ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

05.07.2021                                                                                      Дело № А40-48443/16

 

Резолютивная часть постановления оглашена 28 июня 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 5 июля 2021 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Каменецкого Д.В., Михайловой Л.В.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 08.11.2019;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Природа-сервис» – ФИО3 по доверенности от 15.01.2021;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2020, 

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021

о привлечении ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Природа-сервис»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 07.04.2017 общество с ограниченной ответственностью «Природа-сервис» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которое обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021, было удовлетворено в части, ФИО4 и ФИО1 были привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с ФИО4 в конкурсную массу должника были взысканы денежные средства в размере 52 949 837,45 руб., из которых денежные средства в размере 4 602 000 руб. с ФИО4 и ФИО1 солидарно.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель конкурсного управляющего должника просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Судебная коллегия полагает необходимым отметит, что в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 судебные акты не обжалуются, как следствие, правовые основания для их проверки в указанной части у суда округа отсутствуют.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим.

В соответствии с этим правилом, контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Судами отмечено, что ФИО1 являлся главным бухгалтером должника в период с 01.09.2011 по 25.12.2015.

Судами также установлено, что в апреле 2016 года между должником (цедентом) и обществом с ограниченной ответственностью «ЭКОС» (цессионарием) был заключен ряд договоров уступки прав (цессии), по условиям которых к цессионарию перешли права требования должника о взыскании денежных средств с общества с ограниченной ответственностью «ФПК Сатори».

Вместе с тем, 11.04.2016 между должником в лице ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «ЭКОС» был заключен акт зачета взаимных требований от 11.04.2016, который в последующем определением арбитражного суда города Москвы от 28.06.2018 был признан недействительной сделкой.

На момент совершения указанной сделки 100 % уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «ЭКОС» принадлежало непосредственно ФИО1, который также являлся  и генеральным директором этого юридического лица.

Как следствие, констатировали суды, ФИО1 получил имущество должника (имущественные требования к третьему лицу ООО «ФПК Сатори») без какого-либо встречного исполнения.

На момент заключения акта зачета в производстве арбитражных судов в открытом доступе находилась информация о пяти судебных производствах, где должник выступал в качестве ответчика.

На сайте Федеральной службы судебных приставов имелись сведения о возбужденных исполнительных производствах в отношении должника.

Кроме того, на момент заключения спорного акта зачета уже было принято к производству заявление о признание должника банкротом (08.04.2016).

Судами также отмечено, что при рассмотрении дела № А40-278455/18 судом была назначена судебная экспертиза для определения рыночной стоимости уступленных прав требований, которые якобы были оплачены посредством заключения признанного недействительным акта зачета от 11.04.2016.

Согласно заключению эксперта, рыночная стоимость уступленных прав требований составляет 4 602 000 руб.

Наличие указанных выше обстоятельств является основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности как применительно к положениям Главы III.2 Закона о банкротстве, так и применительно к положениям статье 10 Закона о банкротстве.

В этой связи, к правоотношениям сторон подлежат применению как нормы Главы III.2 Закона о банкротстве (в части действий (бездействия), совершенных (допущенных) после 30.07.2017), так и нормы статьи 10 Закона о банкротстве (в части действий (бездействия), совершенных (допущенных) в период по 30.07.2017).

Судами также отмечено, что в соответствии с частью 3 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», главный бухгалтер ведет бухгалтерский учет экономического субъекта.

Согласно статьи 3 указанного Федерального закона, бухгалтерская (финансовая) отчетность - информация о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, систематизированная в соответствии с требованиями, установленными названным Федеральным законом.

Между тем, как указали суды, задолженность общества с ограниченной ответственностью «ЭКОС» и его права требования не указаны в бухгалтерских документах должника – оборотно-сальдовой ведомости.

При этом, требования остальных кредиторов в ведомости указаны полностью и верно.

Пунктом 23 постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом, следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Однако, и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно пункту 56 постановления от 21.12.2017 № 53, по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что ФИО1 на дату совершения спорных сделок не являлся контролирующим должника лицом, не знал о невозможности исполнения должником своих обязательств перед другими кредиторами, судебной коллегией отклоняется.

Как установлено судами в рамках иного обособленного спора, с выводами которых согласился суд округа в постановлении от 22.01.2019 по настоящему делу, ФИО1 обладал правом второй подписи по счету должника до признания должника банкротом, что подтверждается карточкой с образцами подписей и оттиска печати (получена в ноябре 2016 года в процедуре наблюдения).

Таким образом, ФИО1 не мог не знать о финансовых операциях и движении денежных средств на счете должника.

При указанных обстоятельствах, согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве, ФИО1 правомерно был квалифицирован судами как заинтересованное лицо по отношению к должнику, а также обоснованно указано на осведомленность общества с ограниченной ответственностью «ЭКОС» о наличии признаков неплатежеспособности должника (постановление Арбитражного суда Московского округа от 22.01.2019 по настоящему делу).

Таким образом, доводы кассатора об обратном направлены на преодоление вступившего в законную силу судебного акта, что не допускается в силу положений статей 16 и  69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021 по делу № А40-48443/16 в обжалуемой части – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                             Д.В. Каменецкий

 

                                                                                                          Л.В. Михайлова