ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-17926/2019

г. Челябинск

30 декабря 2019 года

Дело № А34-5926/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 23 декабря 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 декабря 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Румянцева А.А., 

судей Журавлева Ю.А., Хоронеко М.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Яровит» на определение Арбитражного суда Курганской области от 29.10.2019 по делу № А34-5926/2016 о включении требований в реестр требований кредиторов. 

Решением Арбитражного суда Курганской области от 30.03.2017 общество с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма Новь» (далее – должник, ООО «ПКФ Новь») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство; утвержден конкурсный управляющий ФИО2 (далее – ФИО2), член Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

11.07.2019 в Арбитражный суд Курганской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Яровит» (далее - ООО «Яровит», заявитель, податель жалобы) о признании требования в размере 950 000 руб. обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 26.09.2019 к участию в деле в порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечено общество с ограниченной ответственностью «Автотехника» в лице конкурсного управляющего ФИО3

Определением Арбитражного суда Курганской области от 29.10.2019 (с учетом дополнительного определения от 04.12.2019) в удовлетворении заявления ООО «Яровит» отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «Яровит» обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, требования удовлетворить, ссылаясь на то, что поскольку требования заявлены о включении за реестр, то со стороны заявителя не усматривается противоправная цель по уменьшению количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. Аффилированность сторон сама по себе не может быть основанием для отказа в заявленных требованиях и не свидетельствует о злоупотреблении правом. Заявителем представлены доказательства исполнения сделки от 06.04.2015, что подтверждает неосновательное сбережение должником денежных средств.

От конкурсного управляющего ООО «ПКФ Новь» ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором указано на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились.

В соответствии со ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие указанных лиц. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 06.04.2015 между ООО «Автотехника» (продавец) и ООО «Яровит» (покупатель) заключен договор купли-продажи № 1, по условиям которого реализованы земельный участок, площадью 53521 кв. м., расположенный по адресу: 

<

...>, для производственных нужд, кадастровый№ 45:22:030112:114 и гараж-стоянка (модуль) на 32 автомашины (литер) А, площадью 1768,1 кв. м., этажность 1, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый № 45:22:030112:388. Цена реализации 950 000 руб.

Платежным поручением № 61 от 13.04.2015 ООО «Яровит» перечислило денежные средства в размере 950 000 руб. в адрес получателя ООО «ПКФ «Новь» с назначением платежа: «оплата по договору купли-продажи № 1 от 06.04.2015 по письму № 4 от 10.04.2015 за ООО «Автотехника» (л.д.8). 

Из письма № 4 от 10.04.2015 следует, что ООО «Автотехника» просил произвести оплату по договору купли-продажи в адрес ООО «ПКФ Новь» (л.д.7). 

Вступившим в законную силу определением суда от 01.03.2019 по делу № А34-9117/2017 в деле о банкротстве ООО «Автотехника» договор купли-продажи № 1 от 06.04.2015 между ООО «Автотехника» и ООО «Яровит» признан недействительным, предмет договора возвращен в конкурсную массу ООО «Агротехника» (л.д.31-37). 

Ссылаясь на то, что ООО «Яровит» произвело погашение долга ООО «Автотехника» перед ООО «ПКФ Новь» и исполнило свои обязательства перед ООО «Автотехника» по договору купли-продажи № 1 от 06.04.2015, на стороне должника возникло неосновательное обогащение.

В связи с изложенным, ООО «Яровит» обратилось в суд с настоящим заявлением.

Возражая против удовлетворения заявления ООО «Яровит», конкурсный управляющий должника ФИО2 указала на аффилированность ООО «Яровит»,  ООО «Автотехника» и ООО «ПКФ Новь»; документы, на основании которых возник долг ООО «Автотехника» перед ООО «ПКФ Новь», погашенный впоследствии ООО «Яровит» в счет исполнения обязательств последнего перед ООО «Автотехника» отсутствуют, не исключен возврат задолженности иным способом, включая проведение совместных зачетов (л.д.45). Сослалась на пропуск срока исковой давности для взыскания неосновательного обогащения.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции исходил из того, что аффилированность ООО «Яровит»,  ООО «Автотехника» и ООО «ПКФ Новь» установлена определением суда от 18.06.2019 в рамках настоящего дела; отсутствует мотивация экономических интересов ООО «Яровит» по исполнению обязательств по договору с ООО «Агротехника» в пользу должника; в силу аффилированности спорные отношения носят корпоративный характер. Указал на отсутствие оснований для применения срока исковой давности, поскольку сделка от 06.04.2015 признана недействительной только 01.03.2019, тогда как заявление поступило в суд 11.07.2019.

Выводы суда первой инстанции в части отказа в применении срока исковой давности, сторонами не обжалуются, что в силу требований ч. 5 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исключает необходимость проверки законности и обоснованности судебного акта в указанной части.  

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Согласно разъяснениям, данным в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Согласно п. 3 ст. 100 Закона о банкротстве возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов.

В настоящем случае такие возражения заявлены в суде первой инстанции со ссылкой на аффилированность ООО «Яровит»,  ООО «Автотехника» и должника, необоснованное увеличение кредиторской задолженности. 

Согласно ч. 2 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими не исполненные должником обязательства, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию заявителя, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и кредитора, связанного с должником общностью хозяйственных или иных интересов, в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. В связи с чем, к таким кредиторам допустимо применение высокого стандарта доказывания, а лицу, возражающему относительно таких требований в данном конкретном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга.

Вместе с тем, в силу абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы кредитор не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (ст. 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", ст. 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (п. 2 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на гражданско-правовых договорах требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и кредитором, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

Суд вправе переквалифицировать обязательственные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абз. 8 ст. 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы заключения сделки, из которой возникло обязательство должника перед аффилированным лицом.

Если участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается.    При  этом  оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед   кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Если избранный план непубличного дофинансирования реализовать не удалось, то сумма финансирования не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала.

Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего  финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны участника (акционера).

При этом закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве, п. 8 ст. 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012, возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора обычно объективным образом  ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Как указано в пункте 13 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017), не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В соответствии с п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с ФЗ от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Понятие «группа лиц» раскрыто в ч. 1 ст. 9 Федерального закона о защите конкуренции.

В законодательстве Российской Федерации под группой лиц понимается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих, в частности, одному или нескольким признакам из следующих признаков, в том числе: лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции признаку (пункт 8 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции).

Так, из материалов дела следует, что в рамках дела о банкротстве ООО «ПКФ Новь» удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительными 43 договоров купли-продажи имущества покупателю ООО «Яровит». При рассмотрении данного обособленного спора суд установил факт наличия аффилированности ООО «Яровит», ООО «Автотехника» и ООО «ПКФ Новь».

Таким  образом, ООО «Яровит», ООО «Автотехника» являются аффилированными к  должнику лицами. 

Указанные обстоятельства также свидетельствуют о наличии признаков заинтересованности. 

Как следует из материалов дела, заявителем не раскрыты экономические мотивы исполнения обязательств по договору купли-продажи от 06.04.2015 с ООО «Агротехника» в адрес ООО «ПКФ Новь» по письму продавца; не представлены документы, свидетельствующие о наличии долга ООО «Агротехника» перед ООО «ПКФ Новь», который был погашен путем перечисления заявителем спорного платежа; соглашение о зачете оплаты по договору купли-продажи от 06.04.2015 № 1 в счет обязательств ООО «Агротехника» между сторонами не подписывалось, суду не представлено.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу, что между должником и заявителем фактически существуют корпоративные отношения, основанные на факте участия через аффилированных лиц в виде распределения между компаниями сфер экономической деятельности. 

Указанные выше лица входят в состав одной взаимозависимой и аффилированной группы лиц по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве, способных оказывать взаимное влияние на финансово-хозяйственную деятельность друг друга. В действиях заявителя и должника, присутствует корпоративная заинтересованность в итоговом результате экономической  деятельности, направленном на совместную деятельность с целью извлечения прибыли. В условиях общности экономических интересов, сделки по погашению задолженности участника группы корпоративными участниками, связаны с предпринимательскими рисками, такие сделки совершаются целенаправленно и не могут причинять ущерб добросовестным кредиторам должника.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что по существу заявленные требования носят внутрикорпоративный характер и не могут быть противопоставлены требованиям независимых кредиторов.

 Возникшие сомнения в том, что возникшие отношения не носят гражданско-правовой характер с достоверностью заявителем не опровергнуты; не представлены первичные документы бухгалтерского учета, договора, во исполнение которых перечислялись денежные средства в заявленном размере, сведения о проведенной претензионной работе по возврату имеющейся задолженности.

В виду изложенного, отклоняется довод апелляционной жалобы об отсутствие противоправной цели по уменьшению количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, поскольку требования заявлены о включении за реестр.

Ссылка апеллянта на отсутствие у него заинтересованности в отношении должника не принимается  во внимание, поскольку не освобождает последнего доказать возникновение задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, раскрыть разумные экономические мотивы заключения сделки, из которой возникло обязательство должника перед аффилированным лицом. 

Доводы подателя жалобы на то, что аффилированность сторон сама по себе не может быть основанием для отказа в заявленных требованиях, были предметом оценки судами первой и апелляционной инстанций.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об обоснованности отказа судом первой инстанции в удовлетворении требований ООО «Яровит».

Таким образом, доводы подателя жалобы не опровергают установленные судом обстоятельства и не влияют на существо принятого судебного акта, поэтому не являются основанием для его отмены.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с п. 15 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2005 № 91 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами главы 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации» при подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Курганской области от 29.10.2019 по делу № А34-5926/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Яровит» - без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Яровит» из федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3 000 руб., уплаченную по платежному поручению № 817 от 08.11.2019.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяА.А. Румянцев

Судьи:Ю.А. Журавлев 

М.Н. Хоронеко