АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-19360/2022

Дело № А55-17934/2020

г. Казань

29 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Васильева П.П., Егоровой М.В.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Автосити-Универсал» ФИО1 

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 12.08.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022

по делу № А55-17934/2020

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Автосити-Универсал» ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника в рамках дела № А55-17934/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Автосити-Универсал»,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Волга-Сервис» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Автосити-Универсал» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 17.07.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Автосити-Универсал» (далее – ООО «Автосити-Универсал», должник).

Определением Арбитражного суда Самарской области  от 02.12.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утверждена ФИО1.

Объявление об открытии в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 224 от 05.12.2020.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.03.2021 ООО «Автосити-Универсал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО1

Конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и взыскании с него в пользу должника 915 215,93 руб., с учетом принятых судом уточнений; о признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Автосити–Универсал» в размере, равном совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника; о приостановлении рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «Автосити – Универсал» о привлечении контролирующего должника лица ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами, а также окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.08.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 определение Арбитражного суда Самарской области от 12.08.2022 оставлено без изменения.

Конкурсный управляющий ООО «Автосити-Универсал» ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Самарской области от 12.08.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 отменить, заявленные требования удовлетворить.

В кассационной жалобе заявитель приводит доводы о несоответствии выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела; о неправильном применении судами норм материального права.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для их отмены в силу следующего.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывал, что с 15.08.2018 до открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства руководителем должника являлся ФИО2

Определениями Арбитражного суда Самарской области от 24.03.2021 и 10.06.2021 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об истребовании у ФИО2 документов, суд обязал ФИО2 передать конкурсному управляющему ФИО1 печати, штампы, материальные и иные ценности должника, а также оригиналы документов в отношении должника.

01 августа 2022 г. конкурсному управляющему ООО «Автосити – Универсал» бывшим руководителем должника ФИО2 была передана часть документов, из которых следует, что 28.10.2019 между должником и ФИО3 был заключен договор аренды нежилого помещения, оплата по ранее указанному договору в общей сумме 158 700 руб. проводилась ФИО4 с указанием наименования платежа «за ООО «Автосити – Универсал» (квитанция к ПКО № 01 от 10.01.2020, квитанция № 15 от 06.12.2019, квитанция № 02 от 18.02.2018, квитанция № 03 от 15.03.2020, квитанция № 04 от 15.04.2022, квитанция № 05 от 08.05.2020), с указанием на то, что конкурсному управляющему не были переданы документы, подтверждающие факт аренды нежилого помещения, а также обстоятельства внесения оплаты третьи лицом оплаты по договору аренды нежилого помещения, которые позволили бы провести анализ сделок должника; ФИО2 конкурсному управляющему была передана кассовая книга за 2020 год, согласно которой по ПКО № 01 от 10.01.2020 ФИО5 была внесена в кассу сумма 6380 руб. и ПКО № 02 от 03.02.2022 ФИО6 была внесена сумма 11 248 руб., накладные, которые указаны, в основание ПКО, не представлены; указав, что на основании платежной ведомости № 01 от 10.01.2020 ФИО5 была выплачена сумма 6389 руб., оставшаяся сумма из кассы выдана, но подтверждающие документы не представлены. Кроме того, конкурсному управляющему были переданы договоры на реализацию товара между должником и ФИО4 (договор на реализацию товара от 15.09.2019) и ФИО7 (договор на реализацию товара от 10.10.2019); документы, подтверждающие факт реализации товаров, не представлены.

Конкурсный управляющий указывал, что из представленных документов нельзя сделать вывод об отсутствии у должника материалов, указанных в балансе за 2019 год; переданные документы не позволяют определить, по какой стоимости и кому были реализованы запасы, определить основные активы должника и идентифицировать их, выявить подозрительные или преференциальные сделки должника и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, что образует презумпцию существенного затруднения проведения процедур банкротства; в период деятельности ФИО2 были признаны недействительными сделки по снятию денежных средств со счета должника.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду того, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что именно действиями ФИО2 причинен вред должнику.

При этом суды исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

На основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При этом в абзаце 4 пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

В подпункте 5 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Судами было установлено, что определением Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2021 сделки ООО «Автосити-Универсал» по перечислению денежных средств в пользу ФИО2, совершенные 08.04.2019 - 5000 руб., 15.04.2019 - 5000 руб., 15.04.2021 - 5000 руб., 22.04.2019 – 15 000 руб., 25.04.2019 - 5000 руб., 26.04.2019 - 3000 руб., 20.09.2019 – 15 000 руб., 30.09.2019 - 3000 руб., 02.10.2019 – 19 000 руб., 22.10.20219 – 10 000 руб., 25.11.2019 – 15 000 руб., 09.12.2019 - 4000 руб., на общую сумму 109 000 руб. признаны недействительными, применены последствия их недействительности в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника 109 000 руб., а также взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 09.04.2021 по 12.12.2021 в размере 14 328,69 руб., с 13.12.2021 по дату фактического исполнения обязательств. В остальной части заявленных требований отказано.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 Постановления Пленума № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 17 Постановления № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Суды первой и апелляционной инстанций указали,  что оспоренные в деле о банкротстве сделки в виде безналичных платежей осуществлены 08.04.2019, 15.04.2019, 15.04.2021, 22.04.2019, 25.04.2019, 26.04.2019, 20.09.2019, 30.09.2019, 02.10.2019, 22.10.20219, 25.11.2019, 09.12.2019 и не предполагали единовременного изъятия активов должника в значительном размере, при этом судами не было установлено, что совершение упомянутых сделок повлекло объективное банкротство или существенно ухудшило финансовое положение должника и воспрепятствовало возможности осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий; из материалов дела не следует, что наличие непогашенных требований кредиторов (ИФНС по Кировскому району г. Самары - 2379,45 руб., ООО «Мечта» в лице конкурсного управляющего ФИО9 – 61 554 руб., ООО «Волга-Сервис» – 415 000,06 руб., всего 478 933,51 руб.) находится в причинной связи с действиями ФИО2 и является следствием совершения им оспоренных сделок.

В соответствии с пунктом 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного 06.07.2016 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает лишь тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Поскольку судами было установлено, что в данном случае совершенные ответчиком сделки не повлекли объективного банкротства, не были связаны с единовременным изъятием активов должника в значительной сумме (с учетом масштабов деятельности должника), отказ от совершения таких сделок не мог повлечь восстановление платежеспособности и целесообразность реабилитационных процедур, суды спризнали, что указанные сделки не могут расцениваться в качестве повлекших банкротство должника либо значительное и существенное ухудшение финансового положения должника, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В то же время, оценивая основания для взыскания убытков с ответчика, суды указали, что в рамках обособленного спора (определение Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2021) признаны недействительными сделки и с ответчика ФИО2 в пользу должника взысканы денежные средства в размере цены оспоренных сделок – 109 000 руб., что соответствует размеру предполагаемых убытков, при этом возложение на ответчика той же обязанности, однако обусловленной иными обстоятельствами субсидиарной ответственности или убытков, приведет к повторному взысканию, что нормами действующего законодательства не предусмотрено, в связи с чем основания для привлечения ответчика и к ответственности в виде убытков отсутствуют.

Суды первой и апелляционной инстанций также пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 за непередачу документов в процедуре наблюдения и конкурсного производства, исходя из следующего.

В абзаце 5 пункта 24 постановления Пленума № 53 разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В силу части 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Конкурсный управляющий ссылался на то, что определением Арбитражного суда Самарской области от 10.06.2021 было удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об истребовании у ФИО2 документов, суд обязал ФИО2 - бывшего руководителя должника, передать конкурсному управляющему должника ФИО1 печати, штампы, материальные и иные ценности должника, а также оригиналы документов в отношении должника. Соответствующие материальные ценности не были переданы конкурсному управляющему должника, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы, и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Отклоняя данные доводы, суды отметили, что принятие судом определения об истребовании документов само по себе не подтверждает основания для привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку в любом случае, помимо не передачи документов заявитель должен обосновать невозможность формирования конкурсной массы ввиду не передачи соответствующих конкретных документов должника.

При этом судами было установлено, что в период рассмотрения спора о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсному управляющему были переданы документы, и конкурсный управляющий подтвердил получение от ответчика документации, но не в полном объеме; ФИО2 принимал меры по передаче документации конкурсному управляющему, который пояснял, что по итогам 2020 года на балансе должника по счету 10 запасов не числилось, поскольку были использованы в процессе обычной хозяйственной деятельности общества.

По заявлению конкурсного управляющего органами МВД России по г. Самаре проводилась проверка действий ФИО2 по реализации товарно-материальных ценностей, по итогам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

При таких обстоятельствах судами было установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт того, что в случае передачи управляющему необходимой (недостающей) документации могла бы быть сформирована конкурсная масса, при этом конкурсный управляющий должника не представил объяснений и доказательств, позволяющих проверить и установить, как отсутствие указанной документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям (абзац десятый пункта 24 постановления ВС РФ № 53).

В силу статьи 65 АПК РФ именно конкурсный управляющий обязан доказать невозможность пополнения конкурсной массы вследствие непередачи руководителем бухгалтерских документов и то, что надлежащее исполнение руководителем данной обязанности позволило бы привлечь в конкурсную массу должника денежные средства.

Из материалов дела не следует, что конкурсный управляющий обращался в суд с заявлением об истребовании недостающих, конкретизированных документов в ходе конкурсного производства.

Вместе с тем, судами приняты во внимание пояснения ФИО8 о том, что по итогам 2020 года на балансе должника по счету 10 запасов не числилось, поскольку они были использованы в процессе обычной хозяйственной деятельности общества.

Поскольку отсутствие документов, подтверждающих использование числящихся на балансе запасов, само по себе не свидетельствует о фактическом наличии товарно-материальных ценностей и возможности формирования за счет их стоимости конкурсной массы, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Суд округа, рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, полагает, что вышеуказанные выводы судов первой и апелляционной инстанций являются правильными, соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Судами правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом округа не принимаются, поскольку касаются фактических обстоятельств и доказательственной базы по делу и не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм права при принятии обжалуемых судебных актов.

Доводы кассационной жалобы фактически сводятся к мнению заявителя о том, что приведенные сторонами спора доводы и доказательства должны быть оценены судом иным образом.

Между тем, положения арбитражного процессуального законодательства, регламентирующие производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела, в связи с чем, у суда округа не имеется оснований для иной оценки доказательств (статьи 286 - 288 АПК РФ).

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения  судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 12.08.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 по делу № А55-17934/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                   Е.П. Герасимова 

 

Судьи                                                                          П.П. Васильев

 

                                                                                     М.В. Егорова