ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-22894/2020

23 марта 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.6

Резолютивная часть постановления объявлена     16 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 марта 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Сотова И.В., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

при участии:  

конкурсный управляющий ФИО2, от ФИО3: ФИО4 (доверенность от 03.09.2021)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-38998/2021)  ФИО3 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.10.2021 по делу № А56-22894/2020/сд.6 (судья Корушова И.М.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительной сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Строительная Технология»,

ответчик: ФИО3,

третьи лица: ФИО5, ООО «Зарубежнефтестроймонтаж», 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ЧОП «Север» (далее – ООО «ЧОП «Север») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительная Технология» несостоятельным (банкротом).

Определением от 17.04.2020 возбуждено дело о банкротстве ООО «Строительная Технология».

Решением от 09.06.2020 ООО «Строительная Технология» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий   обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным заключенного  между ООО «Стройтехнология» и ИП ФИО3 соглашения об уступке права требования от 01.03.2019, о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО3 4 975 328 руб. 79 коп.

К  участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ООО «Зарубежнефтестроймонтаж».

Определением от 03.11.2021 заявленные требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе  ФИО3 ,считая  определение незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, просит определение отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, полагая, что оснований для признания оспариваемой сделки недействительной не имелось.

Податель жалобы указывает, что  оспариваемое соглашение является возмездной сделкой, о чем свидетельствует товарная накладная  от  15.12.2017 №113, договор  поставки от 01.01.2014 №01/01/2014, акт  зачета взаимных требований  от 01.03.2019.

Конкурсный управляющий возразил против удовлетворения апелляционной жалобы, просил  определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ)  с учетом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», в судебное заседание не явились.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ  апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом первой инстанции и  следует из материалов дела, между ООО «Строительная технология» (цедент) и  ИП ФИО3 (цессионарий) заключено соглашение об уступке права требования (цессия)   от 01.03.2019, по условиям которого  цедент уступает, а цессионарий принимает право требование  по договору строительного подряда от 20.03.2015 № 37-15, заключенному между ООО «Строительная технология» и ООО «Зарубежнефтестроймонтаж» в размере 4 975 328 руб. 79 коп.

Согласно пункту 3.1 соглашения в счет оплаты уступаемого права (требования) новый кредитор (цессионарий) обязуется уплатить первоначальному кредитору (цеденту) сумму в размере 3 800 000  руб.

В соответствии  с пунктом  3.2 соглашения сумма, указанная в пункте  3.1 соглашения, уплачивается не позднее 60 календарных дней, с даты заключения настоящего соглашения.

Полагая, что уступленное право требования оплачено ответчиком не было, а также ссылаясь на аффилированность ответчика к должнику и направленность их действий на вывод активов без предоставления равноценного встречного исполнения,  конкурсный управляющий обратился в  арбитражный суд с настоящим заявлением.

Возражая против предъявленных требований  ФИО3 указала, что    ранее между ООО «Строительная технология» и ней сложились правоотношения по договору поставки  от 01.01.2014 №01/01/2014, в рамках исполнения которого ИП ФИО3 поставила должнику товар на сумму 3 800 000 руб. Впоследствии в качестве оплаты ООО «Строительная технология» предложило Макаровой А.К. уступить свое право требования к ООО «Зарубежнефтестроймонтаж» в размере 4 975 328 руб. 79 коп.  В рамках соглашения об уступке права требования от 01.03.2019 между сторонами  заключен акт взаимных однородных требований от 01.03.2019, по условиям которого ООО «Стройтехнология» уменьшает задолженности перед ООО ИП ФИО3 за поставленные товарно-материальные ценности на общую сумму 3 800 000 руб. по договору от 01.01.2014 №01/01/2014, ФИО3 уменьшает задолженность перед ООО 2Стройтехнология» по соглашению об уступке права требования от 01.03.2019 на общую сумму 3 800 000 руб. 

Суд первой инстанции, сделав вывод об обоснованности требований конкурсного управляющего заявленные требования удовлетворил.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

В силу положений статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В настоящем случае оспариваемая сделка заключена в период  подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О

некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Исходя из содержания заявления, конкурсный управляющий  оспаривает договор заключенный сторонами 17.04.2020,  то есть в период подозрительности, установленный как пунктом 1 статьи 61.2, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемой сделки недействительной и применении соответствующих последствий недействительности сделки.

Оснований для переоценки данного вывода у апелляционного суда не имеется.

На период осуществления спорных платежей должник отвечал признакам неплатежеспособности, что подтверждается наличием неисполненных просроченных обязательств перед кредиторами (ООО «Трансстройсервис» в размере 3 941 300 руб., ООО «Инфраструктура ТК» в размере 243 927 руб. 24 коп., ООО «МК «Строй» в размере 17 000 000 руб., ООО «Стройгрупп» в размере 4 198 810 руб., ООО «Кристалл» в размере 58 802 руб.), которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии с правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3) по делу №А40-177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления N 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что при совершении оспариваемых платежей у должника уже имелись признаки неплатежеспособности.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, платежи должником осуществлялись на счет аффилированного лица в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, ответчик является дочерью единственного участника и генерального директора ООО «Строительная Технология» ФИО5

При этом, аффилированность сторон сделок презюмирует их осведомленность о фактической неплатежеспособности должника на дату их совершения и совершение сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно сложившейся судебной практики аффилированность может носить фактический характер без наличия формально юридических связей между лицами (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 года N 308- ЭС16-1475).

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать нестандартное поведения лиц в хозяйственном обороте, например, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий сторон оспариваемой сделки. При этом доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

В условиях банкротства должника возможны ситуации, когда "дружественное" с должником лицо и сам должник, создают формальные условия наличия правоотношений по оспариваемой сделке.

Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы "дружественного" лица и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника, вывод имущества должника из конкурсной массы.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

При этом, конкурсный управляющий как лицо, не участвовавшее в сделке, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При этом стороне сделки не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (обзоры N 1 (2017), N 3 (2017), N 5 (2017), N 2 (2018) со ссылками на определения N 305-ЭС16-12960, N 305-ЭС16-19572, N 301-ЭС17-4784 и N 305-ЭС17-14948, соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения N 308-ЭС18-2197, N 305-ЭС18-413, N 305- ЭС16-20992(3), N 301-ЭС17-22652(1), N 305-ЭС18-3533, N 305-ЭС18-3009, N 305- ЭС16-10852(4,5,6), N 305-ЭС16-2411, N 309-ЭС17-344 и другие). Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу N А41-36402/2012.

Учитывая вышеуказанные разъяснения, сторона сделки представить все первичные документы в обоснование заявления, задолженности и расчета, доказательства реальности совершенных операций и поставок, доказательства наличия спорного товара и хранения его перед реализацией должнику, финансовую (бухгалтерскую) отчетность с указанием на операции с должником.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - Постановление N 54) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

В качестве доказательства осуществления расчетов между сторонами по оспариваемому соглашению представлен акт зачета  от 01.03.2019, который суд первой инстанции обоснованно  посчитал ненадлежащим доказательством осуществления между сторонами  соответствующих расчетов.

Наличие у ООО «Стройтехлогитя» задолженности перед ФИО3  за поставленные товары на общую сумму  3 800 000 рублей не подтверждено надлежащими доказательствами.

В части 2 статьи 9 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.2011 "О бухгалтерском учете" предусмотрен перечень обязательных реквизитов первичного учетного документа, в который также включены наименование должности лица, совершившего сделку, и ответственного за ее оформление, подписи лиц с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц (пункт 7 части 2 статьи 9 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.2011 "О бухгалтерском учете").

Накладная подписывается материально ответственными лицами, сдавшими и принявшими товар, и заверяется круглыми печатями организаций поставщика и получателя.

Риски ненадлежащего оформления договорных правоотношений с контрагентом, не принятие всех должных мер по проверке данного лица перед вступлением в договорные правоотношения на случай будущего судебного оспаривания требований кредитора несет указанное лицо.

В обоснование заявленного требования кредитором представлена   товарная  накладная от  15.12.2017 №113, предметом которой являлась поставка опор эстакады стоимостью 3 800 000 рублей.

В деле отсутствуют документы подтверждающие закупку товара, его оплату, транспортировку, хранения ответчиком, также нет сведений о дальнейшем использовании товара должником.

Как пояснил в судебном заседании  конкурсный управляющий, вышеуказанные эстакады среди имущества должника не обнаружены.

Более того,    товарная накладная от  15.12.2017 №113 не содержит все необходимые реквизиты, позволяющие определить существо хозяйственной операции, в товарной накладной отсутствуют ссылки на вид деятельности по ОКДП, ОКПО, а также ссылки на транспортные накладные, отсутствуют сведения о полномочиях лица, подписавшего данные документы со стороны получателя (должника): не приложена доверенность на принятие товара.

Кроме того,в настоящем случае исходя из оспариваемого соглашения определенно следует неравноценность встречного предоставления  должник уступил  ФИО3 требование  к платежеспособному лицу в размере 4 975 328 руб. 79 коп. за 3 800 000 руб., то есть фактически реализован актив должника по заниженной стоимости, что свидетельствует о причинении кредиторам вреда.

Установив совершение сделки в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве, факт ее заключения должником в условиях неисполнения обязательств перед кредиторами и аффилированность Общества и ФИО3, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что указанные выше обстоятельства в своей совокупности являются достаточными для признания оспариваемой сделки недействительной.

Вступившим в законную силу  решением  Арбитражного суда города Москвы от 07.08.2019 по делу №40-309903/18 с ООО «Зарубежнефтестроймонтаж» в пользу ФИО6 взыскано 4 975 328 руб. 79 коп. задолженности, 30 000 руб. судебных расходов, 47 877 руб. расходов по оплате госпошлины. ФИО3 выдан исполнительный  лист.

Как разъяснено в пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", в случае признания судом соглашения об уступке требования недействительным (либо при оценке судом данной сделки как ничтожной и применении последствий ее недействительности) по требованию одной из сторон данной сделки исполнение, учиненное добросовестным должником цессионарию до момента признания соглашения недействительным, является надлежащим исполнением. Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки".

При добросовестном исполнении обязательства новому кредитору на должника не могут быть возложены негативные последствия спора цедента и цессионария по поводу недействительности уступки. В этом случае цедент вправе потребовать денежную компенсацию от цессионария, принявшего исполнение от должника (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019).

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции, правильно применив положения статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, взыскал с ИП ФИО3 в пользу должника 4 975 328 руб. 79 коп.  

Выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в силу чего отсутствуют основания для его отмены и удовлетворения апелляционных жалоб.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 03.11.2021 по делу №  А56-22894/2020   оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

 

Судьи

 

И.В. Сотов

 И.Ю. Тойвонен