ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения 

11АП-3695/2023, 11АП-3696/2023

Дело № А55-366/2021

г. Самара

24 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17.08.2023.

Постановление в полном объеме изготовлено 24.08.2023.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Бессмертной О.А., судей Бондаревой Ю.А., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий ФИО2 лично, паспорт,

ФИО3 лично, паспорт,

от ООО «Автопарк», ООО «Автотранс», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ФИО4, лично, паспорт, решения единственного участника, 

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2, 

апелляционную жалобу ООО «Автопарк», ООО «Автотранс», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ФИО4,

апелляционную жалобу ФИО3

на определение  Арбитражного суда Самарской области от 08 февраля 2023 года о привлечении к субсидиарной ответственности 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  общества с ограниченной ответственностью «Центр-Капитал Тольятти»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19 января 2021 года принято к производству заявление о признании ООО «Центр-Капитал Тольятти» банкротом.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 18 июня 2021 года в отношении должника введена процедура банкротства - конкурсное производство.

Конкурный управляющий ФИО2 обратился с заявлением к ФИО4, ООО «Автопарк», ООО «Автотранс», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08 февраля 2023 года заявление удовлетворено. Судом определено: «Привлечь солидарно ФИО4 ИНН 

<

***>, ООО «Автопарк» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, ООО «Автотранс» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, ООО «ПаркАвто» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, ООО «Терминал» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, ФИО3 ИНН 

<

***> к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЦК Тольятти».

Взыскать солидарно с ФИО4 ИНН 

<

***>, ООО «Автопарк» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, ООО «Автотранс» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, ООО «ПаркАвто» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, ООО «Терминал» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, ФИО3 ИНН 

<

***>, в конкурсную массу ООО «ЦК Тольятти» 7 812 251,40 рублей.».

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Автопарк», ООО «Автотранс», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ФИО4 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023 апелляционная жалоба ФИО3 принята к производству. Назначено судебное заседание на 13.04.2023. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2023 апелляционная жалоба ООО «Автопарк», ООО «Автотранс», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ФИО4 принята к производству на 13.04.2023. Назначено судебное заседание. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2023 рассмотрение апелляционных жалоб ООО «Автопарк», ООО «Автотранс», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ФИО4, ФИО3 отложено на 16.05.2023; конкурсному управляющему предложено представить дату объективного банкротства, рассчитанную по формуле, финансовый анализ должника, перечень и размер обязательств, наступивших после даты объективного банкротства, сведения об исполнении судебного акта о признании сделки должника недействительной; ФИО4 предложено представить расшифровку активов должника, указанных в упрощенной бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2023 рассмотрение апелляционных жалоб ООО «Автопарк», ООО «Автотранс», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ФИО4, ФИО3 отложено на 13.06.2023; лицам, участвующим в деле, предложено ознакомиться с материалами данного обособленного спора; представить письменную позицию по доводам апелляционных жалоб с учетом приобщенных в материалы дела документов.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2023 рассмотрение апелляционных жалоб ООО «Автопарк», ООО «Автотранс», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ФИО4, ФИО3 отложено на 04.07.2023; лицам, участвующим в деле, предложено представить консолидированную письменную позицию по доводам апелляционных жалоб с учетом приобщенных в материалы дела документов.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2023 в связи с нахождением судьи Львова Я.А. в очередном отпуске (приказ №216/к от 07.06.2023)  произведена замена судьи Львова Я.А. на судью Бондареву Ю.А.

В соответствии с п. 2 ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) после замены судьи рассмотрение дела начинается сначала.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2023 рассмотрение апелляционных жалоб ООО «Автопарк», ООО «Автотранс», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ФИО4, ФИО3 отложено на 17.08.2023.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

От департамента финансов Администрации г.о. Тольятти поступили письменные пояснения к апелляционным жалобам, которые приобщены к материалам дела в порядке ст. 81 АПК РФ. 

В письменных пояснениях Департамента финансов Администрации г.о. Тольятти содержится ходатайство о проведении судебного заседания без его участия. 

От конкурсного управляющего ООО «Центр-Капитал Тольятти» поступил консолидированный отзыв на апелляционные жалобы, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

От ФИО4 поступила консолидированная апелляционная жалоба, которая приобщена к материалам дела в порядке ст. ст. 49, 268 АПК РФ.

В судебном заседании суда апелляционной истанции ФИО3 и ФИО4 поддержали доводы апелляционных жалоб, конкурсный управляющий ФИО2 не согласился с доводами апелляционных жалоб, по мотивам, указанном в отзыве, просил оставить определение без изменения, жалобы – без удовлетворения.

Заявителем апелляционной жалобы при ее подаче было заявлено ходатайство о назначении судебной землеустроительной экспертизы.

В обоснование ходатайство о проведении экспертизы указывается, что экспертизы докажет проведение землеустроительных работ на спорном земельном участке, и соответственно, докажет наличие встречного предоставления ООО "Терминал" по оспариваемым договорам.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, заслушав мнение лиц, участвующих в деле, определила в удовлетворении ходатайства ООО "Терминал" о назначении экспертизы отказать.

Применительно к разъяснениям, сформулированным в пункте 29 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", основанием удовлетворения упомянутого ходатайства является необоснованное отклонение такого ходатайства судом первой инстанции.

В силу части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

По смыслу указанной нормы назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос. При этом вопросы, разрешаемые экспертом, должны касаться существенных для дела фактических обстоятельств.

В связи с этим, определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

Как разъяснено Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 09.03.2011 №13765/10, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

ООО "Термина" в суде первой инстанции было заявлено ходатайство о назначении по обособленному спору экспертизы относительно проведения землеустроительных работ на спорном земельном участке.

Отказывая в удовлетворении данного ходатайства, суд первой инстанции правомерно исходил из возможности рассмотрения требования без проведения судебной экспертизы, поскольку специальных познаний для изучения условий договора, и отсутствие возмездности должника не требуется.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции не усмотрел предусмотренных в статье 82 АПК РФ оснований для проведения экспертизы и с учетом конкретных обстоятельств дела пришел к обоснованному выводу, что имеющиеся в материалах дела доказательства являются достаточными для их оценки без проведения экспертизы.

По указанным выше мотивам апелляционный суд также отказывает в назначении финансовой экспертизы на стадии апелляционного производства, поскольку не усматривает правовых оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в указанной части, поскольку заключение эксперта является одним из доказательств, которое согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 АПК РФ); суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ; при этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).

От ФИО4 также поступило ходатайство о вызове свидетеля ФИО5, который будучи главным государственным инспектором в городском округе Тольятти и муниципальном районе Ставропольский по использованию и охране земель государственного земельного надзора управления Росреестра по Самарской области, вынес постановления от 03.08.2020, 21.08.2020, 02.11.2020, 02.12.2020, поскольку на указанные документы конкурсный управляющий ссылается как на доказательство нецелевого использования земельного участка с кадастровым номером 63:09:0102153:3425. 

В удовлетворении заявленного ходатайства о вызове свидетеля судебная коллегия отказывает в силу следующего.

Согласно ч. 1 ст. 56 АПК РФ свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

В силу части 1 статьи 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

По смыслу вышеприведенных норм, суд удовлетворяет ходатайство в том случае, если свидетель может подтвердить обстоятельства, непосредственно относящиеся к предмету доказывания по настоящему делу.

Вместе с тем, в предмет доказывания по настоящему делу входит установление, что лицо, привлекаемое к ответственности, являлось руководителем, а его действия (бездействия) являлись недобросовестными (неразумными), причинили убытки юридическому лицу.

В силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном процессе иными доказательствами.

Ходатайствуя о вызове свидетеля, ответчик пытается преодолеть вступившее в законное силу постановление Управления Росреестра по Самарской области от 03.08.2020 о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении №234/2020 в отношении ООО «ЦК «Тольятти».

Поскольку существенные по делу обстоятельства были установлены в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении при непосредственном участии ФИО4, показания свидетеля, исходя из существа заявленных требований, не могут подтвердить обстоятельства, имеющие значение для настоящего дела, а вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда.

На основании изложенного, суд отказывает в удовлетворении заявленного ответчиком ходатайстве о вызове свидетеля.

От ответчика ФИО3 поступило ходатайство о приостановлении апелляционного производства, рассмотрев которое, судебная коллегия определила: отказать в удовлетворении ходатайства ввиду отсутствия процессуальных оснований, предусмотренных АПК РФ.

 Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалобы рассматриваются в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Конкурсный управляющий с учетом принятых судом уточнений просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО4 ИНН 

<

***>, ООО «Автопарк» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, ООО «Автотранс» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, ООО «ПаркАвто» ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, ООО «Терминал» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, ФИО3 ИНН 

<

***>.

При этом требование о привлечении к субсидиарной ответственности заявлено конкурсным управляющим ко всем контролирующим лицам с момента наступления обязанности ФИО4, как руководителя должника по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом, то есть с 01.10.2016 года.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на неисполнение обязанности ФИО4, как руководителя должника по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом с 01.10.2016 года, а также на совершение должником сделок от 16 мая 2017 года, 29 мая 2017 года, 16 апреля 2018 года, 16 марта 2019 года, 16 февраля 2020 года, не отвечающим интересам должника, которыми причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также на то обстоятельство, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В отношении остальных лиц требования о привлечении их к субсидиарной ответственности основано на установлении их статуса выгодоприобретателя. 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее по тексту также – Федеральный закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве» (вступил в силу 30.07.2017).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Системное толкование положений арбитражно-процессуального, гражданского законодательства, разъяснений, данных в Информационном письме от 27.04.2010 № 137 и пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ позволяет сделать вывод о том, что положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к такой ответственности имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, то есть после 30.07.2017. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу названного закона, применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции Закона о банкротстве, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, процессуальные нормы применяются судом в редакции, действующей на момент рассмотрения дела.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц определены законодателем в разное время следующими положениями:  

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-Ф3 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- Глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017)

Таким образом, при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности необходимо руководствоваться датой наступления соответствующих обстоятельств, влекущих основания для привлечения к субсидиарной ответственности, и, соответственно, применимой редакцией Закона о банкротстве в период наступления вышеуказанных обстоятельств.

Из материалов дела следует, что заявленные конкурсным управляющим основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, относятся к временному периоду с 01.10.2016 года по 19.01.2021 года.

Заявленные конкурсным управляющим основания субсидиарной ответственности (не обращение в суд с заявлением, заключение спорных сделок, искажение бухгалтерской документации) не являются новеллами главы III.2 Закона о банкротстве и были ранее закреплены в статье 10 Закона о банкротств.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве) (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в ЕГРЮЛ 15 августа 2016 года внесена запись ГРН № 6166313267939 об утверждении ФИО4 в должности директора ООО «ЦК Тольятти», 01 сентября 2017 года внесена запись ГРН № 6176313296219 о единственном участнике ООО «ЦК Тольятти» ФИО4. 

Указанное обстоятельство ответчиком не оспаривается, директором должника он утвержден с 01 августа 2016 года, участником – с 24 августа 2017 года.

Следовательно, в указанный выше период ФИО4 являлся контролирующим должника лицом.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ФИО3 являлся учредителем ООО «Терминал» с 22.05.2013 по 05.07.2021 с 100% долей участия в уставном капитале, 05.07.2021 в ЕГРЮЛ внесены сведения о новом участнике со 100% долей – ФИО4 

ФИО4 также является директором и (или) учредителем в следующих организациях: ООО «Автопарк», ООО «Паркавто», ООО «Терминал», ООО «Автотранс», что свидетельствует об аффилированности. 

Суд первой инстанции, согласившись с требованиями конкурсного управляющего, признал указанных выше юридических лиц конечными бенефициарами ООО «Центр-Капитал Тольятти», которые извлекли выгоду из незаконного и недобросовестного поведения, связанного с эксплуатацией на безвозмездной основе земельного участка, переданного Администрацией г.о. Тольятти должнику по договору аренды

Судом первой инстанции установлено наличие основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности за необращение в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «ЦК Тольятти».

Соглашаясь в целом с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 за необращение в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «ЦК Тольятти», суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело по правилам главы 34 АПК РФ, приходит к следующим выводам. 

Обстоятельства, на которые сослался конкурсный управляющий, имели место до введения главы III.2 Закона о банкротстве. 

Следовательно, нормы материального права применяются в той редакции, которая действовала в соответствующий период.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (здесь и далее - в редакции, действовавшей после вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям" и до вступления в силу Федерального закона 23.06.2016 N 222-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. 

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение вина субъекта ответственности и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) контролирующего должника лица и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В рассмотренном случае конкурсный управляющий связал дату наступления объективного банкротства должника (10.04.2016) с наличием у ООО «Центр Капитал Тольятти» задолженности перед администрацией г. Тольятти по договору аренды №2963 от 06.06.2014 за первый и второй кварталы 2016 года в размере 439 975 руб. 81 коп. В соответствии с п. 2.3. договора аренды арендная плата вносится арендатором ежеквартально не позднее 10-го числа 1-го текущего месяца квартала. 

При этом конкурсным управляющим использована формула для установления момента объективного банкротства - момента, когда должник потерял способность погасить все требования кредиторов из-за превышения объема долгов над реальной стоимостью его активов.

Поскольку активы должника в 2016 году составляли 0,00 рублей, а задолженность перед Администрацией г.о. Тольятти по состоянию на 10.04.2016 существовала в сумме 439.975,81 руб., то подсчет по формуле 0,00 руб. (активы)-439.975,81 руб. (обязательства) = - 439.975,81 руб. (N), соответственно, N меньше 0, что объективно свидетельствует в пользу наличия признаков банкротства.

Определением арбитражного суда Самарской области от 08.09.2021 года по делу № А55-366/2021 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании у ФИО4 активов ООО «ЦК Тольятти», в связи с тем, что Фонд «Городской центр проектного финансирования» (у которого, по мнению ответчика, имеется задолженность перед должником) ликвидирован 15.03.2013.

В соответствии с п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно ст. 6 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей.

Соответственно, датой объективного банкротства ООО «ЦК Тольятти» с учетом наличия кредиторской задолженности более 300 000 рублей, просроченной свыше 3-х месяцев и невозможной к погашению за счет имущества должника, следует считать 10 июля 2016 года.

Существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестно е принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ) (пункт 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016). 

К моменту назначения ФИО4 в должности директора ООО «ЦК Тольятти» существовала задолженности перед Администрацией г.о. Тольятти по договору аренды № 2693 от 06.06.2014 года, в размере 911 559,20 рублей, что свидетельствовало об обстоятельствах, из которых в силу статьи 9 Закона о банкротстве возникает обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом.

После 01.10.2016 финансовое состояние должника не улучшалось, задолженность по денежным обязательствам продолжала нарастать.

Согласно абзацу 33, 34 статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества -превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в определении от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015, показателей только бухгалтерской отчетности для вывода о наступлении условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, также недостаточно.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 3 и пункта 1 статьи 13 Федерального закона Российской Федерации от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерской (финансовой) отчетностью является информация о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, систематизированная в соответствии с требованиями, установленными Законом о бухгалтерском учете, которая должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. 

Вместе с тем, снижение чистых активов юридического лица не является безусловным основанием полагать, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, поскольку структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18.07.2003 № 14- П также указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Из пункта 2 раздела I «Практика применения положений законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, следует, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Приведенные конкурсным управляющим доводы контролирующими должника лицами не опровергнуты путем представления относимых и допустимых доказательств относительно финансово-хозяйственного положения должника и наличия у контролирующих лиц бизнес-плана по выходу из кризиса.

Ответчиками как не представлены экономические расчеты ожидаемых (планируемых) поступлений денежных средств на расчетный счет должника и порядке погашения задолженности с учетом наступивших сроков платежей и ожидаемых в будущем, необходимых производственных расходов, в том числе на выплату обязательных отчислений, исходя из которых у ФИО4 сформировался экономически обоснованный план по выходу из временного финансового затруднения, а также доказательства того, что действия ФИО4 были направлены на выработку какой-либо стратегии по выводу предприятия из кризиса, и данной стратегии руководитель должника разумно придерживался, принимая во внимание отсутствие доказательств ведения работы с дебиторами (претензионной работы), внесения изменений в действующие договоры аренды земельных участков, принятия мер к увеличению выручки (Определение Верховного Суда РФ от 23.11.2018 N 309-ЭС18-18665 по делу N А60-53996/2016).

С учетом характера действий контролирующих должника лиц, направленных на наращивание кредиторской задолженности, в том числе, путем заключения сделок по передаче права владения и пользования земельным участком (единственный актив) в пользу аффилированной структуры с неравноценным встречным исполнением контролирующие лица не могли иметь экономически обоснованного плана по выходу из кризиса. 

Напротив, действия контролирующих должника лиц были направлены на ухудшение финансового состояния ООО «ЦК Тольятти».

Дело № А55-366/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЦК Тольятти» возбуждено определением арбитражного суда Самарской области от     19.01.2021  года,  по заявлению Администрации г.о. Тольятти.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что законодатель тем самым презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Таким образом, фактические обстоятельства настоящего спора свидетельствовали о том, что по состоянию на 01.04.2016 должник являлся неплатежеспособным, вместе с тем руководитель должника не обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом, а продолжил вести хозяйственную деятельность, тем самым значительно увеличив задолженность перед кредиторами.

Проанализировав в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, в том числе анализ финансового состояния должника, его бухгалтерские балансы, применительно к заявленной конкурсным управляющим дате, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии у руководителя должника ФИО4 обратиться в суд с соответствующим заявлением с учетом даты вступления в должность (15.08.2016) с учетом периодичности арендных платежей не позднее 01.10.2016. 

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника. 

За вменяемый период у должника возникли обязательства перед Администрацией г.о. Тольятти, ПАО СБЕРБАНК, ГК развития «ВЭБ.РФ».

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО4 о том, что им принимались меры по выводу должника из состояния убыточности доказательств наличия какого-либо экономически обоснованного плана по выводу должника из финансового кризиса в материалы дела не представлено.

Судом первой инстанции не установлено наличие основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности за искажение данных финансовой бухгалтерской отчетности ООО «ЦК Тольятти» (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки данного вывода суда первой инстанции.

Из подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе искажение данных бухгалтерского учета бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного.

Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума №53, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.05.2018 N 305-ЭС17-21627).

Заявляя требования, конкурсный управляющий ссылается на данные упрощенной бухгалтерской (финансовой) отчетностью ООО «ЦК Тольятти», согласно которым: на 31.12.2020 в составе активов должника числятся финансовые и другие оборотные активы ООО «ЦК Тольятти» на сумму 12.724.000,00 рублей; на 31.12.2019 - на сумму 12.775.000,00 рублей; на 31.12.2018 - на сумму 12.775.000,00 рублей, на 31.12.2017 - на сумму 12.775.000,00 рублей, на 31.12.2016 - на сумму 12.775.000,00 рублей, то есть показатели финансовой бухгалтерской отчетности ООО «ЦК Тольятти» идентичны из года в год, что, по мнению конкурсного управляющего не отражает признакам достоверности.

Судом первой инстанции установлено, что у ООО «ЦК Тольятти» отсутствуют заявленные активы, поскольку 29 декабря 2007 года Мэрией г.о. Тольятти и ООО «ЦК Тольятти» заключен договор №2862 на реализацию инвестиционного проекта строительства объекта на территории городского округа Тольятти.

На основании письма Департамента экономики Мэрии г.о. Тольятти исх. № 2422 от 26.12.2007 ООО «ЦК Тольятти» перечислило денежные средства в сумме 8 776 000,00 рублей в Фонд «Городской центр проектного финансирования» по платежному поручению № 1 от 25.01.2008 года с назначением платежа «Взнос на оплату работ по созданию городской объектов социальной и инженерной инфраструктуры по инвестиционному договору № 2862 от 29.12.07г.».

Претензией от 30.12.2008 ООО «ЦК Тольятти» предложил Мэрии городского округа Тольятти и Фонду "Городской центр проектного финансирования" расторгнуть договор № 2862 от 29.12.2007 на реализацию инвестиционного проекта и произвести в течение 10 дней возврат денежных средств в размере 8 776 000 руб. Однако указанные денежные средства, не возвращены.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 11 июля 2010 года по делу № А55-739/2010 с Фонда «Городской центр проектного финансирования» в пользу ООО «Центр-Капитал Тольятти» взыскано 8 776 000 рублей неосновательного обогащения, а также 55 380 рублей расходов по уплате государственной пошлины, при этом, в ходе рассмотрения дела №А55-7339/2010 ООО «ЦК Тольятти» отказался от исковых требований к ответчику 1 (Мэрия городского округа Тольятти), и отказ принят судом.

Заочным решением Центрального районного суда г. Тольятти от 17 декабря 2012 года ликвидирован Фонд «Городской центр проектного финансирования».

15.03.2013 года внесена запись № 2136300008546 в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности Фонда «Городской центр проектного финансирования» и исключения из ЕГРЮЛ.

Возражая против заявленных требований, ответчик ФИО4 пояснял, что, он полагал, что к Администрации г.о. Тольятти перешли обязательства Фонда проекта финансирования по возврату ООО «ЦК Тольятти» денежных средств в порядке субсидиарной ответственности 

Доводы конкурсного управляющего о том, что к моменту назначения ФИО4 на должность директора в 2016 года у ООО «ЦК Тольятти» отсутствовали права требования как дебиторской задолженности, в связи с ликвидацией Ответчика, так и убытков с третьих лиц в связи с истечением сроков исковой давности, должник не заявлял о наличии встречной задолженности, а равно о зачете встречных однородных требований, не предъявляло требований о восстановлении в ЕГРЮЛ Фонда «Городской центр проектного финансирования», не выступало с предложением о заключении мирового соглашения, не могут быть поставлены в вину ФИО4, поскольку не доказано и не установлено, каким образом искажение в бухгалтерской отчетности должника повлияли на невозможность формирования конкурсной массы.

Определением арбитражного суда Самарской области от 08.09.2021 года по делу № А55-366/2021 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании у ФИО4 активов ООО «ЦК Тольятти» в связи с их отсутствием у должника.

С четом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности конкурсным управляющим причинно-следственной связи между недостоверным отражением данных в бухгалтерской отчетности должника, бездействием руководителя должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, поскольку искажение сведений в документах бухгалтерской отчетности должника в отсутствие имущества у должника, с учетом представленных в материалы дела пояснений ответчика о причинах соответствующих записей (предположение руководителя должника о наличии дебиторской задолженности, которая явилась невозможной ко взысканию) в отсутствие наличия причинно-следственной связи между отсутствием информации в бухгалтерских балансах и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника применительно к подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено наличие основания для привлечения ФИО4, ООО «Терминал», ООО «АвтоПарк», ООО «Автотранс», ООО «ПаркАвто», ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершение действий (использование схемы ведения финансово-хозяйственной деятельности), ухудшивших финансовое состояние должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения по данному основанию ООО «АвтоПарк», ООО «Автотранс», ООО «ПаркАвто», ФИО3

При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума от 21.12.2017 N 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

В пункте 16 постановления Пленума от 21.12.2017 №53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

К ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки (по смыслу абзаца третьего пункта 16 постановления от 21.12.2017 N 53) и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения. В связи с этим надлежит определить степень вовлеченности каждого из ответчиков в процесс вывода спорных активов должника и их осведомленности о причинении данными действиями значительного вреда его кредиторам.

Материалами дела установлено, что во временном владении и пользовании ООО «Центр-Капитал Тольятти» находился предоставленный Администрацией г.о. Тольятти земельный участок площадью 14.270 кв.м. с кадастровым номером 63:09:0102153:3425, расположенный по адресу: г. Тольятти, Автозаводский район, западнее здания по ул. Борковской, 84, на основании договора аренды земельного участка № 2963 от 06.06.2014 года.

В пункте 8.3. Договора аренды Стороны установили, что передача прав и обязанностей по договору аренды земельного участка третьему лицу, а также передача права аренды в залог, производится при согласии Арендодателя.

В материалы дела представлены документы, объективно свидетельствующие о безвозмездной передаче прав аренды на земельный участок от ООО «ЦК Тольятти» на ООО «Терминал», в отсутствие уведомления и согласия Администрации г.о. Тольятти. Директором ООО «Терминал» являлся также ФИО4

ООО «ЦК Тольятти» в период с 2017 года по 2021 года передал ООО «Терминал» (единственный участник ФИО3) данный земельный участок, являющийся единственным активом должника, в безвозмездное владение и пользование, в т.ч. на основании следующих сделок: договор безвозмездного пользования земельным участком б/н от 16 мая 2017 года, заключенного между ООО «Центр-Капитал Тольятти» - «Ссудодатель» и ООО «Терминал» «Ссудополучатель»; договор субаренды земельного участка б/н от 29 мая 2017 года заключенного между ООО «Центр-Капитал Тольятти» - «Арендодатель» и ООО «Терминал» - «Субарендатор»; договор безвозмездного пользования земельным участком б/н от 16 апреля 2018 года, заключенного между ООО «Центр-Капитал Тольятти» - «Ссудодатель» и ООО «Терминал» -«Ссудополучатель»; договор безвозмездного пользования земельным участком б/н от 16 марта 2019 года,  заключенного между ООО «Центр-Капитал Тольятти» - «Ссудодатель» и ООО «Терминал» «Ссудополучатель»; договор безвозмездного пользования земельным участком б/н от 16 февраля 2020 года, заключенного между ООО «Центр-Капитал Тольятти» - «Ссудодатель» и ООО «Терминал» «Ссудополучатель».

Определением арбитражного суда Самарской области от 08 февраля 2023 года при новом рассмотрении обособленного спора по делу №А55-366/2021 признаны недействительными договоры безвозмездного пользования земельным участком б/н от 16 апреля 2018 года, от 16 марта 2019 года, от 16 февраля 2020 года, заключенные между ООО «Центр-Капитал Тольятти» и ООО «Терминал».

В оспаривании договоров от 16 мая 2017 года и 29 мая 2017 года отказано, в связи с применением пограничного 3-х летнего срока для оспаривания сделок должника.

Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20 апреля 2023 года Определение Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2023 по делу №А55-366/2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Постановлением арбитражного суда Поволжского округа от 10 августа 2023 года по делу №А55-366/2021 определение Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2023 по делу №А55-366/2021 в части применения последствий недействительности сделок изменено. Взысканы с общества с ограниченной ответственностью «Терминал» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Центр-Капитал Тольятти» денежные средства в размере 1 855 380, 45 рублей. В остальной части определение Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2023 по делу № А55-366/2021 оставлено без изменения.

Судами установлено, что спорные сделки совершены в отсутствии согласия Администрации г.о. Тольятти, несмотря на обязанность, предусмотренную в пункте 8.3 договора аренды, данное условие не оспорено, недействительным не признано. Пояснения ФИО4 о том, что ему представитель Администрации сообщил об ошибочном прекращении договора аренды, правомерно отклонены судом первой инстанции как несоответствующие обстоятельствам, установленным в рамках дел А55-24304/2020 и №А55-21841/2020. При этом заключение оспариваемых договоров от 16.03.2019, от 16.02.2020 после получения уведомления о прекращении договора аренды не соответствует принципу разумности и добросовестности

При этом сам факт наименования договоров - договор безвозмездного пользования земельным участком, не может служить безусловным основанием для его правовой квалификации.

Судами отмечено, что согласно устным пояснениям ФИО4 земельные участки предоставлялись для проведения работ по строительству торгового центра. Кроме того, в материалы дела не представлены доказательства проведения работ, при этом материалами дела подтверждается, что земельный участок использовался под платную автостоянку.

Доводы заявителя жалобы о том, что ООО «Терминал» не заключало договоры на стоянку транспортных средств на участке ООО «ЦК Тольятти» отклонены судебной коллегией суда апелляционной инстанции, как не подтвержденные материалами дела. Доводы ФИО4 об отсутствии доказательств использования переданного земельного участка не соответствуют действительности и опровергаются представленными конкурсным управляющим документами. Так, из постановления Управления Росреестра по Самарской области от 16.10.2019, 03.08.2020, акта рейдового осмотра от 23.06.2020 следует, что на спорном земельном участке присутствуют строительные вагончики, иногда находится строительная техника и служебный транспорт, установлено КТП, расположена стоянка грузовых автомобилей и автобусов. Актами осмотра от 30.12.2021 и 12.05.2022 также установлено, что земельный участок используется под отстой легковых автомобилей, грузового и пассажирского транспорта, на участке расположены бетонные блоки, строительный мусор, шины, бытовки, вагончики.

Судами приняты в качестве относимого доказательства свидетельские показания ФИО6, со слов которого фактическое пользование и распоряжение земельным участком, предоставленным ООО «Центр-Капитал Тольятти» по договору аренды № 2963 от 06.06.2014, осуществлял ФИО4, при этом свидетель подтвердил факт стоянки своих автотранспортных средств на участке должника с оплатой наличных денежных средств ФИО4 Как следует из материалов дела, показания свидетеля подтверждаются ранее представленными в материалы дела актами осмотра.

Судом апелляционной инстанции отмечено, что в обычной хозяйственной практике один хозяйствующий субъект не передает другому хозяйствующему субъекту свой основной актив в безвозмездное пользование, продолжая при этом нести обязательства по его содержанию и оплате аренды и не получая хотя бы полной компенсации своих затрат. Исходя из буквального толкования условий спорных сделок должник, не получая никакого дохода и экономической выгоды от использования земельного участка ответчиком, фактически кредитовал хозяйственную деятельность ООО «Терминал», имея значительную задолженность по арендной плате за земельный участок перед Администрацией г.о. Тольятти, которую ни должник, ни ответчик не погашали.

Договорами безвозмездного пользования земельным участком предусмотрены такие условия, при которых должник передал ООО «Терминал» в безвозмездное пользование свой основной актив -право аренды земельного участка, не получая какойлибо имущественной или иной выгоды, продолжая при этом нести обязательства по его содержанию, по оплате аренды. Такие соглашения не соответствуют рыночным, существенно в худшую для должника сторону отличаясь от подобных соглашений, заключаемых по общим правилам статьи 695 ГК РФ, согласно которым обязанность по содержанию вещи, полученной в безвозмездное пользование, возлагается на лицо, получившее такое право пользования.

По договорам безвозмездного пользования земельный участок передавался в целях строительства торгового комплекса, устройства парковки и подъездных путей. Доказательств того, что должник и ответчик приступили к строительству объекта, в материалы дела не представлено, при этом экономический смысл заключения оспариваемых сделок ни должником, ни ответчиком не обоснован.

Судами установлено, что ООО «Терминал» не приступал и не мог приступить к строительству торгового комплекса, а устройство подъездных путей было необходимо для организации парковки. 

Основной вид деятельности ООО «Терминал» (ОКВЭД- 49.4 Деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам) не связан с выполнением строительно-монтажных работ, требующихся для строительства торгового комплекса. ООО «Терминал» не является членом СРО, в соответствии с частью 2 статьи 47 Градостроительного кодекса Российской Федерации от 29.12.2004 №190-ФЗ (ред. от 14.07.2022). Договор, заключенный между ООО «ЦК Тольятти» и ООО «Терминал», предметом которого является строительство (осуществление деятельности связанной со строительством) торгового комплекса, в материалы дела не представлен.

Судами также установлено отсутствие наличия у ООО «ЦК Тольятти» штата, денежных средств, имущества, материалов, запасов, необходимых для строительства торгового комплекса, так же как и строительных материалов, приобретенных третьими лицами и переданных на давальческой основе ООО «ЦК Тольятти». При этом, исключается возможность выполнения ООО «Терминал» работ по строительству торгового комплекса, устройству парковки и подъездных путей собственными силами, так как среднесписочная численность ООО «Терминал» составляла: в 2018 году - 2 человека, в 2019 году - 2 человека, в 2020 году - 2 человека.

Судами указано, что аналитика выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Терминал» № 40702810811190006001 в ПАО ВТБ за период с 2017 года по 2018 год, №40702810154400034077 в ПАО Сбербанк за период с 05.03.2018 года по 01.09.2021 года, свидетельствует об отсутствии у ООО «Терминал» расходов, связанных с приобретением строительных материалов, оплатой услуг спецтехники, оплатой услуг лиц привлеченных для выполнения строительно-монтажных работ.

Судом первой и апелляционной инстанции отмечено, что договор на подготовку проектно-разрешительной документации на строительство торгового комплекса по адресу: Самарская область, г. Тольятти, Автозаводский район, западнее здания по ул. Борковская, 84, заключен между ООО «ЦК Тольятти» и ООО «СРЕДА», ИП ФИО7 - 20.08.2018. Разрешение на строительство №63302-1506-2018 выдано Администрацией г.о. Тольятти - 27.12.2018. При этом первый договор безвозмездного пользования земельным участком между ООО «ЦК Тольятти» и ООО «Терминал» в лице их единоличного исполнительного органа ФИО4, заключен уже в мае 2017 года. Таким образом, земельный участок передан в пользу ООО «Терминал» на безвозмездной основе задолго до подготовки проектной документации строительства торгового комплекса и получения разрешения на его строительство.

Судами отмечено, что материалами проверки Прокуратуры Автозаводского района г.о. Тольятти, при осуществлении фотофиксации выявленных нарушений подтвержден факт использования земельного участка ООО «ЦК Тольятти» не по целевому назначению в соответствии с его принадлежностью. Объекты, начатые и незавершенные строительством на территории земельного участка с кадастровый номер 63:09:0102153:3425, расположенного по адресу: Самарская область, г. Тольятти, западнее здания по ул. Борковской, 84, отсутствуют, что подтверждается - актом рейдового осмотра от 23.06.2020 № 5-103, проведенный специалистами отдела контрольных мероприятий управления административной практики и контроля администрации г.о. Тольятти.

Судами установлено, что оплата от третьих лиц за использование земельного участка принималась наличными средствами ФИО4, который являлся директором ООО «Терминал», что было установлено на судебном заседании при опросе свидетеля ФИО6, а также подтверждено непосредственно ФИО4, в том числе в отзыве от 25.01.2022.

Судами также дана оценка представленным ответчиком договорам на предоставление стоянки для автомобилей, суды отметили, что указанные документы не опровергают утверждения конкурсного управляющего, поскольку территория земельных участков, находящихся во временном владении ООО «ЦК Тольятти» с кадастровым номером 63:09:0102153:3425 и ООО ПКФ «МЦКП» с кадастровым номером 63:09:0102153:619, огорожена таким образом, что имеет единое ограждение и используется как единое землепользование под автостоянку. Представленные договоры не позволяют идентифицировать участки, на которых фактически размещались для стоянки транспортные средства и иная спецтехника. Предметом договоров, заключенных ООО «Терминал» с контрагентами на предоставление территории под автостоянку, является, в том числе, осуществление охраны указанных в договорах транспортных средств силами и средствами ООО «Терминал» за все время нахождения автомобилей на стоянке, при этом установлено, что ООО «Терминал» не имело достаточных трудовых ресурсов для обеспечения сохранности переданного на хранение имущества собственными силами, без привлечения сторонних ресурсов.

Судами также установлено, что в материалы дела конкурсным управляющим представлены ответы регистрирующих органов, в соответствии с которыми у ООО «ЦК Тольятти» отсутствовало ликвидное имущество, которое могло обеспечить исполнение обязательств перед кредиторами.

На момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку со стороны ООО «ЦК Тольятти» были приостановлены расчеты по исполнению обязательств с кредитором Администрация г.о. Тольятти. В соответствии со справкой Администрации г.о. Тольятти от 10.03.2021 период образования задолженности ООО «ЦК Тольятти» составляет с 20.06.2014, размер задолженности подтвержден судебными актами от 25.07.2017 по делу №А55-11184/2017, от 10.02.2020 по делу №А55-29625/2018, от 28.11.2019 по делу №А55-14480/2019, определением Арбитражного суда Самарской области от 20.04.2020, об исправлении описки/опечатки от 05.03.2020 по делу №А55-20054/2019, от 07.09.2020 по делу №А55-17159/2020, от 24.09.2020 по делу №А55-582/2020.

Судами отмечено, что наличие у должника цели причинения вреда имущественным правам кредиторов следует из того, что на момент совершения оспариваемых сделок ООО «Центр-Капитал Тольятти» являлось неплатежеспособным, так как не погашало денежные обязательства (задолженность по арендной плате перед Администрацией г.о. Тольятти), отсутствовало какое-либо имущество (довод о наличии дебиторской задолженности отклонен как основанный на неверном введении бухгалтерской документации), при этом оспариваемые договоры совершены безвозмездно и в отношении аффилированного лица, после совершения сделки по передаче имущества ФИО4 продолжал использовать земельный участок через аффилированные структуры. 

ООО «Терминал» осведомлено об указанной цели должника в силу своей заинтересованности (статья 19, абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). 15.08.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись об утверждении ФИО4 в должности директора ООО «ЦК Тольятти», 01.09.2017 в ЕГРЮЛ внесена запись о единственном участнике ООО «ЦК Тольятти» ФИО4, директором ООО «Терминал» являлся также ФИО4

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии в материалах дела доказательств для признания договора от 16.02.2020 недействительным по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, признания сделок от 16.04.2018, 16.03.2019 и 16.02.2020 недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что оспариваемые сделки фактически регулировали подрядные отношения, где ООО «Терминал» совершало работы по освоению и благоустройству участка, подлежит отклонению, поскольку по оспариваемым сделкам земельный участок передавался безвозмездно в целях строительства торгового комплекса, при этом указанными договорами какие-либо встречные подрядные обязательства ответчика не предусмотрены.

Довод кассатора о том, что площадь земельного участка по договору аренды 14 270 кв.м, площадь участка, указанная в оспоренных договорах составляет 1 427 кв.м, судом округа отклоняется, поскольку из буквального толкования договоров безвозмездного пользования следует, что предметом оспариваемых договоров является земельный участок с кадастровым номером 63:09:0102153:3425 полностью, а не его часть, при этом земельный участок передается безвозмездно в целях строительства объекта - Торговый комплекс, в том числе по заявлению самого ФИО4 - для работ по освоению и благоустройству участка, соответственно предполагалось использование всего земельного участка.

Кроме того в соответствии с Актом приема-передачи имущества под охрану (приложение №1 к договору оказания охранных услуг от 01.06.2017) ООО «Терминал» передал, а ООО ЧОО «Тайфун» приняло под охрану земельный участок с кадастровым номером 63:09:0102153:3425 площадью 14 270 кв.м., что также подтверждает факт использования ответчиком спорного земельного участка площадью 14 270 кв.м.

Довод заявителя кассационной жалобы о необходимости применения иного коэффициента использования земельного участка, также подлежит отклонению, поскольку согласно договору аренды и оспариваемым договорам безвозмездного пользования земельный участок передавался для строительства торгового комплекса, при этом сведений об изменении целевого назначения земельного участка ответчиком не представлено.

С учетом изложенного, судом сделан верный вывод, что в результате совершения оспариваемой сделки из владения и пользования ООО «ЦК Тольятти» выбыл единственный актив, способный обеспечить исполнение обязательств перед кредитором Администрацией г.о. Тольятти.

Указанные действия привели к направлению денежных потоков на ООО «Терминал» и ФИО4

Сумма оборотов по счету ООО «Терминал» №40702810154400034077 в ПАО Сбербанк за период с 05.03.2018 года по 01.09.2021 год составила 11 087 636,51 рублей.

Сумма оборотов по счету ООО «Терминал» № 40702810811190006001 в ПАО ВТБ за период с 2017 года по 2018 год составила 5 979 942,90 рублей.

Совокупный оборот по счетам ФИО4 в ПАО "Сбербанк" за период с 15 августа 2016 года по 2021 год составил более 14 249 167,97 руб.

В тоже время аналитика движения денежных средств по расчетным счетам ООО "ЦК Тольятти" за период с 2016 года по 2021 год показала, что в совокупности обороты по счетам составили 29 479 руб.

Общим активом вышеуказанных субъектов является земельный участок кадастровый номер 63:09:0102153:3425 площадью 14270 квадратных метров, расположенный по адресу: Самарская область, г. Тольятти, западнее здания по ул. Борковской, 84 предоставленный ООО «ЦК Тольятти» Администрацией г.о. Тольятти в рамках договора аренды земельного участка № 2963 от 06.06.2014 года во временное владение и пользование.

Оплата от третьих лиц за использование земельным участком принималась наличными средствами ФИО4, что было установлено на судебном заседании при опросе свидетеля ФИО6, а также подтверждено непосредственно ФИО4, в т.ч. в отзыве от 25.01.2022 года.

Таким образом, ФИО4 использована такая система организации предпринимательской деятельности, при которой на стороне ООО «ЦК Тольятти» аккумулируется основная долговая нагрузка перед Администрацией г.о. Тольятти по платежам за аренду земельных участков, а в пользу ООО «Терминал» и ФИО4 перераспределяется совокупной доход, получаемый от осуществления деятельности на данном земельном участке.

Соответственно, ООО «Терминал» и ФИО4 являются контролирующими выгодоприобретателями, извлекшими существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает ошибочным вывод суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по вышеназванному основанию ФИО3 (единственный участник ООО «Терминал» в период с 22.05.2013 по 05.07.2021) на основании следующего.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.05.2016 N 309-ЭС16-2241).

С учетом разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 20 постановления от 21.12.2017 №53, в случае недоказанности оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения этого лица, влекущего иную ответственность, в том числе, установленную в статье 53.1 ГК РФ, суды не лишены возможности принять решение о возмещении таким лицом убытков в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления его нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) и неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать факт причинения вреда, противоправность действий ответчика и наличие причинной связи между этими действиями и нанесенным вредом, а также размер подлежащих возмещению убытков.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий в действиях контролирующих должника лиц исключает возможность применения ответственности.

Признавая ФИО3 контролирующим должника лицом и приходя к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции указал на то, что действия ФИО3 и других соответчиков являлись согласованными, скоординированными, направленными на реализацию общего противоправного намерения, а также о том, что ФИО3 является лицом, участвующим в перераспределении совокупного дохода посредством соответствующей организации предпринимательской деятельности.

Привлекая ФИО3 к субсидиарной ответственности в связи с указанными согласованными действиями, суд первой инстанции не установил, какие именно согласованные действия осуществлялись ФИО3 и в чем они выражались, суд также не установил, получил ли ФИО3 в результате вменяемых ему согласованных действий какую-либо необоснованную имущественную выгоду, в чем выразилась полученная выгода и является ли данная имущественная выгода существенной относительно масштабов деятельности должника; имеет ли ФИО3 экономическую заинтересованность в хозяйственной деятельности должника; не определил степень вовлеченности ФИО3 в процесс управления должником и возможность влияния на его деятельность.

Для утверждения о том, что ФИО3 является бенефициаром (получателем) активов должника заявителю необходимо было доказать факт получения прибыли ответчиком, а также факт свободного перемещения денежных средств внутри указанной группы путем перераспределения активов должника целенаправленно в пользу ответчика на безвозмездной основе, однако в материалы дела такие доказательства представлены не были. 

Доказательств какие именно действия учредителя причинили существенный вред должнику и послужили объективной причиной банкротства материалы дела не содержат. 

Согласно ответу Межрайонной ИФНС России № 2 по Самарской области от 12.07.2022 на запрос конкурсного управляющего, источником дохода ФИО3 является заработная плата по месту работы в ООО «Инфолада»; ФИО3 в спорный период не приобретал никакого движимого и недвижимого имущества. Выписки по движению денежных средств по расчетным счетам ФИО3 не содержат сведений о получении или сбережении денежных средств ни от ФИО4, ни от аффилированных с ним юридических лиц.

При таких обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о наличии у ФИО3 статуса контролирующего должника лица не может быть признан обоснованным и соответствующим фактическим обстоятельствам дела. 

Доказательств наличие вины ФИО3 и причинно-следственной связи между вменяемыми его деяниями и банкротством должника в материалы дела не представлено. 

Суд апелляционной инстанции также не может согласиться с выводом суда первой инстанции о возможности ФИО3 оказывать влияние на должника, а также о наличии экономической заинтересованности ФИО3 в хозяйственной деятельности должника.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО3 являлся учредителем ООО «Терминал» с 22.05.2013 по 05.07.2021 с 100% долей участия в уставном капитале, 05.07.2021 в ЕГРЮЛ внесены сведения о новом участнике со 100% долей - ФИО4

Доказательств участия ФИО3 в управлении обществом не представлено.

Факт реального участия ФИО3 в деятельности ООО «Терминал» и его действий как учредителя Общества не может подтверждается только представленными в материалы дела документами, подписанными ФИО3 как учредителем организации и заверенными печатью общества: 13.05.2013 решение единственного учредителя об учреждении ООО «Треминал» и назначении директора - ФИО4, 24.08.2017 - решение единственного участника общества об изменении юридического адреса, 19.12.2017 - решение единственного участника общества о продлении полномочий директора ФИО4, 20.12.2017 - Решение единственного участника общества о продаже доли в размере 100 % уставного капитала ФИО4 Во исполнение указанного решения был заключен договор купли-продажи от 20.12.2017, удостоверенный нотариусом г. Тольятти, зарегистрирован в реестре за №3-5183. Соответствующие изменения внесены в ЕГРЮЛ 05.07.2021.

Действия по продаже долей участия свидетельствуют об отсутствии заинтересованности ФИО3 в корпоративном управлении ООО «Терминал» и подтверждают формальность его участия в обществе, а также тот факт, что фактический контроль над обществом осуществлял директор ФИО4

Таким образом, предусмотренная подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпция контроля над должником у лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, в рассматриваемом случае не применима в связи с недоказанностью факта получения ФИО3 выгоды в результате совершенных сделок ООО «Терминал» с должником.

Также суд апелляционной инстанции не соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Автотранс», ООО «Автопарк», ООО «ПаркАвто» как конечных бенефициаров, получивших выгоду при использовании схемы распределении «ролей» среди аффилированных хозяйствующих субъектов в т.ч.: ООО «Автотранс», ООО «ПаркАвто», ООО «Автопарк» - балансодержатели имущества. 

Само по себе наличие между должником и ответчиком экономической взаимосвязи, их принадлежность к одной группе компаний и свободное перемещение активов внутри этой группы не свидетельствует о сокрытии имущества должника, либо намерении должника причинить вред кредиторам.

В материалы дела не представлены доказательства извлечения материальной выгоды в результате совершенных сделок между ответчиками и должником, равно как и доказательства того, что создание указанных юридических лиц в составе группы компаний было направлено на перераспределение имущества и прибыли должника в целях сокрытия от кредиторов.

Совпадение учредителя не свидетельствует о получении незаконной выгоды или фиктивности сделок, поскольку действующее законодательство не содержит ограничений для физических лиц относительно количества юридических лиц, учредителями которых они могут являться. 

Самостоятельное определение формы ведения предпринимательской деятельности (в том числе осуществление ее как одним субъектом предпринимательской деятельности, так и несколькими), особенности управления организацией, условия заключаемых гражданско-правовых договоров, ведение предпринимательской деятельности совместно с другими участниками гражданского оборота, использование одного бренда (общей вывески), отвечающее требованиям гражданского законодательства в Российской Федерации, сами по себе не могут рассматриваться в качестве оснований для привлечения лица к субсидиарной ответственности.

Надлежащих доказательств, подтверждающих доводы заявителя в части создания схемы по распределению прибыли и убытков посредством разных юридических лиц в материалы дела не предоставлены.

В соответствии с п. 7 Пленума №53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Не может служить свидетельством создания схемы "центр убытков" - "центр прибыли" при отсутствии доказательств получения указанными обществами необоснованного предоставления со стороны должника и возложения ими на должника расходов, обусловленных деятельностью обществ и получения ими прибыли.

В этой связи указанные конкурсным управляющим доводы отклоняются коллегией судей апелляционной инстанции, исходя из обстоятельств, установленных при разрешении спора, обстоятельства, касающиеся приобретения указанными обществами активов (транспортных средств), а равно обстоятельства, при которых они стали собственниками указанных активов не имеют значения для разрешения спорных правоотношений, не могут являться основанием для привлечения их к ответственности по обязательствам должника, поскольку, будучи законными собственниками соответствующих активов, были вольны распоряжаться ими посредством заключения гражданско-правовых сделок, в том числе с участием должника, в отношении которых не установлено признаков недействительности, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Поскольку необходимым условием возложения субсидиарной ответственности является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство) 

Оснований для принятия решения о возмещении указанными лицами убытков по правилам статей 15, 393 ГК РФ, не установлено. 

Поскольку оснований для привлечения ООО «Автотранс», ООО «Автопарк», ООО «Автотранс» судом апелляционной инстанции не установлено, то доводы относительно участия ФИО3 в ООО «Автотранс», не являются обоснованными и подлежат отклонению как несостоятельные.

Повторно исследовав в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, проанализировав вышеперечисленные нормы права в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии совокупности условий для привлечения ООО «Автотранс», ООО «Автопарк», ООО «Автотранс» и ФИО3 к субсидиарной ответственности, признав доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ООО «Терминал».

Довод заявителей апелляционной жалобы о подготовке к строительству торгового комплекса отклоняется судебной коллегией, поскольку противоречит установленным по делу обстоятельствам. 

Является несостоятельным аргументы заявителей апелляционной жалобы о необоснованном включении в размер субсидиарной ответственности требований Администрации г.о. Тольятти, поскольку основаны на неверном толковании правовых норм. 

Согласно п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности, подлежащий взысканию с ответчика за невозможность полного погашения требований кредиторов по обязательствам должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве), поглощает размер ответственности за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве), привлечение контролирующего должника лица к ответственности за неподачу заявления в суд о банкротстве общества не влияет на размер его ответственности по статье 61.11. Закона о банкротстве.

Согласно сведениям конкурсного управляющего в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 7 812 251 руб. 40 коп.

Все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу (пункт 1 статьи 131 Закона о банкротстве).

Требования кредиторов, а также погашение текущих обязательств должника, в соответствии со статьей 134 Закона о банкротстве, происходит за счет конкурсной массы должника.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о невозможности определения размера субсидиарной ответственности, поскольку на текущий момент расчеты с кредиторами не завершены.

С общества с ограниченной ответственностью «Терминал» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Центр-Капитал Тольятти» взысканы денежные средства в размере 1 855 380, 45 рублей. Доказательств поступления указанных денежных средств в конкурсную массу должника в материалы дела не представлено. 

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости приостановления производства по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 269 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

С учетом вышеизложенного, судебный акт суда первой инстанции подлежит отмене в порядке п. 2 ст. 269 АПК РФ в связи на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 АПК РФ. с принятием по делу нового судебного акта о признании доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ООО «Терминал» по обязательствам ООО «Центр-Капитал Тольятти». 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 08 февраля 2023 года по делу № А55-366/2021 отменить. Принять по делу новый судебный акт.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ООО «Терминал» по обязательствам ООО «Центр-Капитал Тольятти».

Приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами.

Возвратить ФИО3 из федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       О.А. Бессмертная

Судьи                       Ю.А. Бондарева

                                                                                                                      Г.О. Попова