ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-16281/2019

Дело № А40-262663/18

г. Москва

22 мая 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2019 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 22 мая 2019 года 

Девятый арбитражный апелляционный  суд в составе:

председательствующего судьи Проценко А.И.,

судей Алексеевой Е.Б., Валюшкиной В.В.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «МоренаСтрой» на решение Арбитражного суда г. Москвы от 12.02.2019 по делу № А40-262663/18, принятое судьей Чебурашкиной Н.П., по иску ООО «МоренаСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к АО «ВТБ Лизинг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами,

при участии в судебном заседании представителей: от истца: ФИО2, ФИО3 по доверенности от 17.12.2018; 

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 06.12.2018;

УСТАНОВИЛ:

ООО «МоренаСтрой» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы к АО «ВТБ Лизинг» с требованием о взыскании неосновательного обогащения в размере 677 138 руб. 18 коп. на основании расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга АЛ 63195/05-17 от 19.09.2017, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 14 021 руб. 89 коп. за период с 01.09.2018 по 02.11.2018 с последующим начислением с 03.11.2018 по дату фактического исполнения решения (с учетом уменьшения размера исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12 февраля 2019 года исковые требования удовлетворены частично.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, указывая на то, суд неправомерно включил в расчет сальдо встречных обязательств упущенную выгоду лизингодателя в виде неполученной платы за финансирования до конца срока договора, также судом ошибочно определен общий срок по договору лизинга в 1091 день, вместо 1107 дня, для целей расчета сальдо, кроме того, судом нарушены нормы процессуального права.

Представитель истца в судебном заседании доводы, изложенные в апелляционной жалобе поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика в судебном заседании против жалобы возражал, направил отзыв на жалобу.

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело по правилам статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы жалобы, исследовав и оценив представленные доказательства, не находит оснований для отмены или изменения решения Арбитражного суда города Москвы от 12 февраля 2019 года, на основании следующего.

Как следует из материалов дела, между АО «ВТБ Лизинг» (лизингодатель) и ООО «МоренаСтрой» (лизингополучатель) заключен договор лизинга № АЛ 63195/05-17 от 19.09.2017, в соответствии с которым лизингодатель приобрел и передал во временное владение и пользование лизингополучателю легковое транспортное средство INFINITI QX80, 2016г.в., идентификационный номер машины JN1JANZ62U0065074, стоимостью 4 240 000 руб.

Договор лизинга заключен в соответствии с Правилами лизинга автотранспортных средств, утв. АО «ВТБ Лизинг» 30.03.2017 и является договором присоединения в соответствии со ст. 428 ГК РФ и п. 1.1 договора лизинга.

Общая сумма договора лизинга составляла 5 215 628 руб. 05 коп., где авансовый платеж составил 1 696 000 руб.

Судом установлено, что 10.05.2018 АО «ВТБ Лизинг» уведомило ООО «МоренаСтрой» о расторжении договора лизинга, ввиду нарушения графика платежей со стороны ООО «МоренаСтрой» (уведомление № АЛ/24724).

Исходя из акта изъятия от 31.05.2018, предмет лизинга был изъят у ООО «МоренаСтрой» лизингодателем.

В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ № 17 от 14 марта 2014 г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя – в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Расторжение договора выкупного лизинга, в т.ч. по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. 

Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в

 процентах годовых, на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: 

ПФ — плата за финансирование (в процентах годовых);

П — общий размер платежей по договору лизинга;

А — сумма аванса по договору лизинга;

Ф — размер финансирования;

С/дн — срок договора лизинга в днях.

Проанализировав представленный истцом расчет сальдо встречных обязательств, суд первой инстанции пришел к следующему.

Общий размер платежей по договору лизинга составляет 5 215 628 руб. 05 коп.

Сумма аванса составляет 1 696 000 руб.

Закупочная цена предмета лизинга составляет 4 240 000 руб.

Размер финансирования составляет 2 544 000 руб.

Дата заключения договора 19.09.2017, дата окончания договора лизинга 30.09.2020.

Срок договора лизинга составляет 1107 дней.

Плата за финансирование составляет 12,64% годовых.

Дата возврата финансирования 30.08.2018.

Фактический срок финансирования составляет 346 дней.

Плата за фактический срок пользования финансированием составляет 304 938 руб. 85

коп.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей по договору лизинга составляет 1 997 596 руб. 69 коп.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей (без учета аванса) составляет 301 596 руб. 69 коп.

Стоимость предмета лизинга составляет 3 370 000 руб.

Договорная неустойка составляет 137 419 руб. 66 коп.

Расходы лизингодателя на хранение составляют 8 080 руб.

Полученные лизингодателем суммы по договору лизинга (внесенные лизингополучателем денежные средства (без аванса) + стоимость возвращенного предмета лизинга) составляют 3 671 596 руб. 69 коп.

Лизингодатель должен получить по договору лизинга (размер финансирования + плата за финансирование + плата за финансирование + договорная неустойка + расходы лизингодателя на хранение) 2 994 458 руб. 51 коп.

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 677 138 руб. 18 коп. и является неосновательным обогащением АО ВТБ Лизинг.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что расчет истца является арифметически неверным и не соответствует методике расчета, изложенной в постановлении Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014, поскольку истцом в расчете сальдо встречных обязательств неверно рассчитан фактический срок финансирования, не учтены убытки лизингодателя в виде упущенной выгоды.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что у сторон имеются разногласия, в части включения в расчёт сальдо встречных обязательств упущенной выгоды.

В соответствии с п. 9.7.2. Договора лизинга убытками Лизингодателя признаются расходы Лизингодателя по изъятию и продаже Предмета лизинга, расходы по проведению оценки Предмета лизинга, расходы по хранению Предмета лизинга, расходы на транспортировку Предмета лизинга к месту хранения, расходы на услуги служб эвакуации, расходы на ремонт Предмета лизинга, расходы по страхованию предмета лизинга и иные расходы, возникшие у Лизингодателя в связи с односторонним внесудебным отказом Лизингодателя от исполнения Договора лизинга по основаниям, предусмотренным п. 14.4 Правил лизинга автотранспортных средств (реальный ущерб), а также плата за финансирование, рассчитанная со дня, следующего за днем возврата финансирования до дня окончания Договора лизинга, определенного в соответствии с п. 3.1. Правил лизинга автотранспортных средств (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Суд первой инстанции также верно сослался на разъяснения, содержащиеся в п. 2 Постановления от 14.03.2014 № 17, по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

Расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ). В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

При необходимости соотнесения взаимных предоставлений сторон по договору (сальдо встречных обязательств) и определения завершающей обязанности АО ВТБ Лизинг и ООО «МоренаСтрой» в пункте 9.7 договора лизинга согласованы следующие условия: Стоимость изъятого/возвращенного предмета лизинга определяется исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга. При этом стороны признают, что разумным и необходимым для продажи предмета лизинга является срок 12 месяцев с даты получения (возврата/изъятия) предмета лизинга лизингодателем. В случае, если к моменту определения завершающей обязанности сторон по договору, предмет лизинга не будет продан, стоимость возвращенного/изъятого предмета лизинга определяется на основании отчета оценщика, выбранного лизингодателем, с учетом недостатков, указанных в акте возврата предмета лизинга/ акте изъятия и предмета лизинга /акте осмотра предмета лизинга.

Лизингодатель и лизингополучатель признают, что при определении завершающей обязанности сторон по договору, на стороне имущественного интереса лизингодателя учитывается сумма предоставленного лизингополучателю финансирования, плата за финансирование до дня возврата финансирования (включительно), а также убытки лизингодателя, санкции, установленные законом или договором/Правилами лизинга автотранспортных средств.

Днем возврата финансирования является день поступления на расчетных счет лизингодателя в полном объеме денежных средств от продажи изъятого/возвращенного предмета лизинга.

Убытками лизингодателя признаются расходы лизингодателя по изъятию и продаже предмета лизинга, расходы по проведению оценки предмета лизинга, расходы по хранению предмета лизинга, расходы на транспортировку предмета лизинга к месту хранения, расходы на услуги служб эвакуации, расходы на ремонт предмета лизинга, расходы по страхованию предмета лизинга и иные расходы, возникшие у лизингодателя в связи с односторонним внесудебным отказом лизингодателя от исполнения договора по основаниям, предусмотренным п. 14.4 Правил лизинга автотранспортных средств (реальный ущерб), а также плата за финансирование, рассчитанная со дня, следующего за днем возврата финансирования до дня окончания срока лизинга, определенного в соответствии с п.3.1. Правил лизинга автотранспортных средств (упущенная выгода).

При рассмотрении дела, АО ВТБ Лизинг также представило контррасчет сальдо встречных обязательств, из которого следует, что стоимость по договору лизинга (лизинговые платежи + аванс + выкупная стоимость) составляет 5 215 628,05 руб.

Стоимость по договору купли-продажи составляет 4 240 000 руб.

Размер аванса составляет 1 696 000 руб.

Срок договора лизинга составляет 1 091 день (с 06.10.2017 по 30.09.2020).

Размер финансирования составляет 2 544 000 руб.

Плата за финансирование составляет 12,83% годовых.

Плата за финансирование за срок лизинга по договору составляет 975 628,05 руб.

Период использования финансирования фактический составляет 346 дней (с 19.09.2017 по 30.08.2018).

Плата за финансирование фактическая составляет 309 410,91 руб.

Задолженность по неустойке по договору (пени, штрафы) составляет 137 419,66 руб.

Упущенная выгода по договору составляет 666 217,14 руб.

Не возмещенные расходы на страхование предмета лизинга/уплату штрафов составляют 0,00 руб.

Дополнительные прямые расходы (транспортировка/хранение изъятого имущества) составляет 80 80 руб.

Оплачено по договору лизинговых платежей (без аванса) 301 596,69 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 3 370 000 руб.

Таким образом, финансовый результат сделки, по расчетам произведенным судом, составляет 6 468 руб. 98 коп. и является неосновательным обогащением на стороне АО ВТБ Лизинг.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

При этом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что ответчиком правомерно в расчет сальдо встречных обязательств включена упущенная выгода лизингодателя, поскольку в соответствии с п. 3.1. постановления Пленума ВАС РФ, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В случае надлежащего исполнения сторонами условий договоров лизинга (при обычных условиях гражданского оборота), АО ВТБ Лизинг рассчитывало получить плату за финансирование по договору в полном объеме. Учитывая нарушения договора лизинга со стороны ООО «МоренаСтрой», АО ВТБ Лизинг не получило плату за финансирование, в том числе за период с даты возврата финансирования до даты окончания срока лизинга (упущенная выгода).

Согласно п. 11 и 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», лизингодатель вправе претендовать на разницу в текущей стоимости услуг и стоимости услуг, предусмотренной договором.

Размер неполученных доходов лизингодателя составляет 666 217 руб. 14 коп., исходя из того, что за весь срок действия договора лизинга лизингодатель вправе получить по договору лизинга плату за финансирование в размере 975 628 руб. 05 коп.

При фактическом использовании лизингополучателем суммы финансирования в течение 346 дней, лизингодатель фактически получил плату за финансирование в размере 309 410 руб. 91 коп.

Разница между суммой, на которую вправе претендовать ответчик, и суммой, фактически полученной от лизингополучателя, составляет 666 217 руб. 14 коп. и является неполученным доходом лизингодателя.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств», риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств, лизингополучатель не может извлекать выгоду при определении сальдо.

На основании изложенного, учитывая, что п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" предусмотрено включение суммы убытков по ст. 15 ГК РФ в виде неполученных доходов, ответчик правомерно включил сумму неполученных доходов при расчете сальдо встречных обязательств, расчет которых соответствует сложившейся практики их определения.

Кроме того, исключение суммы неполученного дохода из расчета сальдо встречных обязательств лишает лизингодателя права на самостоятельное предъявление исковых требований по взысканию сумму неполученного дохода в соответствии со ст. 15 ГК РФ, поскольку данным решением определяется завершающая обязанность сторон по договорам лизинга, в связи с чем, прекращаются все обязательства сторон, что ставит лизингодателя в неравное положение, как участника гражданских правоотношений, и нарушает основы действующего гражданского законодательства.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции указал, что расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно правилам, установленным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", кроме того, истцом не представлены доказательства того, что при соблюдении требований п. 9.7.2 договора размер убытка превышает сумму фактически понесенных ответчиком убытков в связи с досрочным расторжением договора лизинга по вине истца.

Судом первой инстанции, с учетом предоставленных с каждой стороны доказательств, определил финансовый результат исполнения договора, который составляет неосновательное обогащение на стороне лизингодателя в размере 6 468,98 руб.

Также, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, требования о взыскании неосновательного обогащения, и суд, исходя из положений ст. 395 ГК РФ, обоснованно удовлетворил требование о взыскании с ответчика процентов, при этом учитывая, что сумма неосновательного обогащения, подлежащая взысканию, составила 6 468,98 руб., сумма процентов за пользование чужими денежными средствами составляет 215 руб.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев дело повторно,  проверив правильность выводов суда первой инстанции и обоснованность доводов апелляционной жалобы, полагает, что она не подлежит удовлетворению, а решение арбитражного суда отмене, по следующим основаниям.

Довод заявителя жалобы, о неправомерном включении в расчет сальдо ответчика  упущенной   выгоды, отклоняется судом апелляционной инстанции на основании следующего.

В соответствии с п. 9.7.2 Договора лизинга при определении завершающей обязанности по Договору на стороне имущественного интереса Лизингодателя учитываются убытки, в которые помимо расходов, понесенных Лизингодателем, включается плата за финансирование, рассчитанная со дня, следующего за днем возврата финансирования до дня окончания срока лизинга, определенного в соответствии с п. 3.1 Правил лизинга (упущенная выгода).

Разница между суммой, на которую вправе претендовать ответчик, и суммой, фактически полученной от лизингополучателя, составляет 666 217,14 руб. и является неполученным доходом лизингодателя, который в соответствии с п. 9.7.2 Договора лизинга должен включаться в расчет завершающей обязанности как убыток на стороне лизингодателя.

При этом положения п. 9.7.2 Договора лизинга истцом не оспаривались, судом недействительными либо содержащими обременительные условия не признавались.

По смыслу п. 2 ст. 253 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора. Вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения, сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон,

В соответствии со ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (ч. 4 ст. 421 ГК РФ).

Федеральный закон от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», глава 34 ГК РФ, регулирующие финансовую аренду (лизинг), не содержат норм императивного регулирования отношений сторон после расторжения договора лизинга.

Принцип свободы договора применяется к Договору лизинга, заключенному между сторонами наряду с иными видами договорных соглашений.

Таким образом, отсутствуют основания для неприменения п. 9.7.2 Договора лизинга при расчете завершающей обязанности сторон по Договору лизинга.

Поскольку АО ВТБ Лизинг не получило по данной сделке то, на что рассчитывало в связи с неисполнением Лизингополучателем условий Договора лизинга. АО ВТБ Лизинг было поставлено в худшее положение, чем в случае, если бы Лизингополучатель надлежащим образом исполнял свои обязательства по Договору лизинга, то в данном случае правила ст. 15 Гражданского кодекса РФ о пределах возмещения убытков и ст. 1102 Гражданского кодекса РФ о недопустимости неосновательного обогащения не были нарушены и оснований для взыскания с Лизингодателя (ответчика) денежных средств в сумме, заявленной истцом не имеется.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 20.07.2011 № 20-П, лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности.

Имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств. Если лизингополучатель не выплатил лизингодателю все лизинговые платежи, имущественный интерес лизингодателя в размещении денежных средств нельзя признать удовлетворенным.

При возврате предмета лизинга Лизингодателю при расторжении договора лизинга и последующей его реализации Лизингодатель возмещает исключительно свои затраты, понесенные им при приобретении транспортного средства для Лизингополучателя. Кроме того, часть выплаченных Лизингополучателем платежей не покрывает финансовый интерес лизингодателя в получении прибыли от инвестиционной деятельности.

Расторжение договора произошло вследствие неисполнения Лизингополучателем своих обязательств по Договору лизинга.

В соответствии с п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 ГК РФ. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом - п. 2 ст. 393 ГК РФ.

Согласно п. 11, п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», лизингодатель вправе претендовать на разницу в текущей стоимости услуг и стоимости услуг, предусмотренной договором.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В п. 3.1. ПП ВС РФ предусмотрено, что расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесение платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также предусмотренных законом или договором санкций,

Согласно п. 3.6. Постановления убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

Таким образом, запрета на включение в расчет упущенной выгоды как действующее законодательство, так и Постановление не содержат.

Включение упущенной выгоды ответчика в расчет сальдо не противоречит условиям договора лизинга и согласуется с нормами ст.ст. 15, 393 ГК РФ.

Заявитель жалобы ссылается на то, что судом первой инстанции расчет убытков был произведен без учета ст. 393.1 ГК РФ. Тем не менее, истцом не представлены доказательства заключения ответчиком аналогичных договоров, которыми могут признаваться, исходя из природы лизинговых отношений, договоры лизинга.

Указанная позиция подтверждается судебной практикой, а именно Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 07.11.2018 по делу № А40-20198/18.

Как указывает Арбитражный суд Московского округа по аналогичному спору в Постановлении от 07.11.2018 по делу № А40-20198/18 «...суды, указывая на то, что включение упущенной выгоды ответчика в расчет сальдо не противоречит условиям договора лизинга и согласуется с нормами статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации исходили из разъяснений, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», согласно которым, по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии». 

При этом определением Верховного суда РФ № 305-ЭС18-26399 от 15.02.2019 данные выводы суда кассационной инстанции были признаны обоснованными, в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ было отказано.

Отклоняется также вывод заявителя, о том, что суд первой инстанции неверно определил общий срок по договору лизинга в 1091 день.

В соответствии с п. 4.1. Договора лизинга и п. 3.1. Правил, предмет лизинга передается Лизингополучателю в лизинг на срок, указанный в Договоре лизинга. 

Исчисление срока лизинга начинается со дня передачи Предмета лизинга во владение и пользование Лизингополучателю по Договору лизинга. Датой окончания срока лизинга считается последнее число календарного месяца последнего Лизингового платежа согласно Графику лизинговых платежей по Договору лизинга.

Таким образом, исчисление срока лизинга начинается с даты Акта приема-передачи Предмета лизинга в лизинг, т.е. с 06.10.2017 и заканчивается 30.09.2020 согласно Графику платежей, а всего составляет 1091 день.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, завершающая обязанность сторон по Договору лизинга № АЛ 63195/05-17 от 19.09.2017 составляет  неосновательное обогащение на стороне лизингодателя в размере 6 468,98 руб.

В обосновании своих возражений истцом не представлено каких-либо доказательств, которые могли послужить основанием для вынесения иного решения по делу.

Разрешая спор, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено. 

Расходы по государственной пошлине в размере 3 000 рублей относятся на заявителя апелляционной жалобы согласно ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 176, 266-268, пунктом 1 статьи 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 12 февраля 2019 года по делу № А40-262663/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ООО «МоренаСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 (три тысячи) руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья                                                                    А.И. Проценко  

 

Судьи:                                                                                                            Е.Б. Алексеева  

                                                                                                            В.В. Валюшкина