АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-18053/23

21 ноября 2023 г.

г. Ростов-на-Дону

 

Резолютивная часть решения объявлена   14 ноября 2023 г.

Полный текст решения изготовлен            21 ноября 2023 г.

 

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Овчаренко Н. Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению участника общества с ограниченной ответственностью «Газопоршневые установки» ФИО2

к обществу с ограниченной ответственностью "ГАЗОПОРШНЕВЫЕ УСТАНОВКИ"

(ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «БРИГ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

о признании договоров недействительными

 

при участии:

от истца: представитель не явился

от ответчиков: представитель не явился 

 

установил:

общества с ограниченной ответственностью «Газопоршневые установки» ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "ГАЗОПОРШНЕВЫЕ УСТАНОВКИ", обществу с ограниченной ответственностью «БРИГ» о признании договоров займа от 05.08.2019, № 1 от 17.09.2019, заключенных между ООО "ГАЗОПОРШНЕВЫЕ УСТАНОВКИ", ООО «БРИГ» недействительными

Истец явку представителя не обеспечил, ходатайств не направил.

Ответчики явку представителей не обеспечили, ходатайств не направили.

Суд, рассмотрев ранее заявленное ходатайство об объединении настоящего дела с делом А53-9983/2023, отказывает в его удовлетворении.

В рамках настоящего дела рассматривается исковое требование участника общества с ограниченной ответственностью «Газопоршневые установки» ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью "ГАЗОПОРШНЕВЫЕ УСТАНОВКИ", обществу с ограниченной ответственностью «БРИГ» о признании договоров займа от 05.08.2019, № 1 от 17.09.2019, заключенных между ООО "ГАЗОПОРШНЕВЫЕ УСТАНОВКИ", ООО «БРИГ» недействительными.

В рамках дела А53-9983/2023 суд рассматривает требование о взыскании задолженности по договором займа.

Согласно ч. 1.2 ст. 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд первой инстанции, установив, что в его производстве имеются несколько дел, связанных между собой по основаниям возникновения заявленных требований и (или) представленным доказательствам, а также в иных случаях возникновения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов, по собственной инициативе или по ходатайству лица, участвующего в деле, объединяет эти дела в одно производство для их совместного рассмотрения. Из содержания указанной нормы следует, что объединение дел в одно производство возможно при наличии следующих обстоятельств, во-первых, дела должны находится в производстве одного суда первой инстанции, во-вторых, субъектный состав споров, рассматриваемых в делах, об объединении которых заявлено, должен совпадать, в-третьих, дела должны быть однородными, то есть между делами должна быть связь по основаниям возникновения заявленных требований и представленным доказательствам и в-четвертых, существование возможности возникновения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов.

Кроме того, вопрос об объединении нескольких дел в одно производство решается по усмотрению суда с учетом конкретных обстоятельств, и является правом, а не обязанностью суда.

Более того, по делу А53-9983/2023 судом 06.06.2023 вынесено решение.

Дело рассматривается в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствии истца и ответчиков.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью "Газопоршневые установки" зарегистрировано в качестве юридического лица 19.05.2019, с уставным капиталом 10 000 руб. Участниками общества с долей 50% являются ФИО2 и ФИО3 С .Н., ФИО4, также является директором общества.

Как следует из материалов дела, между ООО «БРИГ» в лице директора ФИО5  (заимодавец) и ООО "Газопоршневые установки"  в лице директора ФИО6 (заемщик) заключен договор займа от 05.08.2019. Согласно условиям п. 1.1. договора займа заимодавец передает в собственность Заемщику (Ответчику) денежные средства в сумме 6 500 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок. Заем является беспроцентным, ставка годовых – 0%.

Во исполнение договора займа истец платежным поручением № 3370 от 28.08.2019 перечислил на расчетный счет ответчика 6 500 000 руб.

Между ООО «БРИГ» (заимодавец) в лице директора ФИО5  (заимодавец) и ООО "Газопоршневые установки"  в лице директора ФИО6 (заемщик) заключен договор займа № 1 от 17.09.2019.

Согласно условиям п. 1.1 договора займа в редакции дополнительного соглашения от 20.11.2019, заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 175 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный настоящим договором срок.

Во исполнение Договора займа № 1 истец перечислил на расчетный счет ответчика сумму займа в размере 175 000 руб., что подтверждается платежными поручениями № № 003962 от 17.09.2019, № 5446 от 08.11.2019, № 5712 от 20.11.2019.

Как указал истец, о заключенных договорах ему стало известно из определения о назначении дела к судебному заседанию по делу А53-9983/2023.

Истец считает, что настоящие сделки являются сделками с заинтересованностью, поскольку директор ООО "Газопоршневые установки"  ФИО6, аффилирован с ООО «БРИГ». ФИО6  является директором ООО «Боун», единственным участником которого  ФИО5 Он также является единственным участником  ООО «Бриг».

Также истец считает, что единственной целью  заключения указанных сделок является причинение вреда обществу и его участнику путем начисления неустоек.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения с настоящим иском в суд.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

По смыслу пункта 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее - постановление N 27) разъяснено, что при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, совершенной с нарушением предусмотренного Законом N 14-ФЗ порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность подлежит применению пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 N 14-ФЗ с учетом особенностей, установленных указанным законом.

В силу пункта 6 статьи 45 Закона N 14-ФЗ сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 6 статьи 45 Закона N 14-ФЗ ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий: 1) отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки; 2) лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки в соответствии с абзацем первым настоящего пункта.

В пункте 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019) разъяснено, что составной частью интереса общества являются, в том числе, интересы участников. В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

Согласно указанной норме права, сделка также может быть признана недействительной, если установлены обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации) (пункт 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Вместе с тем в силу разъяснений высшей инстанции, приведенных в пункте 27 постановления N 27, по смыслу абзацев четвертого - шестого пункта 6 статьи 45 Закона N 14-ФЗ содержащаяся в них презумпция ущерба от совершения сделки подлежит применению только при условии, что другая сторона оспариваемой сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. Бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности в сделке и об отсутствии согласия (одобрения) на ее совершение, возлагается на истца.

В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Суд пришел к выводу о недоказанности истцом факта причинения обществу убытков, поскольку не установил, что в действиях займодавца, исполнившего обязательства по договорам и передавшего в собственность ответчику денежные средства, признаков противоправности.

Обращение в суд мотивировано недобросовестными действиями ответчика. Истец указывал, что сделки являются сделками с заинтересованностью и не одобрены общим собранием участников общества, совершены аффилированными юридическими лицами, оспариваемые договоры займа являются сделками с заинтересованностью, поскольку директор ООО "Газопоршневые установки"  ФИО6, аффилирован с ООО «БРИГ». ФИО6  является директором ООО «Боун», единственным участником которого  ФИО5 Он также является единственным участником  ООО «Бриг».

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62), в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

На основании пункта 2 Постановления N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Как указано в пункте 6 Постановления N 62, по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При рассмотрении дел об оспаривании сделок с заинтересованностью судам необходимо исходить из того, что условием для признания сделки с заинтересованностью недействительной является наличие неблагоприятных последствий, возникающих у акционерного общества или акционеров в результате ее совершения.

Доказательства отсутствия неблагоприятных последствий представляются самим обществом, в интересах которого истцом заявлено требование об оспаривание сделки.

При этом исследуется, какие цели преследовали стороны при совершении сделки, отвечающей признакам сделки с заинтересованностью, было ли у них намерение таким образом ущемить интересы акционеров, повлекла ли эта сделка убытки для акционерного общества, не являлось ли ее совершение способом предотвращения еще больших убытков для акционерного общества.

Кроме того, при рассмотрении указанных дел учитывается, что на истца возлагается бремя доказывания того, каким образом оспариваемая сделка нарушает его права и законные интересы.

При установлении арбитражным судом убыточности сделки для акционерного общества следует исходить из того, что права и законные интересы истца нарушены, если не будет доказано иное.

В нарушение требований пункта 1 статьи 65 АПК РФ истец документально не подтвердил, что заключение и исполнение договоров займа отрицательно сказалось на производственной, иной экономической деятельности общества, что в результате этого общество понесло или должно будет понести какие-либо дополнительные расходы.

Само общество также таких доказательств не представило.

Материалы арбитражного дела не содержат доказательств, что заключение договоров привело к невозможности обществом осуществлять свою хозяйственную деятельность и извлекать прибыль.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее:

- предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу;

- совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества;

- сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

Сделка по выдаче займа, предусматривающего уплату процентов за пользование заемными средствами, на условиях, существенно не отличающихся от рыночных условий, в любом случае, не позволяет отнести ее к невыгодным сделкам по признакам, выработанным судебно-арбитражной практикой.

Вместе с тем, применительно к обстоятельствам настоящего спора в материалах дела отсутствуют доказательств возможности более выгодного размещения обществом денежных средств путем предоставления займа по сравнению с условиями договоров, заключенных сторонами.

При таких обстоятельствах наличие признака заинтересованности при совершении соответствующих сделок само по себе не свидетельствует о причинении убытков истцу, то есть вне зависимости от доказанности этого признака оно значения не имеет.

Как не следует из материалов дела и проявление со стороны ответчика признаков недобросовестности при заключении указанных сделок (противоправности его действий и наличия вины в причинении убытков истцу), при том, что не представлено истцом и доказательств, свидетельствующих о незаключенности (и - в частности - в силу несогласованности условий), ничтожности или недействительности по основаниям, влекущим оспоримость (признание недействительными в судебном порядке), этих сделок.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд, применительно к установленным им обстоятельствам дела, исследовав и оценив по правилам главы 7 Кодекса представленные в материалы дела доказательства, не установил совокупности обстоятельств, при наличии которых оспариваемая сделка могла быть признана недействительной.

Суд пришел к выводу о недоказанности истцом факта причинения обществу убытков, поскольку не установил, что в действиях займодавца, исполнившего обязательства по договорам и передавшего в собственность ответчику денежные средства, признаков противоправности.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности по спорным договорам.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" даны разъяснения о том, что при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" и Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" порядка совершения крупных сделок, подлежит применению статья 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а с нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность - пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) с учетом особенностей, установленных указанными законами.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе, когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе, если оно непосредственно совершало данную сделку.

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование (пункты 1, 2).

Суд, рассматривая заявление о применении срока исковой давности, должен определить, с какого момента у истца появилась реальная (объективная) возможность узнать о совершении оспариваемых сделок.

Из материалов дела усматривается, что оспариваемые сделки совершены 05.08.2019,17.09.2019, а в суд истец обратился 25.05.2023.

Доводы истца о том, что о наличии договоров узнал, только после получения определения суда о назначении дела к судебному разбирательству по делу А53-9983/2023 суд отклоняет, поскольку ФИО2 мог реализовать права участника, требовать проведения годового общего собрания, истребовать документы о финансовой деятельности, либо совершить иные действия, направленные на осуществление корпоративного контроля за деятельностью общества, либо уполномочить иное лицо на совершение таких действий.

Между тем, доказательств того, что ФИО2 предпринимал попытки получить информацию о хозяйственной деятельности ООО "Газопоршневые установки" в период с 05.08.2019 по 02.05.2023 у суда не имеется, как не имеется и доказательств отказа ООО "Газопоршневые установки"  в предоставлении информации.

Признавая пропущенным срок исковой давности, суд исходит из того, что ФИО2, позиционируя себя участником общества, владеющим 50% доли в уставном капитале общества, проявляя интерес к его хозяйственной деятельности, необходимую степень добросовестности и осмотрительности, должен был узнать о нарушении своих прав не позднее проведения общих собраний участников по итогам соответствующего года.

Вместе с тем, ФИО2 не представило суду доказательств осуществления своих прав на участие в делах общества надлежащим образом.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа об удовлетворении иска.

Аналогичная правовая позиция изложена постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.10.2023 по делу N А53-38524/2022.

Согласно статье 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражным судом суд решает вопросы о распределении судебных расходов.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                               Овчаренко Н. Н.