1074/2023-118797(1) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-94384/2022

Дело № А40-307894/19

г. Москва

03 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 03 мая 2023 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Ивановой Е.В., судей Головачевой Ю.Л., Комарова А.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 12 декабря 2022 года по делу   № А40-307894/19 в части отказа в удовлетворении заявления ФИО2 о  привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной  ответственности  

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО "Стеллко" (127221,  

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)  

при участии в судебном заседании: 

от ФИО2 – ФИО7 по доверенности от 22 ноября 2021 года;  от ФИО8 - ФИО9 по доверенности от 15 января 2022 года;  

от ООО «Сталмета» - ФИО9 по доверенности от 25 января 2023 года; 

от ООО «Технопром» - ФИО9 по доверенности от 07 апреля 2022 года.  Иные лица не явились, извещены.  

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06 июля 2020 года в  отношении ООО «СтеллКо» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена  процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09 декабря 2020 года в  отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим  утвержден ФИО10.  

Сообщение о введении процедуры конкурсного производства опубликовано в  газете «Коммерсантъ» от 19 декабря 2020 года № 234.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07 июня 2021 года  конкурсный управляющий ФИО10 освобожден от исполнений обязанностей  конкурсного управляющего ООО «СтеллКо».  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07 июня 2021 года  конкурсным управляющим должника утвержден ФИО11  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20 сентября 2021 года  арбитражный управляющий ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей  конкурсного управляющего ООО «СтеллКо».  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29 сентября 2021 года  конкурсным управляющим ООО «СтеллКо» утвержден ФИО12  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20 октября 2021 года в одно  производство объединены для совместного рассмотрения заявление конкурсного  управляющего ООО «СтеллКо» о привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО3, ФИО2 с заявлением ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6 по обязательствам должника ООО «СтеллКо».  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12 декабря 2022 года  отказано в удовлетворении заявления ФИО2 о привлечении ФИО4,  ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности. Заявление  конкурсного управляющего ООО «СтеллКо» о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО3, ФИО2  удовлетворено. К субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтеллКо»  привлечены ФИО3, ФИО2. Приостановлено  производство по обособленному спору до формирования конкурсной массы и расчетов  с кредиторами.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился в суд  апелляционной инстанции с жалобой, согласно которой просит определение от 12  декабря 2022 года отменить в части удовлетворения заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам должника, в указанной  части заявление оставить без удовлетворения, удовлетворить заявление ФИО2 о  привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5,  ФИО6  

В материалы дела также поступила апелляционная жалоба ФИО2, согласно  которой ФИО2 просит отменить судебный акт в части, принять новый судебный  акт об удовлетворении заявления ФИО2 о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6, в  удовлетворении заявления управляющего отказать.  

В материалы дела от кредитора ФИО8, от ФИО5, от  ФИО4, ФИО6, конкурсного управляющего ФИО13  поступили отзывы на апелляционные жалобы, которые приобщены судом к материалам  дела.  

От ФИО2 поступили письменные пояснения, суд приобщил к материалам  дела письменную позицию апеллянта.  

В материалы дела от кредитора ФИО8 поступили возражения на  письменные пояснения ФИО2  

Суд в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации отказал в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела  письменной позиции кредитора.  

Лица, явившиеся в судебное заседание, высказали позиции по доводам жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте  слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба  рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьей 121, 123, 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года  

 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на  официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции  проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев и оценив все  представленные по делу доказательства, полагает обжалуемый судебный акт  Арбитражного суда города Москвы не подлежащим отмене по следующим основаниям.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Из материалов дела усматривается, ФИО2 осуществлял  полномочия в качестве генерального директора должника в период с 10 июня 2016 года  по 29 июня 2018 года.  

По мнению конкурсного управляющего, срок возникновения обязанности  руководителя должника ФИО2 по подаче заявления о  признании ООО «СтеллКо» банкротом должен отсчитываться не позднее чем с даты  наступления обязательств по возврату заемных средств перед ФИО4, то  есть с 31 октября 2017 года, что подтверждается договором займа № 3-14 от 01 октября  2014 года, требования которого включены в реестр требований кредиторов ООО  «СтеллКо» (определение суда от 10 ноября 2020 года).  

Дата - 01 декабря 2017 года, по мнению конкурсного управляющего, явилась для  ООО «Стеллко» пиком критичности экономической ситуации должника.  

Как установлено судом первой инстанции, в рамках дела о банкротстве ООО  «Стеллко» конкурсным управляющим оспорены подозрительные сделки должника, а  именно спорные перечисления денежных средств должником в адрес ФИО2  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23 сентября 2021 года  признаны недействительными сделками перечисления 39 437 263 руб. 44 коп. ООО  «СтеллКо» в пользу ФИО2, применены последствия недействительности сделок  в виде взыскания с ФИО2 в пользу ООО «СтеллКо» 39 437 263 руб. 44 коп.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 декабря 2021  года определение Арбитражного суда города Москвы от 23 сентября 2021 года по  настоящему делу отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего  ООО «СтеллКо» отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа 05 апреля 2022 года  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 декабря 2021 года  отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Девятый арбитражный  апелляционный суд.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 июня 2022  года определение Арбитражного суда города Москвы от 23 сентября 2021 года  изменено, признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств  ООО «СтеллКо» в пользу ФИО2 в размере 39 409 863 руб. 44 коп. и применены  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную  массу ООО «СтеллКо» 39 409 863 руб. 44 коп. В остальной части определение  Арбитражного суда города Москвы оставлено без изменения.  

Таким образом, в рамках дела о банкротстве ООО «СтеллКо» установлено, что в  период с 14 апреля 2016 года по 10 сентября 2020 года с общества в адрес ФИО2  неправомерно перечислены денежные средства.  

ФИО3 осуществлял полномочия генерального директора ООО «СтеллКо» в  период с 29 июня 2018 года по 14 декабря 2020 года.  

Конкурсный управляющий считает, что обязанность у ФИО3 по подаче  заявления о банкротстве ООО «СтеллКо» должна была быть исполнена не позднее 30  дней с даты назначения его генеральным директором общества, то есть не позднее 30  июля 2018 года.  

В связи с вышеизложенными, конкурсный управляющий полагает, что ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности ввиду неподачи  заявления о признании должника банкротом, совершения неправомерных действий, не  позволивших удовлетворить требования кредиторов, ФИО3 подлежит  привлечению к субсидиарной ответственности вследствие неподачи заявления о  признании должника банкротом.  

Как подтверждается материалами дела, от должника в адрес ФИО2 в период  его руководства выведено на счет 36 274 122 руб. 44 коп.: в период с 10 июня 2016 года  по 31 октября 2017 года ФИО2 незаконно перечислено на свой счет 32 823 735  руб. 44 коп., в период с 01 ноября 2017 года по 29 июня 2018 года ФИО2  незаконно перечислено на свой счет 3 450 387 руб.  

Указанные обстоятельства подтверждаются вступившими в законную силу  судебными актами, в частности, постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 06 июня 2022 года. Из постановления Девятого арбитражного  апелляционного суда следует, что за весь период совершения оспариваемой сделки у  должника шел рост неисполненных обязательств, у ООО «СтеллКо» возникли  неисполненные обязательства на общую сумму более чем 4 226 162 руб. 70 коп., таким  образом, ответчик ФИО2 не мог не знать о причинении имущественного вреда  кредиторам перечисляемыми в его пользу денежными средствами, поскольку ФИО2 в период совершения сделки являлся единоличным исполнительным органом  должника ООО «СтеллКо». Оспариваемые сделки совершены должником в ущерб  собственным интересам (в результате денежные средства выбыли из конкурсной массы  должника без встречного исполнения) в пользу заинтересованного лица, что указывает  на совершение заведомо невыгодных сделок в целях причинения вреда.  

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным  актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при  рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

Согласно части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда, являются  обязательными для органов государственной власти, органов местного  самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат  исполнению на всей территории Российской Федерации.  

Вступившими в законную силу судебными актами подтверждено, что сделки ООО  «СтеллКо» в пользу руководителя должника ФИО2 направлены на причинение  вреда кредиторам и представляют собой злоупотребление правом в результате  отчуждения денежных средств без какого-либо встречного предоставления и правового  обоснования.  

Судом первой инстанции установлено, что незаконные действия ФИО2 по  перечислению денежных средств на свой банковский счет в период осуществления им  обязанностей генерального директора должника не позволили ООО «СтеллКо»  осуществлять полноценную хозяйственную деятельность и рассчитаться с  кредиторами.  

Материалами дела подтверждается, что в октябре 2017 года должник находился в  состоянии имущественного кризиса и неплатежеспособности, поскольку 31 октября  2017 года наступила обязанность по возврату заемных средств перед Крутогорским  

А.Н., требования которого включены в реестр определением суда от 10 ноября 2020  года.  

Вышеуказанные перечисления по недействительным сделкам в пользу ФИО2 являются значимыми для должника применительно к масштабам его  деятельности, повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов.  

Существенность вреда подтверждается тем, что сумма переведенных денежных  средств по недействительным сделкам в период руководства ФИО2 составила 39  409 863 руб. 44 коп., что превышает размер кредиторской задолженности в  соответствии с реестром требований, размер требований, подлежащих удовлетворению  после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, а  также размер вознаграждения арбитражного управляющего, всего 34 615 140 руб. 34  коп.  

Размер имущественного вреда, причиненного действиями ФИО2, является  значительным для хозяйственной деятельность должника, к контролирующему лицу  ФИО2 подлежит применению презумпция доведения до банкротства согласно  подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Суд первой инстанции обоснованно учел следующее. 

Конкурсным управляющим подано ходатайство о принятии обеспечительных мер  в рамках рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности  контролирующих должника лиц ФИО3 и ФИО2 в размере более 29 000  000 руб. В обоснование заявленного ходатайства конкурсный управляющий представил  доказательства, подтверждающие, что в отношении объектов недвижимости с  кадастровым № 50:46:0000000:23123, кадастровым № 50:46:0000000:23120,  кадастровым № 50:46:0000000:33676, кадастровым № 50:46:0000000:32994, ранее  принадлежащих ответчику ФИО2, 08 февраля 2021 года сменился собственник.  

Следовательно, в период после признания ООО «Стеллко» несостоятельным  (банкротом) ФИО2 предпринял активные действия, направленные на вывод  принадлежащего ему недвижимого имущества.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20 апреля 2021 года,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного  суда от 30 июня 2021 года, в удовлетворении ходатайства было отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22 сентября 2021  года определение Арбитражного суда города Москвы от 20 апреля 2021 года и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30 июня 2021 года  отменены, приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Росреестра по  Московской области совершать регистрационные действия по переходу права  собственности в отношении имущества ФИО2  

Как следует из постановления Арбитражного суда Московского округа от 22  сентября 2021 года, конкурсный управляющий обосновал причины обращения с  заявлением об обеспечении требований конкретными обстоятельствами,  подтверждающими необходимость принятия обеспечительных мер, и представил  доказательства, подтверждающие доводы заявления.  

Исходя из вышеизложенного, суд первой инстанции пришёл к верному выводу,  что заявителем в полной мере доказаны обстоятельства обоснованности привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам общества на основании пункта  2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, имеется совокупность элементов состава  субсидиарной ответственности: наличие вины, причиненного ущерба, причинно-следственной связи между действием (бездействием) и возникновением ущерба.  

Доказательств обратного ФИО2 не представлено. 

Относительно довода заявителя о том, что ФИО2 подлежит привлечению к  субсидиарной ответственности также по не исполнению обязанности по подаче  заявления о банкротстве, суд первой инстанции отметил следующее.  

С 31 октября 2017 года - даты наступления обязательств по возврату заемных  средств перед ФИО4, должник находится в состоянии  неплатежеспособности.  

Однако, каких-либо иных кредиторов, перед которыми у должника возникли  неисполненные обязательства после даты возникновения неплатёжеспособности до  даты освобождения ФИО6 от должности руководителя, у ООО «СтеллКо» не  имелось.  

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие  причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя  должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о  которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о  несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение  кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в  действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.  Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом  обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств,  возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9  Закона о банкротстве.  

Судом установлено, что в период руководства ФИО2 после 01 декабря 2017  года новые обязательства перед кредиторами отсутствовали, значит, не имел место  обман кредиторов руководителем путем нераскрытия информации о тяжелом  финансовом положении общества. Таким образом, не установлена причинно-следственная связь между обманом контрагентов со стороны руководителя должника  ФИО2 путем намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о  которых он должен был публично сообщить в силу закона, отсутствуют правовые  основания для привлечения его к ответственности по не исполнению обязанности по  подаче заявления о банкротстве в суд.  

Как усматривается из материалов дела, ФИО3 осуществлял полномочия  генерального директора ООО «СтеллКо» в период с 29 июня 2018 года по 14 декабря  2020 года.  

Моментом объективного банкротства должника является дата наступления  обязательства по возврату заемных средств перед ФИО4, то есть 31  октября 2017 года.  

Как установлено в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от  06 июня 2022 года, за весь период совершения оспариваемой сделки с 14 апреля 2016  года по 10 сентября 2020 года у должника шел рост неисполненных обязательств.  

В рамках рассмотрения обособленного спора по оспариванию перечислений в  пользу ФИО2 установлено, что решением Арбитражного суда города Москвы от  19 октября 2018 года по делу № А40-166243/18 с ООО «СтеллКо» в пользу ООО  «Трендлайн» взысканы 326 184 руб. задолженность, 2 397 руб. 23 коп. проценты за  пользование чужими денежными средствами, 25 000 руб. расходы на оплату услуг  представителя, а также 9 572 руб. расходы по оплате госпошлины; решением  Арбитражного суда города Москвы от 24 августа 2018 года по делу № А40-125461/18 с  ООО «СтеллКо» в пользу ООО «Стальтехно» взысканы 3 001 971 руб. 40 коп.  задолженность, 96 163 руб. 44 коп. неустойка, 38 491 руб. расходы по уплате  государственной пошлины; решением Арбитражного суда города Москвы от 30 августа  2018 года по делу № А40-135157/18 с ООО «СтеллКо» в пользу ООО «СтройГранд»  взысканы 109 345 руб. 60 коп. неосновательное обогащение, 4 280 руб. расходы по  госпошлине; решением Арбитражного суда города Москвы от 24 сентября 2018 года по  делу № А40-153720/18 с ООО «СтеллКо» в пользу ООО «ПКФ «ДиПОС» взысканы 741  110 руб. 70 коп. задолженность, 17 822 руб. расходы по оплате государственной  пошлины; решением Арбитражного суда города Москвы от 19 октября 2018 года по  

делу № А40-166243/18 с ООО «СтеллКо» в пользу ООО «ПКФ «ДиПОС» взысканы 326  184 руб. задолженность, 2 397 руб. 23 коп. проценты за пользование чужими  денежными средствами, 25 000 руб. расходы на оплату услуг представителя, а также 9  572 руб. расходы по оплате госпошлины.  

С учетом изложенного в октябре 2017 году ООО «СтеллКо» стало неспособно в  полном объеме удовлетворить требования кредиторов. Впоследствии, в период  руководства ФИО3 происходило образование новой кредиторской  задолженности.  

Судом первой инстанции установлено, что обязанность у ФИО3 по подаче  заявления о банкротстве ООО «СтеллКо» должна была быть им исполнена не позднее  30 июля 2018 года.  

Доказательств совершения каких-либо действий ответчиком, свидетельствующих  о попытках принять меры по повышению финансовой устойчивости должника,  выполнение ими экономически обоснованного плана и иных добросовестных усилий,  направленных на преодоление неплатежеспособности в разумный срок в материалы  дела не представлено. Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту  кредиторов, не осведомлённых по вине руководителя должника о возникшей разнице  между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение  на такого руководителя субсидиарной ответственности.  

Однако ФИО3 с соответствующим заявлением в арбитражный суд не  обратился, следовательно, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.  

Конкурсный управляющий (согласно уточнениям от 20 сентября 2021 года,  принятым судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Россйиской Федеарции) также просил суд привлечь бывших руководителей должника  ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности за не передачу  бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему, ссылаясь  на положения подпункта 2 и подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Как подтверждается материалами дела, 22 января 2021 года конкурсный  управляющий ФИО11 обратился в суд с ходатайством об истребовании  документов у бывших руководителей ООО «СтеллКо» ФИО3, ФИО2  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20 октября 2021 года  ходатайство конкурсного управляющего удовлетворено частично, суд обязал ФИО3 передать конкурсному управляющему ООО «СтеллКо» документацию должника.  

Определением суда от 20 октября 2021 года установлено, что конкурсный  управляющий ранее обращался к бывшему руководителю должника ФИО3 с  запросом о передаче в его пользу бухгалтерской и иной документации должника,  печатей, штампов, материальных и иных ценностей. Вместе с тем, указанная  обязанность бывшим руководителем должника ФИО3 исполнена не была.  

В материалы обособленного спора также не представлены доказательства  передачи ФИО3 в адрес конкурсного управляющего запрашиваемой  документации. Также, в определении суда от 20 октября 2021 года указано, что суд не  находит оснований для удовлетворения заявления в части истребования документации  должника у ФИО2, поскольку в материалы дела представлен акт приема-передачи документов от 02 июля 2018 года, которым удостоверяется факт передачи  ФИО2 генеральному директору ФИО3 документов, товарно-материальных и иных ценностей.  

Таким образом, суд пришел к верному выводу об отказе в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному  основанию.  

При этом, ФИО3 обязанность по передаче документации должника  конкурсному управляющем не исполнена.  

Доводы ФИО3 о номинальности руководства не могут являться  основанием для освобождения его от субсидиарной ответственности, поскольку в  соответствии с пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не  осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель),  например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании  доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии  явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных  полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего  лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания  влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления  обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а  также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом  (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Исходя из вышеизложенного, заявителем в полной мере доказаны обстоятельства  обоснованности привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, согласно  положениям пунктов 1-2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Относительно заявления ФИО2 о привлечении ФИО4,  ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности суд отмечает  следующее. ФИО2 указывает на то, что контролирующие лица ФИО4, ФИО5, ФИО6 совершали сделки, нарушающие права  кредиторов, не рассчитались с реальными кредиторами, вышли из состава участников,  произвели деконсолидацию органов управления и конечных бенефициаров с целью  сокрыть свое реальное участие.  

Судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы ФИО2, которые,  как верно отметил суд первой инстанции, носят декларативный характер и не  подтверждены доказательствами. Заявитель указывает об отчуждении должником  основных производственных фондов. В доказательство данного факта заявитель  представил таблицу с указанием оборудования, с отметками о списании данного  оборудования в период руководства ФИО2  

При этом не пояснил, каким образом данные представленной таблицы  соотносятся с имуществом должника, доказывает списание оборудования по указанию  учредителей, доказывает факт передачи оборудования в ООО «ЭЗСК». Документы по  фактическому наличию имущества у должника на дату банкротства, а также  документы, свидетельствующие о списании имущества и его отчуждении в пользу  ООО «ЭЗСК» не представлены. Доказательств того, что учредителями намеренно  завершена хозяйственная деятельность должника, также не представлено.  

ФИО2 не доказан факт причастности ФИО4, ФИО5, ФИО6 к ухудшению финансового состояния должника, совершение ими  каких-либо действий, повлекших банкротство, основания для привлечения указанных  лиц к субсидиарной ответственности отсутствуют.  

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что основания для привлечения  ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности следует признать  установленными, производство по спору следует приостановить до формирования  конкурсной массы и окончания расчетов с кредиторами.  

Также судом первой инстанции обоснованно отказано в удовлетворении  ходатайства о вызове свидетелей.  

Исследовав в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации в деле доказательства, оценив доводы сторон, суд  

апелляционной инстанции пришел к выводу о правомерности вывода суда первой  инстанции.  

Доводы апелляционной жалобы отклоняются арбитражным апелляционным  судом, поскольку повторяют заявленные в суде первой инстанции доводы, которым  дана полная и правильная оценка.  

Оснований для отмены судебного акта по доводам, изложенным в апелляционной  жалобе, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Арбитражным судом правильно установлены фактические обстоятельства,  имеющие значение для спора, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены  нормы материального права, регулирующие спорные отношения. Анализ материалов  спора свидетельствует о том, что при рассмотрении настоящего обособленного спора  суд исследовал и оценил все представленные сторонами доказательства, а также  доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями  действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснил имеющие  существенное значение для дела обстоятельства.  

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным  основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.  

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о  законности и обоснованности определения суда.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый  арбитражный апелляционный суд,  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 12 декабря 2022 года по делу   № А40-307894/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: Е.В. Иванова  Судьи: Ю.Л. Головачева  

 А.А. Комаров