ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-13949/2020

г. Киров

18 ноября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 ноября 2022 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Караваева И.В.,

судейШаклеиной Е.В., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

без участия представителей лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества Кировский завод «Красный инструментальщик»

на определение Арбитражного суда Кировской области от 09.09.2022 по делу № А28-13949/2020

по заявлению акционерного общества Кировский завод «Красный инструментальщик» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 610000, 

<

...>) о включении требования в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение КировИнструмент» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 610020, 

<

...>), 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение Кировинструмент» (далее – ООО «НПО Кировинструмент», должник) акционерное общество Кировский завод «Красный инструментальщик» (далее - заявитель, кредитор, АО КЗ «КРИН») обратилось в Арбитражный суд Кировской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просит включить в третью очередь реестра требований кредиторов 10 210 780 рублей 00 копеек, из них 5 105 390 рублей 00 копеек в качестве долга и 5 105 390 рублей 00 копеек с учетом применения пункта 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Кировской области от 09.09.2022 требование акционерного общества Кировский завод «Красный инструментальщик» в сумме 10 210 780 рублей 00 копеек компенсации за незаконное использование товарного знака признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника. При этом суд первой инстанции отметил, что требование в сумме 10 210 780 рублей 00 копеек компенсации за незаконное использование товарного знака подлежит учету в реестре требований кредиторов отдельно и удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве. В остальной части требование заявителя оставлено без рассмотрения.

АО КЗ «КРИН» с принятым определением не согласно, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит изменить определение суда первой инстанции в части, включить 10 210 780 рублей 00 копеек в третью очередь реестра требований кредиторов должника, из которых 5 105 390 рублей 00 копеек подлежат учету как основной долг, а 5 105 390 рублей 00 копеек как штрафная санкция с учетом п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя жалобы сводятся к тому, что штрафной характер носит часть компенсации, превышающая стоимость правомерного использования товарного знака, а однократный размер платы, являющийся стоимостью правомерного использования товарного знака, является основным долгом. Однократный размер цены, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав, не может рассматриваться с позиции меры ответственности, это плата за внедоговорное использование чужого имущества, иначе бы нарушитель прав интеллектуальной собственности был поставлен в положение более выгодное, чем добросовестный лицензиат. Заявитель указывает, что результаты финансово-экономической жизни должника, узнаваемость на рынке мерительного инструмента с 2016 года по 2020 год напрямую были связаны с использованием товарного знака KRIN, то есть на стороне должника образовалось неосновательное обогащение за счет использования чужого имущества, размер неосновательного обогащения был с достоверностью определен судебной оценочной экспертизой по преюдициальному для рассмотрения настоящего спора судебному акту по делу №А28-17189/2019. Заявитель ссылается на определение Конституционного Суда РФ от 27.01.2022 № 106-О, в котором Конституционный Суд РФ указал, что определение юридической квалификации требования о взыскании компенсации входит в предмет доказывания по конкретному делу. Также в обоснование жалобы кредитор ссылается на судебную практику.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 28.09.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 29.09.2022.

Временный управляющий должника ФИО3 (далее – временный управляющий) в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. Указывает, что судом первой инстанции правильно определена квалификация заявленного требования, т.к. при рассмотрении аналогичных требований сложились такие подходы судов высших инстанций. С учетом изложенной в обжалуемом определении последовательной позиции Конституционного Суда РФ касаемо правовой природы компенсации, судом первой инстанции правильно признано, что компенсация - это штрафная санкция, применяемая вместо убытков, в связи с чем подлежит учету в реестре требований кредиторов с учетом пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве. Заявитель как взыскание неосновательного обогащения свое требование не квалифицировал. 

Временный управляющий ходатайствовал о рассмотрении жалобы в отсутствие представителя.

Должник в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. Указывает, что исходя из природы заявленных требований, данное требование должно рассматривать, если не как компенсация за незаконное использование товарного знака, то в обязательном порядке как требование о возмещении убытков, в состав доказательств которого необходимо установления убытка (ущерба), причиненного должником, незаконных действий должника и причинно-следственная связь. Заявителем в материалы дела не представлены доказательства несения убытков. Представленное экспертное заключение не может служить доказательством по настоящему делу, поскольку проводилось именно при рассмотрении заявления о выплате компенсации за незаконное использование товарного знака, а не в возмещении убытков, где доказательственная база совершенно иная. Довод Заявителя о том, что данное требование имеет природу неосновательного обогащения не обоснован. Необходимо отметить, что для взыскания неосновательного обогащения следует установить факт получения должником имущества, а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет Заявителя, при его реальных затратах. Заявителем избран способ защиты в виде взыскания компенсации, соответственно требовать возмещение убытков по аналогичным требованиям последний не вправе.

Стороны явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей сторон.

АО КЗ «КРИН» направило ходатайство, в котором просит провести заседание 15.11.2022 в отсутствие представителя заявителя, при наличии оснований просит отложить судебное заседание.

Предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса (далее – АПК РФ) оснований для отложения судебного разбирательства суд апелляционной инстанции не усматривает.

Законность определения Арбитражного суда Кировской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, акционерное общество Производственная компания «Автодорстрой» обратилось в Арбитражный суд Кировской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение Кировинструмент» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Кировской области от 17.11.2020 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Кировской области (резолютивная часть) от 26.10.2021 в отношении ООО «НПО Кировинструмент» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 13.01.2021 по делу № А28-17189/2019, вступившим в законную силу 02.04.2021, с общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение КировИнструмент» в пользу акционерного общества Кировский завод «Красный инструментальщик» взыскана компенсация за незаконное использование товарного знака № 588592 KRIN в размере 10 210 780 рублей 00 копеек и 13 000 рублей 00 копеек расходов по государственной пошлине.

Наличие непогашенной задолженности явилось основанием для обращения кредитора в арбитражный суд с рассматриваемым требованием в рамках дела о банкротстве должника.

Суд первой инстанции, рассмотрев требования, признал их обоснованными, включил в третью очередь реестра требований кредиторов, однако отметил, что требование в сумме 10 210 780 рублей 00 копеек подлежит учету в реестре требований кредиторов отдельно и удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве, в остальной части заявление оставлено без рассмотрения.

Обращаясь с жалобой, заявитель полагает, что 10 210 780 рублей 00 копеек подлежат включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника, из которых 5 105 390 рублей 00 копеек подлежат учету как основной долг, а 5 105 390 рублей 00 копеек как штрафная санкция с учетом п.3 ст. 137 Закона о банкротстве.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление размера требований осуществляется в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В абзаце 5 пункта 3.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П указано, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

По пункту 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Требования кредитора, которые основаны на вступившем в законную силу судебном акте, в соответствии с абзацем 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра.

При наличии вступившего в законную силу решения суда, подтверждающего состав и размер требования кредитора, арбитражный суд определяет возможность его предъявления в процессе несостоятельности и очередность удовлетворения, не пересматривая спор по существу.

Приняв во внимание, что требования заявителя подтверждены судебным актом, доказательства исполнения судебного акта, наличия задолженности в ином размере суду не представлены, заявление о включении требования в реестр требований кредиторов должника подано в установленный Законом о банкротстве срок, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что спорное требование является обоснованным и подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Доводов о несогласии с указанными выводами суда первой инстанции не заявлено.

Заявитель полагает, что судом первой инстанции неправильно определена правовая природа требования в сумме 10 210 780 руб. как штрафной санкции.

Рассмотрев доводы заявителя, суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с вышеуказанным выводом, при этом руководствуется следующим.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Как указано в пункте 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда», будучи мерой гражданско-правовой ответственности, компенсация имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

В пункте 4.3 Постановления № 40-П разъяснено, что поскольку компенсация, по смыслу взаимосвязанных положений статей 1250, 1252 и 1515 ГК РФ, имеет штрафной характер, принципиальное значение приобретает норма абзаца второго пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса о критериях, которыми должны руководствоваться суды при определении размера компенсации: он определяется в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пункт 5 Постановления № 40-П разъяснил различие в установлении убытков и компенсации, указав, что принимая во внимание правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированные в постановлениях от 13.12.2016 № 28-П и от 13.02.2018 № 8-П, рекомендации которого по внесению в законодательство соответствующих изменений еще не реализованы, исходя из общих принципов гражданско-правовой ответственности и учитывая, что правообладатель товарного знака освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков, а санкция в виде выплаты компенсации, рассчитанной на основе подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации, подлежит применению независимо от вины лица, нарушившего исключительное право на товарный знак при осуществлении им предпринимательской деятельности, при применении мер ответственности за нарушение исключительного права на товарный знак, тем не менее - с учетом штрафного характера компенсации и преследуемых при ее применении публичных целей - нельзя не учитывать предпринятые таким лицом необходимые меры и проявление им разумной осмотрительности, чтобы избежать неправомерного использования объекта интеллектуальной собственности, права на который принадлежат другому лицу.

Как верно заключил суд первой инстанции, с учетом изложенной позиции Конституционного Суда Российской Федерации относительно правовой природы компенсации следует признать, что компенсация - это штрафная санкция, применяемая вместо убытков, в связи с чем, подлежит учету в реестре требований кредиторов с учетом пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 29.04.2021 № 305-ЭС19-20691(5) по делу № А40-201092/2017, определении Верховного Суда РФ от 14.05.2021 № 305-ЭС19-20691(6) по делу № А40-201092/2017. 

Также судебная коллегия учитывает Определение Конституционного Суда РФ от 27.01.2022 № 106-О, которым отказано в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Курортмедсервис» и компании «Форианелли Трэйдинг Лимитед» на нарушение их конституционных прав положениями статей 1252, 1301 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статей 12 и 137 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве). 

В данном определении Конституционный Суд РФ со ссылкой на постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года № 28-П, от 24 июля 2020 года № 40-П и другие его решения, повторно указал, что взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав является штрафной санкцией.

С учетом изложенного апелляционный суд соглашается с позицией суда первой инстанции, который исходил из того, что заявленное требование в сумме компенсации за незаконное использование товарного знака подлежит учету в реестре требований кредиторов отдельно и удовлетворяется после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве, из-под действия которого выведены требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме реального ущерба и который прямо закрепляет, что под установленное им регулирование подпадают требования о взыскании не только неустоек (штрафов, пеней), но и иных финансовых санкций.

Заявитель настаивает на квалификации части его требования в качестве неосновательного обогащения, подлежащего учету как основной долг.

Однако квалификация требования заявителя уже дана во вступивших в законную силу судебных актах по делу № А28-17189/2019, оснований для иной квалификации в соответствии с принципом общеобязательности вступивших в силу судебных актов, апелляционный суд не усматривает.

Относительно оставления части требований без рассмотрения заявителем доводов не заявлено.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кировской области от 09.09.2022 по делу № А28-13949/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу акционерного общества Кировский завод «Красный инструментальщик» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий 

Судьи

 

И.В. Караваев

ФИО4

ФИО1