﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-83811/2019

29 апреля 2021 года

г. Санкт-Петербург

/тр.8

Резолютивная часть постановления объявлена     27 апреля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 апреля 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Слоневской А.Ю.,

судей  Богдановской Г.Н., Савиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Григорьевым Н.А.,

при участии:  

от Кольчика А.Г.: Захаров А.О. по доверенности от 08.06.2020;

от Медведь А.В.: Попельшко В.А. по доверенности от 21.04.2021;

от Шумских С.С.: Власкин М.В. по доверенности от 15.02.2021;

от Малафеева В.А.: Царева Е.И. по доверенности от 09.03.2021;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-9145/2021) Малафеева Вячеслава Александровича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.02.2021 по делу № А56-83811/2019/тр.8 , принятое

по заявлению Кольчика Алексея Георгиевича 

о включении требования в реестр требований кредиторов должника 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Медведь Елизаветы Михайловны,

третьи лица: Медведь Александр Витальевич, его финансовый управляющий Буслаев Василий Сергеевич,

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.10.2019 в отношении Медведь Елизаветы Михайловны                          (ИНН 781623303301; Санкт-Петербург) введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Буслаев Василий Сергеевич. Сведения о введении процедуры реструктуризации долгов в отношении должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 16.11.2019.

Кольчик Алексей Георгиевич 24.11.2020 обратился в суд с заявлением о признании долга перед Кольчиком А.Г. по договору денежного займа с процентами от 01.05.2016 общим обязательством супругов – Медведя Александра Витальевича и Медведь Елизаветы Михайловны, включении требования Кольчика А.Г.в сумме                  26 912 131 руб. 15 коп. основного долга, из них 22 000 000 руб. суммы займа,                4 912 131 руб. 15 коп. процентов за пользование суммой займа, в реестр требований кредиторов Медведь Е.М.

К рассмотрению спора привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Медведь А.В. и его финансовый управляющий Буслаев Василий Сергеевич.

Решением суда от 20.12.2020 Медведь Е.М. признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества, временно исполняющим обязанности финансового управляющего должника утвержден Буслаев В.С. Определением суда от 16.02.2020 финансовым управляющим должника утвержден Буслаев В.С.

Кольчик А.Г. заявил об уменьшении размера требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)  в части процентов по договору займа до 3 732 163 руб. 39 коп. в связи с перерасчетом начислений. Размер требования кредитора с учетом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ составил 25 732 164 руб. 39 коп.

Определением суда от 23.02.2021 признано общим обязательством супругов Медведь А.В. и Медведь Е.М. обязательство по возврату займа Кольчику А.Г., вытекающее из договора денежного займа с процентами от 01.05.2016, признано обоснованными и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Медведь Е.М. требование Кольчика А.Г. в размере 25 732 164 руб. 39 коп. основного долга.  

Не согласившись с определением суда от 23.02.2021, Малафеев Вячеслав Александрович (Санкт-Петербург) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение и принять новый судебный акт, отказать в удовлетворении заявления.

Малафеев В.А. в жалобе ссылается на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства расходования заемных денежных средств. Податель жалобы указывает на то, что 2016 году ни должником, ни третьим лицом какие-либо объекты недвижимости не приобретались, в связи с чем доводы о расходовании заемных средств на приобретение мебели документальной не подтверждены и несостоятельны. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

Отзыв Кольчика А.Г. не приобщен к материалам дела, поскольку представлен с нарушением требований части 2 статьи 262, части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Представитель Малафеева В.А. в судебном заседании заявил ходатайство об отложении судебного заседания. Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, отказал в удовлетворении заявленного ходатайства в связи с отсутствием препятствий для рассмотрения заявления. Отложение судебного разбирательства в рассматриваемом случае приведет к необоснованному затягиванию рассмотрения заявления, учитывая, что у участвующих в деле лиц было достаточно времени представления доказательств. Ходатайство представителя Кольчика  А.Г. об отложении судебного разбирательства для представления дополнительных доказательств отклонено судом, поскольку у лиц, участвующих в деле, имелось достаточно времени для заблаговременного представления доказательств в материалы дела и их раскрытия перед участвующими в деле лицами. Кольчик А.Г. ознакомлен с доводами апелляционной жалобы, жалоба принята к производству определением от 19.03.2021, в связи с чем препятствий к своевременному представлению мотивированного отзыва и раскрытию доказательств не имелось. 

В судебном заседании представитель Малафеева В.А. поддержал доводы жалобы; представитель Кольчика А.Г. отклонил их.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Кольчик А.Г. (займодавец) и Медведь А.В. (заемщик) 01.05.2016 заключили договор денежного займа с процентами (далее – договор займа), согласно которому займодавец передал заемщику денежные средства в размере 22 000 000 руб. под 6 % годовых на срок до 01.05.2019 включительно, а  заемщик принял не себя обязательство возвратить сумму займа и начисленные на нее проценты в обусловленный в договоре срок.

Во исполнение условий договора займа займодавцем и заемщиком составлена расписка от 01.05.2016 о получении денежных средств в размере 22 000 000 руб.

Неисполнение обязательств по возврату заемных средств послужило основанием для обращения Кольчика А.Г. в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о включении в реестр требований кредиторов Медведь Е.М.

Кольчик А.Г. в обоснование заявления сослался также на определение суда от 05.11.2020 по делу № А56-84041/2019/тр.4, согласно которому его требование, основанное на договоре займа, включено в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о банкротстве Медведя А.В. 

Полагая, что полученные по договору займа денежные средства использованы на нужды семьи Медведя А.В. и Медведь Е.М., кредитор предъявил аналогичное требование к супруге должника, ходатайствуя о признании долга общим.

Согласно пункту 2 статьи 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 названного Закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление N 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Требования кредитора основаны на предоставленном Кольчиком А.Г. супругу должника – Медведю А.В. займе в размере 22 000 000 руб., который подтвержден договором займа и распиской от 01.05.2016. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 26 Постановления № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Также, в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Таким образом, сама по себе расписка и договор займа, в отсутствие документов, подтверждающих обстоятельства фактической передачи предмета займа не может достоверно подтверждать наличие или отсутствие между сторонами заемных отношений, поскольку по смыслу статей 807, 808 ГК РФ договор займа является реальным договором.

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что судам необходимо осуществлять проверку финансового положения кредитора в случае сомнений относительно достоверности факта наличия требования. Признание задолженности должником само по себе не может являться основанием для признания требований обоснованными. При включении таких требований, наряду с подлинностью документов, подтверждающих правомерность требования, надлежит также проверить финансовую возможность кредитора в выдаче такого займа.

Указанные разъяснения, приведенные в Постановлении № 35, направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

С учетом приведенных норм права и разъяснений, приведенных в пункте 26 Постановления № 35, суд апелляционной инстанции отклоняет как несостоятельные доводы Кольчика А.Г. о том, что обстоятельства выдачи займа не являются предметом доказывания при рассмотрении заявления о включении требования в реестр. 

Согласно пункту 3 статьи 812 ГК РФ, если будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным.

Кольчиком А.Г. не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своего заявления о наличии у него финансовой возможности предоставить должнику заем в заявленном размере.

Давая оценку сведениям о доходах займодавца, которые сообщены  представителем кредитора в судебном заседании суда апелляционной инстанции, апелляционный суд исходит из того, что сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица сами по себе не свидетельствуют о размере фактически полученного кредитором дохода в конкретный период времени, в связи с чем данные сведения не являются допустимым доказательством. Как следует из объяснений представителя кредитора, его доходы, которые могут быть подтверждены справками о доходах физического лица, составили за ноябрь, декабрь 2015 года – около 1 млн.руб., за 2016 год по 01.05.2016 – 2,5 млн.руб., с 01.05.2016 доход составил более 4,5 млн.руб. Такие же сведения приведены кредитором в отзыве на апелляционную жалобу по обособленному спору № А56-84041/2019 и указаны в определении суда от 05.11.2020 по этому же спору.  Суд апелляционной инстанции считает, что полученный доход, на который ссылается кредитор, не позволял передать денежные средства в размере 22 млн.руб. заемщику. 

В деле отсутствуют бесспорные достаточные доказательства наличия у кредитора денежных средств в размере 22 млн.руб. на момент заключения договора займа, которые бы достоверно подтверждали имущественное положение           Кольчика А.Г., позволяющее ему выдать займ в указанном размере. Доказательства наличия на счетах денежных средств в достаточном для выдачи займа размере отсутствуют, равно как и доказательства снятия денежных средств со счета кредитора в целях их передачи Медведю А.В.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В случаях, когда закон ставит защиту прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункт 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что при заключении договора займа сторонами допущено злоупотребление правом, а именно, имело место недобросовестное поведение сторон, направленное на искусственное создание кредиторской задолженности, что повлекло нарушение имущественных интересов иных кредиторов. 

Условия договора займа, выданного в 2016 году, с обязательством возвратить всю сумму займа и уплатить причитающиеся проценты одновременно с возвратом заемных средств по истечении трех лет (01.05.2019), не являются экономически обоснованными и не согласуются с пояснениями кредитора о предоставлении займа с целью получения дохода в виде процентов. При этом судом учтено нераскрытие кредитором мотивов своего поведения по предоставлению должнику денежных средств. Судом принято во внимание, что выдача займа производилась без обеспечения, без проверки со стороны займодавца финансового положения должника.

В деле отсутствуют доказательства того, что кредитор, рассчитывая на одномоментный возврат заемных средств и получение процентов по истечении значительного периода времени с момента заключения договора займа, проявил должную осмотрительность и добросовестность, проверил имущественное положение заемщика, которое позволило бы ему вернуть сумму займа и уплатить проценты, а также согласовал с заемщиком цели, на которые могли бы быть потрачены заемные средства, для оценки вероятности возврата займа. Также в материалы дела не представлено доказательств экономической целесообразности получения заемщиком денежных средств от Кольчика А.Г. в значительном размере.

Вопреки доводам должника и кредитора в материалы обособленного спора не представлены доказательства расходования заемных денежных средств. Ссылки должника о том, что денежные средства в размере 22 млн.руб., полученные от Кольчика А.Г., израсходованы на покупку обстановки дома и земельного участка, приобретенных в 2016 году, отклонятся, поскольку соответствующие доказательства не представлены. При этом не доказано приобретение должником и ее супругом дома и земельного участка в 2016 году. Доказательства того, что в 2016 году должником или третьим лицом приобретались какие-либо объекты недвижимости, отсутствуют, следовательно, денежные средства, полученные по договору займа с кредитором, не могли быть потрачены на обозначенные должником цели.

Исходя из отсутствия бесспорных доказательств наличия у Кольчика А.Г. финансовой возможности предоставить должнику спорный заем, а также сведений о расходовании заемных средств заемщиком и его супругой, суд пришел к выводу о том, что заявителем на доказана действительность заемных отношений. Совокупность установленных по делу обстоятельств свидетельствует о формальном характере договора займа, искусственном создании задолженности, необоснованности требования кредитора и отсутствии  в связи с этим оснований для признания долга по договору займа общим обязательством супругов –         Медеведя В.А. и Медведь Е.М. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 ГК РФ, пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Имущество супругов является общим независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено (пункт 2 статьи 34 СК РФ). 

Исходя из положений приведенных выше правовых норм, для распределения долга в соответствии с пунктом 3 статьи 39 СК РФ обязательство должно являться общим, то есть возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи. 

Как разъяснено в пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга. 

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по настоящему обособленному спору является установление цели получения займа, а также их расходования на нужды семьи. 

Медведь Е.М. и Медведь А.В. состоят в браке с 14.11.1998, что подтверждается свидетельством серии АК №386289, которое представлено в рамках основного дела при подаче заявления о признании должника банкротом в суд. 

При рассмотрении заявления Кольчика А.Г. в рамках настоящего обособленного спора заявителем не доказана и не установлена цель получения займа заемщиком (Медведь А.В.), отражение этой цели в договоре займа, и расходование займа на нужды семьи. 

При изложенных обстоятельствах и с учетом признания судом договора займа незаключенным отсутствуют основания для удовлетворения заявления Кольчик А.Г.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 23.02.2021 по делу №  А56-83811/2019 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Слоневская

Судьи

Г.Н. Богдановская

 Е.В. Савина