ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Газетный пер., 34, 

<

...>, тел.: 

<

***>, факс: 

<

***>  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-36631/2023

город Ростов-на-Дону

06 сентября 2025 года

15АП-7509/2025  

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2025 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

 председательствующего Гамова Д.С. судей Сурмаляна Г.А., Шимбаревой Н.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Маркиной А.В., при участии: от ФИО1 - ФИО2 по доверенности, от ФИО3 - ФИО4 по доверенности, конкурсный управляющий ФИО5, лично, 

 рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 27.05.2025 по делу № А53-36631/2023 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "АВС-Инжениринг",  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "АВС-Инжениринг" (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО5 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств ФИО1 (далее – ответчик) в период с 10.03.2022 по 15.12.2022 на сумму 2 887 700 руб., применении последствий недействительности сделок в виде взыскания 2 887 700 руб.  

Определением от 27.05.2025 заявление удовлетворено, признаны недействительными перечисления денежных средств в период с 10.03.2022 по 15.12.2022 ООО "АВС-Инжениринг" ФИО1 на сумму 2 887 700 руб. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 2 887 700 руб.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обжаловал определение от 27.05.2025 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), и просил обжалуемый судебный акт отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции, нарушив нормы процессуального права, ошибочно признал ФИО1 заинтересованным  

лицом, создав необоснованную преюдицию, оценив в рамках данного спора обстоятельства других обособленных дел и дав негативную оценку поведению ответчика; факт выполнения ответчиком разнообразных работ для должника (сварочные, электромонтажные, агентские услуги, монтаж окон) не свидетельствует об аффилированности, а является частью нормальной хозяйственной деятельности; вывод о нетипичности поведения ответчика, основанный на закрытии и последующим прекращением предпринимательской деятельности с сокращением видов деятельности, является неполным, поскольку не учтено создание ответчиком новых юридических лиц для ведения хозяйственной деятельности; суд нарушил правила установления фактической заинтересованности, подменив отсутствие доказательств формальной аффилированности выводом о фактической аффилированности на основе "сомнительных связей", что противоречит практике Верховного Суда РФ.  

В дополнении к апелляционной жалобе ответчик указывает, что суд первой инстанции ошибочно признал оспариваемые сделки безвозмездными, не учтя представленные доказательства их возмездного характера, включая рамочный договор от 14.01.2020 № 2020/14-01, акты выполненных работ, акты сверки, а также договоры и акты по топографическим работам (договор от 14.06.2022 № 2022/06-14) и монтажу оконных систем (договор от 01.07.2022 № 2022/01-07). Суд проигнорировал рамочную природу договора, факт длительного сотрудничества с должником, показания свидетелей (ФИО6), а также неверно квалифицировал договоры как договоры возмездного оказания услуг вместо договоров подряда, что допускает привлечение субподрядчиков. Кроме того, суд необоснованно усомнился в реальности сделок из-за технических ошибок в документах, различий в оплате и отсутствия части документации, хотя это соответствует деловой практике. Ответчик также указывает на ошибки в определении периода возникновения признаков банкротства должника и в расчёте сумм платежей, а также просит истребовать дополнительные доказательства у третьих лиц (ООО "Гостокно", УФНС России по Ростовской области, ОСФР по Ростовской области, ФИО6).  

Рассмотрев заявленное ходатайство об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оно не подлежит удовлетворению, поскольку признает имеющиеся в материалах дела доказательства достаточными для рассмотрения апелляционной жалобы. Ответчик не был лишён права заявить данное ходатайство в суде первой инстанции.  

В отзывах на апелляционную жалобу конкурсный управляющий и уполномоченный орган просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Представители ответчика и ФИО3 в судебном заседании поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просили определение суда отменить.  

Конкурсный управляющий просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Изучив материалы дела, судебная коллегия пришла к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, определением от 30.10.2023 возбуждено производство по заявлению о признании должника банкротом, определением от 23.04.2023 в отношении должника введена процедура наблюдения, решением от 06.11.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.  

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств ФИО1 в период с 10.03.2022 по 15.12.2022 на сумму 2 887 700 руб.  

Как видно из материалов дела, с 10.03.2022 по 15.12.2022 должник перечислил ответчику 2 887 700 рублей за выполнение строительно-монтажных работ, за топографические услуги и за монтаж окон:  

1) платежи за выполнение строительно-монтажных работ: дата сумма (рублей) назначение  

Оплата по счету № 46 от 10.03.2022 г. за выполненные строительно-10.03.2022 10 000 

монтажные работы Без НДС 

Оплата по счету № 83 от 19.05.2022 г. за выполненные строительно-19.05.2022 152 000 

монтажные работы Без НДС 

Оплата по счету 140 от 08.07.22 за выполненные СМР 

08.07.2022 78 000  

НДС не облагается 

2) платежи за топографические услуги: 

дата сумма (рублей) назначение  

Оплата по счету 163 от 15.08.22 за выполненные СМР 

16.08.2022 204 000  

(топографические работы) НДС не облагается 

Оплата по счету 164 от 15.08.22 за выполненные СМР 

17.08.2022 278 400  

(топографические работы) НДС не облагается 

Оплата по счету 165 от 18.08.22 за выполненные СМР 

18.08.2022 110 300  

(топографические работы) НДС не облагается 

Оплата по счету 166 от 25.08.22 за выполненные СМР 

25.08.2022 106 000  

(топографические работы) НДС не облагается 

Оплата по счету 167 от 26.08.22 за выполненные СМР 

26.08.2022 56 000  

(топографические работы) НДС не облагается 

Оплата по счету 167 от 26.08.22 за выполненные СМР 

01.09.2022 108 000  

(топографические работы) НДС не облагается 

Оплата задолженности по счету 188 от 20.09.22 за выполненные СМР 

21.09.2022 146 400  

(топографические работы) НДС не облагается 

3) платежи за монтаж окон: 

дата сумма (рублей) назначение  

Оплата по счету 189 от 20.09.22 за выполненные СМР 

22.09.2022 200 000  

(монтаж окон ПВХ)НДС не облагается 

Оплата по счету 192от 21.09.22за выполненные СМР 

22.09.2022 188 000   

(Монтаж ПВХ)НДС не облагается 

Оплата по счету 193 от 21.09.22 за выполненные СМР 

26.09.2022 194 000  

(Монтаж ПВХ)НДС не облагается 

Оплата по счету № 195 от 25.09.22 за выполненные СМР 

27.09.2022 204 000  

(Монтаж ПВХ)НДС не облагается 

Оплата по счету № 196 от 26.09.22 за выполненные СМР 

28.09.2022 191 600  

(Монтаж ПВХ)НДС не облагается 

Оплата по счету № 197 от 04.10.22 за выполненные СМР 

04.10.2022 106 000  

(Монтаж ПВХ)НДС не облагается 

Оплата по счету № 197 от 04.10.22 за выполненные СМР 

14.10.2022 44 000  

(Монтаж ПВХ)НДС не облагается 

Оплата по счету № 201 от 01.11.22 за выполненные СМР 

01.11.2022 184 600  

(Монтаж ПВХ) НДС не облагается 

Оплата по счету № 201 от 01.11.22 за выполненные СМР 

02.11.2022 191 000  

(Монтаж ПВХ) НДС не облагается 

Оплата по счету № 205 от 03.11.22 за выполненные СМР 

03.11.2022 80 400  

(Монтаж ПВХ) НДС не облагается 

Оплата по счету № 218от 15.11.22за выполненные СМР 

16.12.2022 55000   

НДС не облагается 

Полагая, что оспариваемые платежи осуществлены в период неплатежеспособности должника в пользу аффилированного лица в отсутствие встречного предоставления, конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании перечислений недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".  

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания перечислений недействительными на основании следующего.  

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 30.10.2023, оспариваемые платежи совершены в период с 10.03.2022 по 15.12.2022, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 (часть сделок) и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В силу пункта 6 постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Исследовав материалы дела, суд установил, что наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых перечислений подтверждается следующими судебными актами о взыскании задолженности:  

- определением Арбитражного суда Ростовской области включены требования Федеральной налоговой службы России по обязательным платежам в размере 645 174,87 руб., из них во вторую очередь – 105 789,20 руб.; в третью очередь – 539 385,67 руб., в том числе: недоимка – 421 896,34 руб., пени – 110 295,52 руб., штраф – 7 193,81 руб.  

По сведениям уполномоченного органа, указанная задолженность образовалась в результате неуплаты:  

- налога на добавленную стоимость на товары (работы, услуги), реализуемые на территории Российской Федерации в сумме 558 709.00 руб. за 3 кв. 2020 года;  

- страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за расчетные периоды, истекшие до 1 января 2023 года в сумме 10 969.65 руб. за 9 месяцев 2022 года по сроку уплаты 30.10.2023 года;  

- страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством за расчетные периоды, истекшие до 1 января 2023 года в сумме 1 446.00 руб. за 9 месяцев 2022 года по сроку уплаты 30.10.2023 года;  

- страховых взносов на обязательное медицинское страхование работающего населения за расчетные периоды, истекшие до 1 января 2023 года в сумме 2 542.96 руб. за 9 месяцев 2022 года по сроку уплаты 30.10.2023 года.  

- определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.04.2024 требования общества с ограниченной ответственностью "Монтаждонстрой" в размере 3 882 080,61 руб., в том числе: основной долг – 3 754 599,96 руб., неустойка – 127 480,65 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника.  

Согласно материалам электронного дела, правовым основанием требований ООО "Монтаждонстрой" является вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Ростовской области от 18 января 2023 года по делу № А53-31097/2022 о взыскании 3 841 351,38 рублей, в том числе: задолженность по договору подряда № 20210825-1СМР от 21.08.2021 в размере 2 683 333 руб.; задолженность по договору поставки № 21/20/08П от 20.08.2021 в размере 1 071 266,96 руб., начисленную по 03.11.2022, неустойку за период с 04.11.2022 по 11.01.2023 в размере 73 917,42 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины: 12 834 руб. Срок платежа по договору подряда № 20210825-1СМР от 21.08.2021 наступил с 30.04.2022 - 26.05.2022. Срок платежа по договору поставки № 21/20/08П от 20.08.2021 наступил 20.09.2021.  

Кроме того, согласно упрощенной бухгалтерской отчетности за 2022 год, величина кредиторской задолженности должника (15 897 тыс. руб.) существенно превышает общую стоимость всех его активов (5 250 тыс. руб.), что свидетельствует о неспособности общества погасить свои обязательства за счет имеющегося имущества.  

Таким образом, совокупная оценка указанных обстоятельств: наличие значительной, подтвержденной судебными актами задолженности, в том числе по обязательным платежам, превышение пассивов над активами и отсутствие ликвидного  

имущества позволяет суду сделать вывод о наличии у должника признаков неплатежеспособности в период совершения оспариваемых перечислений денежных средств.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления № 63).  

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

При этом доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

Как следует из материалов дела, при обращении в суд с настоящими требованиями, конкурсный управляющий указал на аффилированность ответчика с должником через его тесные связи с бывшим директором должника - ФИО3 В качестве доказательств аффилированности сторон управляющим указана сделка по купле-продаже транспортного средства между должником и ответчиком с последующей перепродажей ООО "Три кита", которую также контролирует ФИО3, а также участие супруги ответчика - ФИО7 в составе учредителей ООО "Три кита". Кроме того, управляющий указал на наличие других судебных споров, где ответчик выступает в качестве контрагента должника в подозрительных сделках.  

Соглашаясь с доводами конкурсного управляющего о наличии аффилированости сторон, суд апелляционной инстанции исходит из следующих обстоятельств.  

Как следует из материалов дела, единоличный исполнительный орган и учредитель должника - ФИО3 в период совершения оспариваемых сделок одновременно являлся генеральным директором и соучредителем (с долей участия 50%, а на момент создания - 100%) ООО "Три кита".  

Другим участником (учредителем с долей 50%) данного общества с 16.06.2022 является ФИО7, которая зарегистрирована по месту жительства в жилом помещении, находящемся в собственности ответчика.  

Данное обстоятельство свидетельствует о наличии устойчивых имущественных и личных связей между ответчиком и лицом, контролирующим деятельность ООО "Три кита", что в совокупности с управленческим единством (ФИО3) обществ позволяет сделать вывод о взаимной заинтересованности и фактической аффилированности должника и ответчика.  

Кроме того, при исследовании доводов управляющего об аффилированности сторон, суд первой инстанции принял во внимание факт заключения сделок по обособленным спорам, как свидетельство наличия между сторонами отношений, не свойственных независимым контрагентам.  

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, независимые контрагенты, если и являются участниками сразу нескольких сделок, то такие сделки носят типичный характер, обусловленный видом деятельности контрагентов. В рассматриваемом же случае ответчик заявлен как сторона по сделкам: арендодатель одного транспортного средства, покупатель другого транспортного средства, исполнитель услуг по топографической съемке, по монтажу окон, строительно-монтажным работам.  

Подобное разнообразие отношений между двумя контрагентами выходит за рамки обычных хозяйственных отношений.  

Кроме того, как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ответчик прекратил регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя 19.06.2024, незадолго после введения процедуры банкротства в отношении должника. Затем ответчик 07.04.2025 вновь зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя, указав ограниченный перечень видов деятельности, касающихся торговли оптовой и грузовых перевозок, что свойственно для реального ведения предпринимательской деятельности.  

Подобное поведение, как обоснованно указано судом первой инстанции можно расценивать как свидетельство того, что деятельность ответчика была преимущественно завязана на деятельности должника, а многочисленные виды экономической деятельности были необходимы исключительно для создания видимости реальных отношений и вывода поступающих на счета должника средств через индивидуального предпринимателя без обложения налогом на добавленную стоимость.  

Совокупность данных обстоятельств дополнительно позволяет сделать вывод, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами.  

Довод апеллянта нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, выразившихся в оценке обстоятельств иных обособленных споров, рассматриваемых в настоящем деле о банкротстве, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку в соответствии с принципом оценки доказательств по внутреннему убеждению (ст. 71 АПК РФ) суд вправе исследовать и оценивать любые доказательства, имеющие отношение к делу, включая материалы других споров. Упоминание других сделок между теми же сторонами необходимо для установления системности их взаимоотношений, что является ключевым аргументом для вывода об аффилированности, а не для создания "преюдиции".  

Таким образом, вывод суда первой инстанции об аффилированности (взаимной заинтересованности) должника и ответчика сделан на основании всестороннего, полного и объективного исследования всей совокупности доказательств, представленных в материалы дела. Суд правильно применил нормы материального и процессуального права, а его выводы соответствуют установленным обстоятельствам и сложившейся судебной практике по делам о банкротстве.  

Сделки между аффилированными и взаимосвязанными лицами не запрещены действующим законодательством. Однако к реальному, фактическому исполнению таких сделок должен применяться повышенный стандарт доказывания (определение Верховного Суда Российской Федерации по делу № А32-43610/2015 от 13.07.2018). В целях исключения злоупотребления правами суды должны учитывать наличие взаимосвязи (аффилированности) лиц, совершивших сделку. Такие сделки подлежат более тщательному исследованию и оценке на предмет их фактического исполнения, в том числе в целях исключения обоснованных сомнений в их реальности.  

С учетом предмета и оснований заявленного требования, на ответчика возложено бремя доказывания наличия правоотношений, сложившихся между должником и овтетчиком, являвшихся основанием для получения ответчиком денежных средств.  

В условиях, когда в подтверждение доводов конкурсный управляющий ссылается на то, что сделка совершена безвозмездно, процессуальный интерес ответчика должен состоять в том, чтобы представить необходимые и достаточные доказательства существования и действительности сделки, что соотносится с обязанностью участвующих в деле лиц добросовестно осуществлять принадлежащие им процессуальные права, в том числе в части заблаговременного раскрытия доказательств перед другой стороной и судом (часть 2 статьи 41, части 3 и 4 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

В данном случае, при наличии признаков фактической аффилированности между должником и ответчиком, к доказательствам реальности правоотношений между указанными лицами подлежит применению повышенный стандарт доказывания.  

Как следует из материалов дела, позиция ответчика при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции сводилась к тому, что спорные платежи производились в рамках длительных и фактически исполненных договорных обязательств (рамочного договора на выполнение СМР от 14.01.2020 г., договора на топосъёмку от 14.06.2022 г. и договора на монтаж оконных систем от 01.07.2022 г.), которые подтверждаются представленными в материалы дела документами (актами выполненных работ, актом сверки, договорами с привлечёнными исполнителями) и сложившейся деловой практикой, при этом ответчик надлежащим образом исполнил свои налоговые обязательства, уплатив налоги с полученных доходов.  

На аналогичные обстоятельства также указывает ответчик в своей апелляционной жалобе.  

Вместе с тем, доводы, представленные ответчиком в обоснование реальности хозяйственных отношений, являлись предметом судебного исследования и правовой оценки судом первой инстанции.  

Так, судом первой инстанции установлено, что в качестве доказательств встречного предоставления по первой группе оспариваемых платежей (за выполнение строительно-монтажных работ) ответчик представил договор от 14.01.2020 № 2020/14-01, счета от 10.03.2022 № 46, от 19.05.2022 № 83, от 08.07.2022 № 140.  

При оценке представленных доказательств встречного предоставления по первой группе оспариваемых платежей суд первой инстанции руководствовался сложившейся правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2) и иных.  

Указанной правовой позицией установлено, что в условиях выявленной фактической аффилированности сторон и, как следствие, общности их экономических интересов, повышается риск представления формально безупречных, но по существу фиктивных доказательств. В связи с этим на стороны подобной сделки возлагается бремя доказывания ее реальности путем представления доказательств, объективное происхождение которых не зависит от их совместного волеизъявления.  

Вместе с тем, суд первой инстанции констатировал, что ответчик такие доказательства не представил.  

Суд установил, что условия договора от 14.01.2020 № 2020/14-01 не содержат конкретных сведений о виде, объеме, перечне и месте выполнения работ, а также о сроках их осуществления, в связи с чем ссылка в пункте 1.1 договора на выполнение работ согласно заданию заказчика и технической документации правового значения не имеет, поскольку сами эти документы, которые могли бы индивидуализировать предмет договора, представлены не были, равно как и не представлены иные документы, предусмотренные договором (сертификаты, технические паспорта – п. 4.3; двусторонний акт приемки – п. 4.4). Аналогичным образом, представленные счета также не содержат какой-либо конкретики в отношении выполняемых работ.  

На основании изложенного, суд первой инстанции, руководствуясь правовой позицией Верховного Суда РФ, пришел к выводу о том, что представленные документы не являются надлежащим доказательством реального выполнения работ, а сам договор не позволяет определить его предмет, что является существенным условием для договоров данного вида.  

В качестве доказательств встречного предоставления по второй группе оспариваемых платежей (за топографические услуги) ответчик представил договор от 14.06.2022 № 2022/06/14. После постановки вопроса о наличии у ответчика необходимой компетенции, оборудования для выполнения соответствующих работ, ответчик представил в материалы дела договор от 15.06.2023 № 15, заключенный между ним и  

ФИО8, по условиям которого последний обязался осуществить работы по топографической съемке.  

Вместе с этим, как установил суд, должник обязался выполнить работы по топографической съемке для ООО "ЦКИИ" на основании договора от 04.04.2022 № 220404-1.  

Вместе с тем, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, представленные ответчиком в обоснование произведенных платежей договор от 14.06.2022 № 2022/06/14, а также последующее представление договора от 15.06.2023 № 15 с ФИО8 не могут служить надлежащим подтверждением реального исполнения работ по топографической съемке и экономической обоснованности соответствующих расходов.  

Как следует из представленных в материалы дела документов, обязательство должника перед ООО "ЦКИИ" по договору от 04.04.2022 № 220404-1, в силу прямого указания статьи 780 Гражданского кодекса Российской Федерации, носило личный характер и не предусматривало привлечения третьих лиц (субисполнителей) для его исполнения. Таким образом, перепоручение исполнения указанных работ третьему лицу противоречит существу обязательства.  

Кроме того, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, реальность хозяйственных операций по указанному договору опровергает существенное нарушение условий представленного ответчиком договора от 14.06.2022 № 2022/06/14.  

Так, условиями пункта 3.1 данного договора предусмотрена обязанность заказчика произвести 100% предоплаты в течение пяти рабочих дней с даты его подписания, то есть до 21.06.2022. Однако фактические платежи совершены множественными частями (семью траншами) в период с 16.08.2022 по 21.09.2022, что не находит разумного объяснения в материалах дела. Кроме того, оплата каждого транша производилась на основании счетов, выставляние которых условиями договора не предусмотрено. Указанные обстоятельства свидетельствуют о формальном характере договора и его использовании для легитимации платежей, не обусловленных реальной хозяйственной необходимостью.  

Дополнительным доказательством фиктивности правоотношений служит содержание самого договора от 14.06.2022 № 2022/06/14 поскольку отдельные его положения, в частности пункты 4.3.2, 4.3.3 и 4.3.5, регулируют обязанности, традиционно относящиеся к договорам строительного подряда (поставка материалов, техники, их приемка, хранение), и не имеют никакого отношения к предмету договора – оказанию услуг по топографической съемке. Наличие данных условий подтверждает вывод о формальном, шаблонном характере документа.  

Кроме того, ответчиком в материалы дела не представлены документы, которые в силу договора и обычаев делового оборота должны были сопровождать исполнение работ, а именно: извещение о готовности работ (п. 5.1 договора), а также документы, подтверждающие заявленные расходы на проезд до места производства работ (г. Оренбург).  

Кроме того, договор от 14.06.2022 № 2022/06/14, в отличие от договора должника с ООО "ЦКИИ", не содержит детального технического задания, что лишает его содержательной конкретики и не позволяет идентифицировать объем и требования к выполняемым работам. Представленный же в последующем договор с ФИО8, содержащий техническое задание, был заключен уже после получения должником условий от конечного заказчика, что ставит под сомнение его действительность и первоначальные намерения сторон.  

Суд апелляционной инстанции также обращает внимание, что доказательства наличия специальных познаний у привлеченного лица, выполняющего топографическую работу, наличие у него специального оборудования, прошедшего проверку в соответствии с требованиями законодательства, в материалы дела не представлены.  

Согласно данным уполномоченного органа, приведенным в отзыве на апелляционную жалобу, ФИО8 с 2016 по 2023 годы являлся  

сотрудником организаций, чей основной вид деятельности - 56.10 деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания. В качестве индивидуального предпринимателя не зарегистрирован.  

Из указанного следует, что у лица, никогда не работающего в области топографических съемок, отсутствует соответствующее для данной сферы навыки и оборудование.  

Согласно пункту 3.3 договора ФИО8 самостоятельно должен был предоставить декларацию по форме 3-НДФЛ в налоговые органы по данному договору, и уплатить налог в сумме 78 000 руб.  

Вместе с тем, в налоговые органы декларация по форме 3-НДФЛ не представлялась, а доход, полученный данным лицом за период 2016-2023 гг., меньше, чем сумма вознаграждения по договору № 15 от 15.06.2022, что также ставит под сомнение реальность заключения данного договора.  

Также апелляционный суд отмечает отсутствие в материалах дела доказательств расчётов ответчика с ФИО8  

На основании изложенного, судебная коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что представленные ответчиком доказательства в их совокупности не подтверждают реального выполнения ответчиком работ по топографической съемке и экономическую обоснованность оспариваемых платежей. Указанные правоотношения носят формальный характер и направлены на вывод денежных средств со счета должника без встречного предоставления.  

Также судом первой инстанции отмечен существенный разрыв в стоимости идентичных, по утверждению ответчика, работ: в то время как должник получил от ООО ЦКИИ" 4 600 000 рублей, стоимость услуг по договору с ответчиком составила лишь 1 009 100 рублей. Подобная несоразмерность стоимости, как заключил суд, не характерна для отношений по привлечению субисполнителя и указывает на отсутствие реального встречного предоставления.  

Ответчиком в апелляционной жалобе заявлен довод о том, что разрыв в количестве земельных участков, представленных к топографической съёмке, обусловлен разницей между порученной должнику от заказчика топографической съёмкой семи земельных участков, и перепоручением должником только двух земельных участка ответчику. Судебная коллегия приходит к выводу о том, что данное обстоятельство в силу совокупности иных доказательств недействительности оспариваемых сделок, не имеет правового значения.  

В качестве доказательств встречного предоставления по третьей группе оспариваемых платежей (за монтаж окон) ответчиком в материалы дела представлен договор от 01.07.2022 № 2022/01-07, согласно которому ответчик обязался по заданию должника осуществить собственными или привлеченными силами монтаж оконных систем. Также ответчиком представлен протокол согласования цены и счет на оплату по каждому из перечислений. При этом суд установил, что на счет должника ранее от ООО "Гостокно" поступил ряд платежей со ссылкой на оплату за монтаж окон.  

В ответ на запрос суда ООО "Гостокно" представило копии документов, согласно которым перечисления на счет должника произведены за монтаж оконных систем, а также в счет оплаты за переданный товар (рамы оконные и дверные, створки, соединители и пр.) и упаковочный материал. Оплата за монтаж оконных систем производилась по договору от 20.09.2022 № 20220920 и составила 914 000 рублей. Оплата за переданный товар – по договору от 22.09.2022 № 20220922 и составила 509 000 рублей. Оплата за упаковочный материал – по договору от 23.09.2022 № 20220923 и составила 1 811 000 рублей.  

Последовательное заключение данных договоров позволило суду прийти к выводу о том, что должник, оказывая для ООО "Гостокно" услуги по монтажу оконных систем совокупно на сумму 914 000 рублей, дополнительно понес расходы на сопутствующие материалы и на упаковку.  

Между тем представленный ответчиком договор от 01.07.2022 № 2022/01-07, протоколы согласования договорной цены и счета на оплату, составлены на сумму 1 583 600 рублей. При этом из представленных ответчиком документов видно, что указанная в них цена включает исключительно оплату за монтаж оконных систем, то есть за услуги. Таким образом, должник, получив от ООО "Гостконо" оплату за монтаж окон в размере 509 000 рублей, заплатил ответчику за оказание данных услуг 1 583 600 рублей.  

Как отметил суд, ситуация, при которой сумма произведенного должником платежа превышает сумму полученного от контрагента дохода за тот же предмет исполнения, свидетельствует о явной несоразмерности встречного предоставления и сложилась вследствие того, что оправдательные документы, представленные ответчиком, поступили в отсутствие надлежаще оформленных первичных документов от ООО "Гостокно".  

Опровергая данный вывод, ответчик в апелляционной жалобе приводит довод о том, что должник фактически получил от своего заказчика 2 129 270 рублей. Однако данный факт не опровергает правильность выводов суда первой инстанции, основанный на следующей совокупности обстоятельств, оценка которым дана в соответствии со статьёй 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Давая критическую оценку, представленным документам (договор от 04.07.2022 № 16 и акт 07.11.2022 № 1), суд первой инстанции исходил из того, что ответчик не доказал наличие у него возможности выполнить завяленные работы.  

Из представленных документов видно, что ответчик привлек соисполнителем ФИО6, между тем указанное лицо являлось штатным работником должника.  

В ходе судебного заседания 29 апреля 2025 года ФИО6 не представил надлежащих объяснений и доказательств, опровергающих доводы истца, в части осуществления монтажа оконных систем опосредованно через ответчика, а не напрямую для работодателя, получения оплаты за работы наличными денежными средствами, а также целей их расходования; его пояснения о направлении средств на погашение кредита и блокировке банковских карт объективного подтверждения не получили, а в ходе объявленного судом перерыва он не воспользовался возможностью для представления доказательств, обосновывающих его позицию, в связи с чем его доводы не могут быть приняты в качестве опровержения предъявленных требований.  

Критическая оценка представленных документов обусловлена также тем фактом, что в акте от 07.11.2022 № 1 напротив подписи ФИО6 указано "ФИО8", что указывает на последовательное составление оправдательных документов с этими лицами.  

Относительно договора от 01.07.2022 № 2022/01-07 суд отметил, что его пункт 2.3 предусматривал 100% оплату в течение пяти рабочих дней со дня подписания договора, то есть до 11.07.2022. Между тем оплата осуществлена в нарушение установленного срока и не одним, а десятью платежами. Большая часть пунктов договора повторяет предыдущий договор (пункты 4.3.2, 4.3.3, 4.3.5), что не характерно для реальных отношений. Сомнения в реальности отношений по договору вызывает и отсутствие технической документация и смета (пункт 4.1.2). Как и в других договорах, ответчик не представил извещения о сдаче работ, наличие которого предусмотрено не пунктом 5.1 договора.  

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что сделка по перечислению денежных средств совершена во исполнение несуществующего (мнимого) обязательства должника по оплате за электротовары. Ответчик, принимая от должника денежные средства в отсутствие какого-либо встречного предоставления с его стороны, не мог не осознавать причинение должнику и его кредиторам вреда оспариваемой сделкой.  

Безвозмездное перечисление денежных средств свидетельствует об уменьшении имущества должника, что по смыслу положений Закона о банкротстве указывает на  

причинение вреда имущественным правам кредиторов. В подобной ситуации предполагается осведомленность ответчика о наличии у должника противоправной цели и причинении тем самым вреда имущественным правам кредиторов, соответственно, получатель денежных средств осведомлен о противоправной цели сделки.  

С учетом изложенного, а также установленного судом безвозмездного характера оспариваемых перечислений, довод конкурсного управляющего должника о том, что ответчик знал (должен был знать) о совершении сделки с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов, является обоснованным. Отсутствие оснований для получения денежных средств в указанном размере свидетельствует о цели вывода активов должника в период неплатежеспособности под видом осуществления оплаты за оказанные услуги, доказательства заключения и исполнения которого суду не представлены.  

Указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в материалы дела доказательствами и признаются судом апелляционной инстанции правомерными.  

В связи с этим суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии у оспариваемых сделок состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.  

Поскольку в результате совершения оспариваемых платежей из конкурсной массы должника в пользу ответчика безвозмездно выбыли денежные средства, в порядке пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве с ответчика в конкурсную массу должника обоснованно взысканы денежные средства в общей сумме 2 887 700 руб..  

Поскольку в рамках настоящего спора не доказан факт встречного исполнения со стороны ответчика, суд правомерно не применил последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ответчика к должнику.  

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.  

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.  

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

В удовлетворении ходатайства об истребовании доказательства отказать.  

Определение Арбитражного суда Ростовской области от 27.05.2025 по делу № А53-36631/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Д.С. Гамов  

Судьи Г.А. Сурмалян 

 Н.В. Шимбарева