчика RVG G-40, в состав комплекса входят измеритель расхода газа RVG G-40, измеритель температуры ТС 1187/1 Ехd 50 М, измеритель давления АИР-20Ех/М2-ДИ, измеритель перепада давления на счетчике АИР-20Ех/М2-ДД, вычислитель ВКГ-2.

Данные документы подтверждают, что все требования правил по метрологии ПР 50.2.019-2006 на момент допуска УУГ в эксплуатацию были соблюдены в полном объеме.

Какие-либо документально зафиксированные доказательства, свидетельствующие о несоответствии, разногласиях, наличии замечаний у поставщика газа к УУГ котельной ООО "Пансионат "Шексна" в паспорте УУГ или актах отсутствуют.

Таким образом, на момент ввода в эксплуатацию УУГ котельной ООО "Пансионат "Шексна" соответствовал требованиям нормативно-технической документации.

Кроме того, ответчиком в материалы дела представлен акт проверки состояния и применения средств измерений и соблюдения требований ГОСТ Р 8.740-2011 от 27.09.2017 № 495-2017 (т. 1, л.д. 75-76), которым подтверждено соответствие характеристик средств измерений: счетчика газа RVG G-40 № 12020895, вычислителя ВКГ-2 № 1547, термообразователя сопротивления ТС-1187/1, датчика давления АИР-20/М2-ДИ мод. 160, датчика перепада давления на счетчике АИР-20Ех/М2-ДД мод. 420 установленным техническим требованиям и требованиям ГОСТ Р 8.740-2011.

Также из материалов дела следует, что 29.09.2017 истец заключил договор поставки газа № 25-4-12393/18 с ответчиком, при этом замечаний к узлу учета не предъявил, что подтверждает факт подписания договора без разногласий.

В материалы дела также представлены акты предыдущих проверок узла учета газа на базе счетчика от 18.10.2017 и от 10.07.2018 (т. 2, л.д. 11-14), составленные представителем ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» инженером по метрологии 1 категории ФИО8 в присутствии представителя потребителя энергетика ФИО4 в отношении того же измерительного комплекса УУГ, в том числе датчика давления АИР-20/М2-ДИ, однако в них отсутствуют сведения о каком-либо несоответствии монтажа соединительной трубки датчика давления нормативно-технической документации.

В материалах дела отсутствуют доказательств того, что узел учета газа ответчика по спорному объекту вновь введен в эксплуатацию или прошел реконструкцию на момент составления спорного акта от 23.04.2019 № 194/4.

Согласно представленным на CD-диске в материалы дела цветным фотоматериалам (т. 2, л.д. 41) следы переустановки датчика давления АИР-20/М2-ДИ и реконструкции соединительной трубки от места отбора давления к АИР-20/М2-ДИ отсутствуют; желтая краска, в которую окрашены все газовые трубы и места их соединения, однородна по цвету.

На фотоматериалах также видно, что установленные ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» пломбы как на самом датчике давления АИР-20/М2-ДИ, так и на шаровом кране, имеющемся на соединительной трубке, не нарушены.

Кроме того, согласно спорному акту от 23.04.2019 № 194/4 замечания к состоянию пломб на узле учета газа, в том числе, установленных на датчике давления, отсутствуют.

Доказательства того, что в период с 2008 года по 23.04.2019 ответчик вносил какие-либо изменения в схему УУГ, не представлены.

Утверждение истца о том, что соединительная трубка датчика давления, соответствовавшая на момент допуска узла учета в эксплуатацию, могла быть «переварена» ответчиком в ходе эксплуатации узла учета газа, судом отклоняется как документально не подтвержденный.

Суд констатирует, что возможность самовольного «переваривания» ответчиком соединительной трубки датчика давления исключена ввиду наличия на момент проведения проверки ненарушенных пломб поставщика газа, имеющихся как на самом датчике давления, так и на соединительной трубке, в результате чего невозможно, не нарушив пломбы, демонтировать датчик давления и «переварить» ведущую к нему соединительную трубку.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии следов «переваривания» ответчиком соединительной трубки датчика давления и недоказанности самой возможности вмешательства ответчика в конструкцию узла учета газа при ненарушенных пломбах поставщика газа.

С учетом того, что какие-либо изменения в узел учета газа ответчиком не вносились, узел учета был спроектирован, введен в эксплуатацию в установленном порядке, истец в предыдущие периоды принимал показания УУГ ответчика без возражений, указание ООО «Газпром межрегионгаз Краснодар» в акте на нарушение, выразившиеся в том, что монтаж датчика давления АИР-20М2-ДИ 160 (№ 20-77606) на измерительном трубопроводе выполнен с нарушением п. 3.1.4.4 Руководства по эксплуатации – НКГЖ.406233.004 РЭ, и схемы монтажа в паспорте на узел учета, не является основанием для определения объема поставленного газа расчетным способом.

С учетом наличия положительных актов проверки со стороны истца и положительного акта проверки состояния и применения средств измерений и соблюдения требований ГОСТ Р 8.740-2011, выданного уполномоченным органом в области стандартизации и метрологии, у ответчика не имелось оснований полагать используемый узел учета газа не соответствующим обязательным требованиям.

Вплоть до 23.04.2019 по результатам неоднократных проверок истцом ответчику не предъявлялось каких-либо замечаний по факту монтажа датчика давления АИР-20М2-ДИ 160 (№ 20-77606) на измерительном трубопроводе с нарушением п. 3.1.4.4 Руководства по эксплуатации – НКГЖ.406233.004 РЭ и схемы монтажа в паспорте на узел учета.

При этом, принимая во внимание отсутствие факта нарушения пломб поставщика газа, несоответствие угла монтажа соединительной трубки датчика давления (если согласиться с позицией истца и признать доказанным данное несоответствие) имело место уже с момента введения УУГ в эксплуатацию, т.е. с 2008 года.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 названного Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 данного Кодекса).

В силу пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса, в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 данной статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены данным Кодексом.

Таким образом, в рассматриваемом случае действует принцип эстоппель, являющийся одним из проявлений принципа добросовестности (статья 1 ГК РФ). Содержанием указанного принципа является недопустимость противоречивого и непоследовательного поведения участника правоотношений, ущемляющего интересы других участников правоотношений. При наличии обстоятельств, свидетельствующих о нарушении данного принципа, суд должен отказать в защите соответствующему лицу, поскольку последнее утрачивает право ссылаться на какие-либо факты или обстоятельства в связи со своим предыдущим поведением. Фактически эстоппель запрещает противоречивое поведение участников оборота.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации по делу № 305-ЭС20-9918 от 22.09.2020, профессиональные участники отношений по энергоснабжению не вправе возлагать на добросовестных абонентов неблагоприятные последствия собственного бездействия, в т.ч. связанного с соблюдением установленного действующим законодательством порядка ввода приборов учета в эксплуатацию, их опломбирования и последующей регулярной проверки. Такое поведение профессиональных участников соответствующих отношений и их последствия должны оцениваться с точки зрения соответствия пределам осуществления гражданских прав, установленным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В данном случае ответчик (потребитель) вправе полагаться на то, что действия по допуску узла учета газа к эксплуатации, проведению регулярных проверок с выдачей положительных актов по результатам проверок о соответствии УУГ требованиям нормативно-технической документации, производимые профессиональными работниками поставщика газа, соответствуют требованиям законодательства и свидетельствуют о соответствии узла учета газа всем обязательным требованиям.

Суд признает поведение истца не соответствующим принципу добросовестности (статьи 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку истец, подтвердив соответствие УУГ ответчика требованиям нормативно-технической документации в результате неоднократно проведенных проверок 18.10.2017 и 10.07.2018, и обладая при этом информацией о необходимости приведения узла учета газа в соответствие с необходимыми параметрами, не уведомил об этом ответчика, а продолжал поставлять газ и принимать оплату, а затем провел проверку узла учета газа (23.04.2019), рассчитывая на фиксацию известного истцу нарушения и применения расчетного способа определения объема потребленного газа.

Таким образом, истец своим поведением давал ответчику основание полагаться на отсутствие каких-либо нарушений со стороны ответчика, а впоследствии (23.04.2019), несмотря на то, что состав УУГ и условия потребления газа на объекте ответчика не изменились, потребовал от ответчика произвести оплату газа расчетным способом, исходя из расчета круглосуточного потребления газа и проектной мощности установленного ГИО, ссылаясь на выявленное лишь в ходе проведения проверки 23.04.2019 несоответствие УУГ общества обязательным требованиям, что свидетельствует о недобросовестном, противоречивом и непоследовательном поведении поставщика газа и является основанием для применения в рассматриваемой ситуации принципа эстоппель.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что объем поставленного ответчику в спорном периоде газа должен определяться по показаниям узла учета газа, а применение истцом расчета, исходя из проектной мощности газопотребляющего оборудования, является незаконным.

Согласно альтернативному расчету истца, произведенному по показаниям узла учета газа (т. 2, л.д. 82-83), объем потребленного газа за период с 01.04.2019 по 30.06.2019 составил 119,691 тыс. куб. метров на сумму 986 293,62 руб., который оплачен ответчиком в полном объеме. 

Поскольку задолженность, предъявленная к взысканию с ответчика по иску, образовалась в результате применения истцом расчетного способа определения объема газа, исходя из мощности газопотребляющего оборудования, оснований для применения которого судом не установлено, при этом ответчиком в полном объеме и до наступления установленного договором срока (до 25-го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата) произведена оплата потребленного в спорном периоде газа по показаниям узла учета, то оснований для удовлетворения иска, как в части взыскания основного долга, так и в части взыскания пеней не имеется. 

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате госпошлины следует возложить на истца, как на проигравшую сторону.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, вынесший решение, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение, при условии, что решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                           А.В. Тамахин