﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3915/19 

Екатеринбург

09 августа 2019 г.

Дело № А76-18213/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 августа 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Беляевой Н. Г.,

судей Тороповой М. В., Татариновой И. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Федерального казенного учреждения «Управление Федеральных дорог «Южный Урал» Федерального дорожного агентства» (далее - учреждение «УПРДОР «Южный Урал», истец) на решение Арбитражного суда Челябинской области от 29.11.2018 по делу № А76-18213/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

учреждения «УПРДОР «Южный Урал» - Рахимова Л.М. (доверенность от 01.02.2019 № 16), Ищенко С.И. (доверенность от 26.12.2018 № 105);

индивидуального предпринимателя Овчинникова Владимира Евгеньевича (далее - предприниматель Овчинников В.Е.) – Кулагин Д.И. (доверенность от 23.10.2014 № -4360).

Учреждение «УПРДОР «Южный Урал» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Челябинской и Курганской областях (далее – Территориальное управление Росимущества, ответчик), к предпринимателю Овчинникову В.Е. об истребовании из незаконного владения предпринимателя объекта - пост ГАИ на 1646 км автомобильной дороги М-5 «Урал» от Москвы через Рязань - Пензу - Самару - Уфу до Челябинска, на участке км 1548+651 - км 1871+037», кадастровый номер 74:10:0204001:447, право собственности на который зарегистрировано за предпринимателем Овчинниковым В.Е. на основании договора купли-продажи нежилого здания КПД без объявления цены, заключенного между ответчиками 10.01.2017 (с учетом уточнений заявленных требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Челябинской области (далее – Управление Росреестра).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 29.11.2018 (судья Катульская И.К.) в удовлетворении заявленных исковых требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2019 (судьи Тимохин О.Б., Ермолаева Л.П., Карпачева М.И.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе учреждение «УПРДОР «Южный Урал»,  ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Заявитель кассационной жалобы не согласен с выводами судов о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям, с учетом того, что право истца было нарушено в момент отчуждения спорного объекта в пользу предпринимателя Овчинникова В.Е. – 10.01.2017, при этом о нарушении своего права истцу не могло быть известно ранее апреля 2018 года из письма Территориального управления Росмущества от 20.04.2018 № 04573. Заявитель также отмечает, что вопреки выводам судов на момент регистрации права оперативного управления за истцом – 17.02.2015, учреждению не могло быть известно о последующем отчуждении спорного имущества. Учреждение «УПРДОР «Южный Урал» считает, что в Единый государственный реестр недвижимости (далее – ЕГРН) внесены сведения не о том объекте, который был на учете федерального имущества, кроме того, распоряжением от 25.06.2013 № 287-р путем внесения изменений, под видом здания КПД, находящегося в городской черте, учтен пост ГАИ, находящийся на автомобильной дороге, закрепленной за истцом. Заявитель утверждает, что материалы дела не содержат какого-либо согласования об отчуждении спорного объекта, находящегося в полосе отвода автомобильной дороги общего пользования федерального значения ни с учреждением «УПРДОР «Южный Урал», ни с Федеральным дорожным агентством, осуществляющим полномочия собственника в полосе отвода автомобильных дорог общего пользования федерального значения и объектов транспортной инфраструктуры. По мнению учреждения «УПРДОР «Южный Урал», посты ОВД не имеют самостоятельного функционального назначения, созданы исключительно в целях обслуживания автомобильной дороги, на которой они расположены, в связи с чем являются ее неотъемлемой частью и должны следовать судьбе этой автомобильной дороги. Заявитель также обращает внимание, что право на автомобильную дорогу, неотъемлемой частью которой является спорный объект, зарегистрировано за истцом, что свидетельствует о наличии зарегистрированного права за истцом и на спорный объект.

В соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в обжалуемой части исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, учреждение «УПРДОР «Южный Урал» является казенным учреждением, предназначенным для осуществления организации выполнения работ по строительству, реконструкции, капитальному ремонту, ремонту и содержанию автомобильных дорог общего пользования федерального значения и искусственных сооружений на них, закрепленных за учреждением на праве оперативного управления, расположенных на территории Челябинской и Курганской областей.

Учреждение наделено имуществом на праве оперативного управления, праве постоянного (бессрочного) пользования, находящимся в федеральной собственности. Полномочия собственника в отношении федерального имущества, закрепленного за учреждением на праве оперативного управления, праве постоянного (бессрочного) пользования, осуществляют Федеральное дорожное агентство и Федеральное агентство по управлению государственным имуществом в пределах компетенции, определенной нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из материалов дела также следует, что за учреждением «УПРДОР «Южный Урал» на праве оперативного управления закреплен объект недвижимого имущества с кадастровым номером 74:10:0000000:1891 - автомобильная дорога общего пользования федерального значения М-5 «Урал» Москва-Рязань-Пенза-Самара-Уфа-Челябинск, в границах Катав-Ивановского района, км 1606+724 - км 1609+480, км 1635+627 - км 1663+633, протяженностью 29 400 м, о чем в ЕГРН сделана запись регистрации от 17.02.2015 № 74-74/010-74/001/073/2015-53. Указанный объект является государственной собственностью Российской Федерации, о чем в ЕГРН сделана запись регистрации от 17.02.2015 № 74-74/010-74/001/073/2015-52.

Согласно кадастровому паспорту от 16.12.2014 № 7400/101/14-1001050 названное сооружение располагается, в том числе на земельном участке с кадастровым номером 74:10:0000000:0015, право собственности Российской Федерации на земельный участок зарегистрировано за Российской Федерацией, о чем в ЕГРН сделана запись регистрации от 13.01.2006 № 74-74-10/018/2005-312.

На основании распоряжения Территориального управления Росимущества от 01.12.2005 № 1947-р за учреждением «УПРДОР «Южный Урал» зарегистрировано право постоянного (бессрочного) пользования на земельный участок с кадастровым номером 74:10:0000000:0015, о чем в ЕГРН сделана запись регистрации от 14.03.2006 № 74-74-10/018/2005-178.

Согласно  пункту 2 распоряжения от 01.12.2005 № 1947-р на земельном участке с кадастровым номером 74:10:0000000:0015 расположено недвижимое имущество, которое закреплено на праве оперативного управления за истцом на основании распоряжения Челябинского областного комитета по управлению государственным имуществом от 16.04.2003 № 593.

Распоряжением Министерства имущественных отношений Российской Федерации от 30.01.2003 № 367-р «О внесении изменений и дополнений в распоряжение Министерства имущества России от 10.09.2002 № 3161-р автомобильная дорога М-5 «Урал» - от Москвы через Рязань, Пензу, Самару, Уфу до Челябинска закреплена на праве оперативного управления за учреждением «УПРДОР «Южный Урал».

Права истца относительно указанной федеральной автомобильной дороги подтверждаются также распоряжением Министерства транспорта Российской Федерации от 28.10.2002 № ИС965-р и распоряжением Территориального агентства Министерства имущественных отношений Российской Федерации  от 16.04.2003 № 593 (о передаче федеральной автомобильной дороги М-5 «Урал» на баланс учреждения на праве оперативного управления).

В соответствии с актом приема-передачи от 14.02.2003 № 21-ф государственное учреждение «Управление федеральными автомобильными дорогами на территории Челябинской области» от государственного учреждения «Управление автомобильной магистрали Самара-Уфа-Челябинск» приняло на баланс государственное имущество - Федеральная автомобильная дорога М-5 «Урал» от Москвы через Рязань - Пензу - Самару - Уфу до Челябинска, на участке км 1548+651 - км 1871+037, проходящем по территории Челябинской области (км 1548+651 - км 1609+845, км 1617+933 - км 1871+037), проходящем по территории Республики Башкортостан (км 1609+845 - км 1617+933).

Согласно перечню объектов недвижимого имущества Управления автомобильной магистрали Самара-Уфа-Челябинск (приложение № 2 к акту приема-передачи от 14.02.2003 № 21-ф) в состав передаваемого имущества входит Пост ГАИ на 1646 км автомобильной дороги.

Из письма Территориального управления Росимущества  от 20.04.2018 № 04573 учреждению «УПРДОР «Южный Урал» стало известно, что объект недвижимости - здание КПД, расположенное по адресу Челябинская область, район Катав-Ивановский, автодорога М-5 «Москва-Челябинск», на 1 км на север от нежилого здания по ул. Сахарова, д. 38, без объявления цены было отчуждено предпринимателю Овчинникову В.Е.

Учреждение «УПРДОР «Южный Урал», ссылаясь на то, что Территориальное управление Росимущества в отсутствие оснований осуществило отчуждение неотъемлемой части объекта недвижимого имущества - автомобильной дороги общего пользования федерального значения, владельцем которого является истец, обратилось в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции руководствовался положениями статей  216, 299, 301 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что пост ОВД, как и иные указанные в ГОСТе 32846-2014 объекты, является объектом недвижимости, с учетом признаков, предусмотренных статьей 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с учетом того, что в его состав входят специальные служебные помещения, между тем доказательств владения указанным объектом на каком-либо праве, а также доказательств регистрации права собственности на указанный объект недвижимости за истцом, учреждением не представлено. Судом первой инстанции также установлено, что объект недвижимости – здание КПД, двухэтажное, площадью 72, 7 кв.м. – является самостоятельным объектом, стоящим на кадастровом учете с присвоением кадастрового номера, сведения о котором внесены в ЕГРН, и права на который никогда не закреплялись за истцом на праве оперативного управления (хозяйственного ведения) либо ином праве. При рассмотрении настоящего спора, установив, что на объект недвижимости, которому присвоен кадастровый номер 74:10:0204001:447, между Территориальным управлением Росимущества (продавец) и предпринимателем Овчинниковым В.Е. (покупатель) заключен договор купли-продажи нежилого здания КПД без объявления цены от 10.01.2017, в соответствии с условиями которого предметом купли-продажи является недвижимое имущество - нежилое здание КПД, принадлежащее на праве собственности Российской Федерации, переход права собственности к предпринимателю Овчинникову В.Е. зарегистрирован в Управлении Росреестра, имущество, являющееся предметом договора купли-продажи от 10.01.2017, фактически передано предпринимателю Овчинникову В.Е. и его оплата произведена в полном объеме, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что предприниматель Овчинников В.Е. является добросовестным приобретателем спорного имущества, к нему перешли права на указанное в договорах купли-продажи имущество на законных основаниях, в связи с чем оснований для удовлетворения виндикационных требований учреждения не имеется. Помимо этого, учитывая заявление Территориального управления Росимущества об истечении срока исковой давности по заявленным требованиям и установив, что право истца обратиться в арбитражный суд в силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации с иском об истребовании из незаконного владения имущества возникло с момента, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, то есть со дня передачи ему спорного имущества - поста ГАИ, и не позднее регистрации за ним права оперативного управления на указанное имущество – 17.02.2015, в то время как исковое заявление подано в июне 2018 года, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что срок исковой давности по заявленным требованиям следует признать пропущенным, в том числе с учетом того, что в дело представлены доказательства, исключающие возможность фактического владения спорным имуществом истцом с 2013 года (регистрации права собственности Российской Федерации на здание КПД).

Суд апелляционной инстанции, поддерживая выводы суда первой инстанции, исходил из того, что предприниматель Овчинников В.Е. является добросовестным приобретателем спорного имущества, право собственности на которое перешло к нему на законных основаниях в силу заключенного договора купли-продажи; факт выбытия спорного имущества из владения истца помимо его воли является недоказанным, что наряду с наличием признаков добросовестного приобретения ответчиком спорного имущества исключает возможность удовлетворения иска. Отклоняя доводы истца о том, что пост ГАИ не мог быть передан предпринимателю, суд апелляционной инстанции указал,  что пост ОВД, как и иные указанные в ГОСТе объекты, отвечает понятию объекта недвижимости, по признакам, указанным в статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в его состав входят специальные служебные помещения, в то же время доказательств владения отвечающим вышеперечисленным признакам объектом, истцом в материалы дела не представлено. Кроме того, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации указал, что право истца обратиться в суд возникло со дня передачи ему спорного имущества - поста ГАИ, и не позднее регистрации за ним права оперативного управления на указанное имущество - 17.02.2015, в то время как исковое заявление подано в суд 07.06.2018, в связи с чем поддержал выводы суда о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

 Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для их отмены на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли требование удовлетворению.

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, а также мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

При рассмотрении иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения должны быть установлены следующие обстоятельства: наличие права собственности истца на истребуемое индивидуально-определенное имущество, нахождение имущества во владении ответчика, незаконность владения ответчиком названным имуществом, отсутствие между истцом и ответчиком отношений обязательственного характера по поводу истребуемой вещи.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пунктах 32, 34, 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – постановление Пленумов № 10/22), собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен. Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст. 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, использование данного способа защиты предполагает, что, обращаясь с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения, истец должен представить доказательства наличия у него права собственности на истребуемое имущество и нахождения его на момент рассмотрения спора во владении ответчика.

Права, предусмотренные статьями 301 - 304 настоящего Кодекса, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это лицо имеет право на защиту его владения также против собственника (статья 305 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении настоящего спора суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что пост ОВД (ГАИ), как и иные указанные в ГОСТе 32846-2014 объекты по смыслу положений статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с учетом того, что в его состав входят специальные служебные помещения, является самостоятельным объектом недвижимости, при этом доказательства владения указанным объектом на каком-либо праве, а также доказательств регистрации права собственности на указанный объект недвижимости за учреждением «УПРДОР «Южный Урал» в материалы дела не представлены. 

Помимо этого, судом первой инстанции указано на некорректность исковых требований в отношении спорного объекта – пост ГАИ, поскольку правопритязания истца фактически направлены на объект, имеющий кадастровый номер 74:10:02044001:447, расположенный по адресу Челябинская область, район Катав-Ивановский, автодорога М-5 «Москва-Челябинск» 1 км ч на север от нежилого здания по ул.Сахарова, 38, и имеющий наименование – нежилое здание - «здание КПД».

С учетом изложенного, установив, что спорный объект недвижимости здание КПД, двухэтажное, площадью 72,7 кв. м - является самостоятельным объектом, стоящим на кадастровом учете с присвоением кадастрового номера, сведения о котором внесены в ЕГРН, и права на который никогда не закреплялись за истцом на праве оперативного управления (хозяйственного ведения) либо ином праве, при этом указанное имущество являлось предметом договора купли-продажи от 10.01.2017, фактически передано предпринимателю Овчинникову В.Е. и его оплата произведена в полном объеме, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что предприниматель Овчинников В.Е. является добросовестным приобретателем спорного имущества, право собственности на которое перешло к нему на законных основаниях в силу заключенного договора купли-продажи, в то же время факт выбытия спорного имущества из владения истца помимо его воли, является недоказанным, что наряду с наличием признаков добросовестного приобретения ответчиком спорного имущества исключает возможность удовлетворения иска.

Между тем при рассмотрении настоящего спора, отклоняя доводы учреждения «УПРДОР «Южный Урал» и делая вывод о том, что пост ГАИ является самостоятельным объектом недвижимости, подпадающим под признаки, установленные статьей 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, судами первой и апелляционной инстанций не учтены характеристики, изложенные в Государственном стандарте 32846-2014, в системном толковании с положениями Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», более того, не выяснены обстоятельства наличия либо отсутствия самостоятельного функционального назначения указанного объекта, цели его создания и функционирования, в связи с чем не дано надлежащее обоснование возможности отнесения поста ГАИ к самостоятельным объектам недвижимости либо дорожным сооружениям, являющимся технологической частью автомобильной дороги; вопрос о наличии оснований для назначения судебной экспертизы в целях определения характеристик объекта судами также не рассматривался.

Кроме того, при исследовании обстоятельств настоящего спора судами первой и апелляционной инстанций не установлено, является ли пост ГАИ и здание КПД одним объектом либо разными объектами, расположенными на одном земельном участке в непосредственной близости друг от друга, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, из которых усматривается несовпадение первоначального расположения указанных объектов, а также последующее изменение адреса здания КПД, совпадающее с расположением поста ГАИ, помимо этого, судами не выяснено, в отношении какого из объектов внесены сведения в ЕГРН, с учетом того, что технические характеристики здания КПД и поста ГАИ совпадают.

Вышеуказанным обстоятельствам, а также соответствующим доводам лиц, участвующих в деле, надлежащая правовая оценка не дана, вопрос о возможности назначения по делу судебной экспертизы в целях установления идентичности указанных объектов и месторасположения спорного объекта судами первой и апелляционной инстанций на обсуждение сторон не ставился (статья 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из изложенного, при рассмотрении настоящего спора судами первой и апелляционной инстанций не выяснены обстоятельства правомерности реализации по договору купли-продажи от 10.01.2017 спорного объекта, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 74:10:0000000:0015, который может находиться в полосе отвода автомобильной дороги общего пользования федерального значения; вопросы соблюдения положений Федерального закона от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», приказа Минтранса России от 13.01.2010 № 4 «Об установлении и использовании придорожных полос автомобильных дорог федерального значения», приказа Министерства транспорта Российской Федерации от 13.01.2010 № 5 «Об установлении и использовании полос отвода автомобильных дорог федерального значения» и необходимого согласования передачи объекта с уполномоченными органами судами не рассматривались.

При исследовании обстоятельств настоящего спора судами установлено, что распоряжением Правительства Российской Федерации от 01.07.2013 № 1111-р  (в редакции распоряжения от 02.12.2015 № 2472-р) здание КПД было включено в прогнозный план (программу) приватизации федерального имущества на 2014-2016 годы, в последующем Территориальным управлением Росимущества в Челябинской области вынесено распоряжение от 21.11.2016 № 661-р об условиях приватизации нежилого здания КПД, расположенного по адресу: Челябинская область, Катав-Ивановский р-н, автодорога М-5 «Москва-Челябинск», 1 км на север от нежилого здания по ул. Сахарова, 38, вместе с тем  судами  не проверено, имелись ли условия для приватизации спорного объекта, в том числе поста ГАИ, включен ли такой объект в распоряжение от 21.11.2016 № 661-р об условиях приватизации.

Вопреки выводам судов первой и апелляционной инстанций из имеющихся в материалах дела доказательств невозможно установить, что здание поста ГАИ, являясь самостоятельным объектом недвижимости, использовалось в хозяйственной деятельности различных юридических лиц либо передавалось на праве аренды; соответствующие обстоятельства, представленные доказательства и доводы сторон надлежащую правовую оценку судов не получили.

Между тем установление всех вышеуказанных обстоятельств является существенным для рассматриваемого спора, поскольку позволит определить в отношении какого из объектов предъявлены виндикационные требования, выяснить условия приобретения спорного имущества и факт добросовестности его нахождения во владении ответчика, и соответственно прийти к правильному выводу о наличии либо отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Как следует из обжалуемых судебных актов, одним из оснований для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований об истребовании имущества из чужого незаконного владения являлся пропуск срока исковой давности, при этом судами, с учетом положений статей 196, 200, пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», установлено, что право истца обратиться в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями возникло с момента, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, то есть со дня передачи ему спорного имущества - поста ГАИ, и не позднее регистрации за ним права оперативного управления на указанное имущество – 17.02.2015, в то время как исковое заявление подано в июне 2018 года.

Между тем, делая вывод о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиями, судами первой и апелляционной инстанций не учтено следующее.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

На основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРН. При этом сама по себе запись в ЕГРН о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРН лицо знало или должно было знать о нарушении права. Поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 57 постановления Пленумов от 29.04.2010 № 10/22).

При рассмотрении настоящего спора, делая вывод о том, что право истца обратиться с заявленными требованиями возникло со дня передачи ему спорного имущества - поста ГАИ и не позднее регистрации за ним права оперативного управления на указанное имущество – 17.02.2015, судами первой и апелляционной инстанций не учтено, что на момент регистрации сведений о спорном объекте как о самостоятельном объекте недвижимости, а также регистрации права собственности Российской Федерации на указанное имущество (17.02.2015) права учреждения, как лица, осуществляющего полномочия собственника имущества, не могли быть нарушены, с учетом того, что спорное имущество было отчуждено по договору купли-продажи только 10.01.2017; какие-либо доказательства того, что на момент 17.02.2015 учреждению «УПРДОР «Южный Урал» было известно либо могло быть известно о нарушении своих прав и последующем отчуждении спорного имущества 10.01.2017, в материалы дела не представлены и судами не исследованы. 

Вместе с тем судами первой и апелляционной инстанций не дана надлежащая правовая оценка представленному в материалы дела письму Территориального управления Росимущества  от 20.04.2018 № 04573, из содержания которого усматривается уведомление истца об отчуждении спорного имущества.

Таким образом, судами первой и апелляционной инстанций надлежащим образом не исследованы обстоятельства, свидетельствующие о моменте, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права, представленным в материалы дела доказательствам не дана надлежащая правовая оценка, в то время как установление вышеуказанных обстоятельств является существенным для рассматриваемого спора, в том числе при определении факта пропуска срока исковой давности и наличия либо отсутствия оснований для  отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что судами первой и апелляционной инстанций не устранена неопределенность относительно спорного объекта заявленных исковых требований, условий приобретения права собственности на такой объект, а также не обоснован вывод относительно момента, с которого начинается течение срока исковой давности; имеющийся между сторонами спор фактически не разрешен, поскольку судами неправильно применены нормы материального права, которые привели к несоответствию выводов фактическим обстоятельствам дела.

Таким образом, принимая во внимание, что выводы судов, содержащиеся в решении и постановлении, основаны на неправильном применении норм материального права, а также не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам, решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежат отмене в соответствии с частями 1,  2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области (пункт 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При новом рассмотрении суду необходимо с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, и имеющихся в нем доказательств установить обстоятельства, имеющие значение для дела, в том числе определить спорный объект, в отношении которого предъявлены исковые требования, при этом в случае необходимости рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы, кроме того, установить условия и обстоятельства реализации спорного объекта в собственность, а также исследовать вопрос относительно течения срока исковой давности по заявленным требованиям, при этом дать надлежащую правовую оценку доводам истца и ответчиков, а также исследовать и дать оценку всем представленным в материалы дела доказательствам в их совокупности и рассмотреть дело в соответствии с требованиями действующего законодательства и сложившейся судебной практики.

Руководствуясь ст.ст. 286- 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 29.11.2018 по делу № А76-18213/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2019 по тому же делу отменить.

        Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий						Н.Г. Беляева 

Судьи						М.В. Торопова 

                                             					 И.А. Татаринова