АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, д. 32

http://krasnodar.arbitr.ru

_______________________________________________________________________

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

Дело № А32-31266/2021

г. Краснодар                                     «16» марта 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 09.03.2022. 

Полный текст решения объявлен 16.03.2022.

Арбитражный суд Краснодарского края

в составе: судьи Петруниной Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Савченко О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО Фирма «Здоровье» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Москва к ООО «Агроберес» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Белореченск, Краснодарского края об обязании прекратить использование товарного знака, взыскании компенсации

при участии:

стороны не явились

установил:

ООО Фирма «Здоровье», г. Москва обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ООО «Агроберес», г. Белореченск, Краснодарского края и просит:

- обязать ООО «Агроберес» прекратить использование товарного знака истца «Сладкий сон» в отношении товара чайный напиток, производства ООО «Агроберес», маркированный товарным знаком «Сладкий сон», а также обязать ответчика изъять из оборота и уничтожить за свой счет товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещен товарный знак истца;

- взыскать компенсацию за незаконное использование товарного знака истца «Сладкий сон» с ООО «Агроберес» в размере 5000000 руб.

От истца поступила письменная позиция относительно снижения размера компенсации.

Иных дополнительных документов и ходатайств стороны не направили.

Спор рассматривался судом по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие сторон по имеющимся материалам дела. Аудиозапись судебного заседания не велась.

Как следует из материалов дела, ООО Фирма «Здоровье» является обладателем исключительных прав на товарный знак «Сладкий сон», зарегистрированный в государственном реестре товарных знаков с датой приоритета товарного знака от 24.10.2003, что подтверждается свидетельством на товарный знак от 26.10.2004 № 277147.

Истец указывает, что ООО «Агроберес» использует товарный знак истца путем производства, предложения к продаже, рекламой, в том числе в сети интернет. На упаковке с травяным сбором (чайным напитком) ответчик размещает словесное обозначение «Сладкий сон», идентичное товарному знаку, принадлежащему ООО Фирма «Здоровье».

В обоснование указанного истец ссылается на кассовый чек от 29.04.2021, распечатку с сайта primplod.com, принадлежащего ООО «Агроберес», с сайта wildberries.ru, рекламу в интернете.

В порядке досудебного урегулирования спора истец направил в адрес ответчика претензию с требованиями о прекращении дальнейшего производства, предложения к продаже, продажи товаров маркированных обозначением «Сладкий сон» в отношении травяных сборов, а также выплате компенсации.

Неисполнение данных требований послужило для ООО Фирма «Здоровье» основанием обращения с настоящим исковым заявлением в Арбитражный суд Краснодарского края.

Оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, ввиду нижеследующего.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 указанного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком. Аналогичная правовая позиция применима по делам, связанным защитой исключительного права на товарный знак.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1538 ГК РФ юридические лица, в частности, осуществляющие предпринимательскую деятельность, могут использовать для индивидуализации принадлежащих им торговых, промышленных и других предприятий (статья 132 ГК РФ) коммерческие обозначения, не являющиеся фирменными наименованиями и не подлежащие обязательному включению в учредительные документы и единый государственный реестр юридических лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1539 ГК РФ правообладателю принадлежит исключительное право использования коммерческого обозначения в качестве средства индивидуализации принадлежащего ему предприятия любым не противоречащим закону способом (исключительное право на коммерческое обозначение), в том числе путем указания коммерческого обозначения на вывесках, бланках, в счетах и на иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети «Интернет», если такое обозначение обладает достаточными различительными признаками и его употребление правообладателем для индивидуализации своего предприятия является известным в пределах определенной территории.

Таким образом, с учетом положений статьи 1225 ГК РФ товарный знак, фирменное наименование и коммерческое обозначение являются самостоятельными результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

Согласно пункту 6 статьи 1252 ГК РФ если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее.

Обладатель такого исключительного права может в порядке, установленном ГК РФ, требовать признания недействительным предоставления правовой охраны товарному знаку (знаку обслуживания) либо полного или частичного запрета на использование фирменного наименования или коммерческого обозначения.

Для целей названного пункта под частичным запретом на использование понимается в отношении фирменного наименования - запрет на его использование в определенных видах деятельности, в отношении коммерческого обозначения запрет его использования в пределах определенной территории и (или) в определенных видах деятельности.

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Угроза смешения зависит от сходства противопоставляемых товарного знака и спорного обозначения, а также оценки однородности обозначенных ими товаров и услуг.

Лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок (пункт 3 статьи 1515 ГК РФ).

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122).

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между использованным обозначением и товарным знаком следует исходить из Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482, а также Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам от 31.12.2009 № 197.

Согласно пункту 41 Правил № 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сходство обозначений для отдельных видов определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 Правил, согласно которым словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы, при этом сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам (учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях), а комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы, при этом при определении сходства комбинированных обозначений используются вышеуказанные признаки, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

В соответствии с пунктом 6.3.2 Методических рекомендаций № 197 при восприятии потребителем комбинированного обозначения, состоящего из изобразительного и словесного элементов, его внимание, как правило, акцентируется на словесном элементе.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, изложена правовая позиция, согласно которой при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в том числе, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

Как разъясняется в пункте 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 требование о пресечении действий, нарушающих право, может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. 

Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет») также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

Обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

При определении сходства комбинированных обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

Изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными обозначениями, с объемными обозначениями, с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

При оценке сходства необходимо учитывать всю совокупность элементов, образующих композицию, определяющую узнаваемость и запоминаемость товара/услуги.

При исследовании положения словесного и изобразительного элемента в комбинированном обозначении учитывается фактор визуального доминирования одного из элементов. Такое доминирование может быть вызвано как более крупными размерами элемента, так и его более удобным для восприятия расположением в композиции (например, элемент может занимать центральное место, с которого начинается осмотр обозначения). Изображение одного из элементов в цвете может способствовать доминированию этого элемента в композиции.

Как следует из материалов дела ООО «Агроберес» осуществляет производство чайных напитков в соответствии с разработанным обществом ТУ 9198-001-3659223-02.

Ассортимент чайных напитков включает в себя серии «Чайная империя», «Здоровье», «Иван-чай», «Травяные сборы».

Чайные напитки серии «Здоровье» включают в себя в том числе и чайный напиток «Сладкий сон».

Из материалов дела не усматривается, что наименование чайного напитка «Сладкий сон» тождественно и сходно до степени смешения с товарным знаком «Сладкий сон», принадлежащем истцу.

Товарный знак истца представляет собой словесное изображение, выполненное курсивом буквами русского алфавита с использованием заглавной буквы «С», слова выполнены тонкими буквами, имеющими мягкие контуры и завитки, расположены друг от друга на расстоянии.

Словесное изображение «Сладкий сон», нанесенное на реализованный ответчиком товар, выполнено линейно оригинальным шрифтом, все буквы в слове имеют одинаковый размер (прописные буквы не использованы). Буквы расположены плотно друг к другу, шрифт использован отличный от примененного в спорном товарном знаке.

Товар, реализуемый ответчиком, имеет крупный логотип компании «Агроберес», нанесенный на лицевую сторону упаковки поверх изображения чайника и чайных чашек, в то время как упаковка продукции истца имеет логотип Фирмы «Здоровье».

Таким образом, суд исходя из общего зрительного впечатления, вида использованного шрифта, графического написания с учетом характера букв, пришел к выводу об отсутствии графического (визуального) сходства изображения между товарным знаком истца и словесным обозначением, использованным ответчиком, а имеющее звуковое и смысловое сходство - совпадение отдельных словесных элементов, с учетом графических отличий не приводит к смешению нанесенных на товар ответчика изображений с товарным знаком истца с точки зрения потребителя (аналогичный правовой вывод изложен в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 28.03.2019 № С01-198/2019 по делу № А76-13948/2018).

Кроме того, суд отмечает следующее.

Ответчик является владельцем агрегатора информации о товарах, то есть не является лицом, продающим товар, а равно делающим покупателям предложения о заключении договора купли-продажи или размещающим их на сайте www.wildberries.ru, а только предоставляет продавцам возможность разместить предложение о продаже товаров на сайте www.wildberries.ru, а потребителю – возможность ознакомиться с предложением продавца о заключении договора купли-продажи товара, заключить с продавцом договор купли-продажи, а также произвести предварительную оплату указанного товара. 

Указанное подтверждается Правилами пользования торговой площадкой, размещенными в открытом доступе в сети Интернет по адресу https://www.wildberries.ru/services/pravila-polzovaniya-torgovoyploshchadkoy, с которыми потребитель знакомится при заказе товара. Информация о продавце конкретного товара отображается на странице товара, а также в чеке. 

Так, представленными истцом чеками по результатам контрольной закупки подтверждается, что продавцами спорных товаров выступали иные лица, а не ответчик

Отношения между продавцом и ответчиком регулируются офертой о реализации товара на сайте WILDBERRIES. Неотъемлемой частью Оферты в соответствии с п. 7.5. являются в том числе Правила использования Портала. 

Согласно пунктам 3.1, 3.2. Правил использования Портала продавец самостоятельно размещает информацию о товаре и фотографии товара на портале и несет ответственность перед третьими лицами за содержание размещаемой им на Портале информации, ее соответствие законодательству и соблюдение прав третьих лиц на интеллектуальную собственность при размещении информации и фотографий. 

Названные гарантии по своей правовой природе являются заверениями об обстоятельствах в смысле статьи 431.2 ГК РФ, поскольку направлены на описание качественных характеристик объектов правоотношений, а не на урегулирование обязательств, связанных непосредственно с оказанием услуг. 

При этом пункт 5 статьи 10 ГК РФ закрепляет презумпцию добросовестности участников гражданских правоотношений.

Соответственно, информация о продаже товаров размещается на сервисе третьими лицами - продавцами, а роль ответчика при таком размещении носит исключительно технический характер. 

Таким образом, ответчик не использовал указанное истцом обозначение в рассматриваемых предложениях о продаже товаров, размещенных на торговой площадке. В связи с этим подлежит отклонению заявленное истцом требование к ответчику как к лицу, нарушающему его исключительное право. 

Предъявление исковых требований к ненадлежащему ответчику является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований (Определение Верховного Суда РФ от 26.03.2020 № 308-ЭС20- 2750).

Предоставляя возможность размещения информации о товарах, ООО «Вайлдберриз» выступает в качестве информационного посредника по смыслу пунктов 1, 3 статьи 1253.1 ГК РФ. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1253.1 ГК РФ лицо, осуществляющее передачу материала в информационно-телекоммуникационной сети, в том числе в сети «Интернет», лицо, предоставляющее возможность размещения материала или информации, необходимой для его получения с использованием информационно-телекоммуникационной сети, лицо, предоставляющее возможность доступа к материалу в этой сети, - информационный посредник - несет ответственность за нарушение интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационной сети на общих основаниях, предусмотренных указанным Кодексом, при наличии вины с учетом особенностей, установленных пунктами 2 и 3 указанной статьи.

По смыслу пункта 3 статьи 1253.1 ГК РФ ответчик не может нести ответственность за нарушение, о наличии которого утверждает истец в своем заявлении, при одновременном выполнении следующих условий: 

- оно не знало и не должно было знать о том, что использование соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, содержащихся в таком материале, является неправомерным; 

- оно в случае получения в письменной форме заявления правообладателя о нарушении интеллектуальных прав с указанием страницы сайта и (или) сетевого адреса в сети «Интернет», на которых размещен такой материал, своевременно приняло необходимые и достаточные меры для прекращения нарушения интеллектуальных прав. 

Ответчик как лицо, полагавшееся на заверения об обстоятельствах, которые были даны продавцом при акцепте Оферты (пункт 3.1 Правил использования Портала), не знало и не должно было знать о том, что использование соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, содержащихся в таком материале, является неправомерным. Следовательно, ответчик, полагаясь на заверения об обстоятельствах со стороны своего контрагента и руководствуясь презумпцией добросовестности участников гражданского оборота, может считаться проявившим должную степень осмотрительности при выборе контрагента и заключении договора с ним.

В контексте применения положений статьи 1253.1 ГК РФ формулировка «не знал» означает, что у информационного посредника не было сведений о незаконном использовании объекта интеллектуальной собственности. При этом такие сведения должны быть достаточно детализированными и содержать указание как на конкретный охраняемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, так и на материал, размещение которого нарушает права на них, что следует из буквального толкования положений подп. 2 п. 3 ст. 1253.1 ГК РФ. Следовательно, сообщение общего характера, не позволяющее информационному посреднику идентифицировать факты конкретных нарушений, не может являться основанием для вывода о том, что такой посредник «знал» о нарушениях. 

Кроме того, суд отмечает, что с учетом фактически установленных обстоятельств со стороны истца в данном случае имеется злоупотребление правом.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Истец производит биологически активные добавки - «Фиточай «Сладкий сон».

Товарный знак № 277176 «Сладкий сон» зарегистрирован в отношении только части товаров 05 класса МКТУ, в число которых не входят биологически активные добавки.

Следовательно, правовая защита товарного знака не распространяется на биологически активные добавки - «Фиточай «Сладкий сон». 

Кроме того, продукция, производимая истцом и ответчиком, не может продаваться на одних и тех же торговых площадках.

Так, дистанционная продажа биологически активных добавок не допускается. Согласно пункту 7.4.1. СанПиН 2.3.2.1290-03, розничная торговля БАД осуществляется через аптечные учреждения, специализированные магазины по продаже диетических продуктов и продовольственные магазины.

В то же время на чайные напитки подобные ограничения не распространяются.

Таким образом, суд соглашается с доводами ответчика, что в данном случае истец злоупотребляет правом, заявляя о контрафактности производимой ответчиком продукции: стороны производят разный товар, реализуемый на разных торговых площадках; используемые наименования не являются идентичными.

При рассмотрении требования истца об изъятии товаров из оборота и их уничтожении суд отмечает следующее. 

В соответствии с пунктом 75 Постановления ВС РФ № 10 решение об изъятии из оборота и уничтожении на основании пункта 4 статьи 1252 ГК РФ принимается судом в случае, если установлено наличие у ответчика контрафактных материальных носителей. 

Следовательно, истец, предъявляя требование об изъятии и уничтожения контрафактной продукции, должен был представить суду идентифицирующие такой товар сведения (наименование товара / идентификатор партии товара, его место нахождения). 

Однако вопреки требованиям части 1 статьи 65 АПК РФ таких сведений в материалы дела не представлено. 

Более того, как усматривается из материалов дела, ответчик не является продавцом товара и не имеет права собственности на спорный товар – собственником является продавец (пункты 2.1, 2.6 Оферты), в связи с чем данное требование заявлено к ненадлежащему ответчику и удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 167 - 170 АПК РФ, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

В иске отказать.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его изготовления в полном объеме, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Ростов-на-Дону.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Краснодарского края.

Судья                                                                                                          Н.В. Петрунина