АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

«

Дело № А35-1437/2020

город Калуга

14» ноября 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена «31» ноября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено «14» ноября 2024 года.

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего                                     Григорьевой М.А. 

судей                                                                                   Андреева А.В.

                                                                                  Ахромкиной Т.Ф.,

при участии в заседании:

от лиц, участвующих в деле:

не явились, извещены надлежаще.

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью дорожно-строительная компания «Лидер» на определение Арбитражного суда Курской области от 15.06.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2024 по делу № А35-1437/2020,

УСТАНОВИЛ:

Арбитражный суд Курской области определением от 05.06.2024 признал недействительными сделками перечисление должником в пользу ООО ДСК «Лидер» денежных средств в общем размере 1 780 400 руб. в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Модуль».

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 07.08.2024 оставил определение суда области без изменения.

Не согласившись с судебными актами судов первой и апелляционной инстанций, ООО ДСК «Лидер» обратилось в кассационный суд с жалобой, в которой просит отменить постановление апелляционного суда.

В обоснование жалобы заявитель указывает на то, что в постановлении апелляционного суда не точно указано его наименование как заявителя апелляционной жалобы. Кроме того, ООО ДСК «Лидер» настаивает на том, что в материалах дела отсутствуют доказательства бесспорно свидетельствующие о мнимости сделок по которым были совершены оспариваемые конкурсным управляющим перечисления. Полагает, что конкурсный управляющий не подтвердил документально свои доводы о том, что услуги в оплату которых были сделаны спорные перечисления фактически не оказывались.

Конкурсный управляющий ФИО1 представил отзыв на кассационную жалобу, против доводов жалобы возражает, настаивает на отсутствии доказательств возмездности оспоренных платежей, просит в удовлетворении жалобы отказать.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своих представителей в суд округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей указанных лиц.

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов в виду следующего.

27.02.2020 арбитражный суд возбудил производство по делу о банкротстве ООО «Модуль» по заявлению кредитора ООО «Вымпел».

19.06.2020 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении ООО «Модуль» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2. 

21.10.2020 решением арбитражного суда ООО «Модуль» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Определением Арбитражного суда Курской области от 07.09.2022 арбитражный управляющий ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей, определением от 15.11.2022 конкурсным управляющим ООО «Модуль» утвержден ФИО1

21.10.2021 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой перечислений с расчетного счета ООО «Модуль» в пользу ООО ДСК «Лидер» денежных средств за период с 15.06.2018 по 12.11.2018 в общей сумме 610 000 руб. 

15.02.2022 конкурсный управляющий представил уточнение заявления, просил признать недействительной сделкой перечисления с расчетного счета ООО «Модуль» в пользу ООО ДСК «Лидер» денежных средств за период с 15.05.2018 по 12.11.2018 в общей сумме 1 780 400 руб.

Согласно представленному конкурсным управляющим уточнению требований (поступило в электронном виде в систему «Мой Арбитр» 15.07.2022, принято судом при новом рассмотрении дела в порядке статьи 49 АПК ПРФ), и письменным пояснениям конкурсного управляющего (поступило в электронном виде в систему «Мой Арбитр» 19.09.2023), конкурсный управляющий просил признать недействительными следующие платежи:

- 06.08.2018 в сумме 100 000 руб. аванс по договору № МЛ-М/12/07/18 от 12.07.2018 за предоставление услуг спецтехники;

- 12.11.2018 в сумме 70 000 руб. аванс по договору № М-ДСК-Л/01/10/18 от 01.10.2018 за предоставление услуг спецтехники;

- 15.06.2018 в сумме 240 000 руб. аванс по договору № М/26/05/18 от 26.05.2018 по счету № 7 от 26.05.2018 за предоставление услуг спецтехники;

- 04.10.2018 в сумме 200 000 руб. аванс по договору № М-СГ/01/10/18 от 01.10.2018 за предоставление услуг спецтехники;

- 14.09.2018 в сумме 100 000 руб. авансовый платеж по договору предоставления услуг спецтехники № М-ДСК-Л/01/09/18 от 01.09.2018;

- 15.05.2018 в сумме 60 000 руб. оплата по счету № 3 от 15.05.2018 за перевозку бульдозера;

- 17.05.2018 в сумме 112 000 руб. оплата по счету № 3 от 15.05.2018 за перевозку бульдозера;

- 28.06.2018 в сумме 352 000 руб. авансовый платеж по договору 1819187375422554164000000/МБ/21/06/18 от 21.06.2018 за предоставление услуг спецтехники;

- 13.07.2018 в сумме 145 000 руб.;

- 23.08.2018 в сумме 401 400 руб. аванс по договору М-ДСК-Л/01/08/18 от 01.08.2018 за предоставление услуг спецтехники.

Итого на общую сумму 1 780 400 руб.

В обоснование заявления о недействительности указанных платежей конкурсный управляющий указывал на аффилированность должника и контрагента по перечислениям, на то, что ООО ДСК «Лидер» соответствует признакам фирмы-однодневки, должник ООО «Модуль» до апреля 2018 года хозяйственную деятельность не вел, а по итогам 2017 года активы у должника отсутствовали. В связи с чем, полагал что оспариваемые им платежи имеют признаки мнимых сделок и в результате их совершения причинен вред кредиторам должника.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылался на то, что в настоящем деле о банкротстве в обособленном споре о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Модуль» обществ «Олимпситистрой» и «Оборонспецстрой» находится решение Федеральной антимонопольной службы от 08.07.2021 по делу № 34/01/8-6/2021, из которого следует, что ООО ДСК «Лидер» и ООО «Модуль» участниками сконструированной схему по уклонению ООО «Олимпситистрой» от уплаты налогов.

Суды установили, что в период совершения оспариваемых перечислений у ООО «Модуль» имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами, в частности, перед ООО «Вымпел» (требования не исполнены по договорам от 18.05.2018, от 01.09.2018, от 16.08.2018, от 04.06.2018, включены в реестр требований кредиторов определением суда от 19.06.2020), УФНС России по Курской области (обязательства не исполнены с 01.01.2017, включены в реестр требований кредиторов определением суда от 01.10.2020), АО «МаВР-Белгород» (требования не исполнены по договорам от 06.08.2018, от 01.09.2018, включены в реестр требований кредиторов определением суда от 28.06.2019) и др. 

На момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, действий по погашению задолженности перед кредиторами не предпринимал, в результате чего требования кредиторов, имевшиеся по состоянию на даты совершения оспариваемых сделок, были впоследствии включены в реестр требований кредиторов и до настоящего времени не погашены.

Кроме того, суды установили, что обязательства, на которые ссылался должник в наименованиях платежей ООО ДСК «Лидер» не выполняло, фактических работ и услуг не оказывало, поскольку в материалы дела представлены доказательства выполнения спорных работ (оказание услуг) иными лицами.

При проведении проверки Федеральной антимонопольной службы ООО «ОлимпСитиСтрой» поясняло, что фактически ООО ДСК «Лидер» работы (услуги) не выполняло (не оказывало).

На объекте по адресу: г.Мурманск, Первомайский административный округ, ул.Шевченко работы выполнило ООО «ОлимпСитиСтрой» (решение Федеральной антимонопольной службы от 08.07.2021 по делу № 34/01/8- 6/2021). 

В соответствии с условиями договоров строительного подряда, заключенных ООО «ОлимпСитиСтрой» и должником (пункт 6.1.2), привлечение субподрядных организаций осуществляется только с письменного согласия генподрядчика (ООО «ОлимпСитиСтрой»), а также согласно пункту 6.2.23 ООО «Модуль» обязан был предоставить генподрядчику информацию обо всех субподрядчиках, заключивших договор (договоры) с подрядчиком, цена которого или общая цена которых составляет более чем 10% (десять процентов) от цены договора, в течение 10 (десяти) дней с момента заключения соответствующего договора. Информацию о привлечении ответчика для выполнения работ в г. Мурманске должник генподрядчику не представил, письменного согласия не запрашивал. 

ООО «ОлимпСитиСтрой» также выполняло комплекс работ по следующим договорам: 

- с ФГУП «ГВСУ по СО» № 1819187375422554164000000/1805-07-СМР (СУБ) от 28.05.2018 на выполнение обследования, корректировку документации и завершение строительно-монтажных работ по объекту по адресу: г. Торопец, Тверской области, ЗВО;

- с ФГУП «ГВСУ по СО» № 1819187376212554164000/1807-05-СМР (СУБ) от 09.07.2018 на выполнение обследования, корректировку документации и завершение строительно-монтажных работ по объекту: по адресу: г. Торопец, Тверской области, ЗВО;

- с ФГУП «ГВСУ по СО» № 1819187377762554164000/1808-08-СМР (СУБ) от 20.08.2018 на выполнение дополнительных строительно-монтажных работ по объекту: «Строительство зоны хранения № 1 войсковой части 11777» по адресу: г. Торопец, Тверская область, ЗВО; 

- с ФГУП «ГВСУ по СО» № 1819187376222554164000/1807-04-СМР (СУБ) от 09.07.2018 на выполнение обследования, корректировку документации и завершение строительно-монтажных работ по объекту по адресу: г.Торопец, Тверской области, ЗВО; 

- с АО «ГУОВ» № 1618187375132554164000000/2018/2-1234 от 19.03.2018 на выполнение строительно-монтажных работ по строительству Монтажно-Испытательного корпуса (МИК) УНТК на объекте в г. Мирный Архангельской области (шифр объекта 500/645-УНТК-142/2).

ООО «ОлимпСитиСтрой» пояснило, что не привлекало ООО ДСК «Лидер» и ООО «Модуль» для выполнения каких-либо работ по указанным объектам в г. Торопец и г. Мирный, представило списки привлеченных ООО «ОлимпСитиСтрой» соисполнителей по объектам в г. Торопец, Тверской области, ЗВО, в г. Мирный Архангельской области. 

Также, представленными в материалы дела документами подтверждено, что бульдозер CAT D6 69 ТО № 9762, указанный как специальная техника для оказания услуг в рамках договора от 21.06.2018 № 1819187375422554164000000/МБ/21/06/18000 в период с 26.05.2018 по 31.07.2018 работал одновременно на объектах в Тверской области и Свердловской области, а в период с 01.08.2018 по 30.09.2018 - на объектах в Свердловской области и Мурманской области. 

Возражая против доводов о мнимости договоров, в оплату которых сделаны спорные перечисления, ООО ДСК «Лидер» представило в дело лишь договоры и подписанные ООО «Модуль» и ООО ДСК «Лидер» передаточные акты.

При таких обстоятельствах, обжалуемыми определением от 05.06.2024 и постановлением от 07.08.2024 суды признали оспариваемые перечисления недействительными сделками, применив последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО ДСК «Лидер» в пользу ООО «Модуль» 1 780 400 руб.

Рассматривая спор, суды руководствовались положениями статьями 168, 170 АПК РФ, статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, указанными в совместном постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 29.04.2010 №10/22, постановлении Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54, постановлении Президиума ВАС РФ от 05.10.2010 № 4502/10, от 08.02.2011 № 13970/10, от 27.03.2012 №15961/11, постановлении Президиума ВАС РФ от 19.06.2012 №2665/12 и от 24.07.2012 № 5761/12, постановлении Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 №13239/12, № 8094/13, постановлении 10.06.2014 № 18357/2013, постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63), постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позицией, изложенной в определении ВАС РФ от 27.03.2013 №ВАС-17844/12, информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», Обзоре судебной практики № 2 (2015) Верховного Суда Российской Федерации, и пришли к выводу, что стороны не имели намерения фактически исполнять указанные в назначениях платежей договоры, совершили формальные действия по оформлению документов, что свидетельствует о порочности воли должника и ответчика при заключении указанных договоров, подписании актов, справок о выполнении работ (оказании услуг) в целях создания фиктивного документооборота.

Суд округа полагает, что выводы судов основаны на верном толковании подлежащих применению норм права и согласуются с установленными по делу обстоятельствами.

В настоящем случае конкурсным управляющим оспариваются платежи, совершенные должником при наличии у него признаков неплатежеспособности, в отсутствии реального встречного предоставления, по формально созданным документам, не отражающим реальные хозяйственные связи, что позволяет квалифицировать эти платежи как совершенные с целью причинения вреда кредиторам.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам кассационной жалобы, бремя доказывания реальности оплаченных подрядных работ и оказанных услуг, возлагается на контрагента.

В соответствии с пунктами 5-7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка)

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественнымправам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В настоящем случае, кроме прочих обстоятельств, материалами дела установлено, что должник отвечал признаку неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых платежей.

При этом, суды установили, что реальность отношений, в оплату которых совершены оспариваемые платежи не подтверждается материалами дела, что позволило сделать вывод о ничтожности хозяйственных связей. 

Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ) (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020 указано, что при рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих его исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

При этом суд оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск. Необходимо также принимать во внимание, что при фиктивных договорных конструкциях, сопровождающихся составлением документов, имитирующих сделку, с целью придания отношениям субъектов такой сделки признаков реальности, в ряде случаев может инициироваться судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта. Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п.; интересы участников такой сделки совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные противозаконные цели, в том числе искусственное создание задолженности.

Приведенные подходы к оценке мнимости (притворности) сделок являются универсальными.

Согласно пункту 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020), суд отказывает в удовлетворении требований, основанных на мнимой (притворной) сделке, совершенной в целях придания правомерного вида передаче денежных средств или иного имущества.

Бремя доказывания реальности спорного обязательства и его соответствия обычной хозяйственной деятельности по смыслу статей 9, 65 АПК РФ возлагается на истца и реализуется им с учетом подлежащего применению в конкретном споре стандарта доказывания.

Стандарты доказывания дифференцируются по степени строгости в зависимости от положения утверждающего лица в спорном правоотношении, влияющего на фактическую возможность собирания доказательств, в целях выравнивания этих возможностей обеих сторон, а также защиты публичных интересов.

Согласно обычному общеисковому стандарту доказывания (с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств и при отсутствии сговора сторон об утаивании какой-либо информации от суда) суд принимает решение в пользу того лица, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника (стандарт доказывания, именуемый «баланс вероятностей», «перевес доказательств» или «разумная степень достоверности») (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 N 305-ЭС17-4004(2), от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8)).

Состав таких доказательств должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при его типичном развитии, которыми должна располагать сторона (акты о приемке выполненных работ, товарно-транспортные накладные и пр.).

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным противником, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

Поскольку отношения в рамках рассматриваемого спора отягощены банкротным элементом, то следствием такого обстоятельства является изменение стандарта доказывания, то есть степени требовательности суда к составу и качеству доказательств, необходимых и достаточных для формирования у суда убежденности о существовании доказываемых обстоятельств, применяемого в зависимости от категории спора, а также его конкретных обстоятельств.

По общему правилу требуются доказательства, ясно и убедительно подтверждающие наличие и размер задолженности (повышенный стандарт доказывания «ясные и убедительные доказательства»).

Следовательно, бремя доказывания утверждающего лица должно быть увеличено судом таким образом, чтобы его требования были подтверждены исчерпывающе (ясно и убедительно), то есть более тщательно, чем обычно.

Изучению подлежит сама возможность исполнения сделок, лежащих в основе оспариваемого притязания, в связи с чем должен быть проведен анализ всей производственной цепочки и взаимоотношений с третьими лицами, экономической целесообразности сделок, а также их фактической исполнимости.

Если же кредитор и должник фактически или юридически аффилированы, то к требованию кредитора применим еще более строгий стандарт доказывания, а именно, кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга (высокий стандарт доказывания «достоверность за пределами разумных сомнений») (определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 18.09.2017 № 301-ЭС15-19729(2), от 25.09.2017 № 309-ЭС17-344(2), от 11.10.2017 № 304-ЭС15-193723(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2) и пр.).

В настоящем споре, вопреки доводам кассационной жалобы, установлены обстоятельства, подвергающие серьезным сомнениям реальность документально оформленных хозяйственных отношений, вместе с тем, заинтересованные лица не представили доказательств, ясно и убедительно подтверждающих реальность исполнения оплаченных работ и услуг, вопреки требованиям о достоверности доказательств за пределами разумных сомнений.

Однако, при этом в данном случае в материалы дела не представлены прямые доказательства взаимозависимости, аффилированности, подконтрольности ответчика и должника. В связи с чем отсутствуют основания для признания перечислений недействительными согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

По смыслу статей 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагает истец, а должен сам правильно квалифицировать спорные правоотношения и определить нормы права, подлежащие применению в рамках фактического основания и предмета иска (заявления). 

Выбор правового основания требования относится к исключительной прерогативе самого суда - сам суд квалифицирует спорные отношения и определяет нормы права, подлежащие применению к таким отношениям. В этой связи ссылка в заявлении на неподлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (пункт 3 постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 №10/22, постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 № 54, постановления Президиума ВАС РФ от 05.10.2010 № 4502/10, от 08.02.2011 № 13970/10, от 27.03.2012 №15961/11, Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.03.2013 №ВАС-17844/12). 

В случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд не должен отказывать в иске ввиду неправильного указания норм права, а обязан сам самостоятельно определить, из какого правоотношения спор возник и какие нормы подлежат применению (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 №2665/12 и от 24.07.2012 № 5761/12, Постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 №13239/12, № 8094/13, Постановление 10.06.2014 № 18357/2013). 

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дано разъяснение о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Из пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 - 2 статьи 168 ГК РФ). 

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия. 

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в  сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав, на нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки. 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной и совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики № 2 (2015) Верховного Суда Российской Федерации, презумпция добросовестности может быть опровергнута, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением права сделку представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что стороны при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу. 

Как разъясняется в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ). 

Суд округа соглашается с выводами судов о доказанности материалами дела, что заключенные договоры ООО «Модуль» (заказчик) и ООО ДСК «Лидер» (исполнитель) являются мнимыми. 

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). 

Судами учитывается, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470 отмечено, что характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. 

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. 

Из материалов дела следует, что фактически ООО ДСК «Лидер» работы (услуги) не выполняло (не оказывало). На объекте по адресу: г.Мурманск, Первомайский административный округ, ул.Шевченко работы выполнило ООО «ОлимпСитиСтрой» (решение Федеральной антимонопольной службы от 08.07.2021 по делу № 34/01/8- 6/2021).

Поскольку фактически услуги по предоставлению ответчиком спецтехники не оказывались, однако оплата им получена, суды правомерно пришли к выводу, что стороны не имели намерения фактически исполнять указанные договоры, совершили формальные действия по оформлению документов, что свидетельствует о порочности воли должника и ответчика при заключении указанных договоров, подписании актов, справок о выполнении работ (оказании услуг).

Оснований, по которым возможно не согласиться с указанными выводами судов, судом округа не установлено.

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права. Всем изложенным в кассационной жалобе доводам ранее дана надлежащая правовая оценка судами обеих инстанций при рассмотрении дела по существу.

В силу положений статьи 286 АПК РФ, кассационная жалоба рассматривается исходя из доводов, содержащихся в ней и возражений. Вместе с тем, доводов, опровергающих выводы судов обеих инстанций, кассационная жалоба не содержит. По существу доводы кассационной жалобы направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, данных судом, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции в силу положений статей 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется, решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Курской области от 15.06.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.08.2024 по делу № А35-1437/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                                                                         М.А. Григорьева

Судьи                                                                                                          А.В. Андреев

                                                                                                                      Т.Ф. Ахромкина