ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, 

<

...>, тел. 

<

***> 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и  

обоснованности определения 11АП-8095/2025, 11АП-8597/2025

Дело № А65-37480/2023

г. Самара

04 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26.08.2025. Постановление в полном объеме изготовлено 04.09.2025.  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  

судьи Бессмертной О.А., судей Александрова А.И., Серовой Е.А.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  

ФИО1, 

при участии в судебном заседании с использованием системы вебконференцсвязи  

(онлайн-заседание): 

от арбитражного управляющего ФИО2 - представитель ФИО3,  

доверенность от 16.06.2025, при участии в судебном заседании: 

от ООО «Спецстройэнергомонтаж» - представитель ФИО4, доверенность от  

02.12.2024, 

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале № 2, с  

использованием системы вебконференцсвязи (онлайн-заседание),  

апелляционную жалобу ООО «Спецстройэнергомонтаж», апелляционную жалобу  

конкурсного управляющего ООО «Спецстроймонтаж» ФИО2 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.06.2025 о  

включении требования в реестр требований кредиторов должника  

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  

ответственностью «Спецстроймонтаж» (ИНН 

<

***>), 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.03.2024 в отношении «Спецстроймонтаж» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО5.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан 24.06.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (адрес для направления корреспонденции: 420012, Республика Татарстан, г. Казань, а/я 236).  

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Спецстройэнергомонтаж» о включении в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника суммы неосновательного обогащения в размере 26 936 800 руб. 42 коп., вх. 39439.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.09.2024  

требование принято к производству, назначено судебное заседание.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.12.2024 отложено судебное заседание, привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц ФИО6, финансовый управляющий ФИО6 ФИО5  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.06.2025 признано требование ООО «Спецстройэнергомонтаж» к ООО «Спецстроймонтаж» в размере 18 256 666,18 руб. долга обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты), сумма государственной пошлины в размере 114 283,33 руб. за рассмотрение настоящего требования признана подлежащей взысканию в доход федерального бюджета и учету в реестре требований кредиторов ООО «Спецстроймонтаж» в порядке пункта 3 статьи 137 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Спецстройэнергомонтаж», конкурсный управляющий ООО «Спецстроймонтаж» ФИО2 обратились с апелляционными жалобами.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2025 апелляционная жалоба ООО «Спецстройэнергомонтаж» принята к производству, судебное заседание назначено на 26.08.2025.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2025 апелляционная жалоба конкурсного управляющего ООО «Спецстроймонтаж» ФИО2 принята к производству, судебное заседание назначено на 26.08.2025.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Ходатайства и заявления в суд апелляционной инстанции не поступили. 

Заявленное при подаче апелляционной жалобы конкурсным управляющим ООО «Спецстроймонтаж» ходатайство об истребовании в ЗАГС ИК МО г.Казани сведений о родителях ФИО7 судебная коллегия определила оставить без удовлетворения ввиду следующего.  

В соответствии с частью 4 статьи 66 АПК РФ арбитражный суд может истребовать по ходатайству лица, участвующего в деле, необходимые доказательства. При этом указания в ходатайстве конкретных реквизитов такого доказательства или приложения к ходатайству доказательств, подтверждающих нахождение данного доказательства у соответствующего лица, не требуется.  

Исходя из данной нормы, арбитражный суд истребует доказательства, в частности, в случае обоснования лицом, участвующим в деле, отсутствия возможности самостоятельного получения доказательства от лица, у которого оно находится, указания на то, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, а также указания причин, препятствующих получению доказательства, и места его нахождения.  

Апелляционный суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этими доказательствами и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства.  

В настоящем случае апелляционный суд исходит из отсутствия обоснования заявителем заявленного ходатайства, достаточности представленных по делу доказательств, и отсутствия необходимости истребования дополнительных доказательств,  

а также не установив оснований, предусмотренных ст.268 АПК РФ, не находит оснований для его удовлетворения.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «Спецстройэнергомонтаж» поддержал доводы своей апелляционной жалобы, относительно доводов апелляционной жалобы конкурсного управляющего ООО «Спецстроймонтаж» возражал, представитель конкурсного управляющего ООО «Спецстроймонтаж» поддержал доводы своей апелляционной жалобы, относительно доводов апелляционной жалобы ООО «Спецстройэнергомонтаж» возражал.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Спецстройэнергомонтаж» обратилось с заявлением о включении в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника суммы неосновательного обогащения в размере 26 936 800,42 руб.  

Так, ООО «Спецстройэнергомонтаж» указывало, что в рамках заключенного договора поставки ООО «Спецстройэнергомонтаж» перечислило в адрес должника 26 936 800,42 руб. При этом должником в адрес ООО «Спецстройэнергомонтаж» товар не поставлен.  

Суд первой инстанции, исходя из компенсационной природы требований ООО «Спецстройэнергомонтаж» к должнику, фактической аффилированности сторон, а также наличия у должника на дату совершения перечислений по предварительной оплате поставки неисполненных обязательств перед кредиторами, в последующем включенных в реестр требований кредиторов должника, признал требование обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).  

Повторно рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В соответствии с частью 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об  

открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры, применяемой в деле о банкротстве и следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.  

При этом в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35).  

По смыслу названных норм, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.  

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 АПК РФ), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.  

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). Нахождение в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно.  

Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным, доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.  

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой.  

В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 15.08.2023 между ООО «Спецстройэнергомонтаж» и ООО «Спецстроймонтаж» заключен договор поставки № 20/ОТ/23, в соответствии с п.1.1 которого - поставщик передает в собственность, а покупатель принимает и оплачивает товарно-материальные ценности (металлоконструкции и т.п.), именуемые в дальнейшем товар.  

Стоимость услуг определена в п. 4.1 договора - общая сумма настоящего договора сторонами определяется и складывается путем суммирования стоимостей всех товаров, переданных поставщиком покупателю в рамках действия настоящего договора.  

Пунктом 4.2. договора стороны установили, что оплата товара производится в течение 7 (семи) банковских дней после фактической поставки товара, путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет «Покупателя» или зачётом взаимных требований на основании предъявленного акта взаимозачета (гл.21 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), либо по соглашению сторон,  

иным способом, разрешенным действующим законодательством Российской Федерации».  

Во исполнение условий Договора истец осуществил оплату ответчику за Товар в сумме 26 936 800,42 руб., что подтверждается платежными поручениями: № 497 от 22.08.2023 г. на сумму 5 000 000 руб.; № 499 от 23.08.2023 г. на сумму 6 700 113 руб.; № 498 от 23.08.2023 г. на сумму 8 371 805,83 руб.; № 524 от 24.08.2023 г. на сумму 3 000 000 руб.; № 526 от 25.08.2023 г. на сумму 2 417 800 руб.; № 532 от 29.08.2023 г. на сумму 500 000 руб.; № 541 от 31.08.2023 г. на сумму 415 430 руб.; № 548 от 01.09.2023 г. на сумму 420 375,59 руб.; № 553 от 04.09.2023 г. на сумму 111 276,00 руб.  

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.  

В соответствии со статьей 487 ГК РФ, в случае, когда продавец, получивший предоплату, не исполнит обязанность по передаче товара в установленный срок, покупатель вправе требовать передачи оплаченного товара или возврат суммы предоплаты за товар, не переданный продавцом.  

В силу положений статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться Сторонами надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.  

В связи с отсутствием поставки со стороны должника, кредитор обратился в суд с настоящим требованием о включении задолженности в размере 18 256 666,18 руб. с учетом производства сверки взаимных расчетов.  

Возражая против доводов ООО «Спецстройэнергомонтаж», конкурсный управляющий должника ссылался на мнимость произведенных платежей и отсутствие взаимоотношений сторон по поставке товара, а также на аффилированность сторон и наличие компенсационного финансирования деятельности должника в период его неплатежеспособности.  

Судебной практикой выработан правовой подход о необходимости применения повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления об установлении требований аффилированного с должником кредитора. В подобных случаях суд проводит более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с требованиями независимых кредиторов. Основанием ко включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума N 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197).  

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.  

 В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача  

займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами. Законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.  

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, лицо, которое пытается вернуть общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).  

Компенсационное финансирование предоставляется контролирующим лицом с целью возвращения подконтрольного общества, находящегося в трудном экономическом положении, к обычной экономической деятельности, тем самым не исполняется предусмотренная законом обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве этого общества, а независимые кредиторы вводятся в заблуждение относительно реального финансового состояния общества. Соответственно риски, связанные с банкротством, относятся на контролирующее лицо, и его требования к должнику в целях защиты прав независимых кредиторов подлежат субординации.  

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.  

Согласно пункту 3.4 Обзора от 29.01.2020 не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли представленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.  

Согласно пункту 4 Обзора от 29.01.2020 очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.  

При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество  

должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).  

Согласно п.3.3 Обзора разновидностью финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ).  

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017) от 15.11.2017, при предоставлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившим о включении требований в реестр) судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Конкурсным управляющим заявлено о нетипичных условиях договора, перечислении платежей в состоянии имущественного кризиса кредитора аффилированным лицом.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 23.04.2018 N 305-ЭС17-6779 по делу N А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.  

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, указано, что, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора.  

Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.  

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на  

возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки.  

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.  

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411), суды должны учитывать, что при мнимых сделках стороны стараются формально верно оформить все первичные документы для создания видимости реальности отношений. В этом случае суд должен проверить все возражения лиц, участвующих в деле и реальность хозяйственных операций по существу.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.  

При этом согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.  

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2017 года N 306-ЭС16-20056 по делу № А12-45751/2015).  

Указанные подходы в равной степени можно распространить на ситуацию, когда фактическая аффилированность между сторонами сделки прослеживается при отсутствии формальных признаков заинтересованности между физическими лицами, содержащимися в статье 19 Закона о банкротстве.  

В данном случае, такого рода аффилированность в отношениях между должником и кредитором усматривается в заключении сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

При этом фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472 (4,5,7)).  

Как правило, аффилированные либо заинтересованные лица пытаются скрыть соответствующий факт, в связи с чем, не допускают формального наличия признаков группы лиц либо иных признаков взаимозависимости, установленных в законе, в связи с чем, при определении аффилированности, которая, по своей сути, означает возможность влиять на управленческие и иные решения взаимозависимых лиц, судам необходимо принимать во внимание фактические взаимоотношения сторон.  

В абзаце 4 пункта 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" изложена правовая позиция, в соответствии с которой при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должника в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.  

Доказательств неоднократного совершения должником аналогичных сделок должником с иными контрагентами в течение продолжительного времени, в материалы не представлено.  

Правовая позиция, сформированная в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 7204/12 от 18.10.2012, определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016, определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС17-14948 от 05.02.2017 о применении повышенного стандарта доказывания при оценке возражений лиц, участвующих в деле о банкротстве должника, о реальности денежных притязаний к должнику, обусловлена отсутствием у таких лиц, не являющихся участниками оспариваемой сделки, достаточных процессуальных средств по доказыванию своей правовой позиции.  

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 11524/12 от 29.01.2013 также указано на объективную невозможность доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, в силу чего предметом доказывания должно являться обстоятельство наличия и реального существования таких правоотношений.  

Исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания.  

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 N 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.  

Суд первой инстанции, проанализировав условия представленного договора поставки № 20/ОТ/23 от 15.08.2023, а также его исполнение, пришел к верному выводу о наличии нетипичных условий его исполнения между сторонами.  

Так, судом первой инстанции установлено, что кредитором произведена предварительная оплата товара на сумму более 26 млн. руб., не смотря на согласование сторонами порядка оплаты после поставки товара (пунктом 4.2 договора оплата товара производится в течение 7 (семи) банковских дней после фактической поставки товара).  

Должником не произведена даже частичная поставка товара. 

Довод кредитора о согласовании сторонами оплаты авансом на основании счетов на оплату с целью фиксации стоимости ТМЦ не подтвержден документально.  

Дополнительных соглашений между сторонами об изменении порядка расчетов в суд не представлено.  

Также судом первой инстанции установлено, что сумма предоплаты не востребована кредитором до возбуждения дела о банкротстве.  

В обосновании предъявления требования о возврате задолженности представлена претензия лишь от 25.07.2024 г.  

В соответствии с пунктом 1.2 Договора поставка осуществляется при предварительном получении от Кредитора заявки на поставку товара.  

Однако, кредитором в материалы дела не представлены заявки, которые направлялись в адрес Должника на ту сумму, по которой была осуществлена оплата товара. Также не представлены счета-фактуры, товарные накладные, УПД. В отсутствие указанных документов невозможно оценить реальности правоотношения сторон.  

В представленных платежных поручениях не содержится ссылка на заключенный договор поставки от 15.08.2023 г.  

Кроме того, договор составлен на двух страницах, причем, глубина регулирования отношений поставки недостаточна для договора, предусматривающего многомиллионные поставки строительных материалов и иных ценностей подобного рода. Нет, например, подробных условий ответственности сторона на случай нарушения контракта, нет подробного порядка действий при отгрузке товара, условий о качестве, порядке подписания передаточных документов. Представленный договор, на первый взгляд, оставляет впечатление договора, подписанного лишь для вида, формального создания вида правоотношений, когда объективно нет необходимости выверять условия договора, согласовывать условия ответственности, поскольку стороны изначально не намереваются его в реальности исполнять, следовательно, конструировать договор так, как это делают независимые контрагенты, нет необходимости.  

Согласно пункту 3.2 Договора поставка осуществляется путем самовывоза товара со склада Поставщика (Должника).  

Согласно переданной руководителем должника информации и документации, а также полученного ответа из Управления Росреестра по Республике Татарстан, за должником не числятся объекты недвижимости, которые можно было бы квалифицировать как «склад» или его аналог. Доказательства заключения договоров аренды склада не представлено в материалы дела.  

Согласно общедоступным сведениям, указанным в выписке ЕГРЮЛ, должник не специализируется на поставке. В соответствии с имеющимися у конкурсного управляющего документами, должник является организацией, специализирующей на подрядных работах, о чем также свидетельствуют и заявленные требования кредиторов должника, большая часть из которых основана на договорах подряда.  

Кроме того, кредитором на протяжении длительного периода времени не принимались меры по истребованию у должника задолженности, следовательно, такое поведение кредитора обусловлено тем, что изъятие финансирования повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника, неистребование задолженности фактически являлось формой дофинансирования последнего.  

Указанное поведение судом первой инстанции определено как нестандартное в рамках гражданского оборота, способное иметь место только в случае аффилированности участников спорных правоотношений. Подобное поведение значительно отличается от  

того, что можно было бы ожидать от любого независимого кредитора, который должен был бы незамедлительно принять меры по защите своих прав.  

В качестве доказательств наличия аффилированности между сторонами судом первой инстанции учтено следующее.  

Одним из учредителей ООО «Спецстройэнергомонтаж» являлась ФИО8 (с 25.05.2022 по 09.01.2024, доля 49%). ФИО8 являлась супругой ФИО9, что подтверждается паспортом самого ФИО9 и решением Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода от 18.06.2024 по делу № 2-2457/2024.  

В то же время ФИО9 являлся помощником ФИО6 (руководителя должника) в ООО «Спецстроймонтаж» (занимал пост главного инженера), а также неоднократно выступал поручителем ООО «Спецстроймонтаж» и самого ФИО6 по различным договорам поручительства: договор поручительства № ГБЮ-01/40238/102 от 04.09.2023 (на сумму 5 млн. руб.); договор поручительства № 1/2023 от 01.03.2023 (на сумму 11 500 000 руб.).  

Налоговый орган, привлекая к налоговой ответственности должника на основании решения № 3990 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 07.11.2023, указал, что между кредитором и должником имеются якобы правоотношения по поставке, тогда как книги покупок и продаж организаций не сходятся, выявлены расхождения в представленных в уполномоченный орган документах.  

Также судом первой инстанции установлено, что подача кредитором и должником в уполномоченный орган налоговой отчетности осуществлялось в отдельных случаях с одного электронного устройства (аналогичность IP-адресов).  

Анализируя перечисления денежных средств со счета должника в адрес кредитора и наоборот, судебной коллегией установлено, что между кредитором и должником имели место нетипичные перемещения денежных средств, что не характерно для независимых участников гражданского оборота, а скорее такое свободное перемещение средств подходит для внутригруппового перераспределения денежных потоков, контролируемых из единого центра принятия решений.  

Так, был совершен ряд перечислений по "займам". В том случае, если для реализации тех или иных бизнес-проектов необходимо было получить финансирование, должник должен был знать примерную стоимость необходимого кредита, сообразно с которым и обращался бы за получением финансирования. Однако, постоянное получение займов у одного и того же лица по различным договорам займа кажется нетипичным поведением участников оборота. Имела место постоянная выдача займов в рамках одного и того же договора. Как видно из представленных конкурсным управляющим таблиц, по отдельным договорам складывалась ситуация, когда денежные средства выдавались займодавцев, затем происходил полный, или частичный возврат, возврат в большей сумме, затем опять выдавался заем по такому же договору.  

Сторонами была избрана максимально нетипичная и недоступная для внешних кредиторов модель взаимофинансирования. Так, с 2022 года ни должник, ни кредитор не обращались в суд за истребованием задолженности, несмотря на то, что по большинству договоров займа сальдо не равно 0, а имеет положительное и отрицательное значение в ту или иную сторону. По таким договорам займа кредитор не обратился и с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника.  

На основании изложенного судом первой инстанции сделан вывод о наличии фактической аффилированности сторон.  

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции не имеется. 

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что на дату совершения перечислений по предварительной оплате поставки у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в последующем включенные в реестр требований кредиторов должника, в том числе и по выплате заработной плате сотрудникам.  

Так, решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.06.2024 по делу № А19-30240/2023 установлена задолженность ООО «Спецстроймонтаж» по контракту с ООО «Транснефть-Восток», которая возникла с августа 2022 года по июнь 2023 года в размере 998 711,53 руб.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.06.2024 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника включены требования УФНС России по Республики Татарстан на сумму 5 687 664,60 руб.  

Согласно представленным уполномоченным органом в материалы дела документам следует, что по состоянию на 3 квартал 2022 года по различным видам обязательных платежей (отражено в «Справке об основаниях возникновения задолженности перед уполномоченным органом по состоянию на 03.04.2024») задолженность суммарно составляет 1 166 543,18 руб.; по состоянию на 4 квартал 2022 года (с учетом вышеуказанной суммы) - 1 203 656,71 руб.; по состоянию на 2 квартал 2023 года (с учетом вышеуказанных сумм) - 3 628 495,33 руб.; по состоянию на 3 квартал 2023 года - 4 562 607,18 руб.  

По состоянию на июнь 2024 года (начиная с августа 2023 года) задолженность перед работниками должника составила 2 612 872,12 руб.  

Также конкурсный управляющий ссылается на наличие задолженности в период совершения оспариваемых платежей перед другими кредиторами, в том числе перед ООО «Волготранс», ООО «Эффективные технологии», ИП ФИО10, ООО «Техническая подготовка строительства», ООО «Транснефть-Прикамье».  

Так, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.07.2023 по делу № А65-10388/2023 утверждено мировое соглашение, согласно которому должник обязался вернуть задолженность ООО «Волготранс» в размере 5 200 000 руб. Задолженность изначально возникла вследствие расторжения договора от 10.07.2021, окончательный размер и порядок погашения которого был установлен уже в момент утверждения мирового соглашения 06.07.2023.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.06.2024 по настоящему делу задолженность признана обоснованной и включена в реестр требований кредиторов должника.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.09.2023 по делу № А65-14769/2023 установлено, что перед ООО «Намус» обязательства по уплате задолженности по актам сверки сторон возникла к 01.01.2023 в размере 2 400 000 руб., в связи с чем суд взыскал с должника указанную основную сумму долга и проценты с неустойкой. В дальнейшем арбитражным судом апелляционной инстанции было прекращено производство по делу, утверждено мировое соглашение, которым указанная сумма задолженности осталась в качестве подлежащей уплате.  

Решением Арбитражного суда Самарской области от 31.10.2023 по делу № А55-16582/2023 установлено, что в феврале-марте 2023 года должник не исполнил обязательства по уплате оказанных ООО «Эффективные технологии» услуг на сумму 358 546,46 руб. Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда решение оставлено без изменения.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан по настоящему делу от 20.03.2024 установлено, что обязательства перед ООО «Камкомбанк» по договору овердрафта возникли в мае 2023 года.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.06.2024 по делу № А65-685/2024 установлено, что по состоянию на 18.08.2023 у должника имелась задолженность перед ИП ФИО10 в размере 102 214 руб. основного долга и неустойки (с учетом снижения судом по ст. 333 ГК РФ).  

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.06.2024 по делу № А19-30240/2023 установлена задолженность по контракту с ООО «Транснефть-Восток», которая возникла с августа 2022 года по июнь 2023 года в размере 998 711,53 руб.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2024 по настоящему делу признаны обоснованными требования АО «Альфа-Банк» в размере 850 000 руб. Согласно судебному акту задолженность возникла 06.04.2023, когда был заключен договор кредита, который не был возращен даже частично.  

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 08.12.2023 по делу № А43-3433/2023 установлена задолженность перед ООО «Техническая подготовка строительства» в сумме 250 000 руб. (помимо неустойки), которая образовалась по состоянию на 24.11.2022, что следует из подписанного сторонами акта от 24.11.2022 № 2342. В дальнейшем данное требование было включено в реестр требований кредиторов должника на основании определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.06.2024 по настоящему делу.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.06.2024 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника включены требования налогового органа на сумму 5 687 664,60 руб. Согласно представленным налоговым органам в материалы дела документам следует, что по состоянию на 3 квартал 2022 г. по различным видам обязательных платежей задолженность суммарно составляет 1 166 543,18 руб.; по состоянию на 4 квартал 2022 г. - 1 203 656,71 руб.; по состоянию на 2 квартал 2023 г. - 3 628 495,33 руб.; по состоянию на 3 квартал 2023 года - 4 562 607,18 руб.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.08.2024 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника включены требования ООО «Транснефть-Прикамье» на сумму 4 701 000,10 руб. Требования кредитора были основаны на решении Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.04.2024 по делу № А65-4067/2024, исходя из которого следует, что задолженность возникла в сентябре-октябре 2023 года.  

Конкурсный управляющий полагал, что моментом наступления объективного банкротства должника следует считать 30.09.2022 исходя из следующих обстоятельств.  

У должника отсутствовало имущество (объекты недвижимости, транспортные средства, объекты интеллектуальной собственности, маломерные суда, оружие и иные объекты гражданского оборота), что подтверждается сведениями из регистрирующих органов и не отрицается самим должником.  

По состоянию на 2022 год между должником и ПАО «Транснефть» в лице структурных подразделений начались сложности, выражающиеся в просрочках выполнения работ, выполнением должником несогласованных дополнительных работ, что подтверждено, в том числе, решением Арбитражного суда Иркутской области по делу № А19-29033/2023.  

В дальнейшем такая просрочка в исполнении обязательств, различные нарушения контракта привели к тому, что структурные подразделения ПАО «Транснефть» стали обращаться за исполнением по банковским гарантиям, что в дальнейшем стало основанием для заявления требований банками в рамках настоящего дела, например, рассматриваются требования ПАО «Сбербанк», заплатившего по трем банковским гарантиям, ранее в реестр был включен АО «Альфа-Банк», требования которого аналогичным образом основаны на платеже по банковской гарантии.  

Динамика возникших обязательств свидетельствует о том, что уже по состоянию на конец 3 квартала 2022 г. прослеживается последовательное непогашение задолженности.  

Так, задолженность по обязательным платежам уже составила 1 166 543,18 руб. 

Непоступление оплаты от заказчика в необходимом объеме, отсутствие собственного достаточного капитала в виде основных средств привело к такой ситуации, когда началась просрочка по всем контрактам.  

Поскольку перечисления денежных средств от кредитора осуществлялось в августе-сентября 2023 г., то такие перечисления носили характер компенсационного финансирования. Кредитор, действующий под влиянием общих с должником контролирующих лиц, намеревался восстановить имущественную состоятельность  

должника, несмотря на то, что кредитор осознавал факт имущественного кризиса, однако вопреки требованиям закона об опубликовании такого факта имущественной несостоятельности, избрал иную модель поведения.  

Анализ бухгалтерской документации должника показывает, что по состоянию на 2022 год чистая прибыль компании составила всего 1 240 000 руб., в 2023 году динамика ее падения продолжилась и составила – 1 127 000 руб.  

Направление денежных средств в виде предоплаты за поставку товара на нужды должника в связи с тем, что у должника не хватало собственных оборотных средств, указывает о наличии кризисной ситуации в обществе и необходимости ее преодоления за счет поступивших денежных средств.  

При этом ссылка кредитора на перечисления денежных средств, полученных кредитором в качестве кредита от ПАО «Сбербанк» на основании заявления о присоединении к общим условиям кредитования № 1686006301-23-3 не опровергает данное обстоятельство, а лишь указывает на получение денежных средств кредитором от банка.  

В назначении выдачи кредита указано на пополнение оборотных средств. 

Анализ выписки по счету позволяет придти к выводу о направлении поступивших от кредитора денежных средств должником на текущую деятельность, оплату задолженности, что подтверждает компенсационный характер предоставленного кредитором финансирования в состоянии имущественного кризиса.  

В обосновании представлены выписка по счету в ПАО «Сбербанк». 

Понижение очередности удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, допускается, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица (п. 4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020; далее - Обзор).  

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (п. 3 Обзора).  

Согласно абзацу первому пункта 3.4 Обзора от 29.01.2020 не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.  

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

При этом, суд указывает, что кредитор, требование которого признано подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, обладает процессуальными правами лица, участвующего в деле о банкротстве. Понижение очередности погашения требования лица, контролирующего должника, вызвано исключительно отнесением на него риска предоставления компенсационного финансирования.  

Однако, несмотря на более низкую вероятность получить реальное исполнение в процедуре банкротства, у данного лица сохраняется материальное требование к должнику, не являющееся корпоративным.  

Размер заявленной задолженности подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.  

При этом конкурсным управляющим и кредитором не доказано основание для отказа во включении требования кредитора в реестр.  

Факт перечисления денежных средств в заявленном размере 18 256 666,18 руб. на расчетный счет должника сторонами не оспаривается и подтверждается выпиской по счету должника.  

Доказательства возврата должником полученных денежных средств в материалы дела не представлено.  

Не доказаны обстоятельства, при которых не подлежит удовлетворению заявление о включении в реестр требования аффилированного с должником лица, основанное на исполнении им обязательства должника внешнему кредитору, если аффилированное лицо получило возмещение исполненного на основании соглашения с должником. Перенаправление денежных потоков внутри группы компаний не доказано.  

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для субординирования требований кредитора исходя из фактически установленных обстоятельств дела.  

Оснований для переоценки вывода суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется.  

Доводы апелляционной жалобы кредитора ООО «Спецстройэнергомонтаж» об отсутствии подлежат отклонению.  

Доводы конкурсного управляющего должником, которыми ставится под сомнение реальность правоотношений сторон по договору поставки № 20/ОТ/23 от 15.08.2023 по мотиву его мнимости, также подлежат отклонению, поскольку опровергаются материалами дела.  

 Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявители апелляционных жалоб приводят доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.  

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.  

Несогласие заявителей апелляционных жалоб с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.  

В силу ч. 1 ст. 110 АПК РФ расходы по оплате госпошлины по апелляционной жалобе конкурсного управляющего ООО «Спецстроймонтаж» ФИО2 относятся на заявителя, и подлежат взысканию в доход федерального бюджета, поскольку определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2025 заявителю была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины в сумме 30 000 руб. до рассмотрения апелляционной жалобы.  

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.06.2025 по делу № А65-37480/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Взыскать с ООО «Спецстроймонтаж» в доход федерального бюджета 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий О.А. Бессмертная  

Судьи А.И. Александров  

 Е.А. Серова