ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

22.11.2023                                                                                  Дело № А40-226572/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15.11.2023

Полный текст постановления изготовлен 22.11.2023

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.,

судей: Голобородько В.Я., Калининой Н.С.

при участии в заседании:

от финансового управляющего – ФИО1 – дов. от 27.12.2022

от ФИО2 – ФИО3 – дов. от 18.10.2023

от ФИО4 – ФИО5 – дов. от 01.11.2023

от ПАО Банк ВТБ – ФИО6 – дов. от 03.02.2023

в судебном заседании 15.11.2023 по рассмотрению кассационных жалоб ФИО4, ФИО2, ФИО7

на определение Арбитражного суда города Москвы от 21.06.2023,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023

о признании недействительными соглашения о прекращении обязательств путем передачи доли в уставном капитале от 30.09.2015, сделки по передаче ФИО7 доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» в размере 99,97 %, применении последствий их недействительности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2021 ФИО2 (далее - ФИО2, признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утверждена ФИО8.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными следующих сделок:

- соглашения о прекращении обязательств путем передачи доли в уставном капитале от 30.09.2015, заключенного ФИО7 и ФИО2;

- сделки по передаче ФИО7 в пользу ФИО4 доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» в размере 99,97%, оформленную договором дарения от 18.10.2018, а также применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.06.2023 признаны недействительными соглашение о прекращении обязательств путем передачи доли в уставном капитале от 30.09.2015, заключенное ФИО7 и ФИО2, сделка по передаче ФИО7 в пользу ФИО4 доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» в размере 99,97%, оформленную договором дарения от 18.10.2018, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности ФИО2 на долю в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» в размере 99,97%.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023, принятым по апелляционным жалобам ФИО7, ФИО4, ФИО2, определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Судами при рассмотрении обособленного спора установлены следующие фактические обстоятельства.

ФИО2 являлся владельцем доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» в размере 100%.

На основании решения единственного участника ООО «Сладкий уклад» от 17.09.2015 N 10 и заявления ФИО7 последний вошел в состав участников названной организации с долей в размере 0,03%.

На собрании участников ООО «Сладкий уклад» принято решение N 2, оформленное протоколом от 30.09.2015, об отчуждении принадлежавшей ФИО2 доли в уставном капитале в размере 99,97% в пользу ФИО7 на основании соглашения о прекращении взаимных обязательств (соглашение об отступном). В пункте 1 соглашения указано, что ФИО2 имел перед ФИО7 неисполненные обязательства, вытекающие из договора займа от 20.06.2013 со сроком возврата 28.01.2015.

Таким образом, судами установлено, что принадлежавшая ФИО2 доля в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» в размере 99,97% перешла к ФИО7

Впоследствии доля в размере 99,97% в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» передана ФИО7 его матери и супруге должника - ФИО4, сделка по передаче ФИО7 доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» ФИО4 оформлена договором дарения от 18.10.2018.

Финансовый управляющий должника полагал, что названные соглашения об отступном и договор дарения отвечают признакам недействительных сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 163, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. В частности, финансовый управляющий указывал на отсутствие надлежащих доказательств реальности заемных отношений (передачи, получения и дальнейшего движения денежных средств), во исполнение которых было заключено спорное соглашение о прекращении обязательств путем передачи доли в уставном капитале от 30.09.2015, отмечал, что договор займа не содержит условия о выплате процентов, что нетипично для сделки, заключенной независимыми участниками оборота, договор займа от 20.06.2013 и составленная к нему расписка, по мнению заявителя, сфальсифицированы, составлены и подписаны значительно позже указанной в них даты с целью создания видимости возмездности перехода от ФИО2 к ФИО7 доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад». Кроме того, финансовый управляющий указывал, что в день заключения договора займа ФИО7 (займодавцу) было 20 лет, что ставит под сомнение наличие у него финансовой возможности предоставить ФИО2 заем в размере 15 500 000 руб. Финансовый управляющий должника также заявлял, что ФИО7 являлся номинальным бенефициаром ООО «Сладкий уклад», в действительности контролировать названную организацию продолжил ФИО2

Заявленные финансовым управляющим доводы суды сочли обоснованными, установив, что в результате заключения соглашения о прекращении взаимных обязательств и совершения сделки ФИО7 и ФИО4 ликвидный актив должника переведен на близкого родственника должника, в то же время ФИО2 сохранил фактический контроль над деятельностью ООО «Сладкий уклад» и лишил кредиторов возможности получить удовлетворение требований за счет реализации доли в уставном капитале названной организации. Так, ФНС России провела выездную налоговую проверку в отношении ООО «Гратом» (ИНН 

<

***>), до ноября 2018 года руководителем и участником которого также являлся ФИО2, принято решение от 30.07.2018 N 05-15/1777 о привлечении организации к налоговой ответственности на сумму более 250 млн.руб., при этом, установлено, что согласно свидетельским показаниям, которые дал К.А.ЮБ., ФИО4 является его супругой, а ФИО7 - ее сыном. ФИО2 являлся бенефициаром и фактическим руководителем группы компаний (в которую, в том числе, входили ООО «Гратом», ООО «Куппо» (головная организация) и ООО «Сладкий уклад»), имевшей единые бухгалтерию и центр принятия решений.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 30.07.2019 по делу N А40-236392/2018 ООО «Гратом» отказано в удовлетворении требования о признании недействительным решения ФНС России от 30.07.2018 N 05-15/1777.

Из пункта 3.1 соглашения судами установлено, что номинальная стоимость доли в размере 99,97% в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» составляет 29 902 000 руб., однако, такая доля передана ФИО7 в качестве отступного в счет исполнения обязательства на сумму 15 500 000 руб., что указывает на существенную неравноценность встречного предоставления в том числе исходя из наличия заемных отношений должника и ФИО7.

Судами также указано, что ФИО2 как поручитель имеет обязательства перед конкурсными кредиторами - кредитными организациями, при этом заемщиком является подконтрольное ему ООО «Гратом», которое в настоящее время также признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, из чего сделан вывод, что причиной передачи доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» послужило то, что ФИО2 осознавал вероятность обращения взыскания на его актив по требованиям кредитных организаций, предоставивших денежные средства ООО «Гратом».

Возражая на доводы финансового управляющего, в частности, относительно наличия финансовой возможности у ФИО7 передать в заем денежные средства, ответчики и третье лицо ссылались на то, что ФИО9 является отцом ответчика по настоящему обособленному спору ФИО7 и владельцем долей в уставных капиталах ООО «МакроСтройСервис» и ООО «Мирантелла» в размере 91% (в каждой из указанных организаций). Доход, полученный ФИО9 в результате деятельности ООО «МакроСтройСервис» и ООО «Мирантелла» за 2010, 2011, 2012 и 2013 годы, позволил ему подарить ФИО7 на двадцатилетие 20 000 000 руб. В свою очередь, не определившись с тем, каким образом распорядиться полученным подарком, ФИО7 предоставил 15 500 000 руб. в качестве займа ФИО2 со сроком возврата 28.01.2015. В связи с невозможностью вернуть заемные средства должник предложил ФИО7 принять в качестве отступного долю в уставном капитале ООО «Сладкий уклад», в результате чего заключено оспариваемое финансовым управляющим соглашение о прекращении обязательств путем передачи доли в уставном капитале.

ФИО2 обратился к нотариусу города Москвы с заявлением о допросе свидетеля с целью обеспечения доказательств в связи с рассмотрением настоящего обособленного спора. В рамках допроса ФИО9 подтвердил изложенные выше обстоятельства, ФИО7 допрошен не был, поскольку в течение длительного времени находится за пределами Российской Федерации. Заключение договора дарения доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» ФИО7 и его матерью ФИО4 также обусловлено нахождением ФИО7 за пределами Российской Федерации и сложностью дистанционного оформления документов, ФИО4 руководит ООО «Сладкий уклад» номинально, управленческие решения принимает ФИО7

ФИО2 также указывал на то, что часть полученных в качестве займа денежных средств (15 100 000 руб.) он внес на счет ООО «Гратом», открытый в АО «ТЭМБР-БАНК», а также заявлял, что в период совершения оспариваемых сделок не имел неисполненных обязательств перед кредиторами и не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Такие доводы судами обеих инстанций сочли не опровергающими заявленных финансовым управляющим, в том числе, исходя из установленной аффилированности всех контрагентов сделок, где ФИО7 является сыном ФИО4, которая является супругой должника ФИО2. Также судами приняты во внимание и фактические правоотношения между сторонами, не характерные для независимых участников рынка. Заинтересованность должника и остальных сторон спорных сделок установлена и налоговым органом при проведении проверки в отношении ООО «Гратом», по результатам которой принято решение от 30.07.2018 N 05-15/1777 о привлечении названной организации к налоговой ответственности на сумму более 250 млн. руб. и которой, помимо прочего, установлено, что ФИО2 являлся бенефициаром и фактическим руководителем группы компаний (в которую, в том числе входили ООО «Гратом», ООО «Куппо» (головная организация) и ООО «Сладкий уклад»), имевшей единые бухгалтерию и центр принятия решений, а ФИО7 и ФИО4 участвовали в руководстве и деятельности этих компаний.

В отношении договора займа и расписки к нему судом первой инстанции назначена судебно-техническая экспертиза для разрешения вопросов о том, соответствует ли время выполнения реквизитов дате, указанной в названных документах (20.06.2013), если нет, то когда выполнены реквизиты, подвергались ли документы агрессивному воздействию.

В соответствии с выводами, изложенными в экспертном заключении, установить время фактического выполнения реквизитов (печатного текста, записей, подписей) в договоре и расписке не представилось возможным, документы агрессивному воздействию не подвергались.

В связи с этим представленные на обозрение суда первой инстанции оригиналы договора и расписки, а также имеющиеся в материалах дела копии этих документов оценивались судом первой инстанции во взаимосвязи с остальными доказательствами, объем и содержание которых позволили прийти к выводам об отсутствии необходимости назначения повторной экспертизы и возможности разрешения спора по имеющимся в материалах дела доказательствам.

В ответ на запрос суда первой инстанции, направленный в «СДМ-Банк» (ПАО) о предоставлении выписки по счету ФИО9 с целью подтверждения снятия денежных средств, которые впоследствии могли быть переданы ФИО7, поступил ответ о невозможности предоставления выписки в связи с истечением срока хранения необходимой информации.

Судами также принято во внимание, что ФИО7 не раскрыл свои мотивы передачи полученных от его отца в качестве подарка 15 500 000 руб. ФИО2 на нерыночных условиях, а также получения в качестве отступного доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад». При этом, как утверждали сами ответчики, у ФИО2 в период передачи ФИО7 доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» признаков банкротства не имелось, однако, заемные средства им не были возвращены, о наличии каких-либо споров при согласовании условий соглашения об отступном не заявлено.

Довод о том, что часть полученных в качестве займа денежных средств (15 100 000 руб.) ФИО2 внес на счет ООО «Гратом», открытый в АО «ТЭМБР-БАНК», не был подтвержден ответчиками документально, поскольку ГК «АСВ» ответ на запрос суда первой инстанции не представила.

В рассматриваемом случае совокупность установленных и изложенных выше доказательств привела к выводу о недоказанности возражений должника и заинтересованных по отношению к нему и друг к другу лиц о реальности заемных отношений ФИО7 и ФИО2

Судами также принято во внимание, что дальнейший переход права на долю в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» от ФИО7 к его матери ФИО4 осуществлен менее, чем через три месяца после принятия ФНС России решения, содержащего выводы о структуре управления и деятельности группы компаний, подконтрольных ФИО2, а также об ФИО7 и ФИО4

Безвозмездность данной сделки сторонами не опровергалась, право на долю в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» перешло к ФИО4 на основании договора дарения.

Таким образом, кредиторы, предоставившие финансирование подконтрольной ФИО2 группе компаний, не могут получить удовлетворение их требований за счет деятельности, осуществляемой ООО «Сладкий уклад», в то время как финансовым управляющим и поддержавшими его правовую позицию кредиторами, помимо прочего, заявлялся довод о том, что именно деятельность ООО «Сладкий уклад» является источником дохода ФИО2 и аффилированных по отношению к нему лиц.

Судами также установлено, что при отчуждении доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» в нарушение требований пункта 11 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" не было нотариально удостоверено, в то время как согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" если в качестве отступного предоставляются доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, то соглашение об отступном должно быть нотариально удостоверено (пункт 2 статьи 163 ГК РФ, пункт 11 статьи 21 Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").

При таких обстоятельствах, заявленные финансовым управляющим требования признаны обоснованными, применены последствия недействительности сделок.

С выводами судов первой и апелляционной инстанций не согласились ФИО7, ФИО4, ФИО2, обратившись в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение и постановление,  направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Кассаторами заявлены аналогичные доводы, заявители полагают ошибочными выводы судов о наличии у ФИО2 признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемой сделки, поскольку обязательства перед кредиторами, включенные впоследствии в реестр требований кредиторов должника, возникли после совершения оспариваемых сделок, отчуждение доли в уставном капитале и ее последующее дарение не было направлено на причинение имущественного вреда кредиторам ФИО2 ввиду отсутствия таковых, указывают также на достаточность доказательств, подтверждающих наличие финансовой возможности у ФИО7 предоставить заем ФИО2

Кроме того, ФИО2 ссылается на неверное применение судами норм процессуального права в части оценки решения налогового органа о привлечении ООО «Гратом» к ответственности и доначислении налога, поскольку такое решение состоялось значительно позднее совершения оспариваемых сделок, отмечают, что личная ответственность ФИО2 по обязательствам ООО «Гратом» установлена не была.

ФИО7 в своей кассационной жалобе ссылается на положения абзаца 2 статьи 11 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ (ред. от 13.06.2023) "Об обществах с ограниченной ответственностью", полагая, что требование о соблюдении нотариальной формы к спорным правоотношениям не применимо.

На кассационную жалобу представлен отзыв кредитора ПАО Банк ВТБ, в котором общество возражает по  доводам жалоб, судебные акты просит оставить без изменения. Отзыв приобщен к материалам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ФИО2 и ФИО4 поддержали доводы кассационных жалоб, просили об отмене определения  и постановления. 

Финансовый управляющий и представитель ПАО Банк ВТБ по доводам кассационных жалоб возражали.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в обособленном споре и явившихся в судебное заседание,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Из содержания статей 6, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагает истец, а должен сам правильно квалифицировать спорные правоотношения и определить нормы права, подлежащие применению в рамках фактического основания и предмета иска. 

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Из разъяснений, изложенных в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся.

Согласно сформировавшейся судебной практике (Определение Верховного Суда РФ от 19.03.2020 по делу N А40-27329/2018) оспаривание цепочки сделок, в том числе сделок, стороной которых должник не является, не противоречит законодательству о несостоятельности (банкротстве) в случае, если для восстановления нарушенных прав должника недостаточно признания недействительной только первой из цепочки сделок.

В ситуации, когда отношения сторон являются сложно-структурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок.

Следовательно, надлежащим является оспаривание цепочки совокупности сделок по отчуждению имущества из собственности должника.

В данном случае оспариванию подлежала сделка, в результате совершения которой  99,97 % доля в уставном капитале ООО «Сладкий уклад», принадлежавшие ФИО2, в отношении которого определением Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019 возбуждено дело о банкротстве, стала принадлежать его супруге ФИО4 посредством заключения соглашения о прекращении обязательств путем передачи доли в уставном капитале от 30.09.2015 между ФИО7 и ФИО2, заключением сделки по передаче ФИО7 в пользу ФИО4 доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад» в размере 99,97 %, оформленной договором дарения от 18.10.2018.

Данные сделки представляли собой многоступенчатый процесс, опосредованный совершением нескольких юридически значимых действий, совершение которых имело место с нарушением требований гражданского законодательства.

Согласно положениям статьи 21 Федерального закон от 08.02.1998 N 14-ФЗ (ред. от 29.06.2015) "Об обществах с ограниченной ответственностью", Участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества. Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных настоящим Федеральным законом, если это не запрещено уставом общества.

В пункте 11 указанной нормы установлено, что сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки.

Нотариальное удостоверение этой сделки не требуется в случаях перехода доли к обществу в порядке, предусмотренном статьями 23 и 26 настоящего Федерального закона, распределения доли между участниками общества и продажи доли всем или некоторым участникам общества либо третьим лицам в соответствии со статьей 24 настоящего Федерального закона, а также при использовании преимущественного права покупки путем направления оферты о продаже доли или части доли и ее акцепта в соответствии с пунктами 5 - 7 настоящей статьи.

Таким образом, не подлежат нотариальному удостоверению сделки с долями общества, совершаемые самим обществом, и сделки, совершаемые в рамках осуществления преимущественного права покупки доли общества участниками общества и самим обществом, если такое право общества предусмотрено его Уставом. Обстоятельства, при которых сделка по отчуждению доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не подлежит нотариальному удостоверению, поименованы нормой закона, отчуждение доли посредством заключения соглашения об отступном, как и дарение такой доли, к указанным обстоятельствам не отнесены. Доводы кассационной жалобы об обратном в данной части основаны на неверном толковании норм материального права. 

Статьей 163 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что нотариальное удостоверение сделок обязательно  в случаях, указанных в законе, и в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида эта форма не требовалась.

Если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность.

Таким образом, сделка по передаче ФИО7 99,97 % доли в уставном капитале ООО «Сладкий уклад», 100 % которой принадлежали ФИО2, является недействительной, как и последующее дарение  долей в уставном капитале ООО «Сладкий Уклад» ФИО7 своей матери ФИО4 

Судом апелляционной инстанции обоснованно отмечено и следует из решения от 30.07.2019 по делу № А40-236392/18 об оспаривании решения налогового органа от 30.07.2018 № 05-15/1777, вынесенного по результатам выездной налоговой проверки ООО «Гратом» за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, что ФИО2 являлся бенефициаром и фактическим руководителем группы компаний (в которую, в том числе входили ООО «Гратом», ООО «Куппо» (головная организация) и ООО «Сладкий уклад»), имевшей единые бухгалтерию и центр принятия решений, а ФИО7 и ФИО4 участвовали в руководстве и деятельности этих компаний.

На основании совокупности представленных в материалы дела доказательств, установлено, что из-под контроля ФИО2, в том числе, после подписания соглашения об отступном и последующего дарения, общество «Сладкий уклад», не выходило, отчуждение долей уставного капитала аффилированным лицам носило мнимый характер, с чем суд кассационной инстанции соглашается. 

Вместе с тем, суд округа полагает верными доводы кассаторов о недоказанности, исходя из установленных судами обстоятельств, наличия у ФИО2 признаков неплатежеспособности на момент отчуждения имущественных прав. Действительно, налоговая проверка в отношении ООО «Гратом» хотя и была проведена за период, в который, в том числе, совершена сделка, однако, неплатежеспособности непосредственно контролирующего ООО «Гратом» лица ФИО2 не подтверждает, обстоятельства возложения на него ответственности указанного общества и превышение размера обязательств общества и личных обязательств ФИО2 над его активами, установлены не были. 

Однако, наличие или отсутствие признака неплатежеспособности у ФИО2 вывода о недействительности ничтожной сделки не опровергает.

Также не опровергает такого вывода и вероятность наличия у ФИО7 финансовой возможности предоставления займа ФИО2 в результате получения ФИО7 в дар денежных средств, поскольку предоставление отступного на сумму 15 100 000 руб. долей в уставном капитале общества номинальной стоимостью 29 902 000 рублей критерию разумного поведения не соответствует. 

Осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе в случае, если контрагент является заинтересованным лицом).

Презумпция добросовестности является опровержимой. В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам.

В данном деле доказательств, с высокой степенью достоверности опровергающих доводы финансового управляющего, должником и  заинтересованными по отношению к нему ответчиками, представлено не было.

Проверяя правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции применительно к части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, соответствуют ли выводы судов практике применения правовых норм, определенной постановлениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившими силу постановлениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам судебной практики, постановлениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившими силу постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, а также содержащейся в обзорах судебной практики, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства и пришли к обоснованному и правомерному выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной, последствия недействительности сделки применены верно.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 21.06.2023,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 по делу № А40-226572/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                        Л.В. Михайлова

 

Судьи:                                                                                    В.Я. Голобородько        

 

Н.С. Калинина