ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-90633/2020

01 августа 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     14 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  01 августа 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будариной  Е.В.

судей  Морозовой Н.А., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1 

при участии:  

от финансового управляющего ФИО2: не явился, извещен,

ФИО3, по паспорту,

от ФИО4:  представитель ФИО5 по доверенности от 04.08.2021, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-18970/2022)  финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.05.2022 по делу № А56-90633/2020/сд.1 (судья Климентьев Д.А.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2 об оспаривании сделок должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6,

 ответчики: ФИО3, ФИО4,

установил:

14 октября 2020 года  общество с ограниченной ответственностью «СТРОИТЕЛЬНЫЙ ТОРГОВЫЙ ДОМ «ПЕТРОВИЧ» (далее – заявитель, кредитор, ООО «СТД «ПЕТРОВИЧ») обратилось  в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании гражданки ФИО6 (далее - Должник, ФИО6) несостоятельным (банкротом). Определением арбитражного суда от 11.12.2020 указанное заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда от 05.03.2021 (резолютивная часть объявлена 04.03.2021) в отношении Должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО2. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №43 от 13.03.2021.

08 мая 2021 года  (зарегистрировано 12.05.2021) в арбитражный суд через информационную систему «Мой арбитр» от финансового управляющего      ФИО2  (далее – заявитель, конкурсный управляющий) поступило заявление, с учетом принятого арбитражным судом утончения, в соответствии с которым финансовый управляющий просил признать недействительными сделками договор купли-продажи недвижимого имущества б/н от 01.10.2020, договор купли-продажи машино-места № 307 от 21.12.2020, договор купли-продажи машино-места № 308 от 21.12.2020, а также применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу Должника денежных средств в сумме 5 950 000 руб., а также в виде возврата в конкурсную массу объектов недвижимости, переданных по указанным договорам.

Решением арбитражного суда от 23.08.2021 (резолютивная часть объявлена 19.08.2021) в отношении Должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО2 Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №154 от 28.08.2021.

Определением арбитражного суда от 17.02.2022 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО «Сбербанк России».

Определением от 16.05.2022 арбитражный суд в удовлетворении заявленных требований отказал. 

Финансовый управляющий ФИО2, не согласившись с определением суда первой инстанции, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 16.05.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования. 

В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на существенное занижение стоимости отчужденного имущества, что по мнению апеллянта свидетельствует о наличии  совокупности обстоятельств для признания оспариваемой цепочки сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Также финансовый управляющий ФИО2 полагает, что у ФИО3 отсутствовала финансовая возможность приобрести два объекта недвижимого имущества.

В судебном заседании ФИО3 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы.

Представитель ФИО4 также возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, по мотивам которые изложены в отзыве на апелляционную жалобу. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)   рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке. 

Как следует из материалов дела, 01.10.2020 между ФИО7, действующей от имени ФИО6, и ФИО3 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (далее – Договор1).

На основании данного договора Должник продал, а ФИО3 приобрела за 3 800 000 руб. следующее недвижимое имущество: 

- нежилое помещение площадью 13,3 кв.м., находящиеся по адресу: Санкт-Петербург, Ждановская ул., 45, литер А, машино-место 307-мм, этаж 1, назначение: нежилое помещение, кадастровый номер 78:07:0003190:4301; 

- нежилое помещение площадью 13,3 кв.м., находящиеся по адресу: Санкт-Петербург, Ждановская ул., 45, литер А, машино-место 308-мм, этаж 1, назначение: нежилое помещение, кадастровый номер 78:07:0003190:4302.

21 декабря 2020 года ФИО3 и ФИО4 заключили договоры купли-продажи машино-мест (далее – Договор 2 и Договор 3), в соответствии с которыми ФИО4 приобрел у ФИО3 указанные выше объекты недвижимости, стоимость имущества сторонами Договора 2 и Договора 3 определена в общей сумме 3 800 000 руб.

Дело о банкротстве ФИО6 возбуждено 11.12.2020, оспариваемые договоры заключены 01.10.2020 и 21.12.2020, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По мнению финансового управляющего указанные договоры являются недействительными сделками, поскольку были заключены в течение одного года до принятия заявления о признании Должника банкротом при неравноценном встречном предоставлении.

В соответствии с абзацем 2 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

При этом, в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Пунктом 8 названного Постановления предусмотрено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

По смыслу статьи 61.2 Закона о банкротстве и приведенных разъяснений обстоятельства, указанные в названной статье в качестве признаков подозрительных сделок, свидетельствуют о совершении таких сделок в целях причинения ущерба должнику и его кредиторам. В частности, по общему правилу о наличии такой цели при совершении сделки свидетельствует совершение сделки по существенно заниженной цене или на иных явно невыгодных условиях.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции для признания сделки недействительной применительно к основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовым управляющим в данном случае должны быть представлены доказательства неравноценности и явной убыточности сделки для Должника.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего: если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи, не требуется; если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее был причине вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а/ на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, б/ имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацам вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах третьем и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 Постановления № 63, в силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех обстоятельств.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63 разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу разъяснений, приведенных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах.

Неразумное и недобросовестное поведение также приравнивается к злоупотреблению правом. Для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127).

Таким образом, для квалификации сделки как совершенной с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить причинение или возможность причинения в результате ее исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счет которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылался на то, что оспариваемые договоры купли-продажи представляют собой единую цепочку взаимосвязанных сделок, которые в свою очередь  обладают признаками недействительности и мнимости по причине того, что цена, установленная спорными договорами, не соответствует рыночным условиям, а также не подтверждена экономическая целесообразность данных сделок для их участников и в первую очередь для Должника.

Согласно представленному в материалы обособленного спора отчету об оценке ООО «ГЛАВЭКСПЕРТОЦЕНКА» №310/2021 по состоянию на 01.10.2020 и 21.12.2020 стоимость машино-места №307 составляла 2 810 800 руб., машино-места № 308 – 2 810 800 руб.

Также финансовый управляющий указал, что на момент отчуждения своего имущества ФИО6 уже обладала признаками неплатежеспособности: имела неисполненные обязательства на сумму свыше 30 млн. рублей, что подтверждается вступившими в законную силу судебными решениями, которые размещены в открытых источниках, а именно: перед ООО СТД «ПЕТРОВИЧ», БАНКОМ ВТБ (ПАО), ПАО «СБЕРБАНК», АО КБ «СИТИБАНК» И ПАО «БАНК УРАЛСИБ».

Более того, по мнению финансового управляющего совершенные сделки являются притворными (мнимыми) сделками, совершенными лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

Согласно справке от 22.06.2020 о полной выплате пая по договору №ГСК1/029, заключенному с гаражно-строительным кооперативом «Лео-ГСК-1» 25.06.2014, ФИО6 внесла 3 800 000 руб. в качестве полной оплаты пая, за 2 машино-места № 307 и № 308.

Поскольку спорное имущество было реализовано ФИО6, а затем ФИО3 по той же цене, финансовый управляющий полагает, что данное обстоятельство свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности для Должника заключения оспариваемых сделок.

Возражая против доводов финансового управляющего ФИО3 указала, что содержание сделки купли-продажи соответствует действительному волеизъявлению сторон, предмет купли-продажи приобретался ФИО3, по прямому назначению, поскольку одновременно с приобретением машино-мест, ФИО3 подписала предварительный договор купли-продажи недвижимости №б/н от 03.10.2020, намереваясь приобрести в собственность квартиру, расположенную в доме № 45 по ул. Ждановская, на первом этаже которого расположена парковка со спорными машино-местами, что подтверждается приложенной копией договора.

Приобретение машино-мест № 307 и № 308 является логичным и последовательным, оформление сделки купли-продажи машино-мест от 01.10.2020 было прямо сопряжено с подписанием предварительного договора купли-продажи квартиры от 03.10.2020 и наличие в собственности ФИО3 транспортных средств.

Кроме того, по договоренности с Должником ФИО3 произвела передачу дополнительных денежных средств за приобретение машино-мест № 307 и № 308 в размере 1 500  000 руб. в наличной форме после регистрации перехода права собственности, что также было обусловлено возможным дополнительным налоговым обременением в результате купли-продажи имущества.

Фактическая стоимость приобретения ФИО3 машино-мест составила 5 300 000 руб., что подтверждается расписками в получении денежных средств. Финансовая возможность на приобретение имущества по указанной стоимости подтверждена представленными ФИО3 документами, в том числе выписками по счетам.

Также ФИО3 указала, что продажа машино-мест осуществлена через два месяца в связи с расторжением предварительного договора купли-продажи. Фактически имущество было реализовано в ползу ФИО4 по цене 5 800 000 руб., указание в договорах иной стоимости также было обусловлено возможным дополнительным налоговым обременением в результате купли-продажи имущества.

Возражая против удовлетворения заявления финансового управляющего, ФИО4, указывал на то, что фактическая стоимость отчуждения машино-мест соответствует среднерыночной стоимости, поскольку согласно договорам 1 и 2 кадастровые стоимости машино-мест составляют 773559,92 руб., а стороны договоров определили внесение покупателем 1900000 руб. стоимости отчуждения каждого из машино-мест на публичный депозитный счет нотариуса.

В целях оплаты приобретаемого у ФИО3 имущества ФИО4 перечислил на публичный депозитный счет нотариуса денежные средства в общей сумме 3 800 000 руб. 

Кроме того, ФИО4 дополнительно произвел перечисление в адрес ФИО3 денежных средств в общей сумме 2 000 000 руб. следующими платежами: от 23.12.2020 в размере 500 000 руб., от 24.12.2020 в размере 1 000 000 руб., от 25.12.2020 в размере 500000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела соответствующими чеками о переводе со счета карты ****7594 на счет вклада 40817810455861962612 на имя Регины Викторовны Л..

Таким образом, по утверждению ФИО4 фактическая стоимость приобретения им машино-места №307 составила 2 900 000 руб., машино-места № 308 – также 2 900 000 руб., то есть всего 5 800 000 руб.

Повторно исследовав имеющиеся в материалах обособленного спора доказательства и оценив их в порядке статьи 71 АПК РФ, а также обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены состоявшего судебного акта в связи со следующим.

Как указал суд первой инстанции, обязательства по оплате спорного имущества были исполнены ответчиками в полном объеме, доказательств аффилированности сторон оспариваемых договоров применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве не представлено и арбитражным судом не установлено. Данный вывод суда подателем жалобы в порядке статьи 65 АПК РФ не опровергнут.

Также отсутствуют доказательства того, что Должник продолжает использовать спорные объекты недвижимости после заключения оспариваемых договоров, в данном случае спорное имущество до сих пор находится в собственности конечного приобретателя – ФИО4, который несет бремя по содержанию данного имущества, при этом наличие прямой либо косвенной заинтересованности участников оспариваемых сделок финансовым управляющим не доказано, как и не представлено доказательств осведомленности ответчиков о наличии у Должника признаков неплатежеспособности.

Тот факт, что в Договорах 1, 2 и 3 указана иная цена (3 800 000 руб. и по 1 900 000 руб. за каждое машино-место), по мнению апелляционного суда не является обстоятельством, безусловно свидетельствующим о неравноценности встречного предоставления, поскольку материалами дела подтверждено получение ФИО7, действующей от имени Должника на основании нотариальной доверенности, от ФИО3 5 300 000 руб., а также перечисление ФИО4 денежных средств в общей сумме 5 800 000 руб., что превышает рыночную стоимость спорных объектов недвижимости, установленную специалистом в отчете об оценке № 310/2021 от 05.10.2021.

При этом апелляционный суд считает необходимым отметить, что наличие между Должником и ответчиками (как вместе, так и по отдельности) иных правоотношений, в рамках которых могли бы быть перечислены денежные средства в размере, превышающем установленную спорными договорами цену, не подтверждено, в связи с чем судебная коллегия полагает, что указание в спорных договорах заниженной стоимости объектов недвижимости не может служить основанием для категоричного вывода о неравноценности полученного Должником встречного предоставления.

Таким образом, в отсутствие каких-либо доказательств, хотя бы косвенно подтверждающих связь между Должником, ФИО3 и ФИО4 (родственные, длительные дружеские или деловые отношения), а также наличие у всех сторон оспариваемых сделок умысла на вывод активов Должника и причинение тем самым вреда имущественным правам конкурсных кредиторов, апелляционный суд не может согласиться с доводами финансового управляющего о недействительности сделок ни по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, ни по мотиву их мнимости и совершения со злоупотреблением правом (статьи 10, 170 ГК РФ).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, однако такие доказательства не представлены.

Исходя из общего принципа равенства участников гражданских отношений (статья 1 ГК РФ) и необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, судебная коллегия, полагает, что совокупность представленных в материалы обособленного спора документов со всей необходимой очевидностью не свидетельствует о злонамеренном поведении ФИО3 и ФИО4 при заключении оспариваемых договоров, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали законные основания для удовлетворения заявления финансового управляющего.

Доводы подателя жалобы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.05.2022 по делу №  А56-90633/2020/сд.1  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

Е.В. Бударина

 

Судьи

Н.А. Морозова

 И.В. Сотов