ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

30.06.2020

Дело № А40-49455/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22.06.2020

Полный текст постановления изготовлен  30.06.2020

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.

судей: Каменецкого Д.В., Мысак Н.Я.,

при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 – ФИО3 – дов. от 29.01.2020

от ФИО4 –  ФИО5 – дов. от 29.06.2018

в судебном заседании 22.06.2020 по рассмотрению кассационной жалобы финансового управляющего ФИО1 - ФИО2

на определение от 01.11.2019

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 11.02.2020

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по заявлению финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 02.05.2017, заключенного между должником и ФИО6,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2018 принято к производству заявление ФИО7 о признании ФИО1 (далее – ФИО1, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2018 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2018 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий).

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным и применении последствий недействительности договора купли-продажи квартиры от 02.05.2017, заключенного между должником и ФИО6 (далее – ФИО6).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2020, в удовлетворении завяленных требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В обоснование кассационной жалобы финансовый управляющий ссылается на нарушение норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что судам надлежало оценить всю совершенную с объектом цепочку сделок в совокупности, принимая во внимание, что стороны всех сделок являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами, а на дату совершения первой сделки должник уже отвечал признаку неплатежеспособности.

Финансовый управляющий не согласен с выводом судов о том, что оплата по оспариваемой сделке состоялась посредством проведения зачета, обращая внимание на то, что зачет произведен в период наличия у должника иных обязательств с наступившим сроком исполнения, то есть контрагент по сделке получил фактически преимущественное удовлетворение своих требований по отношению к ним.

Также, финансовый управляющий обращает внимание, что через месяц после совершения оспариваемой сделки спорный объект был безвозмездно отчужден ФИО6 в пользу дочери должника ФИО8

На кассационную жалобу поступил отзыв от ФИО6, в котором он просит определение и постановление оставить без изменения.

От ФИО9 и ФИО4 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, в удовлетворении которого отказано, поскольку суд кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не наделен полномочиями по сбору, исследованию и оценке доказательств. Документы возвращены представителю в судебном заседании, о чем отобрана расписка.

От ФИО6 поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие его представителя.

Представитель ФИО4 в судебном заседании заявил ходатайство об отложении судебного заседания,  которое отклонено судом кассационной инстанции.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель финансового управляющего поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель ФИО4 также настаивал на ее удовлетворении.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Судами установлено, что 02.05.2017, то есть менее, чем за год до принятия к производству заявления о признании должника банкротом, между ФИО1 в лице представителя ФИО10 (далее – ФИО11) и ФИО6 был заключен договор купли-продажи, на основании которого должник передал в собственность ФИО6 1/2 долю в праве общей долевой собственности на помещение с кадастровым номером 77:01:0005016:3679, назначение: нежилое, площадью 105,7 кв. м, этаж 1, помещение IV- комнаты с 1 по 9, расположенное по адресу: 

<

...>, по цене 20 000 000 руб. 00 коп.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего о признании указанной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указал на недоказанность того факта, что на дату ее совершения должник отвечал признаку неплатежеспособности, а также отклонил доводы финансового управляющего о заинтересованности сторон сделки со ссылкой на отсутствие доказательств, подтверждающих родство.

Суд апелляционной инстанции, поддерживая выводы суда первой инстанции, также отклонил доводы финансового управляющего о безвозмездности сделки.

Так, судом установлено, что в 2015-2016 г.г. ФИО12 (бывшая жена должника) предоставляла должнику денежный заем.

21.01.2017 между ФИО12 и должником было подписано соглашение о новации, по условиям которого стороны установили, что сумма долга ФИО1, составляющая 312 000 долларов США, что эквивалентно 20 498 400 руб., заменяется на новое заемное обязательство под 12 % годовых на срок до 05.03.2017.

Дополнительным соглашением от 22.01.2017 стороны договорились о пересчете суммы займа и процентов за пользование суммой займа в валюте Российской Федерации – рублях, в результате чего по состоянию на 22.01.2017 размер задолженности составил 20 505 139 руб. 20 коп., в том числе 20 498 400 руб. 00 коп. основного долга и 6 738 руб. 85 коп. процентов.

24.01.2017 между ФИО12 и ФИО6 был заключен договор цессии (переуступка прав требования), на основании которого право требования указанной задолженности перешло от ФИО12 к ФИО6 по цене 20 518 616 руб. 60 коп.

Суд апелляционной инстанции указал, что оплата по оспариваемому финансовым управляющим договору произведена зачетом встречных требований.

При этом, судом апелляционной инстанции принято во внимание, что на момент оспаривания сделки право собственности на спорный объект за ответчиком не было зарегистрировано.

Арбитражный суд округа не может согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций в силе следующих обстоятельств.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом, согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) наличие обязательств должника, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения договора.

Таким образом, вывод судов о том, что наличие задолженности с наступившим сроком исполнения перед отдельными кредиторами не может однозначно свидетельствовать о наличии на стороне должника признаков неплатежеспособности, сделан без учета приведенной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации.

Финансовый управляющий указывал, что на дату совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства с наступившим сроком исполнения перед ФИО7 (заявитель по делу о банкротстве), ПАО «МКБ» и ФИО13

В нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанные доводы не получили правовой оценки как со стороны суда первой инстанции, так и со стороны суда апелляционной инстанции.

Также, суд округа не может согласиться с выводами судом о недоказанности факта заинтересованности сторон сделки по отношению к друг к другу.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Исходя из устойчиво сложившейся по данному вопросу судебной практики, заинтересованность должника по отношению к контрагенту может быть установлена на основании формально-юридических признаков (в частности, установленных пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве), так и при наличии признаков фактической заинтересованности.

При этом, применительно к разъяснениям пункта  13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», под сделкой, совершенной с заинтересованным лицом, понимается не только сделка, другой стороной которой является заинтересованное лицо, но и сделка, которую от имени другой стороны совершило в качестве представителя или единоличного исполнительного органа заинтересованное лицо.

При этом, суд округа обращает внимание, что с учетом сложившейся в арбитражном процессе практики по вопросу о распределении бремени доказывания в рамках дела о банкротстве при наличии обоснованных и мотивированных доводов финансового управляющего о том, что стороны сделки являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами (принимая во внимание идентичность фамилий, а также совпадение отчеств детей по отношению к именам родителям), на указанных лиц должно быть возложено бремя опровержения данных обстоятельств и обоснование экономической целесообразности заключения сделок.

Арбитражный суд округа считает, что выводы суда апелляционной инстанции о том, что оспариваемая сделка является возмездной, и должник получил по ней равноценное встречное предоставление сделан без исследования доказательств и установления фактических обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции указал, что факт получения денежных средств по распискам под сомнение финансовым управляющим не ставится, не представлено доказательств признания недействительным соглашения о новации от 21.01.2017 и договора цессии от 24.01.2017. При этом, как усматривается из материалов дела, указанные документы были приобщены к материалам дела только судом апелляционной инстанции по ходатайству ФИО6 в последнем судебном заседании 30.01.2020, в котором был объявлен перерыв до 04.02.2020.

При этом, вопреки выводам суда апелляционной инстанции, после перерыва от представителя финансового управляющего поступили пояснения (л.д. 80) в которых заявлено, что зачет является преимущественным удовлетворением требований кредиторов, цессия и зачет направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника. По вопросу получения займа содержатся пояснения о том, что из представленных документов не возможно установить кому и от кого передавались денежные средства.

Суд апелляционной инстанции, установив факт совершения цепочки сделок, не исследовал обстоятельства заключения сторонами  спорного  договора купли-продажи в совокупности с иными сделками.

Однако, при изложенных выше обстоятельствах, установленных судом, оценка действительности данной сделки не могла производиться без учета всей совокупности отношений, так как спорный договор являлся, по утверждению финансового управляющего, одним из элементов реализации намерений сторон по выводу ликвидного актива должника.

В ситуации, когда отношения сторон являются сложноструктурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок (даже при наличии условий для признания ее недействительной) не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок, в связи с чем такой способ защиты нельзя признать надлежащим.

Указанная правовая позиция изложена в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 № 305-ЭС18-19945(8), от 23.03.2017 № 307-ЭС16-3765 (4,5).

Кроме того, суд апелляционной инстанции, признавая оплату по договору совершенной в результате зачета встречных требований (на основании займа), не учел разъяснения пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление № 35) и не выяснил реальность предоставления должнику суммы займа, финансовую возможность займодавца  и куда денежные средства были израсходованы должником.

При таких обстоятельствах, суд округа не может признать выводы судов первой и апелляционной инстанции законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального права, ввиду чего определение и постановление подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суд округа также обращает внимание судов, на правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4) сформулирована правовая позиция, в соответствии с которой для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Таким образом, при установлении обстоятельств, совокупность которых необходима для признания оспариваемой сделки недействительной, судам следует исходить из даты перехода права собственности на спорный объект.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 4, 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, правильно применить нормы материального права, правильно распределить бремя доказывания, учесть правовые позиции, изложенные в определениях Верховного Суда Российской Федерации,  исследовать и дать оценку всем доводам участвующих в деле лиц и представленным ими доказательствам, исходя из установленных обстоятельств определить круг лиц, подлежащих привлечению к непосредственному участию в обособленном споре (сторон сделок) и исходя из установленного, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2020 по делу № А40-49455/2018 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

 

Председательствующий-судья                                        Л.В. Михайлова

 

Судьи:                                                                                    Д.В. Каменецкий 

 

Н.Я. Мысак