ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-4453/2019

г. Ессентуки

28 февраля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 февраля 2022 года.

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Джамбулатова С.И., Жукова Е.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 11.09.2020), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Крован-КМВ» ФИО4 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.10.2021 по делу № А63-4453/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего должником о признании недействительным договора уступки (цессии) от 15.01.2019, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО2, и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Крован-КМВ» (ОГРН 

<

***>), 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края в порядке статьи 39 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обратилось общество с ограниченной ответственностью «Пламя» (далее – ООО «Пламя») с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Крован-КМВ» (далее – должник, ООО «Крован-КМВ») несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 16.04.2019 возбуждено производство по делу № А63-4453/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Крован-КМВ», при банкротстве должника применены правила параграфа 7 «Банкротство застройщиков» Закона о банкротстве.

Решением суда от 20.08.2019 (резолютивная часть решения объявлена 13.08.2019) в порядке процессуального правопреемства произведена замена первоначального заявителя по делу ООО «Пламя» его правопреемником – открытым акционерным обществом «Пятигорскавтокомсервис», ООО «Крован-КМВ» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

Сведения об открытии процедуры конкурсного производства опубликованы конкурсным управляющим в порядке, установленном статьей 28 Закона о банкротстве, в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 31.08.2019 № 157.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Крован-КМВ» 13.08.2020 в Арбитражный суд Ставропольского края поступило заявление конкурсного управляющего должником о признании недействительным договора уступки (цессии) от 15.01.2019, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО2, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу транспортного средства – Toyota Camry, 2017 года выпуска, VIN: 

<

***>, цвет – белый перламутр, в случае невозможности возврата предмета лизинга, взыскать с ответчика денежные средства в размере рыночной стоимости транспортного средства. В качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Каркаде» и ФИО6.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 18.10.2021 в удовлетворении заявления отказано. Судебный акт мотивирован отсутствием доказательств подтверждающих факт неравноценного встречного предоставления по договору цессии, а также причинения вреда должнику и кредиторам. Следовательно, управляющим не доказано наличие совокупности оснований, влекущих недействительность оспариваемой сделки на основании статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Апеллянт считает, что при разрешении спора не учтены обстоятельства, имеющие значение для дела, а также не применены нормы материального права,  подлежащие к применению. Так суд не учел, что обе стороны сделки, как явствует из обстановки ее совершения, действовали недобросовестно, следовательно, к оспариваемой сделке подлежали применению положения статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ФИО2 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 25.01.2022 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, дополнений апелляционной жалобы, отзыва, заслушав позиции лица, участвующего в настоящем обособленном споре, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.10.2021 по делу № А63-4453/2019 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Каркаде» (лизингодатель) и ООО «Крован-КМВ» (лизингополучатель) заключили 21.07.2017 договор лизинга № 4221/2017 (далее – договор лизинга), по условиям которого лизингодатель посредством заключения договора купли-продажи обязался приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца ООО «СБСВКЛЮЧАВТО Минеральные воды» легковой автомобиль Toyota Camry, 2017 года выпуска, VIN: 

<

***>, цвет – белый перламутр, мощность двигателя – 181 л.с. (133 кВт) (далее – предмет лизинга), и предоставить его лизингополучателю в лизинг по договору лизинга за плату во временное владение и пользование.

Стоимость предмета лизинга составила 1 423 728,81 рубля (пункт 3.1.1.1. договора лизинга). Срок лизинга 23 месяца с даты подписания договора (пункт 3.2 договора лизинга). Размер и сроки уплаты лизинговых платежей установлены сторонами в графике платежей. Общая сумма лизинговых платежей составила 1 866 787,05 рубля, в т.ч. НДС. Размер выкупного платежа – 16 800 рублей (пункт 3.2 договора лизинга).

Согласно пункту 3.3.1 договора лизинга выкупная стоимость (выкупная цена, выкупной платеж) предмета лизинга не входит в состав лизинговых платежей, предусмотренных графиком платежей.

Из графика платежей следует, что лизингополучатель уплачивает первый платеж в размере 760 100,01 рубля, со второго по двадцать третий (включительно) по 49 540,32 рубля, а также выкупной платеж в размере 16 800 рублей.

Во исполнение договора лизинга лизингодатель приобрел и 27.07.2017 передал ООО «Крован-КМВ» по акту приема-передачи транспортное средство – Toyota Camry, 2017 года выпуска, VIN: 

<

***>, цвет – белый перламутр, которое должник принял.

По договору уступки (цессии) от 15.01.2019 (далее – договор цессии), ООО «КрованКМВ» (цедент) уступило ИП ФИО2 (цессионарий) права и обязанности по договору лизинга от 21.07.2017 № 4221/2017.

В соответствии с пунктом 2.1 договора цессии цессионарий обязался оплатить лизингодателю за цедента задолженность цедента перед лизингодателем по лизинговым платежам в размере 56 086,32 рубля.

В силу пункта 6.1 договора цессии договор вступает в законную силу только с момента полного и надлежащего исполнения цессионарием обязательств, указанных в пункте 2.1 договора.

В пункте 4.1 договора цессии установлено, что в счет уступаемых прав и обязанностей цессионарий производит оплату цеденту 1 000 рублей.

Согласно выписке по счету должника № 40702.810.1.0014.0001794, открытому в ПАО «Ставропольпромстройбанк», ИП ФИО2 оплатил 11.06.2019 уступленные ему права требования по договору лизинга в размере 1 000 рублей.

По данным, представленным УГИБДД ГУ МВД России по Ставропольскому краю, в настоящее время собственником спорного транспортного средства является ФИО6 (карточка учета транспортного средства от 27.08.2020).

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 13.08.2019 ООО «Крован-КМВ» признано банкротом, открыта процедура конкурсного производства, утвержден конкурсный управляющий должником.

В ходе осуществления своих полномочий конкурсным управляющим должником выявлено заключение между должником и ответчиком договора цессии.

Ссылаясь на то, что данный договор заключен в период подозрительности между аффилированными лицами в отсутствие равноценного встречного предоставления, конкурсный управляющий просил признать его недействительным и применить последствия недействительности сделки.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.

В силу статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. Оспаривание подозрительных сделок должника регулируется правилами статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 16.04.2019, оспариваемая сделка заключена 11.02.2019, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63) разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Соответственно, юридически значимым обстоятельством для признания договора недействительным по указанному основанию является продажа имущества по заведомо заниженной цене, при отсутствии которого заявление не может быть удовлетворено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ № 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Пунктом 9 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления и неравноценное встречное исполнение обязательств.

Так из материалов дела следует, в день заключения договора лизинга (21.07.2017) между ООО «Крован-КМВ» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи транспортного средства Toyota Camry, являющегося предметом лизинга, по условиям которого стороны обязались в срок до 30.07.2019 заключить договор купли-продажи. 

Согласно пунктам 3.1, 3.2 предварительного договора покупатель производит оплату транспортного средства в сумме 1 400 000 рублей в следующем порядке: 1 000 000 рублей в день заключения договора, 400 000 рублей в срок до 30.07.2019, но не позднее заключения основного договора. 

Во исполнение условий предварительного договора ответчик оплатил должнику 1 000 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 21.07.2017 № 368. Оригинал, которой представлен в суд апелляционной инстанции.

Ссылка управляющего на то, что в указанной квитанции подписи лавного бухгалтера ФИО7 и кассира ФИО8 визуально не соответствуют их подписям, имеющимся на иных документах ООО «Крован-КМВ», судом обоснованно не принята во внимание, поскольку в данном случае на квитанции к приходному кассовому ордеру от 21.07.2017 № 368 имеются подписи главного бухгалтера и кассира ООО «Крован-КМВ», она заверена печатью общества, что соответствует Порядку ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства, введенному в действие указанием Банка России от 11.03.2014 № 3210-У. Подписи скреплены печатью должника, доказательств выбытия печати из распоряжения ООО «Крован-КМВ», а также того, что лица, подписавшие квитанцию, получили доступ к печати противоправным путем, в материалы обособленного спора также не представлено. Следовательно, оснований для не принятия указанной квитанции в качестве доказательства у суда обоснованно не имелось.

При этом неисполнение главным бухгалтером обязанности по внесению полученных по сделке денежных средств в кассу либо на расчетный счет ООО «Крован-КМВ», равно как и неотражение хозяйственной операции в бухгалтерском и налоговом учетах не свидетельствует о том, что денежные средства в размере 1 000 000 рублей не передавались ответчиком.

Кроме того, в материалы дела представлена выписка по счету ответчика, согласно которой подтверждено снятие ответчиком денежных средств в период произведенных оплат. Указанное также свидетельствует о произведенной ответчиком оплате.

Соглашением от 15.01.2019 продавец и покупатель расторгли предварительный договор и установили, что внесенные ФИО2 денежные средства в размере 1 000 000 рублей не подлежат возврату, а засчитываются в счет оплаты лизинговых платежей по договору лизинга от 21.07.2017 № 4221/2017. 

В период действия предварительного договора ФИО2 оплатил за ООО «Крован-КМВ» лизинговые платежи в сумме 290 540,75 рубля, что подтверждается представленным конкурсным управляющим реестром проведенных платежей по договору № 4221/2017. 

Как следует из подписанного между ООО «Каркаде» и ИП ФИО2 по договору № 4221/2017 двустороннего акта сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.08.2020, после заключения между должником и ответчиком оспариваемого договора цессии (15.01.2019) в период с 23.01.2019 по 20.06.2019 ответчиком внесено 273 450,30 рубля, в том числе: пять лизинговых платежей, выкупной платеж и пени. 

Согласно информации с официального сайта Российского Союза Автостраховщиков https://autoins.ru/ до момента заключения оспариваемого договора страхователем транспортного средства по договору ОСАГО являлось ООО «Крован-КМВ», со 02.03.2019 на сайте появилась информация о том, что транспортное средство по договору ОСАГО застраховано ФИО2 Факт использования транспортного средства должником до заключения оспариваемого договора также подтвержден показаниями свидетеля ФИО9 

Заключение договора цессии направлено на замену лизингополучателя по договору лизинга без права выкупа, поскольку выкупная цена предмета лизинга не включена сторонами договора лизинга в периодические лизинговые платежи. В рассматриваемом случае условиями договора лизинга право последующего приобретения лизингополучателем права собственности на предмет лизинга не предусмотрено. В результате совершения оспариваемой сделки, оформленной договором цессии, к ответчику, которому передан предмет лизинга по акту приема-передачи, перешли соответствующие права и обязанности, связанные с временным владением и пользованием предметом лизинга.

На момент заключения оспариваемого договора уступки срок действия договора лизинга не истек; имущество, являющееся предметом договора лизинга, на момент заключения договора цессии - принадлежало на праве собственности лизингодателю - ООО "Каркадэ", а не должнику; на основании договора цессии новый лизингополучатель - предприниматель приобрел права владения и пользования предметом лизинга, а также обязанности по договору лизинга, в том числе обязанность по содержанию предмета лизинга и по выплате лизинговых платежей. Во исполнение договора лизинга, ответчик выплатил ООО "Каркаде" оставшиеся лизинговые и выкупной платежи, предусмотренные договором лизинга, а также компенсировал должнику 67% оплаченных лизинговых платежей, что подтверждается представленными в материалы дела первичными документами.

Суд также указал, что за спорное транспортное средство, приобретенное лизингодателем в 2017 году по стоимости 1 423 728,81 рубля, ФИО2 уплачено 1 564 991,05 рубля, а именно: 1 000 000 рублей – оплата по предварительному договору, 290 540,75 рубля – лизинговые платежи, оплаченные за должника в период с 19.09.2018 по 14.01.2019, 273 450,30 рубля – денежные средства, оплаченные непосредственно ООО «Каркаде» по договору лизинга, 1 000 рублей – оплата по договору цессии.

Учитывая, что право собственности на спорное транспортное средство должнику на момент заключения оспариваемой сделки по уступке прав и обязанностей по договору лизинга не переходило ни по условиям лизинга, ни по фактическим обстоятельствам, невыполнения обязательств по уплате всех лизинговых платежей, предусмотренных договором лизинга, транспортное средство не могло быть включено в конкурсную массу должника.

Кроме того, как следует из реестра проведенных платежей по договору № 4221/2017, должник обязательства по внесению лизинговых платежей исполнял ненадлежащим образов, допускал просрочку внесения платежей, в связи с этим был вынужден оплачивать неустойку. 

Из указанного реестра также усматривается, что ООО «Крован-КМВ» оплачены лизинговые платежи на общую сумму 1 483 664,49 рубля (760 100,01 рубля + 49 540,32 рубля х 14 + 30 000 рублей), из них 1 000 000 рублей компенсирован ответчиком должнику, соответственно фактически сумма, уплаченная за транспортное средство, составила 483 664,49 рубля. При этом, согласно представленным доказательствам, в том числе показаниям свидетеля, автомобиль в период с 27.07.2017 по 15.01.2019 эксплуатировался ООО «Крован-КМВ», что предполагает его естественный износ и амортизацию.

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что в результате действий сторон по заключению договора цессии конкурсная масса должника не уменьшилась на сумму подлежащих выплате лизинговых платежей за оставшийся период действия договора лизинга. Фактически спорное транспортное средство, приобретенное должником в 2017 году по стоимости 1 423 728, 81 руб., было выкуплено ответчиком в 2019 году за 1 564 991, 05 руб.

Следовательно, цена реализации спорного транспортного средства соответствует его рыночной стоимости.

С учетом изложенного, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о том, что управляющим доказательств неравноценности встречного исполнения другой стороной сделки и заключения оспариваемого договора на условиях существенно в худшую сторону для должника, отличающихся от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки суду не представил, документально не подтвердил, а следовательно, не доказал главное условие для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве - неравноценность встречного исполнения.

При таких обстоятельствах, оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 не имеется, поскольку управляющий неравноценность встречного исполнения обязательств при совершении оспариваемой сделки не доказал.

Совершение оспариваемой сделки в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления допускает возможность признания ее недействительной по одним только основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но и не исключает одновременное применение оснований, определенных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции принято во внимание, что оспариваемая сделка заключена между заинтересованными лицами, в момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

При этом при наличии заинтересованности сторон сделки и неплатежеспособности должника предполагается, что сделка совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве определено, что под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо доказать совокупность условий, в т.ч. что в результате совершенной сделки был причинен имущественный вред кредиторам.

Вместе с тем, материалами дела не установлено причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку сделка совершена при равноценном встречном предоставлении со стороны ответчика. Доказательств того, что в следствие реализации спорного транспортного средства должник утратил возможность осуществлять свою деятельность, что привело к его банкротству не представлено. Размер кредиторской задолженности не увеличился, совершение должником оспариваемых действий не привело к уменьшению размера его имущества.

Также суд не находит оснований полагать, что оспариваемый договор заключен между заинтересованными лицами.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются, в частности: лица, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входят в одну группу лиц с должником, а также аффилированные лица должника, то есть физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (абзац 3 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»), руководитель должника, а также граждане, являющиеся по отношению к названным лицам супругами, родственниками по прямой восходящей и нисходящей линии, сестрами, братьями и их родственниками по нисходящей линии, родителями, детьми, сестрами и братьями супруга. 

Доказательств, подтверждающих, что ФИО2 входил в число участников, работников и руководителей должника, что он является родственником участников или руководителей должника, либо имел возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности, в материалы обособленного спора не представлено. 

Наличие хозяйственных отношений между ответчиком и должником не свидетельствует об аффилированности указанных лиц.

С учетом изложенного, факт наличия у ООО «Крован-КМВ» на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, при отсутствии других условий, предусмотренных Законом о банкротстве, не может являться основанием для признания ее недействительной.

Оценив представленные в материалы обособленного спора документы в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд пришел к верному выводу о том, что конкурсным управляющим не доказано наличие совокупности оснований, влекущих недействительность оспариваемой сделки по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Управляющий также в качестве обоснования недействительности сделки ссылается на пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Оценив рассматриваю сделку на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка с предпочтением может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных в пункте 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор заключен 11.02.2019, т.е. за два месяца до возбуждения в отношении должника процедуры банкротства (16.04.2019). Следовательно, в данном случае положения пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве не подлежат применению, поскольку период подозрительности выходит за рамки диспозиции пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротств.

Ссылка управляющего на то, что поскольку оплата по договору совершена 11.06.2019, а следовательно, к указанно сделке подлежат применению положения пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, обоснованно отклонена судом первой инстанции, так как оплата по договору уступки является обстоятельством исполнения договорных обязательств между сторонами, заключившими сделку, и не влияет на дату заключения договора.

С учетом изложенного, оспариваемый договор заключен в период подозрительности установленный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, оснований для применения положений пункта 2 указанной статьи не имеется.

В силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона о банкротстве" разъяснено, что при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (пункт 10 постановления N 63).

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор цессии заключен в пределах полугода до возбуждения дела о банкротстве, следовательно, он подпадает в шестимесячный период подозрительности, определенный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Между тем, для признания сделки недействительной по данному основанию недостаточно одного лишь факта оказания предпочтения кредитору. Помимо прочего требуется установление реальной или потенциальной осведомленности кредитора об обстоятельствах, позволявших сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При этом бремя доказывания недобросовестности контрагента должника лежит на заявителе, за исключением случаев совершения должником сделки с заинтересованным лицом (абзац 2 пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Конкурсным управляющим не доказано, что ФИО2 является заинтересованным лицом по отношению к ООО «Крован-КМВ». Доказательств обратного материалы обособленного спора не содержат.

Переданные 21.07.2017 ФИО2 должнику денежные средства по предварительному договору купли-продажи в размере 1 000 000 рублей, фактически внесены ООО «Крован-КМВ» в ООО «Каркаде» в качестве первого лизингового платежа 24.07.2017.

Таким образом, в результате заключения спорной сделки ответчик не получил преимущественного удовлетворения требований, следовательно, суд первой инстанции обоснованно указал, что оспариваемый договор цессии не может быть признан судом недействительным по основаниям, изложенным в статье 61.3 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что по спорному договору цессии к ответчику перешли права и обязанности по договору лизинга, обязательства по договору лизинга ответчиком исполнены в полном объеме, что свидетельствует о наличии встречного предоставления, при отсутствии доказательств недобросовестность ответчика, как и доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате заключения договора цессии, что исключает возможность в признании оспариваемого договора недействительным.

Конкурсный управляющий в обосновании жалобы ссылается на то, что обе стороны сделки, как явствует из обстановки ее совершения, действовали недобросовестно, следовательно, к оспариваемой сделке подлежали применению положения статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку судом первой инстанции сделка оценена на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении требований в указанной части суд руководствовался в пунктом 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, статьей 10 ГК РФ, положениями в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, пунктом 1 статьи 9 ГК РФ и пришел к следующим выводам.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом заявителем должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также в обход закона.

При этом, учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес с учетом вышеприведенных разъяснений может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Как было указано выше, судом в ходе рассмотрения настоящего спора не установлено признаков причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Заключение оспариваемого договора не является неправомерным поведением. Доказательства того, что стороны при совершении сделки действовали злонамеренно, с целью причинения вреда кредиторам должника, суду не представлены. Спорный договор оплачен полностью, спорное имущество отчуждено по рыночной стоимости.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что ФИО2, принимая права владения и пользования предметом лизинга вместе с обязанностями по его содержанию и по выплате лизинговых платежей, действовал недобросовестно.

Принимая во внимание, что представленными в материалы дела доказательствами установлен факт оплаты по договору, установлена равноценность встречного предоставление, отсутствуют доказательства недобросовестности сторон, суд обоснованно исходил из отсутствия оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Иных оснований для признания сделки недействительной конкурсный управляющий не указал, суд не установил.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также учитывая документальную неподтвержденность факта неравноценного встречного предоставления и причинения вреда должнику и кредиторам, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

При таких обстоятельствах арбитражный апелляционный суд полагает, что оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 1, 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве не имеется, как и не имеется оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Последствия недействительности сделки применяются судом только в случае признания ее судом недействительной.

В связи с тем, что основания для удовлетворения требований конкурсного управляющего о признании сделки недействительной отсутствуют, отсутствуют и основания для применения последствий их недействительности.

При таких обстоятельствах, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на переоценку выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте.

С учетом установленных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции всесторонне и полно исследованы представленные суду доказательства и установленные обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, доводы апеллянта, изложенные в жалобе, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой суд апелляционной инстанции полностью согласен.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

В абзаце четвертом пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве уплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.10.2021 по делу № А63-4453/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крован-КМВ» в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

З.А. Бейтуганов

 

Судьи

 

С.И. Джамбулатов

 

Е.В. Жуков