Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, https://fasvso.arbitr.ru тел./факс 

<

***>, 210-172 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 Ф02-3535/2025

Дело № А19-3044/2024

29 октября 2025 года

город Иркутск

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе: председательствующего Рудых А.И., судей: Курочкиной И.А., Левошко А.Н., 

при ведении помощником судьи Слободчиковой О.А. протокола открытого судебного заседания, проводимого с использованием веб-конференции, при участии представителей: индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 26.12.2024, диплом), Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Иркутской области-Мурзиной О.А.(доверенность от 01.11.2021, диплом),  

рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Иркутской области от 03 марта 2025 года по делу № А19-3044/2024, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 06 августа 2025 года по тому же делу,  

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – предприниматель, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Иркутской области к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – инспекция, налоговый орган) с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании незаконным решения № 10-10/63 от 20.09.2023 привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части, за исключением пункта 2.5.3 решения.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области (далее – Управление).  

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 03 марта 2025 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 06 августа 2025 года, в удовлетворении требования отказано.  

Предприниматель в кассационной жалобе, ссылаясь на нарушение норм материального права (статьи 89, 221, 227 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), статья 20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)), несоблюдение норм процессуального права (статья 69 АПК РФ), просит решение и постановление отменить, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об удовлетворении требования.  

Предприниматель не согласен с выводами налогового органа, содержащимися: в пункте 2.3.2 оспариваемого решения - о невозможности отнесения расходов, понесенных ИП ФИО1 при осуществлении им профессиональной деятельности арбитражного управляющего в делах о банкротстве; в пункте 2.4 решения - о неправильном начислении в качестве налогового агента; в пункте 2.5 решения - о занижении доходов по УСН за 2019 год.  

По мнению заявителя кассационной жалобы: материалами дела подтверждены его расходы, понесенные при осуществлении профессиональной деятельности арбитражного управляющего в делах о банкротстве (по размещению публикаций); незначительные расхождения в авансовых отчетах за проверяемый трехлетний период не могут сами по себе служить подтверждением формальности документооборота между предпринимателем и его сотрудниками; судами не дана оценка книге учета доходов и расходов за 2018 год в подтверждение поступления денежных средств в рамках взыскания по исполнительным производствам.  

Инспекция в отзыве на кассационную жалобу против ее доводов возразила, ссылаясь на их несостоятельность.  

Присутствующие в судебном заседании представители предпринимателя и инспекции поддержали доводы и возражения, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.  

Управление, о времени и месте судебного заседания извещено по правилам статей 121-123, 186 АПК РФ (информация о рассмотрении кассационной жалобы размещена в установленном порядке (в сети «Интернет» на сайтах fasvso.arbitr.ru, kad.arbitr.ru)), своих представителей в судебное заседание не направило, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.  

Проверив в порядке главы 35 АПК РФ правильность применения арбитражными судами норм материального и соблюдение норм процессуального права, соответствие  

выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам и, исходя из доводов кассационной жалобы и возражений относительно неё, суд округа приходит к следующим выводам.  

По результатам выездной налоговой проверки инспекцией 20.09.2023 принято решение № 10-10/63, которым предпринимателю предложено уплатить 61 175 рублей налога на доходы физических лиц (НДФЛ) за 2021 год; 466 478 рублей налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения (УСН) за 2019–2021 годы; 456 593 рубля страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование (ОПС, ОМС, ОСС) за 2019–2021 годы, а также предложено удержать непосредственно из доходов налогоплательщика 201 106 рублей неудержанного за 2019–2021 годы с работающих у него сотрудников НДФЛ и перечислить его в бюджет, а при невозможности удержания налога представить в налоговый орган сведения по форме 2-НДФЛ; начислено 240 242 рубля 39 копеек штрафа с учетом смягчающих ответственность обстоятельств (по части 3 статьи 122, по статье 123, по части 1 статьи 126, по части 1 статьи 126.1 НК РФ).  

Полагая указанное решение незаконным и необоснованным (за исключением пункта 2.5.3), соблюдая досудебный порядок урегулирования спора, предприниматель обратился в суд с рассматриваемым требованием.  

Отказывая в удовлетворении требования, суды исходили из законности и обоснованности оспариваемого решения налогового органа.  

Суд округа оснований для отмены судебных актов не усматривает в силу следующего.  

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.  

Ранее правовые подходы, аналогичные регулированию, введенному в действие статьей 54.1 НК РФ, были сформированы на основании постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) в практике применения налогового законодательства исходя из общего принципа запрета на злоупотребление правом, невозможности получения налоговой выгоды на основании документов, содержащих недостоверную информацию о хозяйственных операциях и их участниках.  

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением (пункт 11 Постановления № 53).  

Исходя из положений указанных норм права и разъяснений по их применению, а также из положений статей 210, 221, 252 НК РФ, статей 20, 20.6, 20.7, 59 Закона банкротстве, суды, оценив доводы сторон и представление в их обоснование доказательства, по эпизоду НДФЛ установили следующее.  

ФИО1 состоит на налоговом учете в качестве индивидуального предпринимателя с 20.03.2014 с применением УСН, с объектом налогообложения – доходы, основным видом деятельности является «Деятельность в области права» (код ОКВЭД 69.10), он также наделен статусом арбитражного управляющего, с 25.09.2017 является членом ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».  

В проверяемом периоде ФИО1 получал доходы от осуществления деятельности индивидуального предпринимателя и облагал их налогом по УСН, а также доходы арбитражного управляющего, которые облагаются НДФЛ.  

Расходы предпринимателя не должны учитываться при налогообложении НДФЛ, поскольку они относятся к получению иных доходов, следовательно, налогоплательщиком должен быть организован обособленный учет расходов, облагаемых НДФЛ, не позволяющий учитывать при налогообложении НДФЛ затраты, связанные с осуществлением деятельности предпринимателя.  

ФИО1 в качестве арбитражного управляющего должен организовать учет расходов отдельно по каждому делу о банкротстве, а также фиксировать факты возмещения расходов отдельно по каждому делу.  

После завершения выездной налоговой проверки, до составления акта проверки ФИО1 представлены: уточненные налоговые декларации, в которых увеличены суммы профессионального вычета за 2019 год на 428 030 рублей, за 2020 год на 417 481 рублей, за 2021 год на 426 906 рублей; уточненные налоговые декларации формы 3-НДФЛ за 2020 и 2021 годы, в которых (по сравнению с декларациями, представленными до составления акта) увеличены доходы за 2020 год на 574 465 рублей, за 2021 год на 121 541 рубль, увеличены расходы за 2021 год на 60 672 рубля.  

Детализация доходов за 2020 год предпринимателем не представлена, в связи с чем суды обоснованно посчитали, что установить размер сумм, включенных или не включенных в доходы, невозможно. При этом расшифровка доходов за 2020–2021 годы, заявленных в уточненных декларациях 3-НДФЛ, представлена после получения акта проверки, письмом от 05.09.2023, а расшифровка доходов за 2019 год не представлена,  

сведения о доходах за 2019 год получены налоговым органом в результате анализа выписок о движении денежных средств по счетам ИП ФИО1  

За 2020 год предпринимателем получено на счета 274 570 рублей 15 копеек возмещения расходов, что значительно меньше заявленных расходов. Из представленных уточненных налоговых деклараций за 2021 год установлено увеличение доходов.  

ФИО1 в реестре доходов за 2021 год не отражены платежи на сумму 429 669 рублей 02 копейки. В отношении одного платежа допущена опечатка, а именно: указан доход на сумму 171 614 рублей 36 копеек, в то время как следовало указать 17 161 рубль 36 копеек, что привело к завышению дохода на 154 453 рубля.  

За 2021 год предпринимателем получено на счета 250 402 рубля 15 копеек возмещения расходов, что значительно меньше заявленных расходов. По результатам проверки, при анализе поступлений денежных средств на счета ФИО1 установлено, что налогоплательщиком занижены доходы за 2020 год.  

Относительно доходов ФИО1, полученных от деятельности в качестве арбитражного управляющего, установлено, что им в нарушение статей 209, 210 НК РФ занижены доходы за 2020 год.  

Сумма вознаграждений арбитражного управляющего за 2020 год, согласно сведениям о движении денежных средств по расчетным счетам налогоплательщика, на 519 816 рублей больше доходов, учтенных при формировании налоговой базы по НДФЛ (2 278 550,03 – 1 758 734), от которой занижен налог на сумму 67 576 рублей.  

Согласно уточненным налоговым декларациям по форме 3-НДФЛ за 2019, 2020, 2021 годы (представлены 02.06.2023) и реестрам расходов, в которых имелись данные о доходах (без расшифровки), доходы по НДФЛ составили за 2019 год 1 965 285 рублей, за 2020 год – 1 758 734 рублей, за 2021 год – 3 529 887 рублей.  

При проверке налогоплательщик не представил детализацию доходов за 2020 год, в связи с чем детализировать суммы, включенные им в декларацию, невозможно.  

Налогоплательщиком 05.09.2023 представлена уточненная налоговая декларация формы 3- НДФЛ за 2020 год, в которой сумма дохода заявлена в размере 2 333 199 рублей (увеличена на 574 465 рублей).  

Таким образом, согласно представленным уточненным декларациям и уплаченным суммам налога, налогоплательщик фактически выразил согласие с выводами инспекции относительно определения налогооблагаемой базы по УСН в вышеуказанной части.  

Поскольку уточненная декларация формы 3-НДФЛ представлена после начала выездной проверки и после момента, когда налогоплательщик узнал о допущенном нарушении, предприниматель привлечен к ответственности по 14 пункту 3 статьи 122 НК РФ за неуплату НДФЛ за 2020 год в размере 12 520 рублей (по декларации от  

05.09.2023 исчислен налог 179 282 рубля, по декларации, представленной до начала ВНП начислен налог 166 762 рубля).  

По эпизоду профессиональных вычетов установлено следующее. 

При представлении налоговых деклараций по НДФЛ за 2019, 2020 и 2021 годы налогоплательщиком не представлены документы, подтверждающие суммы профессиональных вычетов, к представленным позднее (02.06.2023) уточненным декларациям по форме 3-НДФЛ за эти же периоды приложены лишь реестры расходов, не содержащие сведений о первичных отгрузочных документах, на основании которых определена величина осуществленных ФИО1 затрат и сведений о документах, подтверждающих оплату приобретенных ФИО1 товаров, работ, услуг.  

Свидетельские показания ФИО1 и бухгалтера ФИО3, формирующей сведения о расходах, на основании которых определяются показатели профессиональных налоговых вычетов, противоречат друг другу, в том числе в части методики формирования и определения регистра расходов.  

Правильность определения показателей профессиональных вычетов для отражения в налоговых декларациях по НДФЛ документально не подтверждена, не представлены регистры налогового учета и расчеты, на основании которых определены показатели для отражения в строках 05.041 «Сумма материальных расходов», 05.043 «Сумма расходов на выплаты и вознаграждения в пользу физических лиц» и 05.044 «Прочие расходы».  

Анализ выплат, произведенных ФИО1, в том числе при осуществлении деятельности в качестве предпринимателя, приведен в разделе «Налог на доходы физических лиц (налоговый агент)».  

Налогоплательщиком не организован учет своевременности возврата подотчетных сумм, при этом при допросе он пояснил: факт использования денежных сумм не всегда подтверждается первичными документами поставщиков (подрядчиков, исполнителей), не по всем подотчетным суммам составлены авансовые отчеты.  

Надлежащим подтверждением профессиональных вычетов ФИО1 являются: первичные документы по расходам, направленным исключительно для получения доходов арбитражного управляющего (товарные накладные, акты выполненных работ, оказанных услуг и другие документы, подтверждающие получение имущества), документы, подтверждающие их оплату, а также реестры этих документов, первичные документы по расходам, направленных на получения доходов арбитражного управляющего и иных доходов (товарные накладные, акты выполненных работ, оказанных услуг и другие документы, подтверждающие получение имущества), документы, подтверждающие их оплату, реестры этих документов, а также расчеты распределения этих расходов на деятельность арбитражного управляющего, реестры  

первичных документов, а также составленные налогоплательщиком расчеты распределения расходов, направленных на получение доходов, облагаемых по общей системе налогообложения и по УСН.  

В подтверждение использования его работниками подотчетных сумм на оплату поставщикам наличными денежными средствами, кассовые чеки, бланки строгой отчетности или иные документы, подтверждающие получение продавцами (подрядчиками, исполнителями) в счет оплаты переданных ФИО1 товаров, работ, услуг, налогоплательщиком не представлены, как не представлены и документы о проведении с контрагентами расчетов в неденежной форме.  

Имеющаяся у налогового органа информация по оплате поставщикам товаров, работ, услуг с использованием счетов в банках не соответствует данным, отраженным в реестрах.  

По результатам проверки профессиональные вычеты ФИО1 в акте проверки были определены расчетным методом на основании имеющихся сведений у налогового органа, а также с учетом установленных проверкой нарушений.  

По данным акта проверки налогоплательщиком не подтверждены налоговые вычеты на сумму 1 747 295 рублей. Так, в проверяемом периоде документально подтверждены расходы на сумму за 2019 год – 438 382 рубля, в том числе расходы, определенные прямым счетом – 24 125 рублей, распределяемые расходы на оплату труда – 240 331 рубль, распределяемые расходы – 173 926 рублей; за 2020 год – 467 472 рубля (15 980 рублей + 271 184 рубля + 180 307 рублей); за 2021 год – 822 431 рубль (160 919 рублей + 333 240 рублей + 328 272 рубля).  

Расходы за 2019 год компенсированы на 17 625 рублей, за 2020 год – на 233 592 рублей, в связи с чем при определении профессиональных вычетов суммы расходов арбитражного управляющего уменьшены на компенсированные расходы на указанные суммы.  

В налоговых декларациях по НДФЛ по деятельности арбитражного управляющего профессиональные вычеты, в нарушение пункта 1 статьи 227 НК РФ завышены на 1 542 672 рубля.  

Согласно представленным уточненным декларациям формы 3-НДФЛ за 2020- 2021 годы, налогоплательщиком заявлены профессиональные вычеты: 980 189 рублей за 2019 год, 954 104 рубля за 2020 год и 1 146 091 рубль за 2021 год.  

Детализация вышеуказанных расходов с указанием дат, сумм, контрагентов, налогоплательщиком не представлена. Расходы ФИО1 не разделены на возмещаемые и невозмещаемые, на возмещенные и невозмещенные в соответствии с требованиями Закона о банкротстве.  

Налогоплательщиком в ходе камеральных проверок уточненных налоговых деклараций по НДФЛ в инспекцию представлены первичные документы о расходах, осуществленных им в 2019 – 2022 годах. Также ФИО1 указано, что в 2020 – 2021 годах зарплата ФИО4 и ФИО5 в полном объеме подлежит включению в расходы по деятельности арбитражного управляющего, однако расшифровка включенных в расходы сумм затрат не представлена.  

В этой связи суды, обоснованно учли, что конкурсное производство может длиться больше года, следовательно, период возникновения расходов и их возмещение могут не совпадать, при этом согласно пункту 4 статьи 227 НК РФ убытки прошлых лет, понесенные физическим лицом, не уменьшают налоговую базу по НДФЛ.  

Кроме того, установив отсутствие детализации расходов, суды обоснованно посчитали, что установить какие именно расходы, по конкретному делу и в каком периоде заявлены ФИО1 невозможно.  

Оценив представленные в подтверждение расходов счета за публикацию в газете «Коммерсантъ» объявлений о банкротстве ряда юридических и физических лиц, суды установили, что в 2019-2021 годах заявитель не получал доходы по указанным должникам. Оценив в совокупности акт сверки взаимных расчетов между ФИО1 и АО «КоммерсантЪ», платежные документы о перечислении работниками предпринимателя денежных средств на общую сумму 457 917 рублей 15 копеек, в том числе с банковских счетов ФИО6, ФИО7, получателем которых являются KOMMERSANT, Kartoteka, WWW://ROBOKASSA.R MOSKVA RUS, пояснения свидетелей, суды установили, что указанные платежи не соответствуют содержанию акта сверки.  

Судами также установлено: ФИО1 возмещены расходы за 2019 -2021 годы на общую сумму 542 624 рубля 78 копеек, однако в доходы суммы возмещаемых расходов он не заявлял, кроме того включил в профессиональные вычеты возмещаемые расходы на суммы, превышающие фактически полученные денежные средства, в качестве возмещения расходов.  

Установив, что в представленных предпринимателем документах информация о том, с деятельностью какого юридического или физического лица связаны расходы отсутствовала, суды пришли к обоснованному выводу о невозможности отнести их на деятельность арбитражного управляющего или индивидуального предпринимателя.  

Поскольку при проверке предпринимателем не представлены (неполно представлены) документы, подтверждающие заявленный размер расходов, понесенных при осуществлении деятельности в качестве арбитражного управляющего, суды обоснованно согласились правомерностью непринятия налоговым органом расходов,  

уменьшающих налогооблагаемую базу по НДФЛ за 2019-2021 годы в общей сумме 1 473 070 рублей.  

С учетом представленных налогоплательщиком на дату вынесения обжалуемого решения уточненных деклараций за проверяемые периоды, документов (в том числе заявленных расходов на заработную плату помощникам арбитражного управляющего) и имеющихся в налоговых органах сведений, суды обоснованно согласились с инспекцией о том, что выявленные нарушения в части занижения полученного дохода за 2020 год подтверждены налогоплательщиком посредством представления уточненной налоговой декларации НДФЛ за 2020 год с увеличением суммы дохода на 574 465 рублей, что при несоблюдении условий, установленных пунктом 4 статьи 81 НК РФ, повлекло ответственность в виде штрафа в размере 2 504 рубля.  

Судами также установлено занижение полученного дохода за 2021 год в результате завышения суммы профессионального налогового вычета на сумму 470 576 рублей, что повлекло неуплату НДФЛ за указанный период размере 61 175 рублей, за совершение указанного нарушения налогоплательщик привлечен к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 12 235 рублей. Доначисление НДФЛ за 2019 год налоговым органом в обжалуемом решении не производилось.  

За счет завышения профессиональных налоговых вычетов в нарушение статьи 227 НК РФ при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 54.1 НК РФ, инспекцией установлена неуплата ФИО1 НДФЛ в бюджет за 2021 год в размере 61 175 рублей, что повлекло взыскание штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога – 5 008 рублей (пункт 3 статьи 122 НК РФ).  

Относительно уплаты ФИО1 НДФЛ в качестве налогового агента, судами установлено следующее.  

Из представленных предпринимателем доказательств (расчеты сумм НДФЛ, исчисленных и удержанных налоговым агентом (форма № 6-НДФЛ), расчеты по страховым взносам за 2019 - 2021 годы, справки по форме 2-НДФЛ за проверяемые периоды (соответственно в отношении 13, 11 и 8 физических лиц) следует, что сведения о суммах доходов, выплаченных работникам по расчетам по форме 6-НДФЛ, соответствуют аналогичным показателям справок по форме 2-НДФЛ.  

Из содержания трудовых договоров, приложений к ним и пояснений работников предпринимателя (ФИО7, ФИО8 (Кухтина) В.А. ФИО4, ФИО9, ФИО3) сследует: работникам установлен 4-х часовой рабочий день; при различной квалификации исполнителей, им установлен одинаковый размер платы, в том числе юрисконсульту, помощнику руководителя, помощнику арбитражного управляющего; по договорам, заключенным после 01.08.2019, размер основной  

заработной платы также формально увеличен с 6 250 рублей до 6 667 рублей и не привел к увеличению размера заработной платы; при применении к новой зарплате районного коэффициента в размере 20%, ранее использовался – 30%, месячная заработная плата также составляет 10 000 рублей.  

При определении задекларированных доходов физических лиц по оплате труда, налоговым агентом использованы выплаты физическим лицам в размере окладов, установленных трудовыми договорами без учета фактического вклада работников в получение ФИО1 доходов. При этом суммы перечисленных работодателем в их адрес денежных средств значительно превышают налоговую базу, отраженную в отчетности проверяемого лица.  

Установив данные факты, суды обоснованно посчитали, что они (факты) свидетельствуют о формальности трудовых договоров, а учтенные ФИО1 при определении налоговых обязательств выплаты физическим лицам не соответствуют фактически произведенным выплатам.  

Из содержания акта проверки следует превышение сумм перечисленных работникам денежных средств со всех счетов ФИО1 над суммой, задекларированных средств на оплату труда, на общую сумму 10 877 027 рублей 94 копейки.  

Частично представленные до и после окончания проверки авансовые отчеты на все перечисления ФИО1 в адрес его работников денежные средства, не соответствуют унифицированной форме «Авансовый отчет» (форма № АО1) и не утверждены налогоплательщиком в установленном порядке, первичные документы поставщиков (подрядчиков, исполнителей), подтверждающие использование полученных работниками денежных средств, не представлены. Часть авансовых отчетов отсутствует, по части отчетов идет «задвоение» по датам, номерам и работникам, но есть разница по суммовому показателю.  

При сопоставлении авансовых отчетов со сведениями о движении денежных средств по счетам ФИО1 в банках установлены следующие несоответствия.  

ФИО1 в качестве налогового агента за проверяемые периоды занижены доходы физических лиц на сумму 5 655 399 рублей (выплачена работникам с личных банковских счетов, однако в нарушение статьи 226 НК РФ не удержан, не исчислен, не перечислен в бюджет НДФЛ за эти же периоды в размере 735 202 рублей.  

Установив противоречия и несоответствия сведениям, установленным налоговым органом, пояснениям, и сведениям о размерах выплаченных доходов, отраженным в справках по форме 2-НДФЛ, представленным ФИО1, отсутствие оформленного  

в письменной форме договора (в отношении ФИО10) суды обоснованно посчитали, что это свидетельствуют о формальности построенной работы.  

При этом, суды обоснованно учли, что систематическое наличие задолженности по подотчетным суммам опровергает реальность отраженных в них выплат на приобретение товаров, работ, услуг для предпринимателя.  

Судами также установлено: ФИО1 выплачены денежные средства по трудовым и гражданско-правовым отношениям физическим лицам за 2019 -2021 годы, соответственно в суммах: 730 081 рубль, 568 400 рублей и 230 496 рублей, с которых в нарушение статьи 226 НК РФ не удержан, не исчислен и не перечислено в бюджет 201 106 рублей НДФЛ.  

С учетом установленных фактов, суды, проверив правильность расчетов, обоснованно посчитали, что решение инспекции о начислении ФИО1 штрафов по пункту 1 статьи 123 НК РФ, по пункту 1 статьи 126.1 НК РФ является законным.  

О применения налогоплательщиком УСН судами установлено следующее.  

ФИО1 состоит на налоговом учете в качестве предпринимателя с 20.03.2014 с применением УСН, с объектом налогообложения – доходы, основным видом деятельности является «Деятельность в области права».  

В качестве предпринимателя, согласно данным книг учета доходов и расходов, ФИО1 получены доходы от взыскания задолженности физических лиц по квартплате и коммунальным платежам, оказания юридических услуг юридическим и физическим лицам. Это соответствует информации о поступивших на счета в банках денежных средствах.  

В проверяемом периоде ИП ФИО1 в нарушение статей 346.14, 346.15, 346.17 НК РФ при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 54.1 НК РФ, занижены доходы по УСН на общую сумму 7 774 633 рубля, что привело к неисчислению и неуплате в бюджет налога в общей сумме 466 478 рублей.  

Ведение индивидуальными предпринимателями книг доходов и расходов предусмотрено статьей 346.24 и пунктом 1 статьи 346.53 НК РФ.  

Сопоставление данных книг учета доходов и расходов и сведений выписок банков о движении денежных средств по расчетным счетам предпринимателя показало о том, что ФИО1 осуществляются не только услуги в области права, включенные в заявление о его регистрации в качестве предпринимателя, но и предоставление услуг бухгалтерского учета, услуг агентирования при размещении объявлений в СМИ, предоставление в субаренду движимого и недвижимого имущества, приобретения долгов для последующего взыскания, которые не указаны им при подаче заявления о регистрации физического лица в качестве предпринимателя. Соответствие данных налоговых  

деклараций по УСН о налоговой базе за 2019, 2020 и 2021 годы, данным книг учета доходов и расходов за соответствующие периоды, а также поступлению на расчетные счета, открытые предпринимателем, свидетельствуют о том, что осуществление им деятельности по оказанию бухгалтерских и агентских услуг, приобретению долгов для последующего взыскания, предоставлению в субаренду имущества ФИО1 налоги уплачиваются по УСН.  

Из анализа книги доходов и расходов, на основании которой ИП ФИО1 сформирована налоговая база по УСН, следует, что доходы от реализации предпринимателя уменьшены по документам: от 25.01.2019 № 26, № 27 на суммы 6 487 рублей 47 копеек и 3 967 рублей 02 копейки; от 13.02.2019 № 13 – на 5 246 рублей 35 копеек, в назначение платежа по этим документам указано на списание с банковского счета: возврат денежных средств покупателю «УФК по Иркутской области (МОСП по ИОИП УФССП России по Иркутской области)» по договору «б/н от 01.01.2018».  

Суммы необоснованно взысканных денежных средств не должны включаться в доходы кредитора, поэтому они могут уменьшать налоговую базу в случае, если ранее необоснованно учтены при формировании налоговой базы, однако, соответствующие доходы ИП ФИО1 не учтены, документы, подтверждающие включение в книгу доходов и расходов денежных средств, по которым в 1 квартале 2019 года производится возврат средств, поступивших на расчетные или лицевые счета ФИО1, не представлены.  

С учетом данных фактов, суды обоснованно посчитали, что они свидетельствуют о занижении предпринимателем доходов за 2019 год на 15 700 рублей 84 копеек в нарушении статей 346.14, 346.15, 346.17 НК РФ.  

Из анализа информации банков о движении денежных средств по счетам ФИО1, не связанным с осуществлением деятельности ИП, расширенных выписок ПАО «Сбербанк России» и ПАО «Банк ВТБ», судами выявлено поступление денежных средств общую сумму 15 453 177 рублей, которые непосредственно связаны с получением ИП ФИО1 доходов, выручка от реализации которых учтена при формировании налоговой базы по УСН. Однако, поступившие в 2019-2021 годах на рассматриваемые счета физического лица денежные средства не учитывались при налогообложении УСН.  

Также, при формировании налоговой базы по УСН налогоплательщиком учены доходы от взыскания с жильцов задолженности по квартплате и коммунальным платежам в сумме денежных средств, поступивших на расчетные счета предпринимателя по договору уступки права требования дебиторской задолженности за пользование жилыми помещениями и коммунальным платежам в общей сумму 46 116 989 рублей.  

ФИО1 занижены доходы по УСН за 2019 год на 251 007 рублей, за 2020 год – на 147 400 рублей, за 2021 год – на 45 100 рублей. Предприниматель выявленные нарушения в данной части признает и не оспаривает.  

На счета ФИО1, открытые в качестве физического лица, в 2019-2021 годах, системно поступали денежные средства от лиц, осуществляющих деятельность в области права и консультирования, в том числе связанную с ликвидацией (реорганизацией), банкротством юридических лиц, то есть аналогичную деятельности предпринимателя ФИО1  

Также установлены системные поступления денежных средств от руководителей и/или учредителей организаций, которые «мигрировали» на территорию Иркутской области из других регионов, ликвидировались и/или признавались банкротами. Соответственно, у указанных лиц имелась потребность в приобретении юридических услуг. Указанные средства признаны доходом ФИО1 от предпринимательской деятельности.  

Кроме того, ФИО1 умышленно организован денежный оборот с физическими лицами через счета, открытые им же в качестве физического лица, с целью уклонения от уплаты налогов.  

ФИО1, в нарушение статей 346.14, 346.15, 346.17, 248, 249 НК РФ, при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 54.1 НК РФ, осуществлено занижение доходов по УСН за 2019 год на 845 000 рублей, за 2020 год – на 1 803 028 рублей, за 2021 год – на 2 322 947 рублей.  

Судами также установлено: получение денежных средств от лиц, осуществляющих совместную с ФИО1 деятельность (арбитражные управляющие ФИО11 и ФИО12) по одному адресу, с одними клиентами; ФИО1 занижены доходы по УСН на суммы, полученные от ФИО11, ФИО9 и ФИО13 от оказания юридических услуг, деловой характер взаимоотношений с указанными лицами на протяжении длительного периода налоговым органом доказан (денежные средства ФИО1 обналичивал или расходовал на личные нужды).  

Всего ФИО1, в нарушение статей 346.14, 346.15, 346.17, 248, 249 НК РФ, при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 54.1 НК РФ, занизил доходы по УСН за 2019 год на 2 672 159 рублей, за 2020 год – на 1 950 428 рублей, за 2021 год – на 3 152 047 рублей, в результате ФИО1 в нарушение статьи 346.12 НК РФ занижен налог, подлежащий к уплате по УСН за 2019 год на 160 330 рублей, за 2020 год – на 117 026 рублей, за 2021 год – на 189 123 рубля.  

За неуплату налога ФИО1 привлечен к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа за 2019 год в размере 64 132 рублей, за 2020 год – в размере 46 810 рублей 40 копеек, за 2021 год – в размере 75 649 рублей 20 копеек.  

В части доначислении налогоплательщику страховых взносов, суды, правильно применив положения статьи 419, 421, 431, 425 НК РФ, установили следующее.  

Налогоплательщиком занижена база для исчисления страховых взносов за проверяемые периоды на общую сумму 5 680 400 рублей, что привело к их занижению на сумму 1 407 120 рублей (по данным 2-НДФЛ, 6-НДФЛ, расчетам по страховым взносам установлены факты перечисления ФИО1 физическим лицам денежных средств, квалифицированных налоговым органом как оплата труда, сверх официально задекларированных выплат).  

Доходы выплачены работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, но не включены страхователем в объект обложения страховыми взносами.  

База для исчисления страховых взносов занижена на 1 521 977 рублей, что привело к занижению страховых взносов на 456 953 рублей: по ОПС – на 334 825 рублей, по ОМС – на 77621 рублей, по ОСС – на 44137 рублей (приложение № 1 к оспариваемому решению). С учетом изложенного, ФИО1 начислено 182 637 рублей 20 копеек штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ.  

В связи с изложенным, суды пришли к обоснованным выводам: о доказанности факта наличия со стороны ФИО1 противоправных, умышленных, последовательных действий, направленных на уменьшение налоговой базы (сумм подлежащих уплате налогов), наличия оснований для доначисления сумм НДФЛ, УСН, страховых взносов, привлечения ФИО1 к ответственности в виде штрафов (при наличии смягчающего ответственность обстоятельства в виде тяжелого материального положения физического лица, штрафы уменьшены в 2 раза) и, как следствие, законности и обоснованности оспариваемого решения налогового органа в обжалуемой предпринимателем части.  

Установленные судами факты по всем эпизодам соответствуют материалам дела и предпринимателем по существу не опровергнуты.  

Исследование и оценка доказательств, а также распределение между сторонами бремени доказывания фактов, необходимых для правильного разрешения настоящего спора, осуществлены судами с соблюдением требований главы 7, статьи 200 АПК РФ.  

Неправильного толкования и применения судами приведенных выше норм права, а также положений статей 89, 221, 227 НК РФ, к установленным в настоящем деле фактам, суд округа не усматривает.  

Изложенные в кассационной жалобе доводы являются позицией предпринимателя по делу, приводились им в судах двух инстанций, которыми рассмотрены и отклонены, со ссылкой на установленные в настоящем деле факты (отсутствие: детализации доходов (расходов) от деятельности в качестве предпринимателя и арбитражного управляющего; расшифровки включенных в расходы затрат и первичных документов для определения порядка формирования налоговых регистров профессиональных вычетов; документов, подтверждающих использование его работниками подотчетных сумм на оплату поставщикам наличными денежными средствами (кассовые чеки, бланки строгой отчетности или иные документы) товаров, работ, услуг; документов о проведении с контрагентами расчетов в неденежной форме; документов, подтверждающих включение в книгу доходов и расходов денежных средств, по которым в 1 квартале 2019 года производится возврат; документов, позволяющих соотнести заявленные суммы расходов по публикациям в газете «Коммерсантъ» с периодом времени возникновения и возможности учета таких расходов в проверяемом периоде; доказательств того, что суммы, перечисленные в адрес сотрудников в полном объеме, не являются доходом данных сотрудников, а являются подотчетными и подлежащими возврату; доказательств, подтверждающих расходование подотчетных денежных средств, полученных подотчетным лицом, а также оприходование организацией товарно-материальных ценностей; отсутствие в судебных актах, которыми утверждался отчет арбитражного управляющего, сведений о суммах понесенных расходов, а также о возмещении (невозмещении) понесенных расходов; недоказанность правильности определения показателей профессиональных вычетов для отражения в налоговых декларациях по НДФЛ) и нормы права с изложением мотивов их непринятия в судебных актах.  

Судами обоснованно отклонена ссылка ФИО1 на то, что расходы арбитражного управляющего зафиксированы в судебных делах, где налоговый орган является участником процедуры банкротства, сведения по делам о банкротстве размещены в картотеке арбитражных дел в интернет сервисе «kad.arbitr.ru», поскольку именно на арбитражного управляющего возложена обязанность по документальному подтверждению расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов.  

При этом, суды обоснованно отметили, что сведения в делах о банкротстве, в которых ФИО1 принимал участие как арбитражный управляющий, являлись предметом исследования, однако достоверно подтвердить заявленный размер расходов, подлежащих учету в проверяемом периоде, из анализа имеющихся сведений о должниках по делам о банкротстве не представлялось возможным.  

В связи с изложенным, довод о несоблюдении судами статьи 69 АПК РФ отклоняется, как основанный на ошибочном толковании данной нормы, положений статей  

65, 198, 199 и 200 АПК РФ, а также сформированными в судебной практике правовыми подходами о том, что обязанность подтвердить надлежащими относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами обоснованность и факт несения расходов, уменьшающих налоговую базу, лежит на налогоплательщике.  

Доводы кассационной жалобы, несмотря на ссылку на нарушение норм материального и процессуального права, по существу выражают несогласие с результатами оценки доказательств, направлены на их переоценку и установление иных фактических обстоятельств, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, определенных в главе 35 АПК РФ.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом не установлено.  

В связи с изложенным, обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежат оставлению без изменения.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа и по их ходатайству его копия на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.  

Руководствуясь статьями 274, 286-289 АПК РФ, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Иркутской области от 03 марта 2025 года по делу № А19-3044/2024, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 06 августа 2025 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий А.И. Рудых Судьи И.А. Курочкина 

А.Н. Левошко