1011/2023-183024(1) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12 адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 09АП-25615/2023 

г. Москва Дело № А40-62412/20 05.07.2023 резолютивная часть постановления объявлена 28.06.2023 постановление изготовлено в полном объеме 05.07.2023 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой,  

судей А.А. Комарова, Ю.Л. Головачевой, при ведении протокола помощником судьи И.И. Половинкиным, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного  управляющего ООО «Милан» на определение Арбитражного суда города Москвы  от 21.03.2023 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о  признании недействительным договора уступки прав требования (цессии) от  01.11.2019, заключенного между ООО «Милан» и ООО «Изобилие», вынесенное в  рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Милан»,  

без явки лиц, участвующих в деле, 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2022 ООО «Милан»  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура  конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного  управляющего должника к ООО «Изобилие» о признании недействительной  сделкой договора уступки права требования (цессии) от 01.11.2019, заключенного  между ООО «Милан» и ООО «Изобилие», применении последствий ее  недействительности.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2023в  удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника  отказано.  

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением  конкурсный управляющий должника обратился в Девятый арбитражный  апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить,  принять по делу новый судебный акт.  

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника повторяет  свои доводы, приводимые в суде первой инстанции, о наличии оснований для  признания оспариваемого договора недействительной сделкой.  

Лица, участвующие в деле, в частности, заявитель апелляционной жалобы,  уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично,  посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в  судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба  рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

При этом суд апелляционной инстанции приобщил к материалам дела отзыв  ООО «Изобилие», в котором ответчик просит оставить обжалуемое определение  без изменений, как поданный с соблюдением требований статьи 262 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд  апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения  апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда,  принятого в соответствии с действующим законодательством Российской  Федерации.  

Как следует из материалов дела, между ООО «Милан» и ООО «Изобилие»  (Цедент) был заключен договор уступки права требования (цессии) от 01.11.2019.  

Предметом договора цессии, с учетом заключенного его сторонами  дополнительного соглашения от 16.01.2020, является:  

- (п. 1.1.) Цедент уступает, а ООО «Милан» принимает в полном объеме  право требования исполнения денежного обязательства (право требования) к  Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН  

<

***>, ОГРНИП 304183118800157), в том числе:  

- (п. 1.1.1.) в части основного долга - 4 204 320 руб., возникшего по договору  поставки № Д3866-2019 от 15.04.2019;  

- (п. 1.1.3.) в части суммы основного долга - 3 489 339 руб., возникшего по  договору поставки № Д3237-2017 от 22.11.2017;  

- (п. 1.1.5.) будущие требования - любые требования Цедента к должнику,  которые могут возникнуть в будущем из договоров поставки, указанных в п.п.  1.1.1.-1.1.4. договора, в том числе право требования процентов, иные виды  неустоек, которые могут быть начислены за неисполнение (ненадлежащее,  несвоевременное) исполнение ИП ФИО2 обязательств по договору  поставки.  

В соответствии с п. 1.3. договора цессии, право Цедента переходит к ООО  «Милан» в момент оплаты суммы договора в полном объеме в сумме, указанной в  п. 3.2. договора и включает в себя: право требования в объеме, указанном в п. 1.1.  настоящего договора.  

Согласно п. 3.2. договора стоимость уступаемого права требования  составляет 7 000 000 руб.  

После заключения договора цессии должником была осуществлена оплата  ответчику в размере 2 000 000 руб., что подтверждается платежным поручением №  8617 от 22.11.2019 и решением Арбитражного суда Удмуртской республики от  18.11.2020 по делу № А71-7534/2020.  

Конкурсный управляющий должника, полагая, что названный договор  цессии отвечает признакам недействительной сделки по основаниям,  предусмотренным статьями 61.3, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), 10, 168, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в арбитражный суд с  рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении указанного заявления  конкурсного управляющего должника, исходил из не представления им  достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемого  договора недействительной сделкой.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами  Арбитражного суда города Москвы.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов  перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности  при наличии одного из следующих условий:  

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или  третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения  оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к изменению очередности  удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до  совершения оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок  исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов  при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими  кредиторами;  

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть  оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований,  существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в  случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с  законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка,  указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом  недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до  принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.  

Пунктом 3 статьи 61.3 предусмотрено, что сделка, указанная в пункте 1  настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия,  предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если  установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена  такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или  недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать  вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Заявление о признании должника банкротом принято Арбитражным судом  города Москвы определением от 30.04.2020.  

Оспариваемый договор цессии заключен 01.11.2019, то есть за пределами  срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.3 Закона о  банкротстве, но в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 3  названной статьи.  

Вместе с тем, в дело не представлены доказательства того, что ООО  «Изобилие» было либо должно было быть известно о том, что вследствие  заключения оспариваемого договора оно получило удовлетворение большее, чем  получило бы при банкротстве по правилам статьи 137 Закона о банкротстве.  

Таким образом, недействительность оспариваемой сделки по статье 61.3  Закона о банкротстве конкурсным управляющим не доказана.  

С учетом положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также  разъяснений, изложенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации № 63, может быть оспорена сделка,  совершенная в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом  или после принятия указанного заявления при неравноценном встречном  исполнении обязательств другой стороной сделки.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет  место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент  ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и  (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки.  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если  рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им  иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного  встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и  обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может  быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника  банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения  был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона  сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки  (подозрительная сделка).  

 Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на  выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику)  

должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо  совершена при наличии одного из следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или)  обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов  должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой  стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности  должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или  сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной  отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

 - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации № 63 от 23.12.2010г. «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что для признания  сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало  наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

 а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

 б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

 в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Как указывалось ранее, заявление о признании должника банкротом принято  Арбитражным судом города Москвы определением от 30.04.2020.  

Оспариваемый договор цессии заключен 01.11.2019, то есть в пределах  сроков подозрительности, установленных пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Конкурсный управляющий в обоснование своего заявления указывал на то,  что право требования к должнику не перешло и в дальнейшем ответчик направил в  Арбитражный суд города Москвы требование о включении в реестр требований  кредиторов должника задолженности в размере 5 719 242,80 руб., из которых 5 693  659 руб. - основной долг, 25 583,80 руб. - госпошлина.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2020 по делу №  А40-9710/20-46-24 право требования ответчика (переданное должнику по договору  

уступки права (цессии) от 01.11.2019) включено в реестр требований кредиторов  ИП ФИО2 (в отношении которого по указанному делу вынесено решение о  признании его банкротом от 01.09.2021) в размере основного долга - в размере  5 693 659 руб.  

По мнению конкурсного управляющего у ответчика не имелось намерения  исполнять договор в таком виде, о чем свидетельствуют дальнейшие действия  ответчика (сделки) со спорным имуществом и субъектный состав таких сделок.  

Также конкурсный управляющий полагает, что установленная договором  плата несоразмерна рыночным показателям, а стороны не имели цели установления  гражданско-правовых отношений, вытекающих из сделки, имели цели причинить  вред имущественным правам независимых кредиторов и изъять имущество из  конкурсной массы.  

Таким образом, по мнению заявителя, договор цессии является мнимой  сделкой, то есть совершенной лишь для вида, без намерения создать  соответствующие правовые последствия, до настоящего времени сторонами не  исполнен в полном объеме.  

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, реальность  денежных обязательств ИП ФИО2 перед ООО «Изобилие» конкурсным  управляющим не оспаривается, а также подтверждается судебными актами по  делам №№ А71-14498/2019 и А71-14703/2019.  

Со стороны ООО «Милан» договор цессии исполнен частично – было  оплачено 2 000 000 руб., а затем в рамках исполнительного производства на сумму  882 121,02 руб.  

При этом в период с 25.12.2019 по 18.05.2020 были заключены 12  аналогичных договоров уступки права требования (цессии) с ООО «Воткинский  хлебокомбинат», ООО «Иж-Инвест», ООО «ЧОО Технологии безопасности», ООО  «Сельхозснаб», ООО «Радуга», ООО «Молочная ферма».  

По указанным договорам ООО «Милан» приобрел требования к ИП ФИО2 на общую сумму 50 936 645,78 руб.  

Договор цессии от 01.11.2019 предусматривал, что моментом перехода права  требования от цедента к цессионарию стороны считают момент соответствующей  оплаты суммы настоящего договора. С этого момента цессионарий приобретает  право требования к должнику в размере оплаченной суммы (п.1.4. в редакции  дополнительного соглашения от 16.01.2020).  

Указанное условие в договоре не противоречит нормам действующего  законодательства, стороны вправе установить, что переход требования произойдет  после его полной оплаты.  

Так, с учетом оплат по договору цессии к ООО «Милан» перешло право  требования к ИП ФИО2 на общую сумму 3 167 739,21 руб.  

Тот факт, что ООО «Милан» не использовал свое право требования к ИП  ФИО2 не зависит от ООО «Изобилие» и не свидетельствует ни о заключении  договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, ни о  мнимости договора.  

Поскольку переход права требования к ООО «Милан» был обусловлен  оплатой, ООО «Изобилие» обеспечило до момента перехода возможность  взыскания суммы долга с ИП ФИО2 (в том числе в рамках соответствующей  очередности кредиторов).  

С этой целью было подано заявление о включении ООО «Изобилие» в реестр  кредиторов, чтобы в последующем после оплаты право требования долга перешло  к ООО «Милан».  

На момент включения ООО «Изобилие» в реестр кредиторов ИП ФИО2 (16.10.2020) общая сумма неперешедшего к ООО «Милан» долга ФИО2  составила 5 693 659 руб.  

С учетом оплат в ходе исполнительного производства на общую сумму 882  121,02 руб., сумма неперешедшего к ООО «Милан» долга ФИО2  уменьшилась до 4 525 919,79 руб.  

ООО «Изобилие» подало заявление о процессуальном правопреемстве по  делу № А40-9710/2020, в котором просило заменить кредитора ООО «Изобилие» на  кредитора ООО «Милан», а также в адрес ООО «Милан» направлено требование об  изменении договора цессии от 01.11.2019 в части момента перехода права  требования к ИП ФИО2  

Таким образом, по договору цессии волеизъявление соответствовало  внутренней воле сторон. Сделка исполнялась реально – к ООО «Милан» перешло  право требования к ИП ФИО2, а ООО «Изобилие» получило оплату за  уступку.  

По договору цессии от 01.11.2019 долг ИП ФИО2 в размере 7 693 659  руб. (без учета штрафов и пени) был уступлен ООО «Милан» за 7 000 000 руб., т.е.  сумма выгоды ООО «Милан» только по основному долгу составила 693 659 руб.  

При этом конкурсный управляющий не привел в заявлении конкретных  данных о рыночной стоимости долга ИП ФИО2 по состоянию на 01.11.2019.  

Таким образом, конкурсным управляющим не представлено каких-либо  конкретных доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов,  включенных в реестр требований кредиторов должника, в результате совершения  оспариваемых сделок.  

Также конкурсным управляющим должника не представлено доказательств  осведомленности ООО «Изобилие» о неплатежеспособности ООО «Милан».  

Конкурсным управляющим должником не представлено доказательств того,  что ответчик относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о  банкротстве, или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при  применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Учитывая указанные выше разъяснения, согласно которым недоказанность  хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению (совершение сделки с  целью причинить вред имущественным правам кредиторов, причинение вреда в  результате совершения сделки и осведомленности другой стороны сделки об  указанной цели должника), приводит к невозможности удовлетворения заявления о  признании сделки недействительной, а также принимая во внимание  недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов и  осведомленности ответчика о неплатёжеспособности должника, суд апелляционной  инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания недействительным договора  уступки прав требования (цессии) от 01.11.2019.  

Что касается доводов конкурсного управляющего должника о  недействительности договора по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168,  170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции  приходит к следующим выводам.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона  или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо  права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.  

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а  также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав  (злоупотребление правом).  

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей  статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий  допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему  права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные  законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в  дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку,  стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.  

Вместе с тем, каких-либо допустимых доказательств наличия обстоятельств,  которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях  должника и ответчика с целью реализации какого-либо противоправного интереса  конкурсным управляющим не представлено.  

Кроме того, в силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4  Постановления № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных  оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать  сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как  ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками,  выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных  сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).  

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего обособленного спора  конкурсный управляющий ссылался только на факты, свидетельствующие о  наличии совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделки  недействительной по основаниям пунктов 1,2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не  приводя при этом доводов о наличии у спорного договора пороков, выходящих за  пределы дефектов подозрительной сделки с целью причинения вреда.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

По смыслу приведенных норм и разъяснений фиктивность мнимой сделки  заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.  Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.  Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание  задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего  инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества  должника.  

В то же время для данной категории ничтожных сделок определения точной  цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели  

намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и  обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для  квалификации сделки как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее  сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все  документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт  расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа  фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.  Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся  между собой доказательств.  

Конкурсным управляющим должника не представлено доказательств того,  что спорный договор заключен лишь для вида, без намерения создать  соответствующие ему правовые последствия.  

Напротив, ответчик представил доказательства, что со стороны ООО  «Изобилие» договор цессии был исполнен в полном объеме.  

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции соглашается с выводом  суда первой инстанции о недоказанности конкурсным управляющим должника  наличия оснований, предусмотренных статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации, для признания оспариваемого договора недействительной  сделкой.  

Все доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника о  наличии оснований для признания оспариваемого договора недействительной  сделкой были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана  надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том  числе по мотивам, изложенным выше.  

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной  жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного  акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены определения  Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2023и удовлетворения апелляционной  жалобы.  

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает  определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам  материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не  находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в  ней доводам.  

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса  Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2023 оставить без  изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: Ж.Ц. Бальжинимаева 

Судьи: Ю.Л. Головачева 

 А.А. Комаров