ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-114578/2022

26 апреля 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     22 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 апреля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Семиглазова В.А., Слобожаниной В.Б.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Овчинниковой А.Ю.

при участии:  

от истца (заявителя): ФИО1 по доверенности от 29.12.2023

от ответчика (должника): не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, дело

по иску Санкт-Петербургского государственного казенного учреждения «Фонд капитального строительства и реконструкции»

к  ФИО2; ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

Санкт-Петербургское государственное казенное учреждение «Фонд капитального строительства и реконструкции» (далее – Фонд) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Балтсервис» (ОГРН 

<

***>), взыскании 3 800 1972,83 руб. убытков. 

В судебном заседании 15.09.2023 истцом заявлено ходатайство о привлечении в качестве соответчика ФИО3 со ссылкой на то, что согласно данным, представленным ПАО «Банк УралСиб», АО «СМП Банк» распорядителем счетов является ФИО3

Решением суда от 02.10.2023 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Фонд подал апелляционную жалобу, в которой он просит обжалуемое решение отменить, перейти к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Определением от 29.01.2024 апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции и привлек к участию в деле в качестве соответчика ФИО3

Определением апелляционного суда от 25.03.2024 отказано в привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Комитета по строительству Санкт-Петербургу.

К дате судебного заседания из Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по Санкт-Петербургу поступил ответ на повторный запрос суда.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал, на их удовлетворении настаивал.

Ответчики, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания по рассмотрению обоснованности заявленных требований, представителей в заседание не направили, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в их отсутствие.

Исследовав материалы дела и представленные в обоснование заявленных требований доказательства, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) ООО «Балтсервис», ОГРН 

<

***> (далее – Общество) создано 26.01.2011, генеральным директором и единственным участником Общества с 23.07.2018 являлась ФИО4 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.06.2020 по делу № А56-54559/2019 с ООО «БалтСервис» взыскано в пользу Фонда 816 233 руб. расходов; 390 567 руб. 49 коп. неустойки; 676 253 руб. 55 коп. штрафа. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области № А56-107934/2017 от 14.12.2018 с ООО «БалтСервис» взыскано в пользу Фонда взыскано 900 000 руб. неустойки. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области № А56-41663/2021 от 15.11.2021 с ООО «БалтСервис» взыскано в пользу Фонда 255 194,40 руб. расходов на устранение недостатков, 84 879,66 руб. неустойки за нарушение сроков устранения дефектов, 676 253,55 руб. штрафа. 

Указанные решения суда Обществом исполнены не были. 

09.02.2022 ООО «БалтСервис» исключено из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности. 

Истец, ссылаясь на наличие у Общества перед ним непогашенной задолженности, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности как лица, контролировавшего деятельность Общества.

Заслушав позицию истца, изучив доводы искового заявления, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. 

Пунктом 3 ст. 53 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Согласно п.1 ст.53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

В случае, если лица, указанные в п. 1 - 3 ст.53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда), по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. 

В силу п. 2 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст. 53.1 ГК РФ (п. 2 ст. 64.2 ГК РФ). 

Как установлено п. 1 ст. 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность. 

Пунктом 3.1 ст. 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом № 129-ФЗ для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. 

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п.1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. 

Возможность привлечения лиц, указанных в п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Таким образом, из изложенного следует, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и(или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в п. 1 - 3 ст.53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. Указанная правовая позиция также изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285. 

По мнению истца, в результате недобросовестных или неразумных действий (бездействия) ответчиков обязательства перед истцом не были исполнены, поэтому ответчики должны нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения контролирующих должника лиц следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в п. 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) в отношении действий (бездействия) директора. 

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п.1 ст.58 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст.56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). 

Согласно разъяснениям, данным в п. 1 Постановления № 62, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (п. 5 ст. 10 ГК РФ). 

Если истец утверждает, что руководитель действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и тому подобное) и представить соответствующие доказательства. 

Для вывода о возникновении у ответчиков обязательств по возмещению убытков по иску необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: совершения ответчиками виновных противоправных действий (бездействия), в том числе недобросовестное и неразумное осуществление руководства Обществом, возникновение у истца убытков и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами. 

В то же время в рассматриваемом случае истцом вопреки своим доводам и ч. 1 ст. 65 АПК РФ не представлено в материалы дела каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности действий ответчиков, повлекших неисполнение обязательств должника перед истцом. 

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в п.3.1 ст. 3 Закона об обществах, не является. 

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее - постановление Пленума № 53) следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании ст. 21.1 Закона о государственной регистрации. 

При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчиков в результате их неразумных либо недобросовестных действий. 

Требуется, чтобы неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. Приведенная выше правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 № 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 № 302-ЭС20-8980 и др. 

Физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества). Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ) необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. 

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. 

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен общий стандарт доказывания. Не любое, даже подтвержденное косвенными доказательствами, сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против контролирующего должника лица, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания. 

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца (п. 1, 2 ст. 53.1 ГК РФ).

Наличие у Общества непогашенной задолженности перед истцом само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков как контролирующих Общество лиц в неуплате указанного долга, а также свидетельствовать об их недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга. 

При этом, как указано ранее, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с приведенной нормой. 

Доказательств, свидетельствующих о совершении именно ответчиками действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации Общества либо влияния на процедуру исключения Общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа в материалы дела не представлено, в то время как кредитору юридического лица ст.53.1 ГК РФ не предоставлено право требовать с ответчика возмещения убытков как с контролирующего должника лица (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18.05.2021 № 4-КГ21-15-К1). 

Какие-либо доказательства, подтверждающие, что Общество располагало имуществом, достаточным для исполнения обязательств перед истцом, но такое исполнение оказалось невозможным только в связи с исключением должника из ЕГРЮЛ, в материалах дела отсутствуют. 

Истец не представил доказательств того, что при наличии достаточных денежных средств ответчики уклонялись от погашения задолженности перед истцом, скрывали имущество общества, выводили активы.

При этом апелляционным судом отклоняется ссылка истца на перечисление ответчиком в пользу третьих лиц сумм займа под низкий, по мнению заявителя процент, что является, согласно позиции Фонда, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку процентная ставка 9-11% в 2017 году не являлась необоснованно низкой.

Кроме того, перечисления денежных средств в пользу поименованных истцом контрагентов, согласно выписке из Банка «Санкт-Петербург», производились ответчиком 2 в марте 2017 года, в то время как в рамках арбитражных дел, указанных истцом в представленных в дело дополнениях, требования истца были основаны на обстоятельствах, возникших позднее совершенных ответчиком перечислений (в рамках дела №А56-54559/2019 требования основаны на письме о недостатках от 20.04.2018, в деле №А56-107934/2017 – на акте приемки объекта от 25.10.2017 и претензии от 25.10.2017, в деле №А56-41663/2021 – на рекламационном акте №1, направленном 20.07.2020, и рекламационном акте №2, направленном 19.10.2020), в силу чего оснований полагать, что действия ответчиков были направлены на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед истцом путем вывода денежных средств, у апелляционного суда не имеется.

Кроме того, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом. 

Между тем, наличие соответствующих обстоятельств истцом доказано не было. Представленные же истцом доказательства и приведенные доводы, вопреки его мнению, такие обстоятельства не подтверждают. 

 Наличие непогашенной задолженности само по себе не является бесспорным доказательством вины ответчиков в неуплате долга.

Факт необращения ответчиков с заявлением о признании Общества банкротом не может безусловно свидетельствовать о наличии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности, поскольку истец не был лишен права на самостоятельное обращении с соответствующим заявлением, а также в силу того обстоятельства, что необращение контролирующего должника лица с заявлением о признании должника банкротом является основанием для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве.

Довод истца о том, что последние финансовые операции общества датированы маем 2018 года, отклоняется апелляционным судом, поскольку сам по себе не свидетельствует о совершении ответчиками действий, направленных на неисполнение обязательств перед истцом, и основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не является.  

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности истцом предъявленных к соответчикам требований, в силу чего отказывает в их удовлетворении.

Поскольку определением 29.01.2024 апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в резолютивной части, в порядке ч.6.1 ст.268 АПК РФ, следует указать на отмену судебного акта суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 02.10.2023 по делу №  А56-114578/2022 отменить и принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявленных требований отказать.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Масенкова

Судьи

В.А. Семиглазов

 В.Б. Слобожанина