АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4499/24 

Екатеринбург

29 июля 2024 г.

 

Дело № А50-6998/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 июля 2024 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Шершон Н. В., Плетневой В. В.

при ведении протокола помощником судьи Сулейменовой В.К. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 12.02.2024 по делу № А50-6998/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2024 по тому же делу о признании банкротом ФИО2.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседание в режиме веб-конференции принял участие:

ФИО2 – лично (паспорт).

В Арбитражный суд Пермского края 24.03.2021 поступило заявление ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 06.04.2021 принято к производству, возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражный суд Пермского края от 20.05.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3, в последующем освобожденный от исполнения обязанностей определением от 20.01.2023; определением от 06.09.2023 финансовым управляющим утверждена ФИО4. 

Определениями от 08.11.2021, 15.12.2021, 28.01.2022, 25.02.2022, 15.04.2022, 01.07.2022, 08.08.2022, 17.04.2023, 17.08.2023, 13.10.2023, 13.11.2023   срок процедуры реализации имущества должника многократно продлевался. 

Финансовый управляющий направил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств; представил отчет о своей деятельности с приложениями. 

Кредиторы ФИО5, ФИО1  ходатайствовали о неосвобождении должника от исполнения обязательств, ссылаясь на его недобросовестность и сокрытие должником информации от кредиторов и суда. 

Определение Арбитражного суда Пермского края от 12.02.2024 завершена процедура реализации имущества в отношении ФИО2, ФИО2 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в процедуре реализации имущества должника, за исключением обязательств, поименованных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2024 вышеуказанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 12.02.2024 и постановление от 15.05.2024 отменить в части применения к должнику правил об освобождении.

По мнению кассатора, суды не установили, а должник документально не подтвердил обстоятельства расходования заемных денежных средств.

Кассатор полагает, что должник указал заведомо  ложные сведения, вводя в заблуждение кредиторов и суд.

Заявитель жалобы указывает, что должник, являясь экспертом по банкротству, работал в период своего банкротства в юридической компании «Магистр», что подтверждается скринами с сайта данной компании, однако данные об указанной деятельности и доходы от нее скрывал.

С точки зрения кассатора, суды не установили обстоятельства перечисления денежных средств на счет должника, которыми частично были погашены требования в реестр требований кредиторов, что создает риск ошибочного платежа и возврата.

Как отмечает заявитель жалобы, согласно выписке общества «Сбербанк», должник выводил денежные средства, в том числе на счета букмекерских контор, не погашая при этом задолженность перед кредиторами, к тому же продолжал играть на денежные средства и после возбуждения дела о банкротстве.

Кроме того, кассатор указывает, что согласно выписке по расходованию денежных средств, должник сохраняет высокий уровень жизни (посещает дорогие кафе, футбольные матчи), перемещается по городу не на общественном транспорте, а на такси, однако расчеты с кредиторами не производит.

ФИО1 отмечает, что он не единственный пострадавший от мошеннических действий должника, совместно с иными потерпевшими ими инициировано возбуждение в отношении должника уголовного дела.

Кассатор считает, что ссылка должника на осуществление ухода за престарелыми родственниками несостоятельна, так как в указанный период согласно его же пояснениям должник работал, организовывал бизнес, арендовал помещения (документально не подтверждено), однако соответствующие документы по уходу за родственниками не оформил.

ФИО2 предоставил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу заявителя без удовлетворения. 

Отзыв, поступивший от финансового управляющего ФИО4, к материалам дела не приобщается, поскольку в нарушение статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отсутствуют доказательства его направления лицам, участвующим в деле.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, в ходе процедуры банкротства ФИО2 был сформирован реестр требований кредиторов, в который включены требования следующих кредиторов, 3-я очередь: 

- определением от 09.08.2021 - требование публичного акционерного общества «Сбербанк России» в общем размере 19 119 руб. 92 коп., из которых: 19 000 руб. – основной долг, 119 руб. 92 коп. – проценты;

- определением от 17.10.2021 - требования ФИО5 в сумме 70 675 руб. 34 коп., из которых 46 313,24 руб. – сумма долга, 2 692 руб. 10 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 1 670 руб. – государственная пошлина, 20 000 руб. – расходы на представителя (на основании заочного решения Мирового судьи судебного участка № 5 Свердловского района города Перми Пермского края от 26.10.2020 по делу № 2-4226/5-2020 с ФИО2 в пользу ФИО5 взысканы денежные средства в размере 46 317 руб. 64 коп.);

- определением от 19.11.2021 - требование общества с ограниченной ответственностью «Форвард» в размере 485 349 руб. 15 коп., в том числе 257 387 руб. 77 коп. основного долга, 153 017 руб. 92 коп. процентов (на основании задолженности по кредитному договору 

<

***> от 08.07.2015); определением от 06.07.2022 произведена замена кредитора общества «Форвард» на его правопреемника - непубличное акционерное общество «Первое клиентское бюро»;

- определением от 30.05.2022 - требование ФИО1 в общем размере 504 647 руб. 40 коп., из которых: 

58 000 руб. 00 коп. – основной долг, 

407 340 руб. 00 коп. – проценты, 30 000 руб. 00 коп. – неустойки, 9 307 руб. 40 коп. – государственная пошлина (на основании задолженности по договору займа от 05.08.2015, заключенному между кредитором и должником на сумму – 50 000 руб. 00 коп. и по договору займа от 11.08.2015, заключенному между кредитором и должником на сумму – 10 000 руб. 00 коп.).

В ходе рассмотрения итогового отчета финансового управляющего и вопроса о завершении процедуры, а также о наличии оснований для неосвобожения должника от исполнения обязательств, в связи с тем, что в судебном заседании 17.02.2022 конкурсный кредитор ФИО5 просил истребовать соответствующую информацию об имуществе родителей должника, суд, удовлетворив данное ходатайство, определением Арбитражного суда Пермского края от 22.02.2022 отложил судебное заседание для истребования из ФГБУ «Кадастровая палата Росреестра» по Пермскому краю выписку из ЕГРПНИ о зарегистрированных правах на объекты недвижимого имущества, наличии обременений (ограничений) (в том числе и в отношении объектов, право собственности на которые прекращено) на имя ФИО6 и ФИО7 (мама должника), также для истребования из МРЭО ГИБДД УМВД России по Пермскому краю сведения о регистрации транспортных средств на имя ФИО6 и ФИО7; также при удовлетворении иных ходатайств кредиторов были запрошены иные указанные ими сведения в целях проверки доводов об отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств. 

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 213.25, 213.28 Закона о банкротстве, а также разъяснениями, данными в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление № 45), установив, что финансовый управляющий принял исчерпывающие меры по поиску и реализации имущества должника; реестр требований кредиторов должника сформирован в сумме 1 079 791,81 руб., требования кредиторов были погашены частично в размере 43 846,59 руб.; имущество должника, подлежащее включению в конкурсную массу, не обнаружено; по результатам проведенного финансовым управляющим анализа финансового состояния должника сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности гражданина; признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должника не обнаружено, основания для оспаривания сделок должника отсутствуют, принимая во внимание выполнение всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, отсутствие возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, пришли к выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры. 

В указанной части судебные акты не обжалуются.

Предметом кассационного обжалования со стороны кредитора ФИО1 (включенного в реестр на сумму 504 647, 40 руб., из которых 58 000 руб. долга, иное – штрафные санкции и проценты) является применение к должнику общих правил об освобождении его от исполнения обязательств по итогам процедуры банкротства.

Разрешая в связи с завершением процедуры реализации имущества ФИО2 вопрос о наличии либо отсутствии оснований для освобождения последнего от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами и применяя правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, суды исходили из следующего.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий представляет в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина 

При этом освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

При этом злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 ГК РФ), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956).

По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что суды могут отказать в списании долга только при наличии признаков недобросовестных действий, в частности злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, при этом такое уклонение характеризуется не пассивным бездействием (простой неуплатой долга), а активным и осознанным поведением (сокрытием доходов, совершением мнимых сделок и т.д.).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. 

Для неосвобождения от дальнейшего исполнения обязательств по собственной инициативе суду надлежит установить такие обстоятельства недобросовестности, которые подтверждали бы безусловную направленность воли должника на необоснованный уход от ответственности по возмещению долговых обязательств. 

Одновременно с этим при определении добросовестности поведения должника суду в любом случае следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

В рассматриваемом случае суды, оценивая поведение должника на соответствие критерию добросовестности, пришли к выводу, что оснований для отказа в освобождении гражданина от долгов не имеется, так как фактов недобросовестного поведения ФИО2, в том числе, доказательств сокрытия какого-либо имущества должником, уклонения от сотрудничества с финансовым управляющим, отказа в представлении каких-либо документов, совершение подозрительных сделок, материалами дела не установлено. 

Из пояснений должника представленных в материалы дела следует, что ФИО2 в декабре 2013 года был оформлен потребительский кредит в размере 70 000 руб. в ПАО «ВТБ» на покупку еды и лекарств для родственников; в сентябре 2014 года в ПАО «ВТБ» был оформлен потребительский кредит на сумму 100 000 руб.; в марте 2013 года ФИО2 оформил кредитную карту в ПАО «ВТБ», в 2014 году оформил кредитную карту в АО «Почта Банк» лимит каждой из карт составляет 56 000 руб. и 10 000 руб. соответственно. Полученные денежные средства должником использовались для оплаты коммунальных платежей и предметов первой необходимости. В 2015 году должником был оформлен кредит в ПАО «ВТБ» в размере 610 000 руб., полученные денежные средства направлены на погашение задолженности по имевшимся на тот момент кредитам. 

Также должник отметил, а суды приняли во внимание, что практически все заемные денежные средства вложил в организацию бизнеса – юридической компании, рекламу данной организации, пытался снять офис и организовать свой бизнес. Но ввиду отсутствия клиентов и предпринимательских рисков данная фирма была ликвидирована и у ФИО2 начались финансовые трудности. Предпринятые должником меры, нужного воздействия не произвели и в 2019 году возникли еще большие финансовые затруднения, образовалась большая кредиторская задолженность. 

Помимо этого, суды учли, что ФИО2 представлены подробные письменные пояснение на возражения ФИО1 о движении и снятии денежных средств по счетам открытых в ПАО Сбербанк и АО «Тинькофф Банк». 

Согласно данным из трудовой книжки ФИО2 трудовую деятельность не осуществляет с 16.05.2018. Согласно ответу из ОСФР по Пермскому краю от 16.10.2023 получателем пенсии не значится. Согласно ответу из ГКУ ЦЗН Пермского края от 24.10.2023 в период с 06.04.2011 по настоящее время должник был зарегистрирован в качестве безработного с 21.04.2020 по 01.10.2020 и получал пособие по безработице с 21.04.2020 по 01.09.2020, с 06.10.2020 по 04.03.2021 пособие по безработице не получал. Должник поясняет, что осуществляет уход за пожилыми бабушкой и дедушкой, которые помогают ему финансово. Указанные денежные средства вносились им наличными на счета его карт, либо переводились ему на карту. В связи с помощью пожилым близким родственникам ФИО2 осуществляются покупки продуктов питания для себя и родных, покупка лекарств и оплата коммунальных платежей и мобильной связи. 

Судами при проверки доводов кредиторов о недобросовестном поведении должника были исследованы и проанализированы все представленные в дело (в том числе и истребованные определениями суда первой инстанции) доказательства. Обстоятельств, подтверждающих умышленную недобросовестность должника (в том числе наличие у должника денежных средств для расчетов с кредиторами, направленных, однако, не на исполнение обязательств, а на ведение роскошного образа жизни и т.д.) – кредиторами не доказано, судами установлено не было. Учитывая давность (более 9 лет) возникновения заемных обязательств перед кредитором (2015 год), размеры заемных обязательств, суды обоснованно сочли возможным принять неопровергнутые кредиторами пояснения должника об основаниях и целях расходования денежных средств, констатировали, что длительное невыполнение должником обязательств перед кредиторами, в том числе перед ФИО5 с основным долгом в размере – 46 313,24 руб. и ФИО1 с основным долгом в размере – 58 000 руб., не связано с умышленным уклонением от погашения долгов, и доказательств иного, указывающих на неправомерность действий должника, не имеется, а само по себе отсутствие достаточного дохода для погашения кредита не говорит о недобросовестности должника, при том, что должник ни к какой ответственности не привлекался, недостоверных сведений управляющему (кредиторам) не сообщал, доказательства уклонения должника от представления в суд документов и сообщения суду недостоверных сведений отсутствуют, фактов недобросовестного поведения должника, в том числе в части злоупотребления правом при заключении кредитных договоров, не имеется, от сотрудничества с управляющим должник не уклонялся, подозрительных сделок не заключал, финансовое неблагополучие должника и прекращение исполнения обязательств наступили по независящим от должника причинам.

Довод кредитора о том, что должник не предпринял мер по трудоустройству для удовлетворения требований кредиторов должника, не принят судами во внимание как безусловно влекущий неосвобождение должника от исполнения обязательств в условиях приведенных должником пояснениях.  

Как указал суд, оснований считать, что в рамках процедуры банкротства ФИО2 не раскрыл сведения о своем имущественном положении, об обязательствах и иных документах, имеющих существенное значение для проведения процедуры банкротства, не имеется. Приведенные кредиторами доводы о ведении должником роскошного образа жизни вместо расчетов с кредиторами (о чем, по мнению кредиторов, свидетельствуют, в том числе, посещения дорогостоящих кафе (Пирамида – сумма чека 31.10.2020 - 813 руб., Планета суши сумма чека 16.10.2020 - 1 678 руб. и т.д.), двух футбольных матчей, передвижения в 2018-2019 годах на такси вместо общественного транспорта (269 руб., 413 р. и т.д.)) – проверены судами и не признаны достаточными для доказывания недобросовестного поведения должника, направленного на умышленное введение кредиторов в заблуждение при оформлении заемных отношений в 2015 году, либо на умышленное недобросовестное уклонение от исполнения обязательств при наличии возможности их исполнить. Внесение должником после возбуждения дела о банкротстве и до введения процедуры банкротства нескольких ставок может быть признано неразумным поведением, обусловленным субъективными особенностями личности должника, - однако суды (в том числе и запросив у соответствующих организаций данные о деятельности должника по осуществлению ставок) не усмотрели в приведенных кредиторами обстоятельствах оснований для констатации умышленного недобросовестного поведения должника, злостно уклоняющегося от исполнения своих обязательств. 

Таким образом, суды пришли к выводу, что действия гражданина не могли быть квалифицированы в данном случае ни как злоупотребление правом, ни как обстоятельства, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. 

Выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для применения правил об освобождении к ФИО2 – доводами кассатора не опровергаются.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 АПК РФ являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права. 

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания. 

Кассационная жалоба, однако, повторяет доводы, которые являлись предметом проверки судов и сводится к несогласию с выводами суда первой и апелляционной инстанций. 

Несогласие кассатора с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Из материалов дела и мотивировочной части обжалуемых судебных актов следует, что судами правильно определены предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 12.02.2024 по делу № А50-6998/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            Н.В. Шершон 

 

                                                                                             В.В. Плетнева