ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-7357/2018

05 февраля 2025 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Бурденкова Д.В.

судей Аносовой Н.В., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Вороной Б.И.,

при участии: 

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 13.07.2020 (посредством системы «веб-конференция»),

от финансового управляющего имуществом должника ФИО3: ФИО4 по доверенности от 01.08.2024 (посредством системы «веб-конференция»),

от иных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-36645/2024) ФИО5 на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 03.10.2024 по делу № А26-7357/2018 (судья Николенко А.В.), принятое 

по заявлению ФИО5 о признании незаконными действий (бездействия) финансового управляющего ФИО3., об обязании финансового управляющего внести в реестр требований кредиторов должника запись о погашении требований ФИО1 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5,

установил:

определением Арбитражного суда Республики Карелия от 26.06.2018 к производству суда первой инстанции принято заявление ФИО5 (ИНН 

<

***>) о признании его банкротом.

Определением суда первой инстанции от 05.10.2018 заявление ФИО5 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Решением суда первой инстанции от 10.07.2019 ФИО5 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

От ФИО5 поступило заявление, с учетом принятых судом первой инстанции уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), содержащее требования о признании незаконными следующих действий (бездействия) финансового управляющего ФИО3: 

1) Неисполнение вступившего в законную силу определение суда первой инстанции по настоящему делу от 10.05.2023 об исключении из реестра требований ФИО5 требования ФИО1 в размере 569 010 руб. основного долга, 43 554, 66 руб. процентов, 165 000 руб. неустойки, установленных определением суда первой инстанции от 08.05.2019 как обеспеченных залогом имущества должника, уклонение от внесения соответствующих изменений в реестр требований кредиторов должника, что выразилось в следующем: 

- в представленных арбитражным управляющим реестрах требований кредиторов от 01.12.2023, от 01.02.2024 и от 03.03.2024 в таблице 7 не заполнена графа 5 (не указаны паспортные данные кредитора ФИО1), что является нарушением пункта 1 Общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 09.07.2004 № 345 (далее - Общие правила);

- в реестрах требований кредиторов от 01.12.2023, от 01.02.2024 и от 03.03.2024 в таблицах 7, 8, 9 не заполнена графа 10 (нет отметки о внесении изменений в связи с погашением требований кредитора, нет реквизитов документа, на основании которого вносятся изменения), что является нарушением пунктов 5 и 6 Общих правил;

- в реестре от 01.02.2024 не заполнена таблица 10, что является нарушением Общих правил и Методических рекомендаций по заполнению типовой формы реестра требований кредиторов, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 01.09.2004 № 234 (далее - Методические рекомендации);

- в реестре от 03.03.2024 в таблице 10 указаны не соответствующие действительности сведения, а именно, в графах 2-8 содержатся ссылки на чек-ордер и 2022 год, что является нарушением Общих правил и Методических рекомендаций;

- в реестре от 01.12.2023 в таблице 10 не заполнены графы 2,5,6,7,8, а именно: в графе 2 отсутствуют сведения о дате внесения записи о погашении, что является нарушением пункта 1.3 Методических рекомендаций; в графе 5 не указаны реквизиты документа, на основании которого осуществляется погашение требований кредиторов данной очереди (не указаны наименование документа, дата его принятия, номер документа), что является нарушением пунктов 1.10-1.13 Общих правил; в графе 6 не указана сумма погашения в рублях, что является нарушением пункта 1.2 Методических рекомендаций; в графе 7 не указано процентное отношение погашенной суммы к общей сумме требования, что является нарушением Методических рекомендаций; в графе 8 не указана дата погашения требования, что является нарушением пункта 1.3 Методических рекомендаций;

2) Принятие от ФИО1, поименованного «залоговым кредитором», утвержденного им Положения о порядке, о сроках и об условиях продажи имущества/лота должника ФИО5;

3) Публикация в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве сведений об определении начальной продажной цены, об утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, порядка и условий обеспечения сохранности предмета залога (сообщение № 13488654);

4) Направление в Арбитражный суд Республики Карелия, должнику и кредиторам уведомления об утверждении Положения о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества должника.

Кроме того, заявление ФИО5 содержит следующие требования: 

- об обязании финансового управляющего внести в реестр требований кредиторов ФИО5 запись о погашении требований ФИО1;

- об обязании финансового управляющего обратиться в Росреестр с заявлением о погашении записи о залоге имущества должника;

- об отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей финансового управляющего в настоящем деле о банкротстве ФИО5

Определением от 03.10.2024 суд первой инстанции в удовлетворении заявления ФИО5 отказал.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО5 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права и несоответствие выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела, просил определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО5 указал: на неисполнение финансовым управляющим ФИО3 определения Арбитражного суда Республики Карелии от 10.05.2023; на ненадлежащее оформление финансовым управляющим таблицы 10 в реестре требований кредиторов от 01.12.2023, что нарушило права и законные интересы ФИО5; на необходимость обязать финансового управляющего обратиться в Росреестр с заявлением о погашении записи о залоге в отношении имущества должника.

От ФИО1, финансового управляющего и союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело» поступили отзывы, в которых просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании представители ФИО1, финансового управляющего против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, просили в удовлетворении жалобы отказать, полагая судебный акт первой инстанции законным и обоснованным.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 9, 65 АПК РФ, отказал в приобщении к материалам обособленного спора отзыва САУ «СРО «Дело» на апелляционную жалобу, в связи с его незаблаговременным представлением в суд апелляционной инстанции; отсутствием доказательств направления лицам, участвующим в деле. В связи с тем, что отзыв направлены в апелляционный суд в электронном виде, документы на бумажном носителе заявителю не отправляются.

Остальные поступившие документы были приобщены апелляционным судом к материалам обособленного спора в порядке статьи 268 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Карелия от 08.05.2019 установлено требование ФИО1 к ФИО5 в размере 10 974 690, 71 руб. 

Указанным определением суд первой инстанции обязал финансового управляющего включить установленное требование в третью очередь реестра требований кредиторов; в части 569 010 руб. основного долга, 43 554, 66 руб. процентов и 165 000 руб. неустойки учитывать требование как обеспеченное залогом имущества должника (квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, общей площадью 41, 8 кв.м., кадастровый номер 10:01:000000:10473). 

Определением суда первой инстанции от 10.05.2023 удовлетворены заявления ФИО7 и ФИО5, из реестра требований кредиторов ФИО5 исключено требование ФИО1 в размере 569 010 руб. основного долга, 43 554, 66 руб. процентов, 165 000 руб. неустойки, установленное указанным определением суда первой инстанции от 08.05.2019 как обеспеченное залогом имущества должника. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 определение суда первой инстанции от 10.05.2023 отменено, принят новый судебный акт, которым производство по заявлению ФИО7 прекращено, в удовлетворении заявления ФИО5 отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.11.2023 года постановление апелляционного суда от 23.08.2023 отменено в части отказа в удовлетворении заявления ФИО5, определение суда первой инстанции от 10.05.2023 в указанной части оставлено в силе.

Представитель ФИО5 в суде первой инстанции полагал, что исключение обеспеченных залогом квартиры требований ФИО1 из реестра требований кредиторов имеет следствием освобождение соответствующей квартиры от обременения залогом, в связи с чем она не подлежит реализации в рамках процедуры банкротства должника. В связи с этим представитель полагал незаконными обжалуемые действия финансового управляющего, направленные на реализацию указанной квартиры.

Представители финансового управляющего и ФИО1 в суде первой инстанции возражали против удовлетворения заявления ФИО5 по основаниям, указанным в их письменных отзывах, а именно, полагали, что финансовым управляющим исполнено указанное определение суда от 10.05.2023, в реестр требований кредиторов должника внесена запись об исключении обеспеченного залогом требования ФИО1 из реестра требований кредиторов; допущенные при этом неточности в оформлении соответствующих разделов реестра не свидетельствуют о неисключении соответствующего требования ФИО8 из реестра. 

Доводы ФИО5 об освобождении соответствующей квартиры от обременения залогом в пользу Завьялова СТ. вследствие исключения залоговых требований последнего из реестра требований кредиторов представители финансового управляющего и ФИО1 полагали необоснованными, полагали, что указанная квартира подлежит реализации в рамках дела о банкротстве в целях погашения за счет средств, вырученных от ее продажи, мораторных процентов, начисленных на соответствующие залоговые требования ФИО1, и задолженности по коммунальным платежам

САУ «СРО «Дело» до судебного заседания представил в суд первой инстанции письменный отзыв, в котором полагал, что довод ФИО5 о неисключении финансовым управляющим залогового требования ФИО1 из реестра требований кредиторов не соответствует фактическим обстоятельствам. 

Саморегулируемая организация в отзыве также полагала, что исключение погашенных залоговых требований ФИО1 из реестра требований кредиторов не лишает залогового кредитора права на получение начисленных мораторных процентов за счет денежных средств от реализации залогового имущества.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления ФИО5

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве. Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в действиях, не причиняющих вреда кредиторам, должнику и обществу.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статьях 20.3 и 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение этих обязанностей является основанием для признания действий (бездействия) управляющего незаконными.

При рассмотрении заявлений и жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица.

В рассматриваемом случае, апелляционный суд отклоняет доводы подателя жалобы о том, что финансовым управляющим ФИО3 не исполнено определения Арбитражного суда Республики Карелии от 10.05.2023 в связи с их необоснованностью.

Резолютивная часть определения суда первой инстанции от 10.05.2023 обязывает финансового управляющего внести соответствующие требования в реестр требований кредиторов должника.

Судом апелляционной инстанции установлено, что финансовым управляющим ФИО3 данная обязанность была исполнена - к отчёту финансового управляющего, рассмотренному судом первой инстанции 04.12.2023, был представлен реестр требований кредиторов должника, в который была внесена соответствующая запись об исключении требований ФИО1 на общую сумму 777 564, 66 руб. со ссылкой на резолютивную часть (21.04.2023) определения суда первой инстанции от 10.05.2023.

Отчет и реестр требований кредиторов судом были рассмотрены, проверены и признаны корректными. 

Факт исключения из реестра требований кредиторов спорного требования ФИО1 был отмечен судом первой инстанции в тексте определения Арбитражного суда Республики Карелии от 04.12.2023; судом первой инстанции были также проверены отчёт и реестр требований кредиторов в марте 2024, что подтверждается определения Арбитражного суда Республики Карелии от 04.03.2024.

Апелляционная коллегия отмечает, что отчет финансового управляющего и реестр требований кредиторов не являются тождественными документами.

При этом исходя из установленного пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве принципа добросовестности и разумности действий арбитражного управляющего при исполнении возложенных на него обязанностей, сведения, отражаемые в таком отчете, должны быть достоверными и актуальными на дату представления отчета.

Так как денежные средства, перечисленные ФИО7 в адрес Завьялова СТ. не проходили через расчетный счет должника ФИО5 в процедуре реализации имущества, то указанные поступления невозможно отразить в отчете финансового управляющего о своей деятельности, соответственно и в отчете о движении денежных средств.

В реестр требований кредиторов принятый судебный акт об исключении из реестра требований кредиторов был исполнен финансовым управляющим своевременно, что соответствует записи в реестре.

Доказательств обратного в материалы обособленного спора не представлено.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО5 о ненадлежащем оформлении финансовым управляющим таблицы 10 в реестре требований кредиторов от 01.12.2023, так как вопреки требованиям статьи 60 Закона о банкротстве из заявления ФИО5 не усматривается, каким образом данное обстоятельство нарушило права и законные интересы ФИО5, учитывая, что информация, которая должна была содержаться в указанной таблице (сведения о погашении залоговых требований ФИО1), была известна ФИО5 вследствие того, что соответствующие требования Завьялова СТ. исключены определением суда первой инстанции от 10.05.2023 из реестра требований кредиторов по заявлению ФИО5

Принимая во внимание изложенное и учитывая отсутствие доказательств нарушения прав и законных интересов заявителя обжалуемыми действиями (бездействием) финансового управляющего, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении жалобы ФИО5 в части доводов о неисполнение финансовым управляющим определения арбитражного суда по настоящему делу от 10.05.2023 об исключении из реестра требований ФИО5 требования ФИО1

Апелляционная коллегия отклоняет довод должника о необходимости обязать финансового управляющего обратиться в Росреестр с заявлением о погашении записи о залоге в отношении имущества должника, как противоречащие материалам обособленного спора.

Из положений статьи 18.1, абзаца шестого пункта 4 статьи 134, статьи 138, пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве следует, что требования залогового кредитора удовлетворяются за счет стоимости предмета залога преимущественно перед другими кредиторами залогодателя.

Согласно расчету, представленному финансовым управляющим, мораторные проценты, начисленные на залоговые требования ФИО1, подлежащие в соответствии с определением суда первой инстанции от 10.05.2023 исключению из реестра требований кредиторов, составляют 222 254, 58 руб.

В свою очередь согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, раскрытой в определении от 26.06.2023 № 307-ЭС22-27054 по делу № А56- 51728/2020, в ситуации, когда в залог передано имущество, являющееся для должника и членов его семьи единственным пригодным для проживания помещением, мораторные проценты, начисленные на обеспеченное залогом обязательство подлежат преимущественной перед иными незалоговыми кредиторами выплате за счет денежных средств, полученных от реализации предмета залога. 

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (исполнительский иммунитет).

По смыслу действующего законодательства исполнительский иммунитет сохраняется в отношении долгов, не обеспеченных ипотекой единственного жилья. 

Аналогичный подход применим и для ситуации, когда по требованию залогодержателя квартира включена в конкурсную массу и после ее реализации и погашения основного долга остались денежные средства. 

По общему правилу такие средства были бы направлены иным (необеспеченным) кредиторам. Однако, поскольку иные кредиторы не имеют права претендовать на стоимость единственного жилья, то в силу принципа эластичности (суррогации) режим исполнительского иммунитета должен быть распространен и на заменившую квартиру ценность - оставшиеся денежные средства, которые следуют судьбе замененной ими вещи.

В результате этого находящиеся в иммунитете средства передаются только тому лицу, на которое иммунитет не распространяется - залоговому кредитору - по его обеспеченным требованиям более низкой очереди удовлетворения - по выплате мораторных процентов и финансовых санкций. 

Оставшиеся после этого средства в силу исполнительского иммунитета исключаются из конкурсной массы и передаются должнику в целях обеспечения его права на жилище (первоначальный взнос для приобретения нового жилья, аренда жилого помещения и т.д.).

Данная позиция была изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2023 № 307-ЭС22-27054 по делу № А56-51728/2020 и не была опровергнута постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа по настоящему делу от 21.11.2023.

В постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.11.2023 по настоящему делу, суд кассационной инстанции отметил, что само по себе исключение погашенных требований из реестра требований кредиторов не лишает залогового кредитора права на получение начисленных мораторных процентов за счет денежных средств от реализации залогового имущества в случае проведения торгов.

При изложенных обстоятельствах, мораторные проценты входят в состав процентов по требованию залогового кредитора, погашаемых в силу абзаца первого пункту 1 и абзаца первого пункта 2 статьи 138 Закона о банкротстве преимущественно перед требованиями остальных кредиторов (пункт 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 № 88).

Судом было установлено, что у ФИО5 имеется задолженность по текущим платежам, связанным с содержанием залоговой квартиры (коммунальным платежам), в размере 1 063 317, 82 руб. (т.д. 1, л.д. 116-117, 140-161). 

По смыслу положений пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве указанная задолженность по коммунальным платежам погашается также за счет средств от реализации предмета залога.

Следовательно, при наличии обязательств, обеспеченных залогом (мораторных процентах) обращение в Росреестр за погашением записи о залоге противоречит обстоятельствам дела и позициям судов вышестоящих инстанций.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении жалобы ФИО5 в части требования о признании незаконными действий финансового управляющего по реализации принадлежащей должнику квартиры, залогом которой обеспечены требования ФИО1, и в удовлетворении требования ФИО5 об обязании финансового управляющего обратиться в Росреестр с заявлением о погашении записи о залоге имущества должника.

При изложенных обстоятельствах, основания для отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей финансового управляющего отсутствуют.

Иные доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

ФИО5 не представлены доказательства, которые бы позволили арбитражному суду прийти к выводам о наличии иных фактических обстоятельств, которые бы могли повлиять на разрешение настоящего дела.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда Республики Карелия от 03.10.2024 по делу № А26-7357/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

Судьи

Н.В. Аносова

 И.В. Юрков