ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-14658/2024

г. Челябинск

24 февраля 2025 года

Дело № А76-15572/2024

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Корсаковой М.В. рассмотрел в порядке упрощенного производства без вызова сторон апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 14.01.2025 (резолютивная часть от 12.08.2024) по делу № А76-15572/2024.

Компания Янгтойз, Инк. (Young toys, Inc) (далее – истец, Компания) обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) о взыскании компенсации в сумме 40 000 руб. за нарушение исключительных прав за нарушение исключительных прав:

- 10 000 руб. - на товарный знак № 546005;

- 10 000 руб. - на произведение изобразительного искусства – логотип «TOBOT»; 

- 10 000 руб. - на произведение изобразительного искусства – Tobot K;

- 10 000 руб. - на произведение изобразительного искусства ; а также судебных издержек в сумме 549 руб.: на приобретение товара – 229 руб., почтовых расходов - 120 руб., расходов на получение выписки из ЕГРИП - 200 руб.

Дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке упрощенного производства в соответствии со ст. 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 14.01.2025 (резолютивная часть от 12.08.2024) исковые требования удовлетворены частично: с ИП ФИО1 в пользу ЯНГТОЙЗ, Инк. (Young toys, Inc) взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак № 546005 в размере 5 000 руб., на произведение изобразительного искусства – логотип «ТОВОТ» - 5000 руб., на произведение изобразительного искусства – «Tobot K» - 5000 руб., на произведение изобразительного искусства – 5000 руб.; судебные издержки, состоящие из стоимости товара - 229 руб., почтовых расходов - 120 руб., расходов по уплате государственной пошлины - 2000 руб.; в удовлетворении требований в остальной части отказано.

ИП ФИО1 в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новое решение. Ответчиком указано, что материалы дела не содержат оригинал чека, подтверждающего покупку контрафактного товара, он находится в деле № А76-10115/2024, где истец «TV TOKIO Corporation», копия чека предъявлена также в дело № А76-12027/2024, где истец Джимворлд Инк. (Gymworld.Inc); при этом один чек – это одно правонарушение, повторное взыскание компенсации является неправомерным, действия истца являются злоупотреблением правом. По мнению ИП ФИО1, исковое заявление подано неуполномоченным лицом, поскольку Компания не выдавала доверенность на представление ее интересов ФИО2, ФИО3, все доверенности фальсифицированы, суд ходатайство о запросе сведений по данным обстоятельствам отклонил. Ответчик ссылается на схожесть документов, представленных в названных делах, что представляет интересы разных истцов один представитель. Ответчиком указано, что Китай является недружественной страной, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. ИП ФИО1 указала, что не знала, что нарушает чьи-либо права, просила снизить размер компенсации, поскольку нарушение исключительных прав истца допущено впервые, не носило грубый характер, значительного ущерба истцу не нанесено, сумма компенсации является значительной для ответчика, продажа товара, нарушающего исключительные права истца, прекращена. 

Янгтойз, Инк. в отзыве на апелляционную жалобу просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, о принятии апелляционной жалобы к производству уведомлены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации в сети Интернет.

В соответствии с ч. 1 ст. 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассмотрел апелляционную жалобу без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам. 

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Young toys, Inc. является обладателем исключительных прав на товарный знак № 546005 , что подтверждается свидетельством на товарный знак, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков 18.06.2015, срок действия исключительного права до 17.04.2034, в отношении товаров 28-го класса МКТУ (игрушки-роботы), а также на произведения изобразительного искусства логотип TOBOT, рисунок Tobot K, рисунок , что подтверждается нотариально удостоверенным аффидевитом с переводом на русский язык № 2024-266.

26.09.2023 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, был приобретен товар (игрушка), на котором, по мнению истца, нанесены обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком и произведениями изобразительного искусства, правообладателем которых является Young toys, Inc.

Факт покупки товара (игрушка) на сумму 229 руб. подтверждается представленной в материалы дела фотографией кассового чека от 26.09.2023 на общую сумму 2486 руб., содержащим сведения о денежной сумме, уплаченной за товар, дате заключения договора розничной купли-продажи, о продавце ИП ФИО1 (наименование, ИНН), а также представленным истцом видеоматериалом, на котором зафиксирован процесс покупки спорного товара, фотографиями товара; приобретенный товар представлен в дело в качестве вещественного доказательства.

Истец, полагая, что предложение к продаже и последующая реализация товара нарушили его исключительные права, 02.02.2024 направил в адрес ответчика претензию № 15422 с требованием о выплате в добровольном порядке компенсации за допущенное нарушение. Ответа на претензию от ответчика не последовало.

Поскольку требования истца ответчиком добровольно не были удовлетворены, усматривая нарушение исключительных прав на вышеназванный товарный знак и произведения изобразительного искусства, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что представленными истцом в материалы дела доказательствами подтверждается факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак и рисунки, однако, с учетом заявления ответчика о снижении размера компенсации посчитал возможным определить сумму компенсации за все нарушения в 20 000 руб., из расчета по 5000 руб. за нарушение прав на каждый объект интеллектуальной собственности, установив чрезмерность заявленного размера компенсации.

Суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не усматривает.

В соответствии со ст. 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом.

Статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности вправе использовать такой результат по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если этим Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации

Пунктом 1 ст. 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В силу п. 1 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в п. 2 ст. 1484 Кодекса.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 названной статьи).

В соответствии с п. 34, 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак. При выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В силу п. 1 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации к объектам авторских прав относятся, в том числе произведения изобразительного искусства.

Авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме (п. 3 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Авторские права распространяются, в том числе, на часть произведения, его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным п. 3 настоящей статьи (п. 7 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 3 ст. 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

Пунктом 1 ст. 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

В силу п. 2 ст. 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности: воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме; распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров; перевод или другая переработка произведения. При этом под переработкой произведения понимается создание производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки и тому подобного); доведение произведения до всеобщего сведения таким образом, что любое лицо может получить доступ к произведению из любого места и в любое время по собственному выбору (доведение до всеобщего сведения).

Из материалов дела следует, что Young toys, Inc. является правообладателем исключительных прав на товарный знак № 546005, а также на заявленные произведения изобразительного искусства - рисунки. Данные обстоятельства подтверждены доказательствами, ответчиком не опровергнуты.

Именно нарушение исключительных прав на указанные товарный знак и самостоятельные произведения изобразительного искусства - рисунки послужило основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском.

Так, в ходе проведенной закупки 26.09.2023 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, в которой ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность, установлен факт продажи товара (игрушка - робот), на котором имеются обозначения, сходные до степени смешения с указанными товарным знаком и представляющие собой переработку указанных изображений. Это обстоятельство подтверждено представленными в материалы дела доказательствами: фотографией кассового чека, фотоматериалами, видеозаписью покупки, а также самим товаром, приобщенным к материалам дела в качестве вещественного доказательства. 

Таким образом, исходя из совокупности доказательств, суд первой инстанции правомерно посчитал установленным факт реализации товара в торговой точке, принадлежащей ответчику.

Сходство спорного товара (обозначений на нем) с товарным знаком истца до степени смешения, а также факт отнесения таких изображений к переработанным произведениям изобразительного искусства – рисункам роботов и логотипа установлены судом путем сравнения изображений с указанными объектами интеллектуальной деятельности с точки зрения обычного потребителя.

Поскольку переработка произведения относится к охраняемым исключительным правам, действия ответчика по реализации товара, содержащего обозначения, изображения, представляющие собой переработку охраняемых произведений, без согласия обладателя исключительных прав на эти произведения является нарушением исключительных прав правообладателя и свидетельствует о наличии оснований для применения предусмотренных законом мер защиты, включая право требования компенсации. 

Так как представленными доказательствами подтвержден факт реализации в торговой точке ответчика товара, содержащего нанесенные на него изображения, представляющие собой переработку указанных выше произведений изобразительного искусства, а также изображения, схожие до степени смешения с товарными знаками, и доказательств осуществления такой реализации с согласия правообладателя материалы дела не содержат, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика компенсации в пользу истца за нарушение его исключительных.

Довод ответчика о том, что материалы дела не содержат оригинал чека, подтверждающего покупку контрафактного товара, со ссылкой на нахождение оригинала чека в другом деле, рассмотрен судом первой инстанции и обоснованно отклонен.

Согласно ч. 8 ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него.

В силу ч. 6 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

С учетом изложенного кассовый чек, поступивший от истца в электронном виде через систему подачи документов «Мой арбитр», в условиях, когда достоверность отраженных в нем сведений не опровергнута, правомерно принят судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства, что не противоречит вышеуказанным нормам.

Доводы ответчика о том, что исковое заявление подано от имени истца неуполномоченным лицом, правомерно отклонены судом первой инстанции.

Как разъяснено в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее - постановление № 23), при проверке полномочий представителей иностранных лиц в арбитражном процессе судам надлежит учитывать, что лица, имеющие полномочия действовать от имени юридического лица без доверенности, а также полномочия на подписание доверенности от имени юридического лица, определяются по личному закону иностранного юридического лица (подпункт 6 пункта 2 статьи 1202 ГК РФ).

С учетом того, что к полномочиям представителя иностранного лица для ведения дела в государственном суде в силу пункта 4 статьи 1217.1 ГК РФ применяется право страны, где проводится судебное разбирательство, объем полномочий представителя на ведение дела в арбитражном суде Российской Федерации, исходя из подпункта 1 пункта 5 статьи 1217.1 ГК РФ, определяется на основании статьи 62 АПК РФ.

Форма доверенности на участие представителя иностранного лица в арбитражном суде Российской Федерации подчиняется праву страны, применимому к самой доверенности (пункт 1 статьи 120.9 ГК РФ), то есть праву Российской Федерации (пункт 4 статьи 1217.1 ГК РФ). Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если не нарушены требования права страны выдачи доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ) и требования статьи 61 АПК РФ.

Согласно положениям ч. 4, 5 ст. 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полномочия представителей на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с федеральным законом. Доверенность от имени организации должна быть подписана ее руководителем или иным уполномоченным на это ее учредительными документами лицом и скреплена печатью организации (при наличии печати).

Согласно ч. 5 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении.

Как верно установлено судом первой инстанции, истцом были представлены сведения о правовом статусе компании из национальной налоговой службы Республики Корея с нотариально удостоверенным переводом на русский язык, а также выписка из реестра регистрации юридических лиц с нотариально удостоверенным переводом. Указанные документы содержат в себе информацию о регистрационном номере, юридическом адресе, статусе, организационно-правовой форме, дате регистрации компании.

Доверенностью от 18.07.2023 Компания уполномочила осуществлять действия по представлению ее интересов в отношении защиты интеллектуальных прав на объекты интеллектуальной собственности, в том числе ФИО3 Из текста доверенности от 18.07.2023 следует, что она составлена одновременно на двух языках (английском и русском). Обе части доверенности, выполненные как на английском, так и на русском языке, подписаны непосредственно лицом, выдавшим доверенность - ФИО4 Пак и ФИО5 Чон. Из содержания выписки следует, что ФИО4 Пак и ФИО5 Чон являются директорами компании с 05.07.2022, в связи с чем указанные лица были вправе выдать доверенность от имени Компании ФИО3 Кроме того, на печати в доверенности имеются их имена на английском языке, где также указано, что они являются директорами (стр. 6 доверенности в оригинале, стр. 10 в переводе). Государственным нотариусом Ухо Пак удостоверен факт выдачи данной доверенности, оформленной в качестве официального документа полномочными представителями, директорами Компании. На доверенности имеется подпись, штамп государственного нотариуса. Кроме того, на доверенности также имеется апостиль, который удостоверяет подпись государственного нотариуса. ФИО6, временно исполняющей обязанности нотариуса города Москвы, засвидетельствована подлинность подписи, сделанной переводчиком ФИО7, от 21.09.2023. В доверенности от 18.07.2023 перечислены процессуальные права, указанные в части 2 статьи 62 АПК РФ, то есть объем полномочий представителя на ведение дела в арбитражном суде Российской Федерации соответствует нормам российского законодательства. Кроме того, доверенность, выданная в том числе на имя ФИО3, наделяет последнего правом на оформление соответствующей доверенности третьим лицам (включая физические и юридические лица) в порядке передоверия. Срок действия доверенности 2 года. Полномочия подписанта ФИО2 действовать от имени Компании подтверждаются представленной в материалы дела нотариальной доверенностью 77 АД 4558547, выданной ФИО3 в порядке передоверия, сроком действия до 31.01.2025 (в пределах срока действия основной доверенности) без права передоверия. Доверенность удостоверена нотариусом города Москвы ФИО8 Срок действия доверенностей на момент подачи иска не истек.

Доводы ответчика о фальсификации доказательств апелляционным судом отклоняются как не подтвержденные документально, кроме того, при рассмотрении дела судом первой инстанции ответчиком заявление о  фальсификации доказательств не подавалось.

Указывая на наличие связи между политической ситуацией, применением специальных экономических мер в связи с недружественными действиями Соединенных Штатов Америки и примкнувших к ним иностранных государств, предприниматель не приводит сведений о том, каким образом обращение в суд с рассматриваемым иском в защиту законных прав истца на результаты интеллектуальной деятельности способствует реализации антироссийской политики недружественного государства, а также, как такая политика влияет на результат рассмотрения настоящего судебного спора. Оснований полагать поведение истца противоречащим требованиям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда не имеется.

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В силу подпункта 1 ст. 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение, автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В соответствии с п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. 

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации. 

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. 

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй п. 3 ст. 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить размер требуемой истцом компенсации.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как указано в п. 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения абзаца третьего п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на:

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец;

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Указанное выше положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).

Положения абзаца третьего п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлении КС РФ № 28-П снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, возможно лишь по заявлению ответчика при наличии следующих условий: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Минимальный размер компенсации может быть снижен судом лишь при наличии совокупности указанных условий. Если хотя бы одно условие отсутствует (например, нарушение совершено неоднократно), снижение размера компенсации на основании Постановления КС РФ № 28-П невозможно, даже при наличии иных обстоятельств, учитываемых при снижении размера компенсации. В тексте Постановлении КС РФ № 28-П указаны и иные обстоятельства, которые учитываются при определении размера компенсации, например, имущественное положение ответчика. Однако даже при наличии этого обстоятельства, если отсутствует одно из вышеуказанных условий, снижение компенсации ниже низшего предела невозможно. 

Как следует из пункта 21 Обзора ВС РФ от 12.07.2017, сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами. Общий размер компенсации в результате снижения не может быть меньше 10 000 руб.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, обстоятельства дела, множественность нарушений, принадлежность объектов исключительных прав одному правообладателю, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принципов разумности и справедливости, с учетом ходатайства ответчика о снижении размера компенсации, степени вины нарушителя, стоимости реализованного ответчиком товара установил размер компенсации 20 000 руб. (из расчета 5000 руб. за нарушение права на каждый из 4 результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации).

Суд апелляционной инстанции оснований для переоценки сделанных судом первой инстанции выводов в данной части не усматривает, оснований для большего снижения размера компенсации не установлено.

Апелляционный суд отмечает, что размер компенсации определен судом первой инстанции в размере ниже низшего, предусмотренного п. 3 ст. 1252, подпунктом 1 ст. 1301, п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно в минимальном размере, предусмотренном абзацем третьим п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Присужденный размер компенсации не противоречит принципу соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Данная сумма, исходя из обстоятельств дела, является соразмерной компенсацией за допущенное правонарушение, достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой и возможно в исключительных случаях, апелляционным судом на основании доводов ответчика наличие таких обстоятельств не установлено.

Ответчиком не доказано для целей еще большего снижения компенсации с учетом позиций, содержащихся в Постановлении КС РФ № 28-П,  что присужденный размер компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком), что правонарушение совершено ответчиком впервые, а  использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер.

Кроме того, согласно сведениям, размещенным в Картотеке арбитражных дел, ответчик привлекался к гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав других правообладателей.

Апелляционный суд также учитывает, что сам по себе факт осуществления продажи контрафактного товара субъектом предпринимательской деятельности создает конкуренцию лицензионному товару, в том числе, с учетом более низкой цены в отсутствие каких-либо выплат в пользу правообладателя, снижается инвестиционная привлекательность интеллектуальной собственности истца для лицензиатов из-за широкого распространения контрафакта.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что при осуществлении предпринимательской деятельности участники гражданского оборота обязаны действовать с той степенью разумности и осмотрительности, необходимой и достаточной не только для реализации собственных прав, но и для недопущения нарушения прав и законных интересов третьих лиц. Доказательств проявления ответчиком должной осмотрительности и заботливости, направленной на недопущение нарушения исключительных прав истца, не представлено.

Ответчик как предприниматель не освобождается от обязанности проводить проверку товара и нести ответственность за распространение контрафактной продукции. Действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего. К лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение. Лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов. Нельзя сказать, что ответчик действовал с должной степенью заботливости и осмотрительности, предпринял все зависящие от него меры для установления законности реализации спорной продукции.

Сведения о наличии зарегистрированных товарных знаков в Российской Федерации являются открытыми. Ответчик имел возможность получить информацию из реестров посредством сети Интернет или направления запроса в регистрирующий орган, однако не реализовал своего права и допустил к продаже товар без проверки. Ответчик был осведомлен о противоправной природе реализуемого им товара, поскольку обязанность проверки товара в розничных магазинах лежит на продавце.

Доводы ответчика о том, что размер компенсации чрезмерен не нашли своего документального подтверждения. Ответчиком в обоснование собственной позиции не было представлено доказательств того, что размер компенсации многократно превышает размер причиненных убытков, что нарушение не носит грубый характер, что ответчик предпринимал попытки проверки партии товара на предмет нарушения исключительных прав третьих лиц.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы подлежат отклонению по вышеизложенным мотивам, об ошибочности сделанных судом первой инстанции по существу спора выводов не свидетельствуют.

Доводы ответчика о том, что компенсация должна определяться за один факт нарушения, поскольку продажа товара зафиксирована в одном чеке и имела место одна сделка по купле-продаже товара, правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку в силу п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Как разъяснено в п. 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10, выражение нескольких разных результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации в одном материальном носителе (в том числе воспроизведение экземпляров нескольких произведений, размещение нескольких разных товарных знаков на одном материальном носителе) является нарушением исключительного права на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

В обоснование своих доводов ответчик ссылается на п. 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, где указано, что компенсация в соответствии с подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ (от 10 тыс. до 5 млн руб.) за незаконное использование товарного знака при введении в оборот товаров взыскивается за каждый случай нарушения. При этом одним случаем нарушения является одна сделка купли-продажи (оформленная одним чеком) независимо от количества проданных товаров, на которые нанесен один и тот же товарный знак, либо несколько последовательных сделок купли-продажи товара (оформленных отдельными чеками).

Однако, данные разъяснения к обстоятельствам настоящего спора неприменимы, поскольку в настоящем деле речь идет о реализации товаров, на которых нанесен не один и тот же товарный знак либо изображение, а разные, в настоящем случае 1 товарный знак и 3 рисунка.

Примененный судом размер компенсаций в полной мере соответствует всем вышеприведенным положениям.

Удовлетворив частично исковые требования, суд первой инстанции также, руководствуясь ст. 101, 106, п. 2, 4, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины, а также судебные издержки, связанные с рассмотрением дела арбитражным судом, как подтвержденные документально.

Суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела, представленным доказательствам и основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 14.01.2025 (резолютивная часть от 12.08.2024) по делу № А76-15572/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Судья                                                                          М.В. Корсакова