ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-7742/2017

02 июля 2018 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  25 июня 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 июля 2018 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Смольниковой М.В.

судей  Зориной О.В., Шаровой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3298/2018) ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 13 февраля 2018 года по делу № А70-7742/2017 (судья Скифский Ф.С.), вынесенное по заявлению финансового управляющего ФИО4 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительными:

- договора купли-продажи недвижимого имущества от 10.07.15г. в отношении жилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:94, по адресу: 

<

...>, площадью 63,4 кв.м.; 

- договора купли-продажи недвижимого имущества от 10.07.15г. в отношении жилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:95, по адресу: 

<

...>, площадью 89,2 кв.м.; 

- договора купли-продажи недвижимого имущества от 10.07.15г. в отношении жилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:96, по адресу: 

<

...>, площадью 64,6 кв.м.; 

- договора купли-продажи недвижимого имущества от 10.07.15г. в отношении нежилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:97, по адресу: 

<

...> в помещении № 19, площадью 58,8 кв.м. и применении последствий их недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

 

при участии в судебном заседании представителей:  

от финансового управляющего ФИО4 - представитель ФИО5 (паспорт, по доверенности б/н от 22.06.2018, сроком действия до 31.12.2018);

от публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие» - представитель ФИО6 (паспорт, по доверенности б/н от 12.05.2018, сроком действия один год);  

 

установил:

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 02.08.2017 в отношении ФИО2 (далее – ФИО2, должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО4.

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» № 147 от 12.08.2017.

В Арбитражный суд Тюменской области 24.11.2017 обратился финансовый управляющий с заявлением к ФИО2, ФИО3 (далее – ФИО3) о признании недействительными:

- договора купли-продажи недвижимого имущества от 10.07.2015 в отношении жилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:94, по адресу: 

<

...>, площадью 63,4 кв. м;

- договора купли-продажи недвижимого имущества от 10.07.2015г. в отношении жилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:95, по адресу: 

<

...>, площадью 89,2 кв. м;

- договора купли-продажи недвижимого имущества от 10.07.2015г. в отношении жилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:96, по адресу: 

<

...>, площадью 64,6 кв. м;

- договора купли-продажи недвижимого имущества от 10.07.2015г. в отношении нежилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:97, по адресу: 

<

...> в помещении № 19, площадью 58,8 кв. м.

и применении последствий их недействительности.

Решением арбитражного суда Тюменской области от 10.01.2018 ФИО2 признан несостоятельным банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 13.02.2018 по делу № А70-7742/2017 заявленные требования удовлетворены, вышеперечисленные договоры признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО3 вернуть в конкурсную массу полученное в результате совершения данных сделок имущество должника. С ФИО3 в доход федерального бюджета взыскано 27 000 руб. государственной пошлины. Отменены принятые обеспечительные меры.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что суд первой инстанции формально установил совокупность условий для применения специального основания для признания сделки недействительной, предусмотренного статьей 61.2 Закона о банкротстве, в то время как совершенные гражданами, не являющимися индивидуальными предпринимателями, до 01.10.2015 не могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. Как указывает ФИО2, совершение оспариваемых сделок было обусловлено не намерением причинить вред имущественным интересам кредиторов, а стремлением восстановить платежеспособность своего предприятия ООО «Артель-С». Кроме того, должник ссылается на то, что на дату совершения оспариваемых сделок отсутствовали судебные акты и исполнительные производства о взыскании с ФИО2 денежных средств, в связи с чем вывод суда первой инстанции о неплатежеспособности должника на дату совершения оспариваемых сделок является необоснованным. Также податель жалобы полагает необоснованным отсутствие в обжалуемом судебном акте представленных ФИО3 справок о диапазоне рыночной стоимости объекта оценки от 08.07.2015 № 08-07-03/2015, № 08-07-06/2015, № 08-07-05/2015 и № 08-07-04/2015, а также подготовленный оценщиком ФИО7 отчет об оценке рыночной стоимости имущества от 09.02.2018 № 01-02/2018. По мнению должника, судом первой инстанции при определении рыночной стоимости спорного имущества не учел, что на момент совершения сделок отчужденное имущество являлось объектом незавершённого строительства и не было пригодно для проживания, поскольку инженерные коммуникации к помещениям не подведены. Также податель жалобы полагает несостоятельным принятие судом первой инстанции во внимание факт финансирования строительства спорных объектов в размере 3 000 000 руб. и 3 500 000 руб. Помимо изложенного, ФИО2 ссылается на то, что судом первой инстанции не приняты во внимание квитанции от 31.07.2015, 31.08.2015, 30.09.2015, 01.11.2015.

ФИО3 также обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что судом первой инстанции не учтены представленные им доказательства, а именно справки о диапазоне рыночной стоимости объекта оценки от 08.07.2015 № 08-07-03/2015, № 08-07-06/2015, № 08-07-05/2015 и № 08-07-04/2015, а также подготовленный оценщиком ФИО7 отчет об оценке рыночной стоимости имущества от 09.02.2018 № 01-02/2018. Не принято во внимание то, что на момент совершения сделок отчужденное имущество являлось объектом незавершённого строительства и не было пригодно для проживания, поскольку инженерные коммуникации к помещениям не подведены. С учетом изложенного, по мнению ФИО3, в рассматриваемом случае невозможно применить аналогию ценообразования. Также податель жалобы полагает недоказанной его заинтересованность по отношению к должнику по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, а также необоснованными выводы суда первой инстанции об отсутствии у ФИО3 финансовой возможности по оплате недвижимого имущества. Кроме того, ФИО3 ссылается на то, что при совершении оспариваемых сделок стороны не преследовали цель причинить вред кредиторам.

Оспаривая доводы апелляционных жалоб, публичное акционерное общество Банк «Финансовая корпорация Открытие» (далее – ПАО Банк «ФК Открытие», банк) и финансовый управляющий должника представили отзывы, в котором просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель финансового управляющего должника поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Представитель ПАО Банк «ФК Открытие» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Судебное заседание апелляционного суда проведено в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Изучив материалы дела, апелляционные жалобы, отзывы на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 13.02.2018 по настоящему делу.

Как установлено судом первой инстанции и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, между ФИО2 и ФИО3 10.07.2015 были заключены договоры купли-продажи недвижимого имущества:

жилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:94, находящегося по адресу: 

<

...>, площадью 63,4 кв. м по цене 800 000 руб.;

жилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:95, находящегося по адресу: 

<

...> площадью 89,2 кв. м по цене 800 000 руб.;

жилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:96, находящегося по адресу: 

<

...>, площадью 64,6 кв. м по цене 800 000 руб.;

 нежилого помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:97, находящегося по адресу: 

<

...> в помещении № 19, площадью 58,8 кв. м по цене 800 000 руб.

Согласно пункту 5 договоров от 10.07.2015 расчеты по договорам произведены при подписании договоров.

Полагая, что оспариваемые договоры купли-продажи были совершены в целях причинения имущественного вреда кредиторам, в результате совершения оспариваемых сделок, при злоупотреблении правом сторонами сделок, финансовый управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности совершения оспариваемых сделок со злоупотреблением правом, в частности, неплатежеспособности должника на дату заключения оспариваемых договоров купли-продажи, заинтересованности покупателя по отношению к должнику, недоказанности ФИО3 финансовой возможности на приобретение спорного имущества, уменьшение в результате совершения оспариваемых сделок конкурсной массы без предоставления надлежащего равноценного встречного предоставления, осведомленность покупателя о приобретении имущества должника по явно заниженной цене, совершением должником в период подозрительности должником иных сделок по отчуждению недвижимого имущества.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацем 2 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Поскольку оспариваемые сделки совершены до 01.10.2015, сведения о наличии у должника на дату их совершения статуса индивидуального предпринимателя в материалы настоящего обособленного спора не представлены, оспариваемая сделка может быть признана недействительной на основании статьи 10 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Пунктом 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрена возможность признания судом недействительными сделок, при заключении которых допущено злоупотребление правом, на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 ГК РФ.

Указанные нормы и разъяснения закрепляют принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяют общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

В абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

При этом в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ и пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Соответственно, бремя доказывания злоупотребления правом ФИО2 и ФИО3 в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ лежит на финансовом управляющем.

В рассматриваемом случае доводы финансового управляющего о злоупотреблении ФИО2 и ФИО3 правом сводятся к совершению спорных сделок в отношении недвижимого имущества заинтересованными лицами при наличии у должника признаков неплатежеспособности по заниженной цене.

Вывод суда первой инстанции о неплатежеспособности должника на дату заключения договоров купли-продажи обусловлен вынесением заочного решения Центрального районного суда г. Тюмени от 03.08.2015 по гражданскому делу № 2-5402/2015, в соответствии с которым с ФИО2 а в пользу ПАО «Ханты-Мансийский банк Открытие» была взыскана задолженность: по договору кредитной линии 1 в размере 45 824 436 руб. 99 коп., в том числе: 40 485 521 руб. 85 коп. – сумма просроченного основного долга по кредиту, 5 310 250 руб. 78 коп. сумма штрафной неустойки за нарушение срока возврата кредита за период с 24.01.2015 по 03.06.2015; 28 664 руб. 36 коп. – сумма штрафной неустойки за нарушение срока уплаты процентов за период с 24.01.2015 по 06.04.2015; по договору кредитной линии 2 в размере 31 994 984 руб. 33 коп., в том числе: 28 287 342 руб. 47 коп. – сумма просроченного основного долга по кредиту, 3 706 492 руб. 49 коп. – сумма штрафной неустойки за нарушение срока возврата кредита за период с 24.01.2015 по 03.06.2015, 1 149 руб. 37 коп. – сумма штрафной неустойки за нарушение срока уплаты процентов за период с 24.01.2015 по 27.01.2015, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб.; выдан исполнительный лист (том 1, л.д. 30-32, 35-37). Определением Центрального районного суда г. Тюмени от 25.10.16 ПАО «Ханты-Мансийский банк Открытие» в рамках гражданского дела № 2-5402/2015 было заменено процессуальным правопреемником – ПАО Банк «Финансовая корпорация».

На основании вышеуказанных судебных актов ПАО Банк «Финансовая корпорация» обратилось в арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ФИО2 несостоятельным банкротом.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о вынесении указанного судебного акта после совершения оспариваемой сделки не могут свидетельствовать об отсутствии задолженности перед банком на дату заключения оспариваемых сделок, с учетом предусмотренного Гражданским процессуальными кодексом Российской Федерации (далее – ГПК РФ) срока рассмотрения дел в порядке искового производства.

Подателем жалобы не учтено, что задолженность по возврату кредита и уплате процентов представляет собой последствие неисполнения должником принятых на себя денежных обязательств и как фактическое обстоятельство является объективным, то есть ее существование не зависит от ее взыскания в судебном порядке. При этом решение суда о взыскании задолженности лишь констатирует ее наличие, но само по себе не является основанием ее возникновения.

При таких обстоятельствах обоснованными возражениями относительно недоказанности наличия у должника неисполненных обязательств перед банком на дату совершения оспариваемой сделки могли быть признаны лишь доказательства иной даты возникновения данных обязательств и срока их исполнения.

Между тем, таких доказательств в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что ФИО2 не отрицает свою осведомленность о наличии возбужденной процедуры банкротства ООО «Артель-С», единственным участником и руководителем которого он являлся и по обязательствам которого был поручителем.

Учитывая, что поручитель несет солидарную ответственность по обязательствам заемщика, для ФИО2 не могло не являться очевидным, что невозможность исполнения ООО «Артель-С» обязательств перед банком влечет возникновение у него соответствующих обязательств.

С учетом изложенного, доводы ФИО2 о его ненадлежащем извещении о рассмотрении дела № 2-5402/2015 не могут иметь правового значения в рамках рассматриваемого спора.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что в соответствии с пунктом 1 статьи 233 ГПК РФ рассмотрение дела в порядке заочного производства возможно в случае неявки в судебное заседание ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания.

Правомерность рассмотрения вышеуказанного гражданского дела судом общей юрисдикции в порядке заочного производства ФИО2 посредством подачи заявления об отмене решения или его обжалования не опровергнута, в связи с чем доводы должника о его ненадлежащем извещении о рассмотрении дела № 2-5402/2015 не могут быть приняты апелляционным судом во внимание.

Кроме того, судом первой инстанции учтено, что в период подозрительности должником были заключены также следующие сделки:

- договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 72:16:0101001:308, назначение: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, площадь 1500 кв.м., находящийся по адресу: 

<

...>, заключённый 30.05.15г. ФИО2 и ФИО2 (в настоящее время – ФИО8) Анастасией Евгеньевной;

- договор купли-продажи недвижимого имущества в отношении помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:92, расположенного по адресу: 

<

...>, площадью 64 кв. м., заключённый 10.07.15г. между ФИО2 и ФИО3;

- договор купли-продажи недвижимого имущества в отношении помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:93, расположенного по адресу: 

<

...>, площадью 101,7 кв. м., заключённый 10.07.15г. между ФИО2 и ФИО3;

- договор купли-продажи незавершённого строительства с кадастровым номером: 72:24:0601033:53, расположенного по адресу: 

<

...>, площадью застройки 60 кв. м. (дата регистрации 17.07.15г.) и земельного участка с кадастровым номером: 72:24:0601033:35, расположенного по адресу: 

<

...> участок № 10, площадью 980 кв.м. (дата регистрации 17.07.15г.), заключённый 30.06.15г. между ФИО2 и ФИО9;

- договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером: 72:24:0603017:31, расположенного по адресу: 

<

...>, площадью 4710,6 кв.м. (дата регистрации 21.07.15г.) и  нежилого здания с кадастровым номером: 72:24:0603017:45, по адресу: 

<

...>, площадью 566,5 кв.м. (дата регистрации 21.07.15г.), заключённый 30.06.15г. между ФИО2 и ФИО10;

- договор купли-продажи жилого помещения с кадастровым номером 72:24:0304005:1752, расположенного по адресу: 

<

...>, площадью 40,6 кв.м. (дата регистрации 15.10.15), заключённый 12.10.15г. между ФИО2 и ФИО11;

- договор купли-продажи нежилого помещения с кадастровым номером 72:24:0304003:4424, расположенного по адресу: 

<

...>, гараж 83, площадью 26,3 кв.м. (дата регистрации 14.01.16г.), заключённый 03.12.15г. между ФИО2 и ФИО12.

- договор купли-продажи недвижимого имущества помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:92, расположенного по адресу: 

<

...>, площадью 64 кв.м., заключённый 10.07.15г. между ФИО2 и ФИО3;

- договора купли-продажи помещения с кадастровым номером: 23:37:0101017:93, расположенного по адресу: 

<

...>, площадью 101,7 кв.м., заключённый 10.07.15г. между ФИО2 и ФИО3

В результате совершения оспариваемых сделок должник лишился ликвидного имущества, за счёт реализации которого по рыночной стоимости могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Таким образом, в результате совершения, в том числе, оспариваемых сделок, должник стал отвечать признаку недостаточности имущества.

Как установлено судом первой инстанции и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, ФИО3 является племянником ФИО2

Доводы ФИО3 о недоказанности его заинтересованности по отношению к должнику по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве судом апелляционной инстанции отклоняются.

Действительно, пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве в качестве заинтересованных лиц по отношению к должнику-гражданину предусмотрены его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. Племянники в указанный перечень не входят.

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, согласно которой в целях указанного Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, и лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» в одну группу лиц входят, в том числе, физическое лицо, его дети полнородные и неполнородные братья и сестры.

В соответствии с пунктом 8 статьи указанной статьи в одну группу лиц входят лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку. Таким образом, ФИО2 и ФИО3 входят в одну группу лиц через свою сестру и мать, соответственно.

Вывод суда первой инстанции о неравноценности встречного предоставления ФИО3 обусловлен, в частности, тем, что стоимость объектов недвижимости является идентичной в условиях разницы в их назначении (жилое и нежилое) и площади (63,4 кв. м, 89,2 кв. м, 64,6 кв. м, 58,8 кв. м).

Кроме того, судом первой инстанции учтено, что по условиям заключенных ФИО2 и ЖНК «Водолей» договоров об участии в строительстве должник инвестировал в строительство квартир, расположенных в жилом доме по адресу: 

<

...>, на пятом этаже: две квартиры общей площадью по 100,0 кв. м, общий размер взноса за каждую – 3 500 000 руб., а также две квартиры, общей площадью по 65 кв. м, общий размер взноса за каждую – 3 000 000 руб.

Ссылка подателя жалобы на то, что стоимость финансирования была предусмотрена в отношении надлежащим образом возведенных объектов недвижимости, в то время как на дату совершения оспариваемых сделок спорные помещения являлись объектами незавершенного строительства и не были пригодны для проживания, поскольку инженерные коммуникации к помещениям не подведены, не может быть признана судом апелляционной инстанции во внимание.

На дату заключения ФИО2 и ЖНК «Водолей» спорные объекты также не являлись завершенными строительством, в связи с чем их отчуждение по существенно меньшей цене ФИО3 не может быть обусловлено указанной причиной.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что должником не оспаривается существование на дату совершения оспариваемых отчужденных объектов недвижимости в натуре.

Отсутствие принципиальной возможности осуществить подключение коммуникаций и иные обстоятельства, препятствующие завершению строительства и вводу объекта в эксплуатацию, материалами настоящего обособленного спора не подтверждаются.

При таких обстоятельствах судом апелляционной инстанции из материалов настоящего обособленного спора не установлено оснований, по которым объекты недвижимости могли быть проданы по существенно меньшей цене, чем было уплачено ФИО2 на стадии финансирования долевого участия в строительстве, в условиях очевидной убыточности данных сделок для должника.

Сведений о возмещении разницы между размером финансирования и предусмотренной оспариваемыми договорами стоимостью объектов недвижимости иным образом, в том числе, за счет застройщика, в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для непринятия во внимание при исследовании рыночной стоимости объектов сведений о стоимости внесенного должником финансирования их строительства.

Согласно представленной финансовым управляющим справочной информации по объектам недвижимости, кадастровая стоимость принадлежавших должнику квартир по состоянию на 01.07.2014 составляла 3 271 999 руб. 82 коп., 4 603 507 руб. 64 коп., 3 333 930 руб. 42 коп., а нежилого помещения – 1 091 796 руб. 05 коп.

Указанные сведения подателями жалобы не оспорены.

Более того, данные сведения отражены оценщиком в представленном ФИО3 отчете об оценке рыночной стоимости имущества от 09.02.2018 № 01-02/2018, составленным оценщиком ИП ФИО7

Неприятие судом первой инстанции во внимание указанного отчета не повлекло принятие неправильного по существу судебного акта.

Указанный отчет об оценке не является заключением эксперта, полученным в результате проведения судебной экспертизы в рамках настоящего дела, а является письменным доказательством, подлежащим оценке судом наряду с другими доказательствами по делу в их совокупности в соответствии с частями 4 и 5 статьи 71 АПК РФ.

В рассматриваемом случае в отчете использованы объекты-аналоги, в отношении которых не обосновано отношение исследуемых оценщиком объектов-аналогов к классу «спецпроект», к которому относится здание, в котором расположены принадлежавшие должнику объекты недвижимости, характеризующемуся разнообразием и индивидуальностью планировок.

Кроме того, оценщиком использованы объекты-аналоги, относящиеся к вторичному рынку жилья, и применен поправочный коэффициент на состояние объекта, повлекший уменьшение стоимости принадлежащих должнику объектов недвижимости, в то время как сам оценщик указывает на демократичность цен вторичного жилья из-за конкуренции с рынком новостроек.

Объекты-аналоги квартиры с площадью 89,2 кв. м оценщиком исследованы не были, в связи с чем применение поправки на общую площадь, согласно которой цена единицы площади больших помещений ниже, чем меньших, осуществлено без исследования рынка спроса и предложения на помещения такого рода.

Совокупность изложенного, а также противоречие выводов оценщика иным представленным в материалы дела доказательствам, исключает возможность принятия изложенных в данном отчете сведений во внимание.

Ссылки подателей жалоб на представленные ФИО3 справки о диапазоне рыночной стоимости объекта оценки от 08.07.2015 № 08-07-03/2015, № 08-07-06/2015, № 08-07-05/2015 и № 08-07-04/2015, не могут быть приняты во внимание, поскольку данные доказательства не являются отчетами об оценке, порядок определения диапазонов рыночных цен оценщиком не указан, что исключает возможность проверки обоснованности его выводов.

При таких обстоятельствах изложенные в данных отчетах сведения не могли быть приняты судом первой инстанции во внимание.

Представленные финансовым управляющим должника заключения к отчетам от 12.02.2018 № ВАМ-18-010, № ВАМ-18-011, № ВАМ-18-012, № ВАМ-18-013, согласно которым рыночная стоимость отчужденных должником квартир составила 3 590 000 руб., 3 510 000 руб., 4 590 000 руб., а нежилого помещения – 1 940 000 руб., также не являются отчетами об оценке.

Однако указанные доказательства не противоречат иным представленным в материалы дела доказательствам, в связи с чем их оценка в совокупности с иными представленными доказательствами в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ не может повлечь принятие неправильного по существу судебного акта.

Ходатайство о проведении судебной экспертизы ФИО2 и ФИО3 заявлено не было.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания полагать указанную в оспариваемых сделках цену соответствующей рыночной стоимости имущества даже без учета исследования общедоступных сведений из сети Интернет.

Кроме того, следует учесть, что в материалах дела отсутствуют объективные доказательства передачи ФИО3 денежных средств ФИО2 в счет оплаты спорных объектов недвижимости.

Доводы должника о том, что полученные от ФИО3 денежные средства были внесены в ООО «Артель-С», не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание.

В подтверждение указанных обстоятельств в материалы настоящего обособленного спора представлены квитанции к приходному кассовому ордеру от 31.07.2015, 31.08.2015, 30.09.2015, 31.10.2015, 01.11.2015 на общую сумму 1 778 105 руб.

Указанная сумма значительно меньше предусмотренной оспариваемыми договорами стоимости объектов недвижимости (3 200 000 руб.).

В соответствии с изложенными в пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», применяемой в данном случае по аналогии, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены ООО «Артель-С», отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д., в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют, равно как и договор займа, во исполнение которого ФИО2 были предоставлены денежные средства ООО «Артель-С».

Не обоснована ФИО2 и передача денежных средств обществу в рамках заемных отношений, при необходимости исполнения им обязательства перед банком, вытекающего из договора поручительства.

При этом ФИО2 не обосновано представление им раз в месяц на протяжении более 4 месяцев денежных средств ООО «Артель-С» в условиях, когда денежные средства от ФИО3 получены им по условиям оспариваемых договоров 10.07.2015, а у ООО «Артель-С» имелись неисполненные обязательства перед банком и необходимость в связи с этим в дополнительном финансировании.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не может считать подтвержденным факт внесения ФИО2 в ООО «Артель-С» денежных средств в соответствии с вышеуказанными копиями квитанций к приходному кассовому ордеру, а также факт внесения в соответствии с данными документами именно денежных средств, полученных от ФИО3 в результате совершения оспариваемых сделок.

В подтверждение наличия у ФИО3 финансовой возможности на приобретение спорного имущества в материалы настоящего обособленного спора представлены справки о доходах ФИО3 за 2014 и 2015 года (форма 2-НДФЛ), согласно которым сумма его доходов за 2014 год составила 1 063 946 руб. 63 коп. с учетом уплаты НДФЛ, за предшествующие совершению оспариваемых сделок 6 месяцев 2015 года составил 404 643 руб. 16 коп. с учетом уплаты НДФЛ (13%), который исходя из указанных в данной справке сведений и расчетов начислен на все полученные должником за 2015 год суммы.

Кроме того, в материалы настоящего обособленного спора представлены справки о доходах супруги ФИО3 ФИО13 за 2014 и 2015 года (форма 2-НДФЛ), согласно которым в 2014 году сумма полученного ею дохода с учетом уплаты НДФЛ составила 572 119 руб. 71 коп., а за предшествующие совершению оспариваемых сделок 6 месяцев 2015 года с учетом уплаты НДФЛ (13%) составил не более 324 490 руб. 71 коп., если учесть предоставленный вычет в размере 5 600 руб. в доходе указанного периода.

Таким образом, общий доход супругов за предшествующий совершению оспариваемой сделок период составил не более 2 365 200 руб. 21 коп., что значительно меньше стоимости совокупности приобретенных у должника объектов недвижимости (3 200 000 руб.).

Договор купли-продажи продажи ФИО3 11.09.2014 своего автомобиля Land Rover Discovery по цене 490 000 руб. в отсутствие доказательств передачи денежных средств по нему сам по себе не является основанием установить факт получения по нему денежных средств ответчиком.

Доказательств отражения полученного дохода в налоговой отчетности, внесения указанной суммы на банковский счет и иных объективных доказательств получения и распоряжения ФИО3 указанной суммы денежных средств не представлено.

Кроме того, даже если допустить факт получения ФИО3 денежных средств от продажи имущества, их размер в совокупности с полученными им и супругой доходами и необходимостью осуществления расходов на проживание не может свидетельствовать о достаточности у ответчика денежных средств для приобретения у должника имущества.

Доводы ФИО3 о том, что его мать ФИО14 14.11.2014 продала квартиру в г. Екатеринбурге по цене 5 450 000 руб., а денежные средства от продажи квартиры передала ФИО3, не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание.

Факт передачи ФИО14 денежных средств ФИО3 объективными доказательствами не подтверждается.

В частности, в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие внесение данных денежных средств на счет в банке, отражение дохода в налоговой отчетности ответчика и его матери, расходование ФИО3 оставшейся разницы между полученной сумой денежных средств и совокупной стоимостью приобретения объектов недвижимости у должника (5 450 000 - 3 200 000 = 2 250 000 руб.) и т.д.

При таких обстоятельствах и в условиях аффилированности матери ФИО3 как по отношению к нему, так и по отношению к должнику, ее заявление о передаче денежных средств, не подтвержденное объективными доказательствами, не может быть принято судом апелляционной инстанции во внимание.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности наличия у ФИО3 финансовой возможности предоставить денежные средства должнику, что в совокупности с вышеизложенным не позволяет прийти к выводу о равноценном встречном исполнении ФИО3 обязательств по оспариваемым договорам.

Учитывая изложенное и заинтересованность ФИО3 по отношению к должнику, суда апелляционной инстанции приходит к выводу об осведомленности ФИО3 о приобретении объектов недвижимости в отсутствие равноценного встречного предоставления.

Совокупность изложенного, а также совершение должником в период подозрительности иных сделок по отчуждению имущества должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии у оспариваемой сделки цели вывода активов должника в целях предотвращения возможного обращения взыскания на него.

Указанное поведение не может быть признано добросовестным, нарушает имущественные права и законные интересы кредиторов должника, в связи с чем оспариваемые сделки правомерно признаны судом первой инстанции недействительными как совершенные со злоупотреблением правом.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что определением Арбитражного суда Тюменской области от 14.11.2017, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2018 и постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.06.2018, признаны недействительными сделки купли-продажи, заключенные 10.07.2015 между ФИО2 и ФИО15 

Доводы ФИО2 о том, что судом формально установлена совокупность условий для применения специального основания для признания сделки недействительной, предусмотренного статьей 61.2 Закона о банкротстве, что исключает возможность удовлетворения заявленных требований, откланяются.

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3., само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Норма пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не исключает возможность признания сделок должника, формально подпадающих под предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве состав недействительными как совершенных со злоупотреблением правом.

Несогласие подателей жалобы с принятым судом первой инстанции судебным актом в части применения последствий недействительности сделок обусловлено исключительно наличием, по их мнению, оснований для отказа в удовлетворении заявленных финансовым управляющим должника требований о признании сделок недействительными.

Самостоятельных доводов, которые бы оказали влияние на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции определения в части применения последствий недействительности сделок, апелляционная жалоба не содержит.

В связи с данным обстоятельством у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в соответствующей части (пункт 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 13 февраля 2018 года по делу № А70-7742/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы ез удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

М.В. Смольникова

Судьи

 

О.В. Зорина

Н.А. Шарова