ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А26-4715/2019

18 февраля 2025 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена   03 февраля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 февраля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Слоневской А.Ю.,

судей Будариной Е.В., Тойвонена И.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Беляевой Д.С.,

при участии:

от ПАО «Россети Северо-Запад»: ФИО1 по доверенности от 29.02.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-38603/2024) публичного акционерного общества «Россети Северо-Запад» на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 22.10.2024 по делу № А26-4715/2019, принятое по заявлениям конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Карелэнергоресурс», общества с ограниченной ответственностью «Терминал Юг», публичного акционерного общества «Россети Северо-Запад» 

к государственному унитарному предприятию Республики Карелия «КарелКоммунЭнерго» 

о признании сделок недействительными 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Карелэнергоресурс», 

третьи лица: Правительство Республики Карелия; акционерное общество «Корпорация развития Республики Карелия»; Республика Карелия в лице Министерства имущественных и земельных отношений Республики Карелия; Республика Карелия в лице Министерства строительства, жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Республики Карелия; Министерство экономического развития Республики Карелия,

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Республики Карелия находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Карелэнергоресурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 

<

...> (Октябрьский р-н), д. 67а, офис 10, далее - Общество).

Решением суда от 28.05.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №109 от 26.06.2021.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просит признать недействительными сделками договоры, заключенные между Обществом и государственном унитарным предприятием Республики Карелия «КарелКоммунЭнерго» (далее – Предприятие), на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения № 200901/КЭР от 01.09.2020, № 201001/КЭР от 01.10.2020, № 201101/КЭР от 01.11.2020,                        № 201201/КЭР от 01.12.2020, агентского договора № 96-12-АД-2019 от 04.12.2019 и уведомлений о зачете взаимных требований (№№ 34, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46 от 01.10.2020, № 72 от 13.12.2020), а также применить последствия недействительности сделки, обязать Предприятие возвратить денежные средства в конкурсную массу Общества в размере 178 849 248,94 руб.

ООО «Терминал Юг» обратилось в суд с заявлением, в котором просит признать недействительными сделками договоры, заключенные между Обществом и Предприятием, на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения № 191001/КЭР от 01.10.2019, № 191101/КЭР от 01.11.2019, № 191201/КЭР от 01.12.2019, № 200101/КЭР от 01.01.2020,                       № 200201/КЭР от 01.02.2020, № 200301/КЭР от 01.03.2020, № 200401/КЭР от 01.04.2020, № 200501/КЭР от 01.05.2020.

ПАО «Россети Северо-Запад» обратилось в суд с заявлением о признании недействительными договоры, заключенные между Обществом и Предприятием, на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения № 200601/КЭР от 01.06.2020, № 200701/КЭР от 01.07.2020,             № 200801/КЭР от 01.08.2020.

Определением суда от 16.05.2022 указанные обособленные споры объединены в одно производство для совместного рассмотрения

Определениями суда от 15.10.2021, от 14.10.2022, от 13.01.2023 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Правительство Республики Карелия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), АО «Корпорация развития Республики Карелия» (ОГРН 

<

***>,                ИНН 

<

***>), Республика Карелия в лице Министерства имущественных и земельных отношений Республики Карелия (ОГРН 

<

***>,                        ИНН 

<

***>), Республика Карелия в лице Министерства строительства, жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Республики Карелия                  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Министерство экономического развития Республики Карелия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Определением суда от 12.09.2024 ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 22.10.2024 в удовлетворении заявлений отказано.

Определением суда от 20.11.2024 конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Не согласившись с определением суда от 22.10.2024, ПАО «Россети Северо-Запад» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт, удовлетворить заявление о признании сделок недействительными, ссылаясь на то, что указанными сделками причинен вред конкурсным кредиторам Общества. 

В судебном заседании представитель подателя жалобы доводы апелляционной жалобы поддержала.

Лица, участвующие в деле, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, Республикой Карелия, Обществом и Предриятием (балансодержатель) 19.12.2016 заключено концессионное соглашение, согласно которому должнику передано для осуществления теплоснабжения государственное имущество - 89 котельных (дополнительно к котельным, принадлежащим должнику). С 01.01.2017 постановлением Государственного комитете Республики Карелия по ценам и тарифам от 14.12.2016 № 182 введены в действие тарифы для Общества на период с 2017-2019 годы.

Должник являлся одной из крупнейших теплоснабжающих организаций и работал на большей части Республики Карелия (в Лоухском, Калевальском, Кемском, Беломорском, Муезерском, Сегежском (кроме города Сегежи), Медвежьегорском, Пудожском, Суоярвском районах).

В Арбитражный суд Республики Карелия 14.05.2019 поступило заявление о признании Общества банкротом.

В связи поступлением в суд 14.05.2019 заявления о признании Общества банкротом стала очевидна финансовая невозможность Общества исполнить концессионное соглашение, в связи с чем 28.06.2019 подписано дополнительное соглашение о его расторжении, имущество возвращено по акту 31.07.2019.

В связи с отсутствием тарифа на оказание услуг по теплоснабжению у Предприятия  имущество передано Обществу на основании договора аренды № 190801 от 01.08.2019 сроком на один месяц для подготовки к отопительному сезону.

Постановлением Государственного комитета Республики Карелия по ценам и тарифам от 29.08.2019 № 77 введены в действие тарифы для Предприятия на период с 01.09.2019 по 31.12.2020.

Общество 31.08.2019 вернуло имущество Предприятию.

Предприятие с 01.09.2019 стало ресурсоснабжающей организацией в отношении 89 котельных и начало осуществлять подготовку к отопительному периоду 2019-2020 годов.

Общество продолжило эксплуатировать оставшиеся у него котельные в количестве 30 единиц (г.Суоярви - 8 котельных и тепловые сети, г.Пудож - 10 котельных и тепловые сети, г.Кемь - 8 котельных и тепловые сети, пос.Каменный Бор Сегежского района - 1 котельная, пос. Кривой порог Кемского района - 1 котельная, пос.Найстеньярви Суоярвского района - 1 котельная и тепловые сети, с. Вешкелица Суоярвского района - 1 котельная и тепловые сети).

Передать в аренду котельные не представлялось возможным, поскольку у Предприятию не утвержден тариф по теплоснабжению потребителей от этих котельных. Безвозмездная передача тепловой энергии (без тарифа) со стороны Предприятия недопустима, поскольку не предусматривает компенсации затрат на выработку и передачу тепловой энергии потребителям.

С 01.01.2020 постановлением Государственного комитета Республики Карелия по ценам и тарифам от 19.12.2019 № 223 введены в действие тарифы для Общества на период с 01.01.2020 по 31.12.2020. С 01.01.2020 должник остался теплоснабжающей организацией в пос.Каменный Бор Сегежского района - 1 котельная (собственность должника), пос.Кривой порог Кемского района - 1 котельная (собственность должника), гр.Суоярви - 8 котельных и тепловые сети (собственность должника). Передать в аренду эти котельные было невозможно, поскольку определением суда от 26.09.2019 по настоящему делу должнику было запрещено совершать действия по отчуждению принадлежащего ему имущества. 

В отношении имущества в г.Суоярви обеспечительные меры отменены 27.10.2020, а в отношении котельных в пос.Каменный Бор (Сегежский район) и пос.Кривой Порог (Кемский район) - в декабре 2020 года, соответственно, котельные в г.Суоярви Предприятие приняло в аренду с 28.10.2020, а в отношении котельных в пос.Каменный Бор и Кривой Порог - с 01.01.2021. Общество с 01.01.2021 перестало являться теплоснабжающей организацией.

В конце сентября 2019 года с началом отопительного сезона стало очевидно, что должник неспособен осуществлять отопление в населенных пунктах Республики Карелия в связи со своей неплатежеспособностью вследствие больших долгов и арестом расчетных счетов. Данная ситуация грозила срывом отопительного сезона 2019-2020 годов и введением чрезвычайной ситуации федерального характера в вышеуказанных населенных пунктах

С целью недопущения вышеуказанных последствий Обществом  (заказчик) и Предприятием (исполнитель) заключены договоры на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения (далее – договоры ЭТОиР)    № 191001/КЭР от 01.10.2019, № 191101/КЭР от 01.11.2019, № 191201/КЭР от 01.12.2019, № 200101/КЭР от 01.01.2020, № 200201/КЭР от 01.02.2020, № 200301/КЭР от 01.03.2020, № 200401/КЭР от 01.04.2020, № 200501/КЭР от 01.05.2020, № 200601/КЭР от 01.06.2020, № 200701/КЭР от 01.07.2020, № 200801/КЭР от 01.08.2020, № 200901/КЭР от 01.09.2020, № 201001/КЭР от 01.10.2020, № 201101/КЭР от 01.11.2020, № 201201/КЭР от 01.12.2020.

В соответствии с пунктами 1.1 указанных выше договоров исполнитель в соответствии с условиями договоров и установленными договорами параметрами, обязуется осуществить эксплуатацию, техническое обслуживание и ремонт имущества, предназначенного для оказания услуг по теплоснабжению тепловой энергией потребителей, производить тепловую энергию, а также доставить ее посредством передачи теплоносителя до границы балансовой принадлежности заказчика и потребителей заказчика, а заказчик обязуется оплатить работы и услуги исполнителя по эксплуатации, техническому обслуживанию, ремонту имущества, в размере и на условиях, предусмотренных договором.

Перечень имущества (объектов теплоснабжения заказчика), подлежащего ЭТОиР, предусматривается в Приложении № 1 к договорам (пункты 2.1 договоров). К каждому договору подписаны акты приема-передачи имущества.

В силу пунктов 2.1.3 договоров заказчик обязан передать по акту приема-передачи и обеспечить беспрепятственный доступ работников исполнителя к объектам и в помещения, входящим в состав имущества, указанного в Приложении № 1, на территорию заказчика, а также размещение оборудования в указанных помещениях и на территории заказчика на время, необходимое исполнителю для оказания услуг и выполнения работ, предусмотренных договором.

Цена договоров определена с учетом планового объема реализации тепловой энергии потребителям и включает в себя расходы, связанные с оказанием услуг в соответствии с требованиями договора, в том числе: расходы на использование необходимого оборудования, стоимость расходных материалов на осуществление текущего ремонта имущества, стоимость оформления всех сопутствующих договору документов, расходы на содержание транспортных средств, относящихся к основной производственной деятельности, стоимость капитальных ремонтов имущества, заработная плата рабочих и административно-управленческого персонала, расходы на обязательное страхование, уплату налогов, сборов и другие обязательные платежи, прочие затраты (пункты 4.1, 4.2 договоров).

Согласно пункту 5.1 договоров заказчик и исполнитель производят приемку фактически выполненных объемов работ за период действия договора, составляют и подписывают акт сдачи-приемки выполненных работ и оказанных услуг по договору. Количество гигакалорий, указанных в акте сдачи-приемки выполненных работ и оказанных услуг, подтверждается отчетом агента по выставленным документам на оплату услуги теплоснабжения и горячего водоснабжения.

Кроме того, Обществом (принципал) и Предприятием (агент) заключен агентский договор № 96-12-АД-2019 от 04.12.2019, в соответствии с которым принципал поручает, а агент обязуется за обусловленное договором вознаграждение от имени и за счет принципала совершать действия по начислению, учету, перерасчету денежных средств за оказываемые принципалом услуги по теплоснабжению и горячему водоснабжению юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям и физическим лицам, выпуску и доставке платежных документов. 

Предриятие, оказав должнику услуги по договорам ЭТОиР и агентскому договору, собрав с потребителей денежные средства за оказанные должником услуги теплоснабжения, обязано было их перечислить Обществу. В свою очередь, должник обязан был оплатить оказанные ответчиком услуги. 

В результате подписания должником и ответчиком уведомлений о зачете взаимных требований №№ 34, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46 от 01.10.2020 и    № 72 от 13.12.2020 указанные выше встречные обязательства сторон считались исполненными на сумму 178 850 140 руб. 50 коп.

Все оспариваемые сделки заключены сторонами после возбуждения дела о банкротстве Общества.

В обоснование заявления об оспаривании сделок должника конкурсный управляющий ссылается на то, что единственным учредителем Общества, владеющим 100% долей в его уставном капитале, является АО «Корпорация развития Республики Карелия». Учредитель АО «Корпорация развития Республики Карелия» - Правительство Республики Карелия. Единственным учредителем Предприятия является Правительство Республики Карелия в лице Министерства строительства, жилищного хозяйства и энергетики Республики Карелия. Общество и Предприятие входят в одну группу лиц, Предприятие является заинтересованным лицом по отношению к Обществу. В отношении должника 26.12.2016 возбуждено исполнительное производство № 42169/16/10024-ИП на сумму 13 917 505 руб. 91 коп., 07.04.2017 возбуждено исполнительное производство № 10841/17/10024-ИП на сумму 15 691 091 руб. 49 коп., дело о несостоятельности должника возбуждено 21.05.2019. По мнению конкурсного управляющего, на дату заключения оспариваемых договоров должник находился в состоянии имущественного кризиса. Нормативные правовые акты, регулирующие порядок установления тарифов в сфере теплоснабжения, допускают возможность установления тарифов на текущий период. То есть, объективных причин для заключения сторонами договоров аренды объектов теплоснабжения, принадлежащих должнику, и обращения Предприятия в уполномоченный орган с заявлением об открытии тарифного дела на тепловую энергию, не имелось. 

По мнению конкурсного управляющего, поведение сторон указанных сделок, условия сделок (установление в договорах заведомо невыполнимого для должника условия о стоимости услуг), свидетельствуют о том, что целью заключения договоров на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения являлось прикрытие иных фактически сложившихся правоотношений - правоотношений по аренде объектов теплоснабжения должника либо предоставлению целевого финансирования деятельности должника, и искусственное создание кредиторской задолженности должника перед Предприятием по текущим обязательствам, имеющим приоритет перед требованиями кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов. 

В силу положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ к фактически сложившимся правоотношениям между должником и ответчиком подлежат применению нормы права, регулирующие правоотношения по аренде имущества, либо по предоставлению займа. Объективных препятствий оформить арендные правоотношения по использованию имущества Общества с определением Предприятия в качестве единой теплоснабжающей организацией так же не имелось. Избранная модель поведения участниками группы связанных лиц не только позволяла контролирующему лицу контролировать распределение конкурсной массы должника и снизить риски по возврату вложенных в уставную деятельность должника, но и позволила нарастить кредиторскую задолженность за счет надбавки цены за оказанные услуги, по сути, представляющие собой компенсационное финансирование должника и не подлежащие оплате. 

Таким образом, оспариваемые договоры заключены должником с заинтересованным лицом после возбуждения в отношении должника дела о несостоятельности, а размер принятых должником на себя обязательств по данным договорам превышает 10% балансовой стоимости активов должника. Заявитель считает, что оспариваемые договоры, в том числе уведомления о зачете взаимных требований, по являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

ООО «Терминал Юг» в заявлении о признании сделок недействительными указывает на то, что стоимость услуг, предусмотренная сделками, существенно завышена, в связи с чем оспариваемые сделки совершены с неравноценным встречным предоставлением, поскольку должник обязался произвести оплату за услуги по завышенной цене, что приведет к неправомерному выводу из конкурсной массы денежных средств и, тем самым, нанесет вред должнику и его добросовестным кредиторам. Заявитель также обращает внимание на то, что Общество и ответчик, являющиеся заинтересованными лицами, предприняли действия, направленные на вывод денежных средств из конкурсной массы должника, путем недобросовестного использования механизма судебной защиты. Заявитель считает, что оспариваемые договоры имеют признаки мнимых сделок (пункт 1 статьи 170 ГК РФ):  сделки совершены при явной неплатежеспособности должника и исполнитель не мог не знать об этом, так как ответчики контролируются одним лицом, а именно Республикой Карелия; в спорных сделках для должника отсутствовал какой-либо экономический смысл; исполнение услуг не имело реального характера. Оспариваемые сделки являются мнимыми, поскольку совершались не с целью достижения заявленных результатов, а с целью причинения вреда должнику и его кредиторам путем неправомерного вывода активов из состава конкурсной массы должника. Некоторые документы, представленные ответчиком в качестве обоснования реальности исполнения договоров, вызывают определенные сомнения у кредитора в действительности хозяйственных операций.  По мнению заявителя, оспариваемые сделки представляют собой единую сделку, прикрывающую компенсационное финансирование, в результате которого деятельность должника переведена на другое лицо. 

В обоснование заявления об оспаривании сделок должника ПАО «Россети Северо-Запад» указывает на то, сделки заключены после принятия судом к производству первого заявления о признании должника банкротом в рамках настоящего дела. Согласно приведенным условиям договоров ТО и прилагаемым к ним актам приема-передачи имущества сделки фактически являются сделками по передаче имущества должника в пользование ответчику для ведения деятельности по теплоснабжению. Сделки не имеют никакого экономического смысла для должника, поскольку доход, который должник мог извлечь из пользования данным имуществом, ограничен размером тарифа на услуги теплоснабжения для его потребителей, стоимость же услуг ответчика по договорам ТО согласно расчетам к договорам определена исходя из данного дохода, а сверх этого с учетом субсидии в размере 25-50% от величины дохода в месяц. При этом должник не получал и не мог получать никаких субсидий в период действия указанных договоров. Помимо этого, по агентскому договору должник обязан оплачивать ответчику агентское вознаграждение. Заявитель считает, что  договоры ТО были заведомо убыточными для должника и их заключение не имело никакого экономического смысла.            ПАО «Россети Северо-Запад» полагает, что должник передал ответчику имущество для оказания услуг по теплоснабжению, ответчик осуществлял эту деятельность, сам получал плату за эти услуги, пользуясь условиями агентского договора, и оставлял эту плату себе на основании уведомлений о зачете. Таким образом, ответчик безвозмездно получил имущество в пользование для извлечения доходов, в обход законодательства о теплоснабжении получил доход от оказанных услуг и, более того, дополнительный доход сверх стоимости этих услуг по законно установленному должнику тарифу. Следовательно, по мнению заявителя, сделки заключены при отсутствии равноценного встречного исполнения и в результате заключения сделок причинен ущерб кредиторам должника. Учитывая, что ответчик является заинтересованным лицом по отношению к должнику, как установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Карелия от 24.12.2021 по настоящему делу, весь комплекс сделок очевидно был направлен на перевод бизнеса должника ответчику в целях сохранения доходов от деятельности по теплоснабжению внутри группы лиц и во избежание направления денежных потоков на расчеты с кредиторами должника. Следовательно, воля всех участников сделок направлена на создание отношений, отличных от тех, которые являлись предметом оспариваемых сделок, и последние следует квалифицировать как притворные (статья 170 ГК РФ), а также совершенные в обход норм Закона о теплоснабжении и Закона о банкротстве с целью причинить ущерб кредиторам должника.  ПАО «Россети Северо-Запад» указывает также на то, что оспариваемые сделки являются притворными, прикрывающими перевод с должника на ответчика деятельности по теплоснабжению. Оплата по договорам ТОиР не зависит от факта и объема выполненных работ, а определяется исходя из объема реализации тепловой энергии потребителям. Приемка работ производится также исходя из количества гигакалорий. Договорами ТОиР не определены виды и объемы подлежащих выполнению работ по обслуживанию и ремонту, их стоимость (включая стоимость расходных материалов, запчастей и проч.), договорами не определен порядок приемки конкретных работ. В первичных документах не указаны объем и виды выполненных работ, а только объемы поставленной потребителям тепловой энергии. Согласно условиям договоров ответчик обязан заключить договоры энергоснабжения, водоснабжения и водоотведения в отношении объектов, а также поставки топлива и проводить по ним расчеты самостоятельно (подтверждение заключения ответчиком договоров купли-продажи электрической энергии, оказания услуг по передаче электрической энергии, договоров водоснабжения и водоотведения имеется в материалах дела). Однако данная обязанность относится к содержанию имущества, а не к его техническому обслуживанию и ремонту. Приведенные условия договоров ТОиР показывают, что фактически воля должника и ответчика была направлена на передачу имущества первому для осуществления деятельности по теплоснабжению потребителей, а агентский договор и уведомления о зачете являлись механизмом, позволяющим ответчику оставлять за собой полученную от потребителей плату за поставленный ресурс. Ответчик и должник входят в одну группу лиц и контролируются одним и тем же конечным бенефициаром, определяющим их действия - Правительством Республики Карелия. Обычная природа взаимодействия аффилированных лиц предполагает, как правило, скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях. Должник не являлся собственником имущества в г. Пудож, г. Кемь, пос. Найстеньярви и п. Вешкелицы, следовательно, наложенный определением суда от 26.09.2019 запрет на распоряжение данным имуществом на данные объекты не распространялся. Результатом перевода деятельности должника по теплоснабжению на ответчика путем передачи объектов теплоснабжения по оспариваемым договорам ТОиР является осуществление ответчиком указанной деятельности с получением платы от потребителей по установленному тарифу. Так как ответчик, используя переданное ему имущество, снабжал потребителей тепловой энергией, получал от них за это оплату в размере, соответствующем установленным для него тарифам, он, по мнению кредитора,  не вправе оставлять у себя эти денежные средства. В свою очередь, должник не получал от ответчика никаких услуг по техническому обслуживанию и ремонту имущества, затраты на эксплуатацию (в том числе на оплату топлива и его доставку, энергоснабжение, эксплуатацию и ремонт) ответчик компенсировал за счет средств тарифа на теплоснабжение, следовательно, у должника не возникла обязанность оплачивать такие услуги. Соответственно, при отсутствии встречных требований по договорам ТОиР и агентскому договору они не могли быть взаимно зачтены. Учитывая, что в деле отсутствуют доказательства взаимных расчетов по спорным договорам путем перечисления денежных средств, кредитор просит применить последствия недействительности сделок в виде признания отсутствующими прав (требований) по договорам ТОиР и агентскому договору и обязательств по уведомлениям о зачете встречных требований. Основываясь на представленных ответчиком сведениях, ПАО «Россети Северо-Запад» произвело расчет стоимости по договорам ТОиР и расчет стоимости тех же объемов по тарифам на теплоснабжение, установленным для должника по соответствующим тарифным группам, который показал, что заключение договоров ТОиР по указанной в них цене является существенно убыточным для должника. Действительный размер убытков можно установить только путем определения рыночной стоимости фактически выполненных ответчиком работ (по представленным им документам). При этом с учетом объемов и стоимости переданной тепловой энергии и цен договоров ТОиР заключение указанных договоров являлось для должника заведомо убыточным.

В отзыве на заявления конкурсного управляющего и кредиторов Предприятие просит отказать в удовлетворении требований в полном объеме. Ответчик поясняет, что в связи с невозможностью Общества осуществлять теплоснабжение из-за отсутствия финансовых средств, воля ответчика и должника при заключении договоров ЭТОиР направлена на обеспечение бесперебойного теплоснабжения населения и других потребителей. Стороны действовали в интересах неопределенного круга лиц, чьи права и охраняемые законом интересы на комфортное жилье и качественные жилищно-коммунальные услуги могли быть нарушены прекращением теплоснабжения. Запрет на заключение договоров аренды в сентябре 2019 года и отсутствие у ответчика утвержденных тарифов на теплоснабжение, привело к вынужденной необходимости заключения договоров ЭТОиР во избежание наступления последствий чрезвычайной ситуации федерального характера. За период действия оспариваемых договоров теплоснабжающей организацией являлся должник, который реализовывал тепловую энергию в соответствии с тарифами, установленными постановлениями Государственного комитета Республики Карелия по ценам и тарифам. Предприятие же выполняло работы и оказывало услуги исключительно в пользу Общества на основании двусторонних возмездных договоров. В оспариваемых договорах цена за 1 Гкал меньше, чем цена, установленная в постановлениях Государственного комитета Республики Карелия по ценам и тарифам. Согласно постановлению Госкомитета по тарифам от 14.12.2016 № 182 Обществу установлен экономически обоснованный тариф на тепловую энергию с 01.07.2019 по 31.12.2019 в размере 4932,22 руб/Гкал. (что с НДС составляет – 5918,66 руб.). Согласно постановлению Госкомитета по тарифам от 19.12.2019 № 223 должнику установлен экономически обоснованный тариф на тепловую энергию с 01.01.2020 по 30.06.2020 и с 01.07.2020 по 31.12.2020 в размере   4629,31 руб/Гкал. (что с НДС составляет – 5555,17 руб.). Цена по договорам ЭТОиР не превышала 5394,79 руб. (с НДС). По мнению ответчика, завышение стоимости услуг или неравноценного встречного исполнения отсутствовало, Общество приобрело в результате этих сделок 43,6 млн.руб.

Предприятием считает, что договоры заключены и исполнялись после принятия заявления о признании ответчика банкротом, являются возмездными, т.е. никак не могут расцениваться как направленные на избежание процедуры банкротства.

В отзывах на заявление Правительство Республики Карелия и Министерство строительства, жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Республики Карелия просят отказать в удовлетворении заявлений, не согласны с доводами заявителей о том, что Общество и Предприятие являются заинтересованными и аффилированными лицами. Предприятие, по мнению третьих лиц, не отвечает признакам аффилированного лица должника, поскольку не способно оказывать влияние на должника, так как не имеет вклада в уставной капитал, не входит в число исполнительных органов должника и не принадлежит к группе лиц, к которым принадлежит должник. Предприятие не входит в одну группу лиц с должником, поскольку также не соответствует признакам статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», поскольку не осуществляет функции единоличного или коллегиального исполнительного органа или совета директоров и входит в какую-либо группу, не является хозяйственным обществом. По мнению третьих лиц, должник и ответчик не преследовали цели причинения вреда имущественным интересам третьих лиц, кредиторов при совершении оспариваемых сделок. Третьи лица отмечают, что  в период действия рассматриваемых договоров именно Общество являлось теплоснабжающей организацией, от своего имени поставляло потребителям тепловую энергию, на основании утвержденного тарифа получало плату от потребителей за поставленную тепловую энергию. Предприятие же выполняло работы и оказывало услуги исключительно в пользу должника на основании двухсторонних возмездных договоров. Следует отметить, что постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 08.02.2022 решение по делу № А26-8589/2020 о взыскании задолженности по договорам ЭТоиР за период с октября 2019 года по апрель 2020 года на сумму 16 4428 232,30 руб. оставлено без изменения, при этом, судом не установлена мнимость оспариваемых договоров, и сделан вывод об их заключении в связи с невозможностью со стороны Общества надлежащим образом исполнять обязанности по подготовке в ряде населенных пунктов Республики Карелия теплоснабжающего имущества к зимнему отопительному периоду и в целях недопущения введения режима чрезвычайной ситуации регионального характера из-за возможного срыва отопительного сезона при наличии в материалах дела документов, подтверждающих факт оказания Предприятием услуг. Третьи лица обращают внимание на то, что в   спорный   период   ответчик не имел возможности оказывать услуги теплоснабжения населению ввиду отсутствия установленного тарифа на поставку тепловой энергии, что также послужило причиной заключения спорных договоров. 

В отзыве на заявление Министерство экономического развития Республики Карелия указывает на то, что в соответствии с распоряжением Правительства Республики Карелия от 08.02.2007 № 38р-П в ведении Министерства находится акционерное общество «Корпорация развития Республики Карелия». Согласно указанному правовому акту органы исполнительной власти Республики Карелия, в ведении которых находятся хозяйственные общества с долей Республики Карелия в уставном капитале (далее - хозяйственные общества): обеспечивают участие в управлении хозяйственными обществами; проводят мониторинг и анализ финансового состояния хозяйственных обществ, включая мониторинг кредиторской задолженности, в том числе просроченной, ежегодно; составляют сводный анализ результатов производственно-хозяйственной деятельности хозяйственных обществ по видам экономической деятельности в целом; осуществляют контроль за деятельностью хозяйственных обществ через представителей интересов Республики Карелия в органах их управления и ревизионных комиссиях; - в пределах своей компетенции принимают участие в разработке прогнозов развития курируемых видов экономической деятельности; проводят заседания балансовых комиссий по результатам финансово-хозяйственной деятельности предприятий и хозяйственных обществ с участием представителя органа по управлению государственным имуществом Республики Карелия в отношении акционерных обществ с долей Республики Карелия в уставном капитале - до 15 мая года, следующего за отчетным. Согласно пункту 7 Порядка проведения балансовых комиссий органами исполнительной власти Республики Карелия, в ведении которых находятся государственные унитарные предприятия Республики Карелия и хозяйственные общества, более 50 процентов акций (долей в уставных капиталах) которых находится в государственной собственности Республики Карелия, утвержденного постановлением Правительства Республики Карелия от 18.09.2013 № 285-П, Балансовая комиссия: дает оценку финансового состояния предприятий и обществ, оценку достижения показателей экономической эффективности деятельности предприятий и обществ, оценку эффективности использования государственного имущества предприятиями; рассматривает утвержденные планы урегулирования просроченной кредиторской задолженности предприятий, ее переоформления в форму иных обязательств (в случае наличия у предприятия просроченной кредиторской задолженности); разрабатывает рекомендации по повышению эффективности деятельности предприятий и участия в обществах. При осуществлении указанных полномочий комиссия анализирует деятельность             АО «Корпорация развития Республики Карелия», в содержании отчетности фигурирует информация о дочерних организациях, однако их деятельность Министерством, комиссией не анализируется. Какой-либо информации о сделках дочерних организаций Министерство не обладает.

Министерства имущественных и земельных отношений Республики Карелия в отзыве возражает против удовлетворения заявления, не согласно с доводами заявителей об аффилированности сторон оспариваемых сделок.  Министерство обращает внимание на то, что спорные договоры являются возмездными. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны данным Законом.

Согласно абзацу четвертому пункта 9 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличия иных обстоятельств, определенных в пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств 

В случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Основываясь на представленных ответчиком сведениях ПАО «Россети Северо-Запад» произвело расчет стоимости по договорам и расчет стоимости тех же объемов по тарифам на теплоснабжение, установленным для должника по соответствующим тарифным группам, который показал, что заключение договоров по указанной в них цене является существенно убыточным для должника. Так, за октябрь-декабрь 2019 года убыток от сделок для должника составил более                39 млн.руб. или 13 млн.руб. в месяц (при условии 100% поступления платежей по договорам теплоснабжения от потребителей и без проверки действительной рыночной стоимости работ по договорам). В данном расчете учтены первичные данные объемов теплоснабжения без учета корректировок, поскольку данные о корректировках не разбиты по тарифным группам. Однако объемы корректировок являются незначительными и не окажут существенного влияния на данный расчет. Более того, корректировки, увеличивающие объемы потребления населения либо уменьшающие объемы потребления прочих потребителей, только увеличат размер убытков. Размер убытков можно установить только путем определения рыночной стоимости фактически выполненных ответчиком работ (по представленным им документам). С учетом объемов и стоимости переданной тепловой энергии и цен договоров, заключение указанных договоров являлось для должника заведомо убыточным.

Согласно пояснениям Предприятия согласно постановлению Госкомитета по тарифам от 14.12.2016 № 182 Обществу установлен экономически обоснованный тариф на тепловую энергию с 01.07.2019 по 31.12.2019 в размере 4932,22 руб/Гкал, что с НДС составляет 5918,66 руб. Согласно постановлению Госкомитета по тарифам от 19.12.2019 № 223 Обществу установлен экономически обоснованный тариф на тепловую энергию с 01.01.2020 по 30.06.2020 и с 01.07.2020 по 31.12.2020 в размере 4629,31 руб/Гкал, что с НДС составляет 5555,17 руб. Цена по договорам ЭТОиР не превышала 5394,79 руб. (с НДС), следовательно, утверждение заявителя о том, что цена по договору больше цены, установленной Госкомитетом, - ошибочно.

Оспаривание сделки по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве направлено на защиту имущественного положения должника с целью наиболее полного удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства, в связи с чем, сделка может быть признана недействительной при наличии доказательств того, что она причинила явный ущерб ввиду совершения ее на заведомо и значительно невыгодных условиях.

Аналогичные критерии неравноценности встречного исполнения содержатся также в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25).

В пункте 93 Постановления № 25 разъяснено, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Об определении явного ущерба при совершении сделки упоминается также и в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), согласно пункту 2 которого под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Таким образом, под неравноценным встречным исполнением обязательств, являющимся одним из оснований о признании сделки недействительной в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве, в соответствии с действующим законодательством и приведенными разъяснениями следует понимать предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

В данном случае для применения в качестве основания недействительности сделки пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо определить рыночную стоимость оказываемых услуг (работ).

Судом первой инстанции на обсуждение сторон вынесен вопрос о назначении по делу экспертизы для определения рыночной стоимости оказанных услуг. Лица, участвующие в деле, не выразили намерение на финансирование судебной экспертизы, ходатайство о назначении экспертизы не заявлено. 

С учетом конкретных обстоятельств апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности заявителями неравноценности встречного предоставления по оспариваемым сделкам, их убыточности, что свидетельствует об отсутствии оснований для признания сделок недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а)            сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б)            в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в)        другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 № 305-ЭС19-18803(10) одним из обязательных признаков недействительности подозрительной сделки является причинение вреда кредиторам должника. В силу принципа состязательности сторон судебного спора (статья 9 АПК РФ) и правовых норм, регулирующих доказывание обстоятельств дела (статьи 65, 66 АПК РФ) факт причинения вреда должен доказываться лицом, оспаривавшим сделку. Его процессуальный оппонент несет бремя опровержения этих обстоятельств.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Исходя из пункта 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

В рассматриваемом случае единственным участником Общества, владеющим долей в размере 100% его уставного капитала, являлось акционерное общество «Корпорация развития Республики Карелия», единственным акционером которого является Республика Карелия в лице Министерства имущественных и земельных отношений Республики Карелия. Вместе с тем, единственным участником/учредителем Предприятия является Республика Карелия в лице Министерства строительства, жилищного хозяйства и энергетики Республики Карелия. 

Из материалов спора следует, что оспариваемые договоры заключены сторонами после возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества, что свидетельствует о наличии у него признаков неплатежеспособности в юридически значимый период, а также подтверждает информированность Предприятия как аффилированного лица о финансовом состоянии должника. 

Апелляционный суд принимает во внимание, что должником и ответчиком  заключены гражданско-правовые договоры на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения, целью которых являлось обеспечение тепловой энергией потребителей, а также агентский договор, согласно которому Предприятие от имени и за счет Общества за обусловленное договором вознаграждение обязалось осуществлять деятельность по начислению, сбору, учету, перерасчету, обработке платежей и перечислению денежных средств за оказываемые потребителям услуги по теплоснабжению и горячему водоснабжению. 

Ввиду несостоятельности Общества в спорный период принят весь необходимый комплекс мер с целью обеспечения бесперебойной подачи теплоэнергии потребителям. Действительной целью заключения оспариваемых договоров для сторон являлось недопущение возникновения чрезвычайных ситуаций на территории населенных пунктов Республики Карелия и обеспечение бесперебойной поставки потребителям тепловой энергии.

У сторон оспариваемых договоров отсутствовало намерение причинить имущественный вред кредиторам, сделки заключены с целью обеспечения подачи тепловой энергии потребителям (в число которых входили население и объекты социальной сферы) в период отопительного сезона 2019-2020, годов при условии, что иной поставщик тепловой энергии (помимо должника) на тот момент отсутствовал.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что сделки совершены не в целях причинения имущественного вреда, а являлись, по сути, единственным способом избежать срыва отопительного сезона. При этом намерения сторон по осуществлению сделок, а также правовые последствия для сторон являлись реальными. В результате выработки и поставки тепловой энергии должник на основании утвержденного тарифа получал оплату от потребителей за поставленную тепловую энергию (либо дебиторскую задолженность), что также свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда. Неисполнение обязанностей из указанных договоров со стороны должника явилось основанием для учета требования Предприятия в составе текущих обязательств должника.

Специфика деятельности должника имеет, в первую очередь, социальную направленность, в связи с чем, необходимость заключения спорных договоров в данном случае явилась вынужденной мерой и направлена на обеспечение жизнедеятельности населения, что является не менее приоритетным, чем интересы кредиторов должника. 

Наличие обстоятельств, на которые ссылаются заявители, не свидетельствуют о намерение сторон оспариваемых договоров причинить имущественный вред кредиторам, а лишь свидетельствует о том, что действия сторон сделки направлены на недопущение чрезвычайной ситуации по срыву отопительного сезона, что является оправданным в специфике деятельности должника и направлено на сохранение баланса интересов социальной направленности, так как принятие иных решений в данной ситуации могло привести к нарушению прав неопределенного круга лиц на жизнеобеспечение населения. У должника был выбор самостоятельно снабжать теплом указанные выше населенные пункты со всеми вытекающими рисками или заключить договоры на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения.

При этом в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений. 

Заявителями не доказано совершение оспариваемых сделок исключительно с целью причинения иущественного вреда кредиторам. 

Совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявителем, как лицом, на которое возложено бремя доказывания обстоятельств, на которые оно ссылается как на основание своих требований, не доказана, что исключает возможность признания сделок недействительными по указанному основанию.

Правовых оснований для удовлетворения заявлений конкурсного управляющего и кредиторов для признания сделок недействительными по пунктам 1 и 2 Закона о банкротстве не имеется. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В обоснование мнимости сделки заинтересованной в этом стороне необходимо доказать, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки.

В подтверждение реальности заключенных сделок ответчик представил в материалы дела документы, подтверждающие приобретение, списание топлива и материалов на котельных Общества, гражданско-правовые договоры на выполнение работ по ремонту участков теплотрассы, договоры энергоснабжения, водоснабжения и водоотведения в отношении котельных, также представлены расчетные документы с указанием количества реализованной потребителям тепловой энергии.

Таким образом, ответчиком представлены относимые и допустимые доказательства наличия между сторонами сделок реальных хозяйственных отношений. Отдельные противоречия или неполнота отражения выполненных работ их реальности не опровергает.

Решением Арбитражного суда Республики Карелия от 05.05.2021 по делу        № А26-8589/2020 с Общества в пользу Предприятия взысканы 164 428 232 руб.       30 коп. задолженности по договорам на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения № 191201/КЭР от 01.12.2019, № 191101/КЭР от 01.11.2019, № 191201/КЭР от 01.12.2019,                      № 200101/КЭР от 01.01.2020, № 200201/КЭР от 01.02.2020, № 200301/КЭР от 01.03.2020, № 200401/КЭР от 01.04.2020.  Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2021 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 08.02.2022 решение от 05.05.2021 оставлено без изменения. Судами трех инстанций сделан вывод о реальности правоотношений сторон по оспариваемым в настоящем обособленном споре сделкам и не установлена их ничтожность. 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 по делу               № 2013/12, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдиция служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Какие-либо иные доводы либо обстоятельства, которые бы опровергали выводы о реальности оспариваемых договоров или свидетельствовали о наличии признаков их ничтожности в рамках настоящего обособленного спора заинтересованными лицами не приведены. 

Доводы о притворности сделок отклонятся апелляционным судом по следующим основаниям. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки, применяются относящиеся к ней правила.

На основании статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, то есть они вправе заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по их усмотрению, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Договор согласно пункту 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе граждане (физические лица) и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. 

По основанию притворности недействительной может быть признана такая сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех ее участников. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Обязательным условием признания сделки притворной является порочность воли каждой из ее сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как установлено в пункте 1 Постановление № 25 по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Однако, в данном случае, по мнению суда, заявителями надлежаще - достаточными в своей совокупности доказательствами - не подтверждено наличие у сторон оспариваемых сделок воли на совершение их с недобросовестными целями (как во вред кредитора, так и для прикрытия иной сделки).

В силу части 9 статьи 15 Федеральном законе от 27.07.2010 №190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее - Закона о теплоснабжении) оплата тепловой энергии (мощности) и (или) теплоносителя осуществляется в соответствии с тарифами, установленными органом регулирования, или ценами, определяемыми соглашением сторон, в случаях, предусмотренных этим Федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 8 Закона о теплоснабжении государственному регулированию подлежат тарифы на тепловую энергию (мощность), поставляемую теплоснабжающими организациями потребителям, а также тарифы на тепловую энергию (мощность), поставляемую теплоснабжающими организациями другим теплоснабжающим организациям.

В силу пункта 1 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации в предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами и (или) органами местного самоуправления.

Таким образом, для целей оказания услуг по теплоснабжению и извлечения из этого прибыли ответчику требовалось иметь законно установленный тариф на период оказания услуг.

Однако соответствующие тарифы установлены только для должника,  ответчику в период действия спорных договоров не установлен тариф на теплоснабжение в населенных пунктах, где находилось имущество, предназначенное для теплоснабжения.

Тот факт, что в условиях отсутствия у Предприятия утвержденных тарифов на тепловую энергию, а, следовательно, отсутствия возможности оказывать услуги по теплоснабжению, стороны заключили договоры на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения, не свидетельствует о их притворности. Доказательств, подтверждающих намерение сторон заключить иные договоры, нежели договоры на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения, в материалах дела не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствие оснований для признания сделок притворными.

Вопреки позиции конкурсного управляющего, изложенной в отзыве на апелляционную жалобу, приводимые заявителями основания для оспаривания сделок не выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем не доказано возможность применения к спорным правоотношениям положений статей 10, 168 ГК РФ. 

Апелляционный суд, оценив доказательства и доводы участвующих в деле лиц, пришел к выводу о том, что заявителями реальность сделок, равноценное встречное исполнение по оспариваемым сделкам документально не опровергнуты, равно как не доказано  совершение сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также факт его причинения в результате совершения этих сделок.

Также применительно к оспариванию зачетов суд исходит из общераспространенной на данный момент судебной практики, безусловно поддержанной Верховным Судом РФ, об отсутствии оснований для оспаривания сделки зачета в случае, если такая операция отвечает признакам сальдирования, что и имеет место в настоящем случае, поскольку в соответствующих актах отражены взаимные обязательства сторон по связанным договорам.

Апелляционный суд считает, что заявление об оспаривание сделок не подлежит удовлетворению. 

Обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по приведенным в ней доводам. 

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Карелия от 22.10.2024 по делу    № А26-4715/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Слоневская

Судьи

Е.В. Бударина

И.Ю. Тойвонен