АРБИТРАЖНЫЙ  СУД   

  ЦЕНТРАЛЬНОГО  ОКРУГА

 

  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

         кассационной инстанции по проверке законности

         и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

     вступивших в законную силу

Дело № А14-21023/2021

г. Калуга

29 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 ноября 2023 года

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Смотровой Н.Н.,

судей Бутченко Ю.В., Чаусовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Погонышевым М.Н.,

при участии в судебном заседании:

от УФНС по Воронежской области – представителя ФИО1 по доверенности от 09.01.2023 № 07-10/00055; 

от ИФНС России по Коминтерновскому району г. Воронежа - представителя ФИО1 по доверенности от 12.09.2023 № 04-21/18575, представителя ФИО2 по доверенности от 06.12.2022 № 04-31/27582, представителя ФИО3 по доверенности от 22.11.2024 № 04-09/23497 (устно указано об опечатке в дате доверенности, пояснила, что доверенность от 22.11.2023); 

от ООО «УК «СтройТехника) – представителя ФИО4 по доверенности от 09.01.2023 и представителя ФИО5 по доверенности от 17.11.23;

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Воронежской области кассационную жалобу Инспекции Федеральной налоговой службы по Коминтерновскому району г. Воронежа на решение Арбитражного суда Воронежской области от 17.04.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023 (с учетом определения от 08.08.2023 об исправлении опечатки) по делу № А14-21023/2021,  

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «УК «СтройТехника» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по Коминтерновскому району г. Воронежа (далее - инспекция), Управлению Федеральной налоговой службы по Воронежской области (далее - управление) с заявлением о признании недействительными решения № 4080 от 06.09.21, которым обществу также доначислен НДС в размере 12 422 742 руб. и начислены пени по НДС в размере 6 029 962,53 руб. (с учетом решения управления от 22.01.21 № 15-2-18/38083@ и произведенного в порядке ст. 49 АПК РФ и принятого судом уточнения).

Решением суда первой инстанции от 17.04.23, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023, требования общества удовлетворены.

Не согласившись с принятыми судебными актами, инспекция обратилась в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в связи с нарушением и неправильным применением судами при их принятии норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела, и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований общества.

В отзыве на кассационную жалобу общество возражает против ее удовлетворения ввиду законности обжалуемых судебных актов.

Кассационная жалоба рассматривается Арбитражным судом Центрального округа в установленном гл. 35 АПК РФ порядке.

Представители налоговых органов в судебном заседании настаивали на отмене обжалуемых судебных актов, поддержав приведенные в кассационной жалобе доводы.

Представители общества возражали против отмены обжалуемых судебных актов, поддержав приведенные в отзыве на кассационную жалобу доводы.

Проверив в порядке ст. 286 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашел оснований для их отмены, исходя из следующего.

Судами установлено, что инспекцией проведена камеральная налоговая проверка уточненной налоговой декларации общесвта по НДС за 1 квартал 2018 года, по результатам которой налоговым органом составлен акт от 13.01.21 № 49 и вынесено оспариваемое решение от 06.09.2021 № 4080 о привлечении общества к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 4 969 097 руб., которым обществу также доначислен НДС в размере 12 422 742 руб. и начислены пени по НДС в размере 6 029 962,53 руб.

Решением управления от 22.12.21 № 15-2-18/38083@ решение инспекции отменено в части, исключен из п. 3.1 резолютивной части решения штраф в соответствии с п. 3 ст. 122 НК РФ в размере 4 969 097 руб.

Основанием для доначисления НДС в сумме 12 422 742 руб., послужил вывод инспекции о нарушении обществом положений п. 1 ст. 54.1 НК РФ.

По мнению инспекции, обществом допущено умышленное искажение сведений о совокупности фактов хозяйственной жизни, а именно создана видимость осуществления деятельности отдельных хозяйствующих субъектов, поскольку спорные контрагенты: ИП ФИО6, ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО10, ИП ФИО11, ИНН ФИО12, ИП ФИО13, ИП ФИО14, ИП ФИО15, ИП ФИО16, ИП ФИО17 (далее - предприниматели) созданы (использованы) руководителем общества ФИО18 и его взаимозависимыми лицами исключительно с целью минимизации налоговых обязательств общества путем злоупотребления правом на использование данными организациями специального налогового режима (УСНО), в связи с чем, обществом получена необоснованная налоговая экономия в виде неправомерного использования льготы по НДС, предусмотренной подп. 30 п. 3 ст. 149 НК РФ.

Налоговый орган ссылается, на то что создание бизнес-схемы, при которой общество осуществляет функции управляющей компании, при этом работы по содержанию и ремонту многоквартирных домов выполняют взаимозависимые лица, находящиеся на упрощенной системе налогообложения, выступает свидетельством умышленного нарушения налогового законодательства.

В ходе проверки, по мнению налогового органа, установлена совокупность обстоятельств, позволяющих с достоверностью прийти к выводу о том, что общество осуществляло формальное разграничение деятельности в виде распределения соответствующих видов работ, объектов недвижимости между взаимозависимыми и подконтрольными лицами, которые осуществляли деятельность в рамках одного единого технологического процесса.

В обоснование указанных выводов инспекция ссылается на следующие обстоятельства:

- контактные телефоны, указанные в налоговых декларациях по налогу, применяемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, представленных по месту учета индивидуальных предпринимателей, и налоговых декларациях, представленных обществом, совпадают.

- установлено совпадение IP-адреса общества и предпринимателей при сдачи отчетности в налоговые органы,

- общество и предприниматели пользуются для распоряжения денежными средствами одним IP-адресом,

- в группу индивидуальных предпринимателей, контролируемых обществом, включены следующие лица, индивидуальные предприниматели: ФИО17 ИНН 

<

***> (муж главного бухгалтера общества ФИО19); ФИО8 ИНН 

<

***> (ранее была трудоустроена в ООО "Экспресс Сервис", руководителем которого являлся ФИО18); ФИО6 ИНН 

<

***> (ранее была трудоустроена в ООО "Экспресс Сервис", руководителем которого являлся ФИО18); ФИО7 ИНН 

<

***> (мать главного бухгалтера общества ФИО19); ФИО9 ИНН 

<

***> (ранее был трудоустроен в ООО "Экспресс Сервис", руководителем которого являлся ФИО18, является мужем ФИО12, также выступающей одним из ИП, выполняющих работы для ООО УК "Стройтехника"); ФИО12 ИНН 

<

***> (ранее была трудоустроена в ООО "Экспресс Сервис", руководителем которого являлся ФИО18); ФИО10 ИНН 

<

***> (супруга ФИО10, являющегося директором ООО "Профстандарт", организация подконтрольна семье Т-ных, ФИО20 является финансовым директором ООО УК "СтройТехника"); ФИО11 ИНН 

<

***> (ранее была трудоустроена в ООО "Экспресс Сервис", руководителем которого являлся ФИО18); ФИО13 ИНН 

<

***> (ранее была трудоустроена у общесвта); ФИО15 ИНН 

<

***> (ранее был трудоустроен у общества и ООО "Экспресс Сервис"); ФИО16 ИНН 

<

***> (ранее была трудоустроена в ООО "Экспресс Сервис", руководителем которого являлся ФИО18).

Все физические лица, зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей, получают (получали) доходы у общества, ООО "Экспресс-сервис", ООО "Профстандарт".

Руководителем ООО "Экспресс-сервис" ИНН 

<

***> с 11.06.15 по 09.08.17 являлся ФИО18, являющейся действующим директором общесвта.

Руководителем ООО "Профстандарт" ИНН 

<

***> является ФИО10 (согласно данным органов ЗАГС супруг одного из индивидуальных предпринимателей, выполняющих работы по обслуживанию и содержанию многоквартирных домов для общесвта), учредителем общества является ФИО21 (согласно данным органов ЗАГС сын финансового директора общества ФИО20).

Контроль за деятельностью предпринимателей осуществлялся должностными лицами общества из помещения, используемого обществом, расположенным по адресу: 

<

...> (адрес государственной регистрации ООО "Профстандарт").

Кроме того, в ходе камеральной налоговой проверки установлено, что индивидуальные предприниматели не обладали необходимыми условиями для ведения соответствующей экономической деятельности, поскольку в собственности индивидуальных предпринимателей не числятся грузовые машины, отсутствует спецтехника, необходимые для осуществления работ по обслуживанию многоквартирных жилых домов. Сведения о зарегистрированном недвижимом имуществе, используемом для осуществления предпринимательской деятельности и размещения сотрудников, хранения материальных ценностей, спецодежды и т.д., также отсутствуют.

При анализе финансово-хозяйственной деятельности общества установлено, что оно фактически самостоятельно никаких работ по управлению многоквартирными жилыми домами не осуществляет, в штате имеется только руководящее звено, бухгалтерия и юридическая служба. Иных лиц выполняющих работы по управлению многоквартирными жилыми домами не числится. Фактически работы по управлению многоквартирными домами осуществляли физические лица, трудоустроенные у индивидуальных предпринимателей подконтрольных обществу.

Предприниматели ни для кого более, кроме общесвта не оказывали никаких услуг и не реализовывали никаких ТМЦ, затратная часть предпринимателей была в полном объеме сформирована денежными средствами, поступившими на банковские счета от общесвта.

С учетом изложенного, по мнению инспекции, подрядные организации не осуществляли самостоятельную финансово-хозяйственную деятельность, а использовались обществом с целью возможности освобождения от налогообложения в соответствии с подп. 30 п. 3 ст. 149 НК РФ операций по реализации работ (услуг).

Оспаривая решение налогового органа, общество сослалось на то, что, не имея собственных трудовых ресурсов для качественного выполнения услуг перед собственниками, оно пользуется услугами сторонних организаций и индивидуальных предпринимателей. Договоры, заключаемые с индивидуальными предпринимателями, не носят формальный характер и подтверждаются актами выполненных работ.

По мнению общества, инспекцией проведены вторые камеральные налоговые проверки налоговых деклараций по НДС, выводы которых противоречат результатам, полученным по проверкам первичных налоговых деклараций.

Общество полагает, что инспекцией не приведено ни одного доказательства взаимозависимости и подконтрольности обществу индивидуальных предпринимателей. Общество считает, что привлекаемые им индивидуальные предприниматели являются самостоятельными субъектами хозяйственных отношений.

По мнению общества, допросы, проведенные после окончания дополнительных мероприятий налогового контроля, являются ненадлежащими доказательствами и получены с нарушением норм налогового законодательства.

Общество не согласно с выводом налогового органа о том, что совпадение IP-адресов и номеров телефонов индивидуальных предпринимателей является доказательством их несамостоятельности.

По мнению налогоплательщика, при проведении оперативно-розыскных мероприятий УФСБ России по Воронежской области документы и предметы изъяты 23.04.21, в связи с чем, они не могут быть рассмотрены налоговым органом как доказательства наличия контроля общества над деятельностью индивидуальных предпринимателей.

Кроме того, общество указывает на нарушение налоговым органом срока вручения оспариваемого решения.

С учетом изложенного, полагая, что решение инспекции не соответствует закону, общество обжаловало его в судебном порядке.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке ст.ст. 64, 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями ст. 54.1, ст.ст. 169, 171 – 271, 252 НК РФ, разъяснениями, постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 53), пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований общества и признания оспариваемого решения инспекции недействительным.

Суд кассационной инстанции, с учетом предоставленных ему ч.1 ст. 286 АПК РФ полномочий, не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов, исходя из следующего.

В силу п.п. 1 и 2 ст. 171 НК РФ, налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Согласно подп. 30 п. 3 ст. 149 НК РФ, не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) на территории Российской Федерации операции по реализации работ (услуг) по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме, выполняемых (оказываемых) управляющими организациями, товариществами собственников жилья, жилищно-строительными, жилищными или иными специализированными потребительскими кооперативами, созданными в целях удовлетворения потребностей граждан в жилье и отвечающими за обслуживание внутридомовых инженерных систем, с использованием которых предоставляются коммунальные услуги, при условии приобретения работ (услуг) по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме указанными налогоплательщиками у организаций и индивидуальных предпринимателей, непосредственно выполняющих (оказывающих) данные работы (услуги), реализация работ (услуг) по выполнению функций технического заказчика работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирных домах, выполняемых (оказываемых) специализированными некоммерческими организациями, которые осуществляют деятельность, направленную на обеспечение проведения капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах, и созданы в соответствии с Жилищным кодексом Российской Федерации, а также органами местного самоуправления и (или) муниципальными бюджетными учреждениями в случаях, предусмотренных Жилищным кодексом Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Исходя из разъяснений постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 53), под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В силу п. 7 ст. 3 НК РФ, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.

Исходя из разъяснений п. 4 постановление Пленума ВАС РФ № 53, налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 4 постановление Пленума ВАС РФ № 53).

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.07.17 N 1440-О отмечал, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями. Данная правовая позиция неоднократно подтверждалась Конституционным Судом Российской Федерации применительно к уплате различных налогов и сборов (Постановление от 3 июня 2014 года N 17-П, Определение от 7 июня 2011 года N 805-О-О и др.).

Из определения ВС РФ от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 следует, что подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях, указанные в п.п. 2 - 4 Пленума ВАС РФ № 53, сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая НК РФ дополнена ст. 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика.

Положения статьи 54.1 НК РФ направлены на противодействие налоговым злоупотреблениям и получению необоснованной налоговой выгоды за счет причинения ущерба бюджетам публично-правовых образований в результате неуплаты сумм обязательных платежей, которые должны были быть уплачены, если бы злоупотреблений не было.

С учетом изложенного, основанием для признания налоговой выгоды необоснованной является выявление по результатам налогового контроля налоговой экономии, полученной в результате злоупотреблений со стороны налогоплательщика.

В п. 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 НК РФ в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом ВС РФ 04.07.18 (далее - обзор), разъяснено, что сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность.

Вместе с тем, налоговый орган не лишен права приводить доказательства, указывающие на направленность действий налогоплательщика и взаимозависимых с ним лиц в обход установленных главой 26.2 НК РФ ограничений в применении УСН как специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства.

При оценке обоснованности налоговой выгоды судом могут учитываться такие обстоятельства, как: особенности корпоративной структуры (история создания взаимозависимых лиц, причины их реорганизации и др.), практика принятия управленческих решений внутри группы взаимозависимых лиц, использование общих трудовых и производственных ресурсов, особенности гражданско-правовых отношений внутри группы (п. 6 постановления Пленума ВАС РФ № 53, п. 4 обзора, постановление Президиума ВАС РФ от 09.04.2013 N 15570/12).

Следует отметить, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не может приравниваться к недобросовестности лиц при недоказанности противоправности их поведения (в том числе в целях налогообложения), не является отклонением от обычных условий хозяйствования, не противоречит нормам гражданского законодательства о свободе экономической деятельности.

Взаимозависимость как обстоятельство, свидетельствующее о получении необоснованной налоговой выгоды, может иметь правовое значение только тогда, когда такая взаимозависимость используется участниками сделки в целях осуществления согласованных действий, направленных на незаконное занижение налоговой базы.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 3.3 определения Конституционного суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 441-О и в постановлении ВАС РФ от 04.03.2008 № 13797/07, вменяя последствия взаимозависимости налоговый орган должен доказать, что такая заинтересованность повлияла на условия или экономические результаты сделок и деятельности участников.

Более того, взаимозависимость прямо предусмотрена ст. 105.1 НК РФ, но не в качестве состава налогового правонарушения, а в качестве квалифицирующих признаков правоотношений сторон, в которых возможно взаимное влияние на содержание сделок, и в результате, на их налоговые последствия.

В данном случае, при оценке действий общества судами правомерно учтена специфика его деятельности как управляющей организации многоквартирными домами.

В силу ч. 1 ст. 162 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ) договор управления многоквартирным домом заключается с управляющей организацией, которой предоставлена лицензия на осуществление деятельности по управлению многоквартирными домами в соответствии с требованиями ЖК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 162 ЖК РФ по договору управления многоквартирным домом одна сторона (управляющая организация) по заданию другой стороны (собственников помещений и т.д.) в течение согласованного срока за плату обязуется выполнять работы и (или) оказывать услуги по управлению многоквартирным домом, оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме.

Под деятельностью по управлению многоквартирным домом понимаются выполнение работ и (или) оказание услуг по управлению многоквартирным домом на основании договора управления многоквартирным домом (ч. 2 ст. 192 ЖК РФ).

В соответствии с ч. 3 ст. 39 и ч. 1 ст. 161 ЖК РФ, Правительством Российской Федерации устанавливаются правила содержания общего имущества в МКД и стандарты и правила деятельности по управлению МКД.

В силу ч.ч. 2.3 ст. 161 ЖК РФ, при управлении МКД управляющей организацией она несет ответственность перед собственниками помещений за оказание всех услуг и (или) выполнение работ, которые обеспечивают надлежащее содержание общего имущества в доме и качество которых должно соответствовать требованиям технических регламентов и установленных Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 10 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491 (далее - Правила № 491), общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации (в том числе о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, техническом регулировании, защите прав потребителей) в состоянии, обеспечивающем: соблюдение характеристик надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность для жизни и здоровья граждан; сохранность имущества физических или юридических лиц, государственного, муниципального и иного имущества; соблюдение прав и законных интересов собственников помещений, а также иных лиц.

Пунктом 42 Правил № 491 установлено, что управляющие организации и лица, оказывающие услуги и выполняющие работы при непосредственном управлении многоквартирным домом, отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором.

Постановлением Правительства РФ от 15.05.13 № 416 утверждены Правила осуществления деятельности по управлению многоквартирными домами, устанавливающие стандарты и порядок осуществления деятельности по управлению многоквартирным домом (далее - Правила N 416).

Согласно п. 3 Правил N 416, управление осуществляется в отношении каждого отдельного многоквартирного дома как самостоятельного объекта управления, а также исходя из Минимального перечня услуг и работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденного постановлением Правительства РФ от 03.04.2013 N 290 (далее - Минимальный перечень).

Также в нормативно-правовом регулировании жилищных правоотношений действуют Правила и нормы технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных постановлением Госстроя РФ от 27.09.2003 N 170 (далее - Правила N 170), устанавливающие требования и нормативы по содержанию и обслуживанию жилого фонда, которые являются обязательными для исполнения как собственниками помещений, так и управляющими организациями.

В соответствии с п. 1.8 Правил N 170 техническая эксплуатация жилищного фонда включает в себя: управление жилищным фондом: организацию эксплуатации, взаимоотношения со смежными организациями и поставщиками; техническое обслуживание и ремонт строительных конструкций и инженерных систем зданий; санитарное содержание.

В силу раздела II Правил N 170 техническое обслуживание здания включает комплекс работ по поддержанию в исправном состоянии элементов и внутридомовых систем, заданных параметров и режимов работы его конструкций, оборудования и технических устройств.

Указанные нормативные акты определяют широкий круг работ и услуг, которые надлежит выполнять управляющей организации с целью содержания МКД в надлежащем состоянии и выполнения лицензионных требований (Положение о лицензировании предпринимательской деятельности по управлению многоквартирными домами утверждено постановлением Правительства Российской Федерации от 28.10.2014 N 1110): обслуживание придомовой территории, внутридомовых инженерных сетей (водоснабжение, газоснабжение), лифтов, подвалов, чердаков, иного общедомового имущества, проведение уборки МКД, в случае возникновения разрушение поломки общедомового имущества управляющая организация обязана предпринимать меры по незамедлительному устранению поломок. При этом обслуживание имущества МКД предусматривает не только устранение неисправностей, но и постоянный контроль состояния обслуживаемого жилого фонда.

Основываясь на совокупности приведенных нормативных положений суды пришли к верному выводу о том, что с учетом установленных Минимальным перечнем обязательных к выполнению работ (оказанию услуг) при осуществлении деятельности по управлению МКД, следует, что выполнение такого объема обязательств управляющей организацией без привлечения сторонних подрядчиков является объективно невозможным.

Судами установлено, что в проверяемый период в управлении общества находилось порядка 192 многоквартирных домов, что свидетельствует о значительном объеме обязательств общества, как управляющей организации, перед собственниками помещений многоквартирных домов.

Как указывает общество, и не оспаривается налоговым органом, общество, будучи управляющей организацией для собственников помещений в МКД с 2009 года, собственными силами никогда не выполняло работы по содержанию и ремонту общего имущества МКД, соответствующие работы оказывали только подрядные организации.

Как верно указали суды, сам по себе факт выполнения работ (оказания услуг) по содержанию и ремонту общего имущества МКД не может явиться основанием для вывода о наличии у общества умысла на осуществление формального разграничение деятельности в виде распределения соответствующих видов работ, объектов недвижимости между взаимозависимыми и подконтрольными лицами, которые осуществляли деятельность в рамках одного единого технологического процесса, поскольку такие отношения между управляющей организацией и подрядными организациями обусловлены непрерывным содержанием такого сложного инженерного объекта как многоквартирный дом в состоянии, обеспечивающем: соблюдение характеристик надежности и безопасности многоквартирного дома; безопасность для жизни и здоровья граждан; сохранность имущества физических и юридических лиц и требованиями жилищного законодательства.

Как указывает общество и не отрицает налоговый орган, виды услуг, которые оказывали спорные контрагенты, обусловлены Минимальным перечнем, то есть обязательны в силу требований жилищного законодательства.

При этом судами отмечено, что в предпринимательской деятельности является обычным явлением передача отдельных видов работ (услуг) на подряд (субподряд).

Так, в материалы дела представлены договоры, заключенные между обществом и спорными индивидуальными предпринимателями, на выполнение работ и оказание услуг по технической эксплуатации, ремонту и содержанию многоквартирных домов и придомовой территории, и на оказание иных услуг по содержанию общего имущества МКД.

При этом судами принято во внимание, что при выполнении работ по содержанию и ремонту общего имущества в МКД, общество привлекает специализированные организации и/ил индивидуальных предпринимателей, непосредственно выполняющих данные работы с 01.05.2009. То есть, еще до введения льготы по НДС (Федеральный закон от 28.11.2009 N 287-ФЗ вступил в силу с 01.01.2010). Основными подрядчиками, при выполнении указанных работ являлись ООО "Гарант", ООО "Фортуна", ООО "Альтернатива", ООО "Экспресс-Сервис" с 2017 года Предприниматели.

Отклоняя довод налогового органа о том, что индивидуальные предприниматели, зарегистрированные как самостоятельное хозяйствующие субъекты, фактически оказывали услуги только для общества, правомерно отклонен судами, с учетом объема работ, который они выполняли по договорам, заключенным с обществом.

Также судами верно отклонена ссылка налогового органа на то, что при проведении оперативно-розыскных мероприятиях УФСБ но Воронежской области в помещении, используемом обществом, располагающееся по адресу: г, Воронеж, ул. Антонова-Овсеенко. 35В, обнаружены документы, электронные носители, указывающие на то, что должностными лицами общества и ООО "Профстандарт" ведется бухгалтерский учет и кадровое делопроизводство индивидуальных предпринимателей: трудовые книжки сотрудников индивидуальных предпринимателей, доверенности, выписанные индивидуальными предпринимателями ФИО6, ФИО13, на имя ФИО19, следует, что ФИО19 уполномочена совершать от их имени действия по счетам, открытым: в АО "Тинькофф Банк", следует, что ФИО19 может совершать любые действия по счетам индивидуальных предпринимателей в АО "Тинькофф Банк", том числе с помощью дистанционных каналов обслуживания (Интернет-банк и Мобильный банк), с правом распоряжаться денежными средствами и причитающимися процентами и с правом подписи любых расчетных и финансовых документах, а также совершать все иные действия, связанные с данным поручением, доверенность от индивидуального предпринимателя ФИО8, выданная на имя ФИО19 совершать от ее имени действия в ПАО "Промсвязьбанк", банковские идентификационные коды, не подлежащие для передачи третьим лицам индивидуальных предпринимателей ФИО22, ФИО23, ФИО16, ФИО15, ФИО8, ФИО6, ФИО13, ФИО11, Денисовой О.11, ФИО9 и банковские карты на имя ФИО13 Гинзбурга В.В., ФИО6, ФИО11, оригинал нотариально заверенной доверенности от 12.03.2020, выданной ФИО7 на имя ФИО19

В подтверждение указанного, налоговым органом в материалы дела представлены: постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности от 30.04.2021, протокол оперативно-розыскной деятельности «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от 23.04.21; протокол оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от 23.04.21, «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от 23.04.21.

Исследовав и оценив представленные налоговым органом материалы ФСБ, суды пришли к верному выводу о том, что представленные документы не позволяют признать довод налогового органа документально подтвержденным, поскольку при передаче изъятых материалов отсутствовала опись, соответственно не представляется возможным установить, какие конкретно документы были переданы.

Кроме того, как следует из материалов дела, между обществом и его бывшим главным бухгалтером имелся трудовой спор именно по вопросу осуществления последним параллельного оказания услуг предпринимателям, оказывавшим услуги обществу без его ведома, о чем имеется решение суда.

С учетом изложенного, суды пришли к верному выводу о недоказанности налоговым органом отсутствия ведения самостоятельной предпринимательской деятельности спорными контрагентами, формального создания обществом спорных контрагентов исключительно с целью оформления от их имени работ (услуг), о подконтрольности предпринимателей обществу.

Судами верно отмечено, что само по себе наличие взаимозависимости между обществом и спорными контрагентами не повлияло на экономическую деятельность общества и спорных контрагентов: имелся штат сотрудников, необходимые материально-технические ресурсы для осуществления своих профильных видов деятельности, работы выполнялись контрагентами в зависимости от вида работ, которые предусмотрены Минимальным перечнем и обязательным к выполнению в многоквартирных домах, налогоплательщик и каждый из контрагентов выполняли налоговые обязательства перед бюджетом в зависимости от применяемой системы налогообложения.

Обществом приведено обоснование ведения своей предпринимательской деятельности, обусловленной спецификой управления многоквартирными домами и требующей обязательного выполнения работ (услуг) в соответствии с Минимальным перечнем, в связи с чем указанные работы выполнены профильными подрядными организациями, с территориальным разделением обслуживаемых участков жилого фонда для оперативного обслуживания, в то время как общество в рамках управления многоквартирными домами и предъявляло их (несло ответственность) перед собственниками помещений в МКД, что позволяло выполнить перед собственниками помещений обязанности по управлению МКД.

С учетом изложенного, позиция налогового органа при установленном факте взаимозависимости общества и спорных контрагентов, при реальном выполнении спорными контрагентами работ (оказании услуг) по содержанию и ремонту общего имущества МКД, находящихся в управлении общества, при доказанности осуществления спорными контрагентами самостоятельной предпринимательской деятельности, строится на оценке выбранной обществом системы ведения своей предпринимательской деятельности, принимаемых им управленческих и производственных решениях, обусловленных необходимостью выбора специализированных подрядчиков для выполнения работ (оказания услуг). 

Вместе с тем, целесообразность управленческих и производственных решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности для достижения поставленной деловой цели, находится вне сферы налогового контроля, а гражданское законодательство Российской Федерации рассматривает предпринимательскую деятельность как самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Учитывая изложенное, суды правомерно признали ошибочными выводы инспекции о формальном разграничении деятельности в виде распределения соответствующих видов работ, объектов недвижимости между взаимозависимыми и подконтрольными лицами, которые осуществляли деятельность в рамках одного единого технологического процесса исключительно для минимизации своих налоговых обязательств.

Кроме того в отзыве на кассационную жалобу, само общество указывает на то, что самостоятельно не оказывает услуги по управлению МКД собственными силами с 01.05.2009, соответствующие работы оказывали только подрядные организации, и у общества отсутствуют трудовые и иные ресурсы, необходимые для надлежащего выполнения подобных видов услуг, ввиду их большого объема и территориальной удаленности объектов - общество осуществляет управление 192-мя объектами (МКД) - это более 40 000 жилых и нежилых помещений, общей площадью свыше 2 772 тыс. кв.м., их придомовая территория, и все оборудование, расположенное на ней.

Общество также отмечено, что общее количество контрагентов (юридических лиц и индивидуальных предпринимателей), привлеченных им для выполнения работ за указанный период составило 40 единиц, в том числе 12 спорных индивидуальных предпринимателей. Общество отразило, что характер взаимоотношений между обществом и выделенными налоговым органом предпринимателями, аналогичен характеру взаимоотношений со всеми иными контрагентами в проверяемый период, и применяется (используется) с момента начала осуществления обществом оказания подобного рода услуг, и который не изменился до настоящего момента.

Общество также пояснило, что ООО «Экспресс-Сервис» являлось исполнителем работ по содержанию и ремонту общего имущества в МКД в период с 01.07.2015 по 31.10.17  в рамках исполнения договора возмездного оказания услуг по техническому обслуживанию и содержанию жилых многоквартирных домов №б/н от 01.07.15 заключенного с обществом.

В течение 2017 года, общество заключило ряд договоров с индивидуальными предпринимателями на оказание аналогичного вида услуг, всего было привлечено 12 индивидуальных предпринимателей, для оказания услуг в территориально удаленных друг от друга районах г. Воронежа. По итогам 2017 года, все хозяйственные отношения между обществом и ООО «Экспресс-Сервис» были полностью завершены, а услуги по содержанию и ремонту МКД, начали (и продолжают по настоящее время) осуществлять привлеченные индивидуальные предприниматели.

С учетом изложенного общество указывает на то, что фактически, сохраняя аналогичный характер взаимоотношений с 2009 года, в 2017 году у общества произошла замена исполинителя услуг: вместо ООО «Экспресс-Сервис» услуги стали оказывать 12 отдельных индивидуальных предпринимателя - ни каких иных изменений в характере правоотношений общества, с исполнителями данного вида работ/оказании услуг, не произошло.

Оценивая доводы инспекции о возбуждении в отношении руководителя общества ФИО18 уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ, суды, принимая во внимание положения ст. 28.1 УПК РФ, разъяснения п. 14 постановления Пленума ВС РФ от 27.06.13 № 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", установили, что 09.03.23 постановлением СУ СК уголовное дело в отношении ФИО18 по признакам преступления предусмотренного п. п. "а", "б" ч. 2 ст. 199 УК РФ, прекращено, по основанию, предусмотренному ч. 1 ст. 28 УПК РФ и ч. 1 ст. 75 УК РФ, обвинение ФИО18 предъявлено не было, доказательств совершения преступления ФИО18 в материалы дела не представлено.

Кроме того, ч. 4 ст. 200 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дел арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, и устанавливает их соответствие закону, проверяет, нарушают ли оспариваемый акт права и законные интересы заявителя в сфере экономической деятельности.

Таким образом, проверка законности ненормативных правовых актов государственных органов осуществляется арбитражным судом исходя из установленных им обстоятельств, существовавших на дату принятия оспариваемого ненормативного правового акта и указанных в нем оснований для его принятия, исходя из тех документов, сведений, которые представил на проверку в указанные органы налогоплательщик. Законность ненормативного правового акта проверяется судом применительно к тем обстоятельствам, которые существовали на дату его вынесения, и на которые сослался в обоснование приведенных в нем выводов принявший его орган.

Законность ненормативного правового акта проверяется судом исходя из тех оснований, по которым он принимался на дату его вынесения публичным органом, а не на дату его проверки в судебном порядке.

Вместе с тем, обжалуемое решение вынесено 06.09.21 по результатам камеральной налоговой проверки, проводимой с 22.09.20 по 22.12.20, решение управления вынесено 22.12.21, в то время, как уголовное дело в отношении ФИО18 было возбуждено 17.12.21 и прекращено 09.03.23, то есть после принятия инспекцией оспариваемого в настоящем дел ненормативного правового акта.

Кроме того, в ходатайстве о приобщении к материалом дела дополнительных доказательств от 17.05.23, поступившем в суд апелляционной инстанции 29.05.23 (т.д. 13, л.д. 117 – 118), налоговый орган сам указывает на то, что постановление о прекращении уголовного дела от 09.03.23 поступило в инспекцию только 19.04.23, в то время как представитель инспекции ознакомился с материалами уголовного дела и протоколами допроса только 10.05.23. 

Ссылка налогового органа на протоколы допросов свидетелей от 16.02.22, протокол осмотра предметов и документов от 20.02.22, полученных в рамках уголовного дела, также отклоняется судом округа по тем же основаниям. 

С учетом приведенных обстоятельств, суд округа также не находит оснований для вывода о допущении апелляционным судом существенного нарушения требований ч.2 ст. 268 АПК РФ, влекущего отмены принятого апелляционным судом постановления при рассмотрении и отклонении ходатайства инспекции о приобщении к материалам дела в качестве дополнительных доказательств указанных протоколов допросов свидетелей от 16.02.22, протокол осмотра предметов и документов от 20.02.22, полученных в рамках уголовного дела.

Как следует из протокола судебного заседания от 28.07.23, данное ходатайство налогового органа было рассмотрено и отклонено судом апелляционной инстанции протокольным определением, как это предусмотрено АПК РФ. Недостаточная, по мнению налогового органа, полнота обоснования отклонения данного ходатайства не делает незаконным результат рассмотрения данного ходатайства.

Указанные доказательства созданы в рамках уголовного дела спустя более 1 года после принятия налоговым органом оспариваемого в настоящем ненормативного правого акта (протоколы допросов оставлены 16.02.22, протокол осмотра предметов и документов составлен  20.02.22, при том, что налоговая проверка завершена 22.12.20, оспариваемое решение принято 22.12.21), эти доказательства объективно не могли учитываться налоговым органом при его принятии, в то время, как в соответствии с требованиями гл. 24 АПК РФ суд проверяет законность обжалуемого ненормативного акта исходя из тех доказательств, которыми руководствовался административный орган при его принятии.

Кроме того, исходя из обжалуемого решения, инспекцией в рамках камеральной налоговой проверки также были проведены ряда лиц, о приобщении протоколов допроса которых в рамках уголовного дела ходатайствовала инспекция, а именно: ФИО12, ФИО6, ФИО13 Протоколы допросов указанных лиц в рамках налоговой проверки приобщены к материалам настоящего дела, и получили оценку судов.

Также, исходя из акта налоговой проверки и оспариваемого решения налогового органа, при его принятии налоговый орган руководствовался не только, и не столько, результатами допроса лиц, в отношении протоколов допроса которых по уголовному делу заявлено ходатайство, а совокупностью различных доказательств, включая хозяйственные и банковские документы, которым суды при рассмотрении настоящего дела дали оценку по правилам ст. 71 АПК РФ – в совокупности и взаимной связи.

При этом, ссылка на доказательства, о приобщении которых ходатайствовал налоговый орган, имеется и в приобщенном к материалам дела апелляционным судом постановлении о прекращении уголовного дела от 09.03.23

В силу изложенного, установленные в ходе расследования по данному уголовному делу обстоятельства, собранные в его рамках доказательства, объективно могли быть известны и учтены налоговым органом при вынесении оспариваемого решения, в связи с чем ссылка налогового органа на указанные обстоятельства отклоняется судом округа.

Иное бы противоречило приведенным требованиям АПК РФ, определяющим пределы исследования и критерии оценки по делам об оспаривании ненормативных правовых актов.

Как правильно указали на то суды, прекращение производства по уголовному делу на основании деятельного раскаяния путем уплаты доначисленных обществу сумм не препятствует обжалованию решения по результатам проверки, и не может свидетельствовать о признании обществом обоснованности доначисленных сумм. 

Кроме того, в постановлении о прекращении уголовного дела от 09.03.23, отражено, что ФИО18 считает отражение результатов финансово-хозяйственной деятельности между обществом и спорными предпринимателями в налоговых декларациях за 2018-2019 годы как операции не подлежащие налогооблажению правильным и законным. То есть,  ФИО18 в рамках производства по уголовному делу о признании своей вины не заявлял. Добровольная уплата им рассчитанных в уголовном деле сумм платежей не является основанием для вывода о признании данной вины.

Также в отзыве на кассационную жалобу общество пояснило, что представителем ФИО18 – ФИО25 непосредственно ФИО18 разъяснено, что оплаченная сумма, не является возмещением ущерба, причиненного бюджетной системе России в результате преступления предусмотренного ст. 198-199 УК РФ, т.к. она оплачена в ином объеме и отличается от предоставленного налоговым органом расчета.

Судами верно отмечено, что при рассмотрении настоящего спора, налоговый орган ни в ходе проверки, ни в суде, не доказал, что целью перевода обществом части функций по осуществлению финансово-хозяйственной деятельности на спорных предпринимателей, являлось исключительно снижение налоговой нагрузки.

Основываясь на совокупности приведенных нормативных положений и обстоятельств дела, оценив представленные в материалах дела доказательства по правилам ст. ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, правильно применив нормы материального и процессуального права, суды пришли к верному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований общества и признания оспариваемого решения инспекции недействительным.

В силу положений ст. 286 АПК РФ, кассационная жалоба рассматривается исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений относительно жалобы. Вместе с тем, доводов, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанции, кассационная жалоба не содержит. По существу доводы кассационной жалобы направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, данных судами, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции в силу положений ст. ст. 286, 287 АПК РФ. Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу           ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Воронежской области от 17.04.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023 (с учетом определения от 08.08.2023 об исправлении опечатки) по делу № А14-21023/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                    Н.Н. Смотрова

 

Судьи                                                                                                                   Ю.В. Бутченко

 

                                                                                                                              ФИО26