﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-30821/2018

г. Краснодар

19 августа 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 августа 2019 года.

	Полный текст постановления изготовлен 19 августа 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего судьи Мазуровой Н.С., судей Волкова Я.Е. и Епифанова В.Е., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Зуб А.А. (с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Ростовской области), при участии в судебном заседании посредством видеоконференц-связи от истца – общества с ограниченной ответственностью «Футар» (ОГРН 1166196109001) – Кладовой О.А. (доверенность 04.09.2018), в отсутствие представителей ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Холод Сервис» (ОГРН 1025007115517), извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения сведений в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Холод Сервис» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 28.01.2019 (судья Корх С.Э.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 (судьи Ванин В.В., Маштакова Е.А., Чотчаев Б.Т.) по делу № А53-30821/2018, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Футар» (далее – ООО «Футар») обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Холод Сервис» (далее – ООО «Холод Сервис»), в котором просило:

– взыскать с ООО «Холод Сервис» в пользу ООО «Футар» 1 537 794 руб. убытков,

– взыскать с ООО «Холод Сервис» в пользу ООО «Футар» 28 378 руб. расходов по уплате госпошлины, 34 тыс. руб. расходов по оплате юридических услуг, 55 тыс. руб. расходов по оплате комплексного товароведческого исследования, 9 600 руб. расходов по оплате тепловизионного обследования морозильной камеры.

Решением от 28.01.2019, оставленным без изменения апелляционным постановлением от 24.04.2019, с ООО «Холод Сервис» в пользу ООО «Футар» взыскано 922 989,60 руб. убытков, возникших в результате порчи товара, переданного на хранение, 20 406,94 руб. в возмещение расходов на оплату услуг представителя, 33 011,22 руб. в возмещение расходов на проведение досудебной оценки, а также 17 032,59 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины. В остальной части исковых требований и требований о взыскании судебных расходов отказано. 

Судебное решение мотивировано следующим. 19.03.2018 между ООО «Футар» (поклажедатель) и ООО «Холод Сервис» (хранитель) заключен договор ответственного складского хранения № 19/03/2018, по условиям которого хранитель принял обязательство за вознаграждение принимать и хранить передаваемые поклажедателем товары в охлажденном складе при температурном режиме -2°С – -3°С (допустимое отклонение +/- 1°С) и возвращать их поклажедателю в сохранности в согласованные с поклажедателем сроки (пункт 1.1 договора); к обязанности хранителя отнесено соблюдение температурного режима (пункт 3.1.14 договора); хранитель обязан хранить товар в течение обусловленного договором срока (пункт 2.1 договора); срок действия договора – с момента заключения до 31.12.2018 (пункт 6.1 договора); хранитель начинает принимать от поклажедателя товары на хранение с 01.04.2018 (пункт 3.1.1 договора); замечания хранителя, возникшие при приемке товара, должны быть отражены в складской квитанции или акте о приеме-передаче товара (пункт 3.1.4 договора); хранитель в целях обеспечения сохранности переданных на хранение товаров обязан принять все меры, предусмотренные законом, нормативными актами, договором, а также все меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства по хранению, в том числе свойствам переданного на хранение товара (пункт 3.1.3 договора); хранитель принимает и осуществляет хранение товара по количеству мест в стандартной упаковке без взвешивания и проверки содержимого, по наименованию, указанному в сопроводительных документах, только в исправной таре, гарантирующей полную сохранность товара при хранении и перевозке ж/д и автомобильным транспортом       (пункт 3.1.13 договора); в случае обнаружения повреждений товара хранитель обязан уведомить об этом поклажедателя незамедлительно (пункт 3.1.15 договора); хранитель обязан возместить поклажедателю убытки, причиненные утратой, недостачей или повреждением товаров вследствие несоблюдения температурного режима, указанного в пункте 4.2 договора, в случае невозможности восстановления поврежденного товара в размере действительной (документально подтвержденной) стоимости товара (подпункт 4 пункта 7.2 договора); споры между сторонами, возникшие в связи с договором и из него, разрешаются в судебном порядке по месту нахождения истца, местом регистрации истца является Ростовская область (пункт 8.1 договора). Товаром, подлежащим хранению на складе, являлся мицелий грибной посевной. В протоколе от 25.06.2018 № 2, составленном комиссией в составе представителей хранителя и поклажедателя, зафиксировано несоблюдение температурного режима в холодильном складе по адресу: г. Электросталь, ул. Мира, д. 25Г, температура от +8°С до +10°С в значительной степени превышала допустимые по условиям договора отклонения. В результате проведенного 02.07.2018 по заказу ООО «Футар» тепловизионного обследования морозильной камеры обнаружены многочисленные факты инфильтрации теплового воздуха в зонах примыкания внутрь камеры, в результате чего создавался значительный приток теплового воздуха. 06.08.2018 в присутствии генерального директора хранителя (от подписи отказался) составлен акт осмотра мицелия, в нем зафиксировано наличие повреждений товара, предполагаемой причиной порчи которого названо нарушение условий хранения, ненадлежащее обеспечение температурного режима. При этом никаких замечаний в документах о приемке товара не отражено, в адрес истца такие замечания не направлялись. Истцом представлено заключение специалистов от 03.09.2018 (образцы для проведения экспертизы изъяты 27.08.2018 в присутствии уполномоченных представителей сторон и эксперта), которым установлен факт гибели мицелия в объеме 17 784 кг и ее причина – повышение температуры в условиях склада. 03.09.2018 истцом по почте от ответчика получен конверт с письмами от 01.07.2018, от 27.08.2018, в которых высказаны намерения хранителя утилизировать испорченный товар. Заявленная истцом сумма убытков (1 537 794 руб.) определена исходя из расчетного остатка товара на складе (20 781 кг) и цены реализации мицелия зернового (74 руб./кг). Пунктом 1 статьи 902 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) установлено, что убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса, если законом или договором хранения не предусмотрено иное. На основании пункта 2       статьи 393 Гражданского кодекса убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса; размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности (пункт 5 статьи 393 Гражданского кодекса). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки  подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса, пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016    № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7). В рассматриваемом деле установлено наличие совокупности условий для взыскания убытков: хранителем нарушено обязательное условие договора о соблюдении температурного режима хранения товара, между допущенным нарушением и возникшими у истца убытками имеется причинно-следственная связь, подтвержденная заключением специалистов от 03.09.2018. Однако размер причиненных убытков, определенный исходя из объема испорченного товара 20 781 кг и цены реализации 74 руб. за кг, необоснован, поскольку согласно актам, подписанным сторонами на момент проведения совместного осмотра 27.08.2018, на складе зафиксировано 17 784 кг продукции. Уточненные исковые требования, в которых истцом заявлено также о взыскании убытков, связанных с утратой товара, фактически отсутствующего на складе, упущенной выгоды, судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс, Кодекс) к рассмотрению не приняты, поскольку изначально подобные основания иска заявлены не были. Рассмотрев первоначальные требования о взыскании убытков, возникших в связи с порчей товара, суд признал обоснованным определение объема испорченного товара в количестве 17 784 кг. В силу пункта 1 статьи 901 Гражданского кодекса основанием освобождения профессионального хранителя от ответственности за утрату переданного на хранение имущества могут являться обстоятельства непреодолимой силы; юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы возможна только при одновременном наличии совокупности ее существенных характеристик: чрезвычайности и непредотвратимости (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.06.2012                 № 3352/12). О наличии чрезвычайных обстоятельств сторонами не заявлялось. Довод ответчика о том, что ему было неизвестно о свойствах товара и условиях его хранения, отклонен, поскольку условия хранения прямо согласованы в договоре. Принятие на хранение уже испорченного товара, в отсутствие доказательств такого его состояния, не предполагает освобождения хранителя от ответственности; доводы ответчика о допущенных истцом или третьими лицами нарушениях, которые привели или создали условия к порче продукции, судом отклонены как голословные. Поскольку температурный режим хранения товара согласован сторонами непосредственно в договоре, любые условия на упаковке товара не обязывают хранителя, и не предоставляют ему прав против согласованных условий сделки, в отсутствие прямых указаний поклажедателя. Значимым при согласовании условий хранения органически живого продукта суд признал транзитный характер такой услуги. Из представленного по требованию суда журнала учета показаний температуры холодильной камеры № 4 «грибной» видно, что поддержание заданной температуры (с учетом допустимого отклонения в 1°C) ответчиком не обеспечивалось (фактическая температура превышала заданную) в течение почти всего периода хранения, начиная с 01.04.2018. Последствия ненадлежащего хранения в виде порчи товара были обусловлены причинами, зависящими от хранителя. Наличие обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 893 Гражданского кодекса, и принятие ответчиком названных в данной норме мер для сохранности, им не подтверждено. Любые обстоятельства, прямо или косвенно, оказывающие влияние на договорный параметр, предполагаются к безусловному учету за счет компенсирующих действий самого хранителя, заявившего об обеспечении интервала температур в заданном параметре. Хранитель несет ответственность за порчу товара в количестве 17 784 кг, фактически находившегося на складе; порча остального товара (разница между 20 781 кг и 17 784 кг) истцом не доказана, по причине его фактического отсутствия на складе, требования, основанные на утрате товара, к рассмотрению в рамках настоящего дела не приняты. Ввиду документального подтверждения цены закладки мицелия 51,90 руб., расчет убытков исходя из цены реализации товара, в случае его получения от хранителя (74 руб./кг), необоснован, прибыль истца, которую он мог бы получить в случае реализации мицелия, подлежит самостоятельному доказыванию.  Требования истца об убытках в форме упущенной выгоды не основаны на реальных доказанных обстоятельствах готовности самого истца к получению такого дохода и наличием только одного препятствия, вызванного порчей спорной партии продукции. Формальная констатация разницы между ценой испорченного товара и ценой его предпочтительно предполагающейся реализации, не является ни доказательством, ни правовым критерием возникновения указанной формы убытков. Расходы по утилизации истцом в качестве убытков не заявлялись.  В соответствии со статьями 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса, разъяснениями, приведенными в пунктах 12, 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1         «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление Пленума № 1), заявление истца о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя подлежит удовлетворению пропорционально удовлетворенным требованиям; в таком же порядке подлежат распределению понесенные при подаче иска расходы по уплате государственной пошлины. Факт несения расходов по оплате услуг представителя истцом документально подтвержден, судом также учтены сведения о гонорарной практике, сложившейся на территории Ростовской области в 2017 году (выписка из протокола от 30.03.2018 № 3 заседания Совета Адвокатской палаты Ростовской области), объем оказанных представителем в суде первой инстанции услуг, процессуальная значимость процессуальных документов, которые предоставлялись исполнителем. Согласно пункту 2 постановления Пленума № 1 расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд, и собранные доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Экспертное исследование признано судом в качестве относимого и допустимого доказательства, в связи с чем, затраты на его проведение признаются подлежащими возмещению пропорционально удовлетворенным требованиям как судебные расходы, обеспечившие формирование доказательств истцом. Расходы на проведение тепловизионного исследования морозильной камеры в сумме 9 600 руб. документально не подтверждены. 

Апелляционный суд, оставляя решение от 28.01.2019 без изменения, также отметил, что вина в основание ответственности профессионального хранителя не входит, поскольку основанием освобождения его от ответственности является не отсутствие вины, а обстоятельства непреодолимой силы либо такие свойства вещи, о которых хранитель, принимая ее на хранение, не знал и не должен был знать либо умысел или грубая неосторожность поклажедателя; из пункта 1 статьи 901 Гражданского кодекса следует, что бремя доказывания данных обстоятельств, освобождающих профессионального хранителя от ответственности за утрату, недостачу, повреждение объекта хранения, лежит на хранителе. Основания для исключения протокола от 25.06.2018 № 2 из числа доказательств по делу отсутствуют; документов о том, что подписавшие указанный протокол со стороны ответчика лица (Мальков В.И., Мальков В.В.) не являются его работниками, в деле не имеется. Из журнала учета показаний температуры холодильной камеры № 4 «грибной» следует, что поддержание заданной температуры (с учетом допустимого отклонения в 1°C), то есть от -1°C до -4°C, ответчиком не обеспечивалось в течение почти всего периода хранения, начиная с 01.04.2018, температура хранения зафиксирована в преимущественных значениях, близких к 0°C, а в период с 22 по 26 июня 2018 года – в значениях от +3°C до +10°C. Возражения ответчика относительно недопустимости результатов тепловизионного обследования морозильной камеры (заключение не подписано, исследование не проводилось) фактически направлены на обоснование их недостоверности, правомерно исследованы и оценены судом первой инстанции, наряду с иными доказательствами, по правилам статьи 71 Кодекса. Факт повреждения мицелия зафиксирован актами от 06.08.2018, от 27.08.2018 по результатам осмотра размещенной на складе ответчика поклажи, определена стоимость порчи поклажи в размере 922 989,60 руб. Данные доказательства являются допустимыми, при этом акт                     от 06.08.2018 составлен в одностороннем порядке, акт от 27.08.2018 подписан со стороны ответчика, с указанием должностей, Мальковым В.И. (генеральный директор),     Мальковым В.В. (инженер АТПиП), о фальсификации подписей в акте от 27.08.2018 ответчик не заявлял; в составлении акта от 27.08.2018  принимал участие эксперт-товаровед, по результатам осмотра изъяты образцы партии товара для проведения исследования степени повреждения и его возможных причин; актом от 27.08.2018 зафиксирована предполагаемая причина порчи поклажи – несоблюдение температурного режима морозильной камеры (пункт 2 акта),  температура в камере на момент осмотра, составишая +16 °C (пункт 4 акта). Имеющиеся в деле доказательства позволяют достоверно установить факт порчи объекта хранения на сумму 922 989,60 руб. по состоянию на 27.08.2018, исходя из фактически имеющегося на складе товара (мицелия), и цены его приобретения истцом. Довод ответчика о недоказанности истцом нарушения температурного режима хранения отклонен, как противоречащий пункту 1 статьи 901 Гражданского кодекса, а довод об отсутствии у ответчика сведений о свойствах товара и условиях его хранения – как противоречащий условиям договора ответственного складского хранения от 19.03.2018. Ссылка хранителя на истечение срока годности объекта хранения 01.08.2018, не свидетельствует о существовании установленных пунктом 1 статьи 901 Гражданского кодекса оснований освобождения профессионального хранителя от ответственности за утрату, недостачу или повреждение объекта хранения; кроме того, по смыслу пункта 3 статьи 192 Гражданского кодекса срок хранения, определенный как «до августа 2018 года», истек 31.08.2018. Из материалов дела не следует, что ответчик, полагая истекшим обычный при данных обстоятельствах срок хранения, в связи с истечением срока годности (пункт 3 статьи 889 Гражданского кодекса), потребовал от истца взять вещь обратно, поэтому основания для применения к спорным правоотношениям пункта 2 статьи 901 Гражданского кодекса, отсутствуют. Имеющиеся в деле доказательства не свидетельствуют о существовании обстоятельств, которыми Гражданский кодекс обусловливает освобождение профессионального хранителя от ответственности за утрату, недостачу или повреждение объекта хранения, такие обстоятельства не считаются установленными. С учетом положений пункта 5    статьи 393 Гражданского кодекса, разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума № 7, закрепленных в пункте 7.2 договора хранения от 19.03.2018 условий, суд первой инстанции обоснованно признал доказанным размер убытков от порчи объекта хранения в сумме 922 989,60 руб.. Довод ответчика о передаче истцом испорченного товара индивидуальному предпринимателю Семенькову Н.П. по возможно возмездному основанию, не доказан. 

В кассационной жалобе ООО «Холод Сервис» просит решение от 28.01.2019 и апелляционное постановление от 24.04.2019 отменить, направить дело на новое рассмотрение в ином судебном составе.

По мнению подателя жалобы, ранее изложенному в апелляционной жалобе, судом первой инстанции неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; обстоятельства, имеющие значение для дела, которые суд посчитал установленными, не доказаны; выводы, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела; не применен закон, подлежащий применению. Постановление суда апелляционной инстанции построено на ошибочном мнении о том, что ответчик является профессиональным хранителем (пункт 2 статьи 886 Гражданского кодекса). Истец, пользуясь своим превосходством в области знаний о свойствах мицелия и условиях его хранения, в нарушение статьи 10 Гражданского кодекса злоупотребил гражданскими правами во вред ответчику, а суды не обратили на это внимания. В судебных заседаниях достоверность представленных истцом доказательств не определена и не подтверждена. В договоре и иных документах, переданных ответчику, отсутствуют сведения о сроке годности товара и свойствах товара. Судами обеих инстанций неправильно истолкованы и применены нормы материального права в части определения срока годности товара; в случае правильного определения судами факта истечения срока годности товара 31.07.2018 (до августа 2018 года), заключение специалистов от 03.09.2018 не было бы положено в основу оспариваемых судебных актов, как проведенное в отношении товара, срок годности которого на момент исследования истек. Истец о нарушениях договора начал заявлять только после истечения срока годности товара (в августе 2018 года), в силу статьи 10 Гражданского кодекса лицу, злоупотребляющему правом, суд отказывает в судебной защите. Суд не исследовал обстоятельство отчуждения товара по ничтожной (безвозмездной) сделке третьему лицу (индивидуальному предпринимателю       Семенькову Н.П.). Поскольку судом не установлены степень повреждения товара и стоимость годных остатков, стоимость возвращенных истцу и переданных им впоследствии предпринимателю Семенькову Н.П. 13 404 кг мицелия на сумму                 695 667,60 руб. не может быть взыскана с ответчика.

От ООО «Футар» в окружной суд поступил письменный отзыв с возражениями против удовлетворения кассационной жалобы.

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса  заседание суда округа проведено с использованием систем видеоконференц-связи.

В судебном заседании представитель ООО «Футар» высказал мнение об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов, в том числе в части отказа ему в иске.

В соответствии с частями 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса кассационная инстанция проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее, а также соответствие выводов арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва не нее, выслушав в открытом судебном заседании представителя истца, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа находит жалобу не подлежащей удовлетворению, по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установлено судами, настоящий спор между      ООО «Футар» (поклажедатель) и ООО «Холод Сервис» (хранитель) возник в связи с заключением и исполнением ими обязательств по договору ответственного складского хранения от 19.03.2018 № 19/03/2018.

При рассмотрении дела судебные инстанции правомерно исходили из того, что в соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 Гражданского кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом. При этом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, средством защиты которого выступает предъявленный этим лицом иск (заявление).

В силу положений статьи 886 Гражданского кодекса по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности; в договоре хранения, в котором хранителем является коммерческая организация либо некоммерческая организация, осуществляющая хранение в качестве одной из целей своей профессиональной деятельности (профессиональный хранитель), может быть предусмотрена обязанность хранителя принять на хранение вещь от поклажедателя в предусмотренный договором срок. 

Установлено пунктом 1 статьи 907 Гражданского кодекса, что по договору складского хранения товарный склад (хранитель) обязуется за вознаграждение хранить товары, переданные ему товаровладельцем (поклажедателем), и возвратить эти товары в сохранности; товарным складом признается организация, осуществляющая в качестве предпринимательской деятельности хранение товаров и оказывающая связанные с хранением услуги.

В соответствии с пунктом 2 статьи 907 Гражданского кодекса письменная форма договора складского хранения считается соблюденной, если его заключение и принятие товара на склад удостоверены складским документом (статья 912). 

В силу части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном этим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

По правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11).

Исследовав и оценив представленные в обоснование заявленных требований и возражений против них доказательства, судебные инстанции установили факт заключения сторонами 19.03.2018 договора хранения, нарушения обязательств по нему хранителем, выразившегося в необеспечении соблюдения согласованного в договоре температурного режима хранения, вследствие которого испорчено 17 784 кг переданного истцом ответчику на хранение мицелия зернового, установили размер возникших у поклажедателя убытков в виде реального ущерба, в связи с чем, руководствуясь нормами      статей 15, 393, 401, 886, 891, 893, 900, 901, 902 Гражданского кодекса, разъяснениями, сформулированными в пунктах 1, 4 постановления Пленума № 7, условиями заключенной сторонами сделки, удовлетворили требования ООО «Футар» частично, на основании статей 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса, с учетом разъяснений, закрепленных в пунктах 2, 10, 12, 13, 20 постановления Пленума № 1, пропорционально удовлетворенным исковым требованиям распределили судебные расходы по делу.

Вопреки доводам жалобы, обстоятельства заключения договора ответственного складского хранения от 19.03.2018 № 19/03/2018 со стороны хранителя ООО «Холод Сервис», являющимся коммерческой организацией, условия договора о начале принятия хранителем от поклажедателя товаров на хранение с 01.04.2018, выводам апелляционного суда о применении при разрешении возникшего спора к ответчику норм о профессиональном хранителе (пункт 2 статьи 886 Гражданского кодекса) соответствуют.

Приведенные в жалобе аргументы о злоупотреблении истцом, обладающим превосходством в области знаний о свойствах мицелия и условиях его хранения, гражданскими правами во вред ответчику, и поэтому, о необходимости применения судами статьи 10 Гражданского кодекса, окружным судом не принимаются, как не основанные на установленных судами фактических обстоятельствах, не свидетельствующих о наличии оснований для защиты ответчика от требований истца. Надлежащее исполнение хранителем добровольно принятого на себя обязательства за вознаграждение принимать и хранить передаваемые поклажедателем товары в охлаждаемом складе при температурном режиме -2°C – -3°C (допустимое отклонение        +- 1°C) и возвращать их в сохранности в согласованные с поклажедателем сроки, не требовало от ответчика специальных познаний о свойствах мицелия, условия хранения с достаточной определенностью согласованы сторонами и закреплены в письменном договоре. 

По этим же основаниям следует признать неправомерными доводы заявителя жалобы об отсутствии в договоре и иных документах, переданных ответчику, сведений о сроке годности и о свойствах товара, об истечении срока его годности. Кроме того, судебные инстанции установили наличие прямой причинно-следственной связи именно между порчей переданного поклажедателем на хранение товара и несоблюдением хранителем согласованных условий его хранения. 

Суждение ответчика о том, что спорный мицелий зерновой приобрел бы состояние, в котором он находился на момент, зафиксированный актом от 06.08.2018 повреждения товара, переданного на хранение по договору от 19.03.2018, актом от 27.08.2018 № 2 к договору хранения от 19.03.2018 о порче товара, переданного на хранение, и отраженное в заключении специалистов от 03.09.2018 № 0015Т-03/08.18, в результате только лишь истечения срока годности товара, который суды мотивированно признали не истекшим до момента фактической порчи мицелия, ничем не подтверждено. 

Ссылка подателя жалобы на заявление истцом о нарушениях договора только после истечения срока годности товара (в августе 2018 года), как на самостоятельное основание для применения к ООО «Футар», как лицу, злоупотребляющему правом, статьи 10 Гражданского кодекса, несостоятельна, поскольку опровергается материалами дела, указывающими на возникновение у поклажедателя претензий к исполнению хранителем своих обязательств еще в июне 2018 года (протокол от 25.06.2018 № 2 о несоблюдении температурного режима в холодильном складе по адресу: г. Электросталь, ул. Мира,          д. 25Г, согласно договору от 19 марта 2018 года № 19/03/2018). 

Доводы заявителя о не установлении степени повреждения товара и стоимости годных остатков, возвращенных истцу в объеме 13 404 кг, и переданных им впоследствии предпринимателю Семенькову Н.П. по ничтожной (безвозмездной) сделке, судом кассационной инстанции отклоняются. Следует из обжалуемых актов, что судами установлен факт порчи переданного истцом ответчику на хранение товара полностью, сохранение какой-либо части мицелия в условиях существенно и неоднократно нарушенного хранителем температурного режима, сторонами документально не подтверждено. 

Из имеющихся в деле доказательств также видно, что часть принадлежащего поклажедателю испорченного товара (4 380 кг) хранителем удержана, а другая часть (13 404 кг) возвращена поклажедателю с отметкой о его состоянии «испорчен». Намерение хранителя оставить испорченный товар у себя полностью и самостоятельно (за свой счет) осуществить его утилизацию, направление соответствующего обращения в адрес поклажедателя и получение на то его согласия, подтверждения в материалах дела не нашло.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения от 28.01.2019 и апелляционного постановления от 24.04.2019 по доводам кассационной жалобы не имеется. Судебные инстанции с достаточной полнотой установили имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применили к ним нормы права, содержащиеся в обжалуемых актах выводы, основаны на исследованных судами доказательствах и переоценке окружным судом кассационной инстанции не подлежат (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса), само по себе несогласие с ними отмену судебных актов не влечет.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов в любом случае (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины при подаче кассационной жалобы относятся на заявителя по правилам статьи 110 Кодекса.

Руководствуясь статьями 274, 284 − 289 Арбитражного процессуального кодекса, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 28.01.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 по делу № А53-30821/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок и в порядке, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

 

Председательствующий							       Н.С. Мазурова 

Судьи										       Я.Е. Волков

     								                               В.Е. Епифанов