АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СТАВРОПОЛЬСКОГО  КРАЯ

             ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А63-12498/2019

г. Ставрополь

18 сентября 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 сентября 2019 года  

                                                                   Полный текст решения изготовлен 18 сентября 2019 года  

         Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи  Подфигурной И.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Луньковой Е.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску акционера закрытого акционерного общества «Контур-Строй-Трест» ФИО1 г. Санкт-Петербург о признании договора залога движимого имущества от 15.08.2014 недействительным и применении последствий недействительности сделки, 

при участии в судебном заседании от арбитражного управляющего ФИО2                   (ФИО5) – ФИО3 (дов.  от 08.04.2019), конкурсного управляющего ЗАО «Контур-Строй-Трест» Шуман Р.В., от ПАО Сбербанк – ФИО4 (дов. от 18.07.2018                                № 5230/Ч1269), 

УСТАНОВИЛ:

акционер закрытого акционерного общества «Контур-Строй-Трест» ФИО1 обратился с исковым заявлением о признании договора залога движимого имущества от 15.08.2014 недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Определением от 13.08.2019 дело назначено к судебному разбирательству на 11.09.2019, в качестве ответчиков привлечены ФИО5 и ЗАО «Контур-строй-трест», третьим лицом – ПАО «Сбербанк РФ». 

Представитель истца ранее поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в иске, представил дополнительные пояснения.

Остальные участники процесса представили отзывы на исковое заявление, просили применить срок исковой давности.

Истец уточнил исковые требования, просил признать договор залога движимого имущества от 15.08.2014 недействительным, применить последствия недействительности сделки в виде признания торгов недействительными.

Судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) приняты уточнения к иску.

Изучив материалы дела, выслушав позицию сторон, суд не находит оснований для удовлетворения иска.

Как установлено судом, определением суда от 24.06.2019 в рамках дела о банкротстве гражданки ФИО5 (№ А63-219/2017) выделено в отдельное производство требование акционера ФИО1 о признании договора залога движимого имущества от 15.08.2014 недействительным и применении последствий недействительности сделки.

ЗАО «Контур-строй-трест» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.07.2002.

ФИО1 является акционером общества.

15 августа 2014 года между  ФИО5 (залогодержатель) и ЗАО «Контур-Строй-Трест» (залогодатель) заключен договор залога движимого имущества.

Согласно условиям договора залога залогодатель передает залогодержателю в залог, принадлежащее на праве собственности залогодателю движимое имущество: 

- кран стреловой, самоходный КС-5576К, страна производитель Россия, год выпуска 2007, VIN 

<

***> № кузова 2071509, № двигателя 740 31 240 72455958, инв. № 48;

- кран башенный передвижной КБ-408,21, страна производитель Россия, год выпуска 2010, заводской № 315, инв. № 92;

- кран башенный стационарный FM 1760 ТСК (FM gru), страна производитель Италия, год выпуска 2007, заводской № 16568, инв. № 122.

Стоимость предмета залога стороны определили в размере 10 000 000 руб.

Предметом залога стороны обеспечивали обязательство, которое должно возникнуть в будущем: залогодержателем выступает перед ПАО «Сбербанк РФ» в качестве поручителя за исполнение ФИО6 всех обязательств по кредитному договору, заключаемому между банком и заемщиком на сумму 10 000 000 руб. Предметом залога обеспечивается обязательство залогодержателя, как поручителя по кредитному договору по исполнению всех обязательств заемщика перед банком.

По условиям названного договора залогодержатель имеет право получить удовлетворение из стоимости предмета залога залогодателя в случае предъявления залогодержателю или взыскания в судебном порядке с залогодержателя суммы неисполненного заемщиком обязательства по кредитному договору.

В соответствии с п. 3.2 договора обращение взыскания на имущество осуществляется по решению суда путем продажи на торгах либо признания права собственности на имущество за залогодержателем. 

Пунктом 3.4 спорного договора стороны пришли к соглашению, что в случае не достижения соглашения  споры разрешаются в арбитражном суде на КМВ СК при юридическом центре на КМВ «Арбитр» (постоянно действующий третейский суд).

Решением от 22.03.2016 по делу № Т-СТП/16-1024 третейский суд удовлетворил требования ПАО «Сбербанк РФ» и взыскал с ФИО7 задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 18.08.2014 в размере 9 213 246 руб. 23 коп.

В ноябре 2016 года ПАО «Сбербанк РФ» обратилось в Шпаковский районный суд Ставропольского края с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Третейского суда при автономной некоммерческой организации «Независимая арбитражная палата».

ФИО7 воспользовалась правом на получение удовлетворения из стоимости предмета залога, обусловленное п. 3.3 договора залога, в соответствии с которым залогодержатель имеет право получить удовлетворение из стоимости предмета залога залогодателя.

Решением от 30.12.2016 третейский суд удовлетворил требования ФИО7 по обращению взыскания на имущество, являющееся предметом залога, принадлежащее на праве собственности ЗАО «Контур-Строй-Трест» путем признания права собственности за                      ФИО5:

- кран стреловой, самоходный КС-5576К, страна производитель Россия, год выпуска 2007, VIN 

<

***> № кузова 2071509, № двигателя 740 31 240 72455958, инв. № 48;

- кран башенный передвижной КБ-408,21, страна производитель Россия, год выпуска 2010, заводской № 315, инв. № 92;

- кран башенный стационарный FM 1760 ТСК (FM gru), страна производитель Италия, год выпуска 2007, заводской № 16568, инв. № 122.

Названное имущество во исполнение решения третейского суда передано обществом в собственность ФИО7 по акту приема-передачи от 17.01.2017.

21 августа 2018 года ЗАО «Контур-Строй-Трест» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

02 ноября 2017 года ФИО5 признана несостоятельным (банкротом), в отношении ФИО5 введена процедура реализации имущества, на должность финансового управляющего утвержден арбитражный управляющий ФИО2

Спорное имущество ФИО7 реализовано в рамках дела о банкротстве (дело                                  № А63-219/2017), путем заключения договоров купли-продажи по результатам торгов. Залоговому кредитору перечислены денежные средства.

Акционер ФИО1, считая договор залога движимого имущества ничтожной сделкой, обратился за защитой нарушенного права в суд.

По мнению истца, данный договор сфальсифицирован, подпись директора                      ФИО9 выполнена другим лицом. При этом подлинный договор отсутствует, директор умер. Заявление о фальсификации данного договора ФИО1 в порядке пункта 1 статьи 161 АПК РФ суду не представлено. Суд расценивает данные доводы, как позицию по делу (утверждение) в части признания сделки ничтожной.

Обстоятельства дела, признанные арбитражным судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (п.1,2 ст. 69 АПК РФ).

При рассмотрении данного иска суд исходит из вступивших в законную силу судебных актов по делам №№ А63-7646/2017 и А63-219/2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 84 Федерального закона «Об акционерных обществах» сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, совершенная с нарушением требований к сделке, предусмотренных Законом, может быть признана недействительной по иску общества или акционера.

Иски акционеров о признании недействительными сделок, заключенных акционерными обществами, могут быть удовлетворены в случае представления доказательств, подтверждающих нарушение прав и законных интересов акционера (пункт 38 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах»). Бремя доказывания того, каким образом оспариваемой сделкой умаляются его права и законные интересы как акционера и как они будут восстановлены при признании договора недействительным, в соответствии со статьей 65 АПК РФ лежит на истце.

К таким доказательствам могут относиться доказательства наличия у акционера убытков, связанных с совершением акционерным обществом оспариваемой сделки. Неисполнение или ненадлежащее исполнение акционерным обществом сделки, которое влечет для него негативные последствия, не может служить основанием для квалификации этой сделки как убыточной для акционеров.

В обоснование нарушение прав и законных интересов ФИО1 сослался, на то обстоятельство, что он номинально является контролирующим органом и собственником имущества, которое приобреталось в процессе деятельности организации за счет вклада акционера.

По смыслу статьи 4 АПК РФ избранный способ защиты права должен быть направлен на восстановление субъективных прав, отсутствие или недоказанность наличия субъективного права, в защиту которого предъявлен иск, является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Считая данный договор ничтожным, истец, сослался на заключение специалиста                         № 59/2019 от 10.06.2019, а именно, что подпись от имени ФИО9 выполнена другим лицом.

Суд критически относится к данному виду доказательств.

Ссылаясь на заключение специалиста от 10.06.2019 № 59/2019 истец не принял во внимание то, что установленный процессуальным законодательством порядок назначения и проведения судебной экспертизы (ст. 82, 83 АПК РФ) или привлечения специалиста для предоставления разъяснений, консультаций и выяснения профессионального мнения лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями по существу разрешаемого арбитражным судом спора не соблюден (п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012                       № 59). Таким образом, представленное заключение не может являться допустимым доказательством, тем более директор умер, факт констатации заключения договора и его подписи может подтвердить или опровергнуть только лицо подписавшее документ. 

Полагая, что договор противоречит статьям 10, 167, 168 ГК РФ, действующему корпоративному законодательству, истец обратился в суд с настоящим иском.

Согласно статье 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Суд, руководствуясь Федеральным законом «Об акционерных обществах» констатирует факт отнесения данной сделки по указанным основаниям к оспоримой сделке.

Заключение сделки с нарушением порядка ее подписания следует отнести к категории оспоримых сделок. Оснований для признания оспариваемой сделки ничтожной не имеется.

Ответчик и третье лицо заявили о пропуске срока исковой давности.

Пунктом 2 статьи 181 ГК РФ предусмотрено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из материалов дела следует, что решением от 30.12.2016 третейский суд удовлетворил требования ФИО7 по обращению взыскания на имущество, являющееся предметом залога, принадлежащее на праве собственности ЗАО «Контур-Строй-Трест» путем признания права собственности за ФИО5:

- кран стреловой, самоходный КС-5576К, страна производитель Россия, год выпуска 2007, VIN 

<

***> № кузова 2071509, № двигателя 740 31 240 72455958, инв. № 48;

- кран башенный передвижной КБ-408,21, страна производитель Россия, год выпуска 2010, заводской № 315, инв. № 92;

- кран башенный стационарный FM 1760 ТСК (FM gru), страна производитель Италия, год выпуска 2007, заводской № 16568, инв. № 122.

Названное имущество перечислено по акту приема-передачи от 17.01.2017.

Таким образом, о совершенной сделке общества истцу должно было известно с этого времени.

Иск об оспаривании договора в рамках банкротства предъявлен 07.05.2019, то есть по истечении годичного срока исковой давности.

Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. При этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истцом пропущен срок исковой давности.

Что касается требования относительно признания сделки недействительной в силу статьи 168 ГК РФ и статье 10 ГК РФ, суд исходит из следующего.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ защита гражданских прав может осуществляться путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно пункту 2 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.

В пункте 38 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах» разъяснено, что иски акционеров о признании недействительными сделок, заключенных акционерными обществами, могут быть удовлетворены в случае представления доказательств, подтверждающих нарушения прав и законных интересов акционера.

Утверждение заявителя о нарушении его прав на получение части имущества банкротного предприятия судом отклоняется. Федеральный закон «Об акционерных обществах» направлен на защиту прав акционеров, однако сама направленность Закона не может свидетельствовать о том, что в конкретном случае нарушены права акционеров. Иск заявлен по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, и истец должен обосновать реальное нарушение его прав оспариваемой сделкой. Неполучение части имущества (или возможное неполучение части имущества) при ликвидации общества не свидетельствует о конкретных неблагоприятных последствиях, которые повлекла для него данная сделка.

В силу пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах право на предъявление иска о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, недействительной, предоставлено самому обществу и акционеру, то есть лицам, чьи права или законные интересы были нарушены совершенной сделкой (потерпевшим).

Сам по себе факт участия в обществе в качестве акционера не свидетельствует о нарушении оспариваемым договором его прав и охраняемых законом интересов и не указывает на наступление каких-либо конкретных неблагоприятных для него последствий в результате совершения оспариваемого договора, в связи с чем не может рассматриваться в качестве основания для признания за ними права на предъявление данного иска, учитывая, что общество находится в стадии банкротства.

Суд считает, что данный иск направлен на преодоление судебных актов, вынесенных в рамках дел о банкротстве, что недопустимо в силу гражданского законодательства.

На основании изложенного, в удовлетворении иска надлежит отказать, как по пропуску срока исковой давности, так и по существу заявленных требований.

Руководствуясь статьями 49, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

принять уточнение иска. 

         В удовлетворении иска отказать.

         Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края  в  Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

         Судья

                         И.В. Подфигурная