﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6123/2020

19 января 2021 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 января 2021 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Шведова А.А.,

судей Никитина Е.О., Сецко А.Ю.,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Лифанова Леонида Анатольевича 

на определение Арбитражного суда Приморского края от 23.09.2020, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2020

по делу №  А51-19412/2019

по заявлению Лифанова Леонида Анатольевича

о включении требований  в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Сологуба Игоря Леонидовича (ИНН: 253602881535)

установил:

определением Арбитражного суда Приморского края от 20.09.2019 принято к производству заявление Лифанова Леонида Анатольевича о признании Сологуба Игоря Леонидовича (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Приморского края от 16.10.2019 Сологуб И.Л. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим имуществом Сологуба И.Л. утвержден Васильков Валерий Сергеевич.

25.11.2019 Лифанов Леонид Анатольевич (далее – кредитор) в рамках дела о банкротстве обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника его требования в общем размере               106 467 065 руб. 50 коп., в том числе: 37 158 665 руб. 50 коп. основного долга, 69 308 400 руб. неустойки.

Определением суда первой инстанции от 23.09.2020, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2020, отказано во включении требований Лифанова Л.А. в реестр требований кредиторов должника.

Не согласившись с указанными судебными актами, кредитор обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 23.09.2020, постановление апелляционного суда от 11.11.2020 отменить и принять новый судебных акт об удовлетворении заявленных им требований.

В обоснование жалобы ее заявитель со ссылкой на представленные в материалы обособленного спора доказательства приводит доводы о реальности заключенных между ним и должником договоров займа, раскрытии экономического смысла названных сделок, на которых основаны требования Лифанова Л.А. Считает ошибочными выводы судебных инстанций о недоказанности наличия у кредитора соразмерных заявленным требованиям доходов на момент предоставления займа, равно как и обстоятельств, подтверждающих расходование должником спорных денежных средств.

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и непосредственно в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», в судебное заседание не явились, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) позволяет суду округа рассмотреть кассационную жалобу в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и подтверждается материалами обособленного спора, 25.01.2015 между Лифановым Л.А. (займодавец) и Сологубом И.Л. (заемщик) заключен договор займа, по условиям которого займодавец передал в собственность заемщика до подписания договора 350 000 долларов США. Денежные средства предоставлены на условиях займа на срок по 12.11.2018 с уплатой 10% годовых или 0,83% ежемесячно. Стороны согласовали передачу денежных средств по расписке.

В соответствии с пунктом 1.2 договора займа от 25.01.2015 заемщик обязуется по истечении договора займа выплатить заимодавцу сумму долга в размере 483 630 долларов США по курсу Центрального банка Российской Федерации (далее – ЦБ РФ) на 12.11.2018 единовременным платежом.

Таким образом, учитывая курс ЦБ РФ по состоянию на 10.11.2018, заемщиком должна была быть возвращена сумма долга в размере                        32 330 665 руб. 50 коп. (483 630 долларов США х 66 руб. 85 коп.).

Кроме того, 12.03.2015 между кредитором (займодавец) и должником (заемщик) заключен второй договор займа, по условиям которого займодавец передал заемщику до подписания договора 85 000 долларов США, что эквивалентно 5 327 800 руб. по курсу ЦБ РФ, возврат которых должен был быть произведен единовременным платежом 12.03.2018.

Указывая на передачу должнику денежных средств по договорам займа от 25.01.2015 и 12.03.2015 и неисполнение в установленный срок должником своих обязательств по возврату кредитору заемных денежных средств в размере 106 467 065 руб. 50 коп., из которых 37 158 665 руб. 50 коп. составляет основной долг, Лифанов Л.А. обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции, выводы которого поддержаны в постановлении апелляционного суда, основываясь на оценке представленных в дело доказательств в соответствии с правилами главы 7 АПК РФ, руководствуясь положениями статей 10, 170, 309, 808, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 71, абзацем вторым пункта 2 статьи 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», учитывая разъяснения, изложенные в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление ВАС РФ № 35), пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходил из недоказанности кредитором фактов, подтверждающих, что его имущественное положение позволяло предоставить денежные средства в сумме, определенной в договоре займа, и реальность их передачи должнику. Выводы судебных инстанций в этой части также основаны на ответе Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации по Ленинскому району г. Владивостока Приморского края             (далее – УПФР).

Помимо этого суды усмотрели в действия сторон указанных выше договоров займа признаки злоупотребления правами (статья 10 ГК РФ).

Между тем судами обеих инстанций не учтено следующее.

Рассматривая вопрос об обоснованности включения в реестр требований кредиторов соответствующего требования, основанного на передаче наличных денежных средств должнику, подтверждаемое распиской заемщика, необходимо установить не только наличие у кредитора финансового положения, позволявшего ему предоставить в заем денежные средства, но и обстоятельства реальности заемных обязательств.

Согласно правовому подходу, сформулированному Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 07.09.2020 № 305-ЭС19-13899 (2), при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований кредиторов суду необходимо принять во внимание предшествующее и последующее поведение сторон, выяснить истинную природу их отношений (действительную общую волю) при заключении договора займа.

Согласно статье 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Правоотношения по договору займа регулируются положениями главы 42 «Заем и кредит» ГК РФ. В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Очевидно, что требование кредитора, основанное на гражданско-правовых отношениях, может быть включено в реестр требований кредиторов должника при условии подтверждения фактов наличия у займодавца денежных средств, достаточных для совершения сделки; реальности передачи денежных средств должнику и воли сторон на исполнимость сделки.

По смыслу статей 16, 71, 100 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления ВАС РФ № 35, бремя доказывания реальности долга возлагается на кредитора, заявляющего о включении своего требования в реестр.

В частности, в абзаце третьем пункта 26 постановления ВАС РФ № 35 разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу,

Оценивая имущественное положение кредитора, позволившее ему предоставить должнику денежные средства на условиях заключенного договора процентного займа, суды обеих инстанций исследовали представленные Лифановым Л.А. в подтверждение своего финансового положения следующие доказательства:

- договор ипотеки, заключенный 15.10.2010 между залогодержателем - акционерным коммерческим банком «Муниципальный Камчатпрофитбанк» (закрытое акционерное общество, далее – Камчатпрофитбанк) и залогодателем - Лифановым Л.А. в обеспечение надлежащего и своевременного исполнения залогодателем обязательств по кредитному договору от 15.10.2010 № 2010-0023 на открытие кредитной линии с лимитом задолженности в 20 000 000 руб.;

- справку Камчатпрофитбанка от 11.02.2020 № 29/82, содержащую подтверждение того, что Лифанов Л.А. кредитовался ранее и договор от 15.10.2010 № 2010-0023 на сумму 54 790 500 руб. закрыт 19.11.2018;

- справку акционерного коммерческого банка «Приморье» (публичное акционерное общество) от 23.01.2020 №11/2-747 об осуществлении 05.03.2015 валютно-обменной операции на сумму 100 000 долларов США по курсу 61 руб. 95 коп., эквивалентных 6 195 500 руб.

Однако, признавая неподтвержденным наличие у Лифанова Л.А. финансовой возможности предоставления должнику денежных средств в спорном размере, суды первой и апелляционной инстанций исходили из несоответствия сумм денежных средств, о наличии которых заявлял кредитор, суммам доходов, которые были указаны УПФР в своем ответе на запрос суда; неподтвержденности факта аккумулирования денежных средств на банковском счете кредитора или иного лица, равно как и снятие денежных средств в целях последующей передаче их должнику.

Действительно, при рассмотрении соответствующих заявлений кредиторов о включении их требований в реестр действуют повышенные критерии доказывания обоснованности данных требований, что обуславливается необходимостью соблюдения баланса между защитой прав кредитора, заявившего свои требования к должнику, и остальных кредиторов, требования которых признаны обоснованными.

Однако отсутствие у названного выше государственного учреждения сведений о полученных кредитором всех доходах в целом, а в частности в период с 01.01.2014 по 30.09.2014, не является достаточным основанием для признания неподтвержденным факта наличия у кредитора финансовой возможности предоставить денежные средства на условиях займа иному лицу, так как неисполнение (неполное исполнение) обязанности по уплате обязательных платежей и страховых взносов со всех полученных доходов отнесено к сфере контроля соответствующих органов и применительно к обстоятельствам рассматриваемой категории спора может лишь косвенно подтверждать недостаточную платежеспособность займодавца.

Делая вывод о мнимости договоров займа и допущенном участниками сделок злоупотреблении правом, суды первой и апелляционной инстанций сослались только на приговор Советского районного суда г. Владивостока от 25.12.2019 по делу № 1-12/2019, вынесенный в отношении Сологуба И.Л. Однако, обстоятельства, установленные в названном приговоре суда, не относятся к существу рассматриваемых правоотношений, возникших между кредитором и должником, и касаются только незаконных действий             Сологуба И.Л. при исполнении обязанностей директора казенным предприятием Приморского края «Единая дирекция по строительству объектов на территории Приморского края» (далее – предприятие).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ); стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Вопрос о наличии либо отсутствии в действиях участников гражданско-правовых отношений злоупотребления своими правами при совершении сделок подлежит разрешению исходя из оценки специфики их поведения с точки зрения возможного наступления негативных последствий, обуславливающих нарушение чьих-либо прав и законных интересов.

Из представленной в материалы дела о банкротстве Сологуба И.Л. копии приговора Советского районного суда г. Владивостока от 25.12.2019 следует, что преступление, за совершение которого судом назначено дополнительное наказание в виде штрафа в сумме 45 000 000 руб. и для исполнения которого на имущество должника обращено взыскание, совершено в период нахождения Сологуба И.Л. в должности директора предприятия, которую он занимал с 30.12.2015.

Требования Лифанова Л.А. основаны на договорах, заключенных 25.01.2015, 12.03.2015, условия которых не изменялись сторонами впоследствии и не регламентировали целевое назначение полученных денежных средств.

Денежные средства, как следут из пояснений сторон, предоставлялись должнику в заем для целей проведения работ по ремонту и реконструкции нежилых помещений и пристройки, расположенных по адресу:                                 г. Владивосток, ул. Гульбиновича, д. 8/1, в связи с чем 01.03.2015 между Сологубом И.Л. (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Град М» (далее – общество «Град М») заключен договор на разработку проектной и рабочей документации по реконструкции и надстройки нежилого здания, произведен ремонт, затраты на который признаны судом подтвержденными на сумму 2 454 531 руб.

Обстоятельства, позволяющие сделать вывод о том, что вышеназванный договор от 01.03.2015, устанавливающий срок выполнения работ не позднее 01.03.2016, не был фактически исполнен обществом «Град М», судами не установлены.

В свою очередь, факт передачи денежных средств кредитором должнику последним не оспаривался.

Вопросы о реальности осуществления должником деятельности в сфере реконструкции и ремонта названных недвижимых объектов, равно как и о безденежности договора займа, судами также не исследованы, в том числе не учтено приобретение должником по договору № 20150354/А купли-продажи, заключенному 26.04.2015 с обществом с ограниченной ответственностью «Саммит Моторс (Владивосток)», транспортного средства стоимостью 3 843 000 руб.

Наряду с этим судами не установлены факты неразумности в действиях кредитора по предоставлению в заем денежных средств должнику.

Возможность признания лица конкурсным кредитором в деле о банкротстве обусловлена существом обязательства, на котором основано требование к должнику, и не может быть поставлена в зависимость от наличия и размера иных требований, в том числе по уплате уголовного штрафа.

Таким образом, при наличии сомнений в реальности заемных правоотношений, складывающихся между должником и его кредитором, суду первой инстанции надлежало исследовать и дать должную оценку всем представленным документам в их совокупности с обстоятельствами, при которых у кредитора и должника установились доверительные деловые отношения и, какова была их цель, не ограничиваясь формальным подходом при исследовании только отдельных из них.

В абзаце пятом пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» разъяснено, что проверяя правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции применительно к части 4 статьи 170 АПК РФ устанавливает, соответствуют ли выводы судов практике применения правовых норм, определенной постановлениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившими силу постановлениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам судебной практики, постановлениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившими силу постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, а также содержащейся в обзорах судебной практики, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации.

Поскольку существенные обстоятельства спора судом первой инстанции не исследованы в объеме, достаточном для признания заявленных требований не подлежащими включению в реестр, выводы о мнимости договоров займа и об их заключении в целях искусственного создания кредиторской задолженности, изложенные в обжалуемом определении суда первой инстанции, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Допущенные нарушения не были устранены апелляционным судом при проверке законности оспариваемого судебного акта в порядке апелляционного производства.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции 23.09.2020 и постановление апелляционного суда от 11.11.2020 подлежат отмене, а обособленный спор направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить отмеченные недостатки, обеспечить предусмотренные процессуальным законодательством требования о всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств и оценку фактических обстоятельств дела; исследовать указанные в настоящем постановлении вопросы с учетом специфики ведения бизнеса на предмет возникновения обязательств Сологуба И.Л., вытекающих из договоров займа; исследовать и оценить предшествующее и последующее поведение сторон договора, выяснить истинную природу их отношений (действительную общую волю) при заключении договоров займа и с учетом установленного, а также заявления должника об уменьшении суммы неустойки, принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 23.09.2020, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2020 по делу №  А51-19412/2019 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           А.А. Шведов

 

Судьи                                                                                    Е.О. Никитин

А.Ю. Сецко