Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А50-6708/2021

01 апреля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть решения оглашена 25 марта 2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 01 апреля 2022 года

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Коньшиной С.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании 

дело № А50-6708/2021  по исковым заявлениям акционерного общества «Завод железобетонных и строительных конструкций №1» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; 614064, 

<

...>), общества с ограниченной ответственностью «Завод железобетонных изделий «Стройиндустрия» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 614056, 

<

...>) и общества с ограниченной ответственностью Виамет» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 614065, 

<

...>, литер Ю1)

к  ФИО2 (ИНН 

<

***>, 614051, 

<

...>)

ФИО3 (ИНН590313899700, 614097, 

<

...>; 15.11.1961 г/р)

о привлечении к субсидиарной ответственности,

третьи лица: арбитражный управляющий ФИО4, ФИО5, финансовый управляющий ФИО2 ФИО6

при участии:

от истца ООО «Завод железобетонных изделий «Стройиндустрия»: ФИО7 - доверенность от 02 декабря 2020 года, паспорт;

от ответчика ФИО2: ФИО8 – доверенность от 04 октября 2021 года, паспорт;

от ответчика ФИО3: ФИО8 – доверенность от 26 ноября 2021 года, паспорт;

от истца АО «Завод железобетонных и строительных конструкций №1», третьих  лиц: не явились;

о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на интернет-сайте Арбитражного суда Пермского края www.perm.arbitr.ru,

установил:

23 марта 2021 года в Арбитражный суд Пермского края поступило исковое заявление акционерного общества «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» (далее АО «ЖБК-1», истец 1) о привлечении  ФИО2  (далее ответчик 1) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ильком-Нео» (далее должник) в сумме   1 108 149,12 руб., в том числе 1 055 102,90 руб. основного долга, 29 203,22 руб. процентов, 23 843 руб. государственной пошлины.

Определением от 15 апреля 2021 года исковое заявление после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления его без движения, принято к производству суда, предварительное судебное заседание по его рассмотрению назначено на 05 мая 2021 года. 

Судебное заседание откладывалось определениями от 27 апреля 2021 года – на 26 мая 2021 года, от 26 мая 2021 года – на 28 июня 2021 года, от 06 июля 2021 года – на 12 августа 2021 года, от 12 августа 2021 года – на 25 августа 2021 года, от 31 августа 2021 года – на 22 сентября 2021 года, от 22 сентября 2021 года – на 12 октября 2021 года, от 14 октября 2021 года – на 25 ноября 2021 года, от 25 ноября 2021 года – на 17 января 2021 года, от 18 января 2022 года – на 16 февраля 2022 года, от 17 февраля 2022 года – на 17 марта 2022 года, от 17 марта 2022 года – на 25 марта 2022 года.

Определением от 06 июля 2021 года предварительное судебное заседание завершено, суд перешел к рассмотрению дела по существу.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены арбитражный управляющий ФИО4,  ФИО5 (определение от 22 сентября 2021 года),  финансовый управляющий ФИО2 ФИО6 (определение от 14 октября 2021 года)

26 октября 2021 года в Арбитражный суд Пермского края поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Завод железобетонных изделий «Стройиндустрия» (далее ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия», истец 2) о привлечении  ФИО3  (далее ответчик 2) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ильком-Нео» в сумме   4 821 782,57 руб., в том числе 4 774 907,57 руб. основного долга, 46 875 руб. государственной пошлины (дело № А50-26422/2021).

Определением от 08 ноября 2021 года исковое заявление ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» принято к производству суда, предварительное судебное заседание по его рассмотрению назначено на 30 ноября  2021 года.

Определением от 07 декабря 2021 года  дела  № А50-26422/2021 и № А50-6708/2021 объединены в одно производство для совместного рассмотрения. Объединенному делу присвоен № А50-6708/2021. 

От ответчика ФИО2 поступил отзыв, в котором он возразил против удовлетворения заявленных требований.

От ответчика ФИО3 поступил отзыв, в котором он возразил против удовлетворения заявленных требований.

22 марта 2022 года от истца 1 поступили дополнительные документы.

24 марта 2022 года от общества с ограниченной ответственностью «Виамет» (далее ООО «Виамет», истец 3) поступило заявление о присоединении к требованиям истца 1 и истца 2 о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам перед истцом 3 в размере 3 390 372,81 руб., в котором просит также рассмотреть дело в его отсутствие.

В судебном заседании заявление ООО «Виамет» удовлетворено судом в порядке части 6 статьи 225.10 АПК РФ. ООО «Виамет» рассматривается судом в качестве лица, присоединившегося к исковым требованиям истца 1 и истца 2.

Истец 2 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов. 

Ходатайство рассмотрено судом в порядке статьи 159 АПК РФ и удовлетворено.

Истец 2 на удовлетворении заявленных им требований настаивал.

По предложению суда истец 2 отказался присоединиться к исковым требованиям истца 1, однако от соответствующей подписи в протоколе судебного заседания отказался, заявив о том, что не может присоединиться к исковым требованиям истца 1 в связи с тем, что судом указанные исковые требования рассматриваются с процессуальными нарушениями, а именно с нарушением части 3 статьи 225.14 АПК РФ.

Однако после того, как судом озвучено, что истцом 1 в ЕФРСБ опубликовано соответствующее сообщение, представитель истца 2 заявил о том, что ему следует пересмотреть свое мнение относительно требований истца 1.

Между тем, учитывая, что как истцом 1, так и истцом 2 в адрес всех кредиторов ООО «Ильком-Нео», включенных в реестр требований кредиторов должника, по требованию суда в целях соблюдения публичности извещения о возможности присоединиться к заявленным требованиям по почте направлены соответствующие предложения, судом предоставлена всем кредиторам возможность присоединиться к заявленным требованиям.

При этом в силу пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Все участники данной группы, учитывая, что в силу подпункта 2 пункта 4 статьи 61.19 ФЗ от 26 октября 2022 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) кредиторы ООО «Ильком-Нео» считаются членами одной группы лиц, известны. Ими являются кредиторы ООО «Ильком-Нео» включенные в реестр требований кредиторов должника в деле № А50-36418/2018 о банкротстве ООО «Ильком-Нео» и сведения о них являются публичными, поскольку судебные акты об их включении в реестр требований кредиторов должника размещены в картотеке арбитражных дел.

Истцом 1 в порядке, установленном подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.19 Закона о банкротстве, предложение присоединиться к заявленным требованиям (при том, что судом совместно рассматриваются заявления двух кредиторов) опубликовано в ЕФРСБ.

ООО «Виамет» воспользовалось данным предложением и присоединилось к заявленным требованиям. 

Суд неоднократно задавал истцу 2 вопрос о том, намерен ли он присоединяться к требованиям истца 1. На данный вопрос представитель истца 2 пояснял, что считает, что поскольку в отношении ответчика 2  ФИО2  введена процедура реализации имущества (дело № А50-5176/2021), то требование о привлечении его к субсидиарной ответственности должно рассматриваться именно в деле о личном банкротстве ФИО2

Так, 30 сентября 2021 года истец 2 обратился с заявлением о включении его требования в размере 4 821 782,57 руб. в реестр требований кредиторов ФИО2 

Однако в силу пункта 6 статьи 61.16 Закона о банкротстве если в отношении лица, привлекаемого к ответственности, также возбуждено дело о банкротстве, вопрос о привлечении к ответственности такого лица не может быть рассмотрен (передан на рассмотрение) в деле о его банкротстве.

Лица, участвующие в деле о банкротстве контролирующего должника лица, вправе участвовать в деле о банкротстве, в котором рассматривается вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности, в качестве третьих лиц на стороне лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.

Арбитражный управляющий в деле о банкротстве, в котором рассматривается вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности, обязан в установленный настоящим Федеральным законом срок от имени должника предъявить в деле о банкротстве контролирующего должника лица требование о включении в реестр требований кредиторов, основанное на заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности.

Рассмотрение такого требования приостанавливается арбитражным судом до истечения срока на подачу апелляционной жалобы на определение о привлечении к ответственности или принятия соответствующего судебного акта судом апелляционной инстанции.

До рассмотрения такого требования вырученные от реализации имущества должника средства, за исключением средств, полученных от реализации предмета залога, не подлежат распределению среди кредиторов.

Таким образом, в силу прямого указания Закона о банкротстве заявление о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности не может быть рассмотрено в деле о его банкротстве.

Оно подлежало рассмотрению в деле о банкротстве ООО «Ильком-Нео», которое прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для финансирования процедуры банкротства, поэтому в силу пункта 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве подлежит рассмотрению в рамках настоящего дела № А50-6708/2021 судом, рассматривавшим дело о банкротстве контролируемого юридического лица. 

Иное мнение представителя истца 2 основано на неправильном толковании норм материального права. Данная позиция представителя истца 2 может негативно сказаться на его доверителе, поскольку может лишить возможности защиты его прав путем привлечения контролирующего ООО «Ильком-Нео» лица к субсидиарной ответственности.

С учетом вышеизложенного определением от 20 декабря 2021 года по делу № А50-5176/2021 производство по заявлению ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» о включении задолженности в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ильком-Нео» в реестр требований кредиторов ФИО2 приостановлено до вступления в законную силу судебного акта, принятого по результатам рассмотрения дела Арбитражного суда Пермского края № А50-6708/2021.

Принимая во внимание, что ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» является одним из истцов по настоящему делу, в котором рассматривается вопрос о привлечении контролирующих ООО «Ильком-Нео» лиц к субсидиарной ответственности, что оно обратилось с заявлением о включении его требования, установленного в деле о банкротстве ООО «Ильком-Нео», в порядке привлечения к субсидиарной ответственности в реестр требований кредиторов ФИО2, что оно считает, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ильком-Нео», суд приходит к выводу о том, что ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» в целом присоединилось к исковым требованиям истца 1.

Представитель истца 2 на удовлетворении исковых требований настаивал.

Представитель ответчиков возражал против удовлетворения заявленных требований.

Истец 1, третьи лица, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом в порядке статей 121, 123 АПК РФ, в том числе публично, в судебное заседание не явились.

Арбитражный  суд, исследовав материалы дела, заслушав присутствующих в судебном заседании лиц, установил следующее.

ООО «Ильком-Нео» зарегистрировано в качестве юридического лица 10 февраля 2016 года.

Уставный капитал общества составляет 10 000 руб. 

Единственным участником с долей в размере 100 % уставного капитала с момента создания общества является ФИО3

Единоличным исполнительным органом должника с момента создания до 15 июля 2016 года являлся ФИО3, с 15 июля 2016 года – ФИО2

Основным видом деятельности должника согласно выписке из ЕГРЮЛ  является торговля оптовая прочими строительными материалами и изделиями (46.73.6).

Сведения о выданных должнику лицензиях в выписке из ЕГРЮЛ отсутствуют.

Определением от 04 декабря 2018 года по заявлению кредитора  возбуждено дело № А50-36418/2018 о банкротстве ООО «Ильком-Нео».

Определением Арбитражного суда Пермского края 12 марта 2019 года (резолютивная часть определения оглашена 05 марта 2019 года) в отношении ООО «Ильком-Нео»  введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

В третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Ильком-Нео» в указанном деле включены, в том числе, требования: 

- АО «ЖБК-1» в сумме 1 108 149,12 руб., в том числе 1 055 102,90 руб. основного долга, 29 203,22 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 23 843 руб. государственной пошлины (определение от 21 мая 2019 года);

- ООО «Виамет» в размере 3 390 372,81 руб. основного долга (определение от 13 июня 2019 года);

- ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» в общей сумме 4 821 782,57 руб., в том числе 4 774 907,57 руб. основного долга, 46 875 руб. государственной пошлины (определение от 11 июня 2019 года).

Определением от 08 октября 2019 года (резолютивная часть оглашена 30 сентября 2019 года) производство по делу № А50-36418/2018 о банкротстве ООО «Ильком-Нео» прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на процедуру.

Данное определение не обжаловано, вступило в законную силу. 

15 июля 2020 года ООО «Ильком-Нео» исключено из ЕГРЮЛ.

23 марта 2021 года АО «ЖБК-1» обратилось в суд с заявлением о привлечении  ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ильком-Нео» в сумме   1 108 149,12 руб., в том числе 1 055 102,90 руб. основного долга, 29 203,22 руб. процентов, 23 843 руб. государственной пошлины.

К данному заявлению присоединились ООО «Виамет» в сумме 3 390 372,81 руб. основного долга и ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» в общей сумме 4 821 782,57 руб., в том числе 4 774 907,57 руб. основного долга, 46 875 руб. государственной пошлины.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Согласно пункту 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российский  Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Требования соистцов в рамках дела о банкротстве включены в реестр требований кредиторов ООО «Ильком-Нео» и производство по делу о банкротстве ООО «Ильком-Нео» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедуры банкротства, соответственно, соистцы   вправе обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве.

Подпунктом 3 пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве установлено, что в случае, если заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи и по результатам завершения процедуры банкротства не удовлетворены требования более чем одного лица, имеющего право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности и указанного в пункте 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона, к рассмотрению заявления применяются следующие особенности:  предложение о присоединении к заявлению может быть сделано путем включения сообщения об этом в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве.

В рассматриваемом случае истец, АО «ЖБК-1», направил в адрес иных кредиторов ООО «Ильком-Нео» предложение присоединиться к его заявлению по почте, а также опубликовал сообщение в ЕФРСБ, в результате чего к его требованиям присоединились ООО «Виамет» и ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо (пункт 2 названной статьи).

Положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 3 названной статьи).

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 названной статьи).

Положения подпункта 3 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения, а также контролирующего должника лица (пункт 5 названной статьи).

Положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами (пункт 6 названной статьи).

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно пункту 19 названного Постановления при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 названного Постановления).

Единственным участником ООО «Ильком-Нео» с момента его создания являлся ФИО3

Единоличным исполнительным органом должника с момента создания до 15 июля 2016 года являлся ФИО3, с 15 июля 2016 года – ФИО2

Соответственно, в силу статьи 61.10 Закона о банкротстве они являются контролирующими должника лицами.

В обоснование заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности истцы ссылается на то, что по договорам уступки прав требования и договорам купли-продажи паев в период с 17 октября 2016 года по 05 июня 2017 года ООО «Ильком-Нео» отчуждены права требования по договорам долевого участия в строительстве. Общая стоимость прав по договорам уступки составила 12 040 000 руб.

Доказательства оплаты цессионариями уступленных прав требования отсутствуют, ответчиком ФИО2 в порядке статьи 65 АПК РФ не представлены.

По всем счетам должника оплата уступленных прав не прослеживается (статья 65 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Кроме того, требование АО «ЖБК-1», включенное в реестр требований кредиторов ООО «Ильком-Нео», было основано на договоре уступки прав требования от 27 марта 2017 года № 03/27, предметом которого являлась квартира по адресу: 

<

...>.

В материалах дела отсутствуют сведения о распоряжении ООО «Ильком-Нео» полученным от АО «ЖБК-1» правами требования и доказательства получения встречного предоставления за данные права требования (статья 65, часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В материалах дела также отсутствуют доказательства распоряжения ООО «Ильком-Нео» правами требования, полученными от кредитора ООО «Пермспецком» по договору уступки права требования от 20 февраля 2017 года, предметом которого являлась квартира по адресу: с. Фролы, ул. Садовая, д. 1. По данному договору уступки права требования ООО «Пермспецком» также включены в реестр требований кредиторов ООО «Ильком-Нео» в сумме 1 264 421,85 руб., в том числе  1 200 000 руб.  основного долга, 39 031,85 руб. процентов, 25 390 руб. государственной пошлины (определение от 12 марта 2019 года по делу № А50-36418/2018).

Судом в адрес Управления Росреестра по Пермскому краю направлен запрос о предоставлении договоров уступки прав требований и документов, представленных в подтверждение факта оплаты по ним, в отношении всех вышеназванных договоров уступки.

По запросу суда в материалы дела представлены договоры уступки, однако доказательства оплаты по ним не представлены (статьи 65, 68 АПК РФ).

Ответчик ФИО2 пояснил, что оплата по всем договорам была произведена, однако доказательства оплаты по ним у него не сохранились.

Между тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 50 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество обязано хранить документы, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Согласно пункту 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Внятных пояснений относительно того, исполнена ли ФИО2  обязанность по передаче временному управляющему документации должника, ФИО2 не даны. Он пояснил, что документация утрачена им, скорее всего, в процедуре наблюдения.

С заявлением об истребовании документации должника у руководителя должника временный управляющий должника в рамках дела о банкротстве в суд не обращался. 

При этом в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ООО «Ильком-Нео» временным управляющим ФИО4 указано, что по всем договорам уступки, отсутствие оплаты по которым явилось основанием для обращения АО «ЖБК-1» с рассматриваемым иском, цессионарием оплата произведена полностью.

Однако, как уже отмечено судом, доказательства оплаты по произведенным уступкам, как в материалах настоящего дела, так и в материалах дела о банкротстве ООО «Ильком-Нео» отсутствуют (статьи 65, 68 АПК РФ).

Акт приема-передачи документации от руководителя должника ФИО2 временному управляющему также отсутствует, ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ не представлен. 

В Управлении Росреестра по Пермскому краю доказательства уплаты по договорам уступки, исходя из представленных им документов по запросу суда, также отсутствуют.

При этом, исходя из условий договоров, оплата уступленных прав требования должна была производиться денежными средствами, соответственно, оплата должна была производиться по счетам должника. По счетам должника оплата уступленных прав по указанным договорам  не прослеживается, хотя имеются доказательства оплаты по иным договорам уступки права требования с иными цессионариями.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что оплата по договорам уступки, которые указаны истцом АО «ЖБК-1», не произведена (статья 71 АПК РФ).

Сведения о том, что ФИО2 предпринимались действия к взысканию задолженности по договорам уступки, в материалах дела также отсутствуют (статья 65, часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В обоснование заявленных  требований АО «ЖБК-1» ссылается также на то, что по счетам должника прослеживается регулярное списание в период с 02 ноября 2017 года по 25 января 2018 года денежных средств в пользу ФИО2 и ФИО5 с назначением платежа «под отчет», «расчеты с поставщиками», «хоз. нужды», «предоставление займа» на общую сумму 4 766 000 руб.

Как пояснил ФИО2, ФИО5 являлась работником ООО «Ильком-Нео» и действовала по доверенности. Полученные со счетов должника денежные средства расходовались на нужды должника.

Доверенность, на которую ссылается ФИО2, в материалы дела не представлена (статьи 65, 68 АПК РФ).

Доказательства расходования полученных со счетов должника денежных средств на нужды ООО «Ильком-Нео» как  в материалы настоящего дела, так и в материалы дела № А50-36418/2018, отсутствуют (статьи 65, 68, часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Между тем, реестр требований кредиторов в деле № А50-36418/2018 о банкротстве ООО «Ильком-Нео» сформирован в размере 14 820 265,31 руб., в том числе 12 817,78 руб. требования второй очереди, 14 619 503,41 руб. основного долга, 187 944,12 руб. штрафных санкций – требования третьей очереди реестра требований кредиторов. 

Сумма денежных средств, которые должны были быть получены от цессионариев по договорам уступки прав требования (12 040 000 руб.), а тем более в совокупности с суммой денежных средств, полученных со счетов должника ответчиком и ФИО5 в отсутствие доказательств расходования их на нужды должника (4 766 000 руб.), являлась достаточной для расчетов со всеми кредиторами должника, включенными в реестр требований кредиторов ООО «Ильком-Нео» (статья 71 АПК РФ).

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу о том,  что полное погашение требований кредиторов ООО «Ильком-Нео» невозможно в связи с тем, что руководителем должника ФИО2 совершены сделки по отчуждению имущества должника (отчуждение прав требования и нецелевое расходование денежных средств), которые в отсутствие встречного предоставления явились необходимой причиной банкротства должника, то есть без них объективное банкротство ООО «Ильком-Нео» не наступило бы (статья 71 АПК РФ, пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53). 

Необеспечение сохранности документов, подтверждающих, по утверждению ответчика, произведенную  оплату и расходование денежных средств на нужды должника выходит за пределы обычного делового риска (пункт 18 названного Постановления).

На какие-либо внешние  факторы, являвшиеся причиной банкротства ООО «Ильком-Нео», либо сопутствовавшие наступлению банкротства, ответчик не ссылается.

С учетом изложенного исковые требования АО «ЖБК-1», ООО «Виамет» и ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) подлежат удовлетворению (статья 71 АПК РФ), а именно с ФИО2 подлежат взысканию:

-  в пользу АО «ЖБК-1»  денежные средства в сумме 1 108 149,12 руб., в том числе 1 055 102,90 руб. основного долга, 29 203,22 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 23 843 руб. государственной пошлины – требования третьей очереди реестра требований кредиторов;

- в пользу ООО «Виамет» денежные средства в сумме 3 390 372,81 руб. основного долга – требования третьей очереди реестра требований кредиторов;

- в пользу ООО «Завод железобетонных изделий «Стройиндустрия» денежные средства в сумме 4 821 782,57  руб., в том числе 4 774 907,57 руб. основного долга, 46 875 руб. государственной пошлины – требования третьей очереди реестра требований кредиторов.

ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» подано самостоятельное исковое заявление о привлечении единственного участника ФИО3 к субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о банкротстве ООО «Ильком-Нео». 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 названной статьи).

Если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока:

собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи (пункт 3.1 названной статьи).

ФИО3 являлся единственным участником ООО «Ильком-Нео», поэтому при доказанности соответствующих обстоятельств к нему применим пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом) (пункт 2 названной статьи).

В обоснование заявленных требований в отношении ФИО3 ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» ссылается на то, что он как единственный участник ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» должен был подать заявление о банкротстве ООО «Ильком-Нео» не позднее 30 июня 2018 года.

Исходя из реестра требований кредиторов ООО «Ильком-Нео» практически вся задолженность перед кредиторами возникла в период до второй половины 2017 года.

При этом, как уже установлено судом, у должника имелись права требования, которые в период с 17 октября 2016 года по 05 июня 2017 года отчуждены должником за общую сумму 12 040 000 руб., однако денежные средства в указанном размере должнику не поступили (статья 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что по итогам 1 полугодия 2017 года наступило объективное банкротство ООО «Ильком-Нео».

Однако о наличии признаков банкротства ФИО3 как участник ООО «Ильком-Нео» в отсутствие доказательств иного мог узнать лишь на общем собрании участников должника.

В соответствии с частью 1 статьи 34 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Как правило, очередное общее собрание участников общества с ограниченной ответственностью проводится в период с марта по 30 апреля.

Соответственно, в случае проведения очередного общего собрания участников должника ФИО3 как участник ООО «Ильком-Нео» должен был узнать о наличии у общества признаков банкротства не позднее 30 апреля 2018 года и должен был обратиться с заявлением о банкротстве.

Ответчики пояснили, что собрания участников общества в ООО «Ильком-Нео» не проводились.

Заявление о банкротстве ООО «Ильком-Нео» не подано ни руководителем ФИО2, ни участником ФИО3

Заявление о банкротстве подано кредитором ООО «Пермспецком» 23 октября 2018 года.

Между тем, с учетом того, что все обязательства перед кредиторами наступили до того, как ФИО3 мог узнать о возникновении у должника признаков банкротства,  а размер субсидиарной ответственности на неподачу заявления о банкротстве равен размеру обязательств должника, возникших после истечения срока на подачу такого заявления, размер субсидиарной ответственности ФИО3 по данному основанию равен 0 руб.

При таких обстоятельствах привлечение его субсидиарной ответственности по данному основанию, равной 0 руб., нецелесообразно.

В удовлетворении заявленных требований по данному основанию следует отказать (статья 71 АПК РФ).

В обоснование заявленных требований в отношении ФИО3 ООО «Завод ЖБИ «Стройиндустрия» ссылается также на то, что он не контролировал деятельность назначенного им руководителя должника, не требовал от него соблюдения действующего законодательства (не требовал осуществлять расчеты со своими кредиторами). 

Данное основание фактически охватывается основанием для привлечения к субсидиарной ответственности за неполное погашение требований кредиторов, то есть статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Однако судом не усматривается в действиях (бездействии) ФИО3 достаточных оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по данному основанию (статья 71 АПК РФ).

Все действия, приведшие к банкротству, совершены ФИО2

Какие-либо доказательства того, что ФИО3 содействовал ФИО2 в указанных действиях, либо стал выгодоприобретателем по совершенным им сделкам, в материалах дела отсутствуют. 

Фактически  большинство действий, приведших к банкротству, совершены ФИО2 в первой половине 2017 года (договоры уступки прав требования) и в период с 02 ноября 2017 года по 25 января 2018 года (списание денежных средств со счета должника), то есть в основном 2017 году.

Достаточные основания для вывода о том, что за 2017 год ФИО3, действуя добросовестно и разумно,  имел достаточно возможностей для контроля за действиями руководителя должника, что исключило бы банкротство должника, у суда отсутствуют (статья 71 АПК РФ).

Соответственно, достаточных оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве не имеется (статья 71 АПК РФ).

В удовлетворении заявленных требований в данной части также следует отказать.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина по иску истца 1 относится на ответчика ФИО2, по иску истца 2 – на самого истца 2.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, Арбитражный суд Пермского края 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования АО «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1», ООО «Завод железобетонных изделий «Стройиндустрия» и ООО Виамет»  удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу АО «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» денежные средства в сумме 1 108 149,12 руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Виамет» денежные средства в сумме 3 390 372,81 руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Завод железобетонных изделий «Стройиндустрия» денежные средства в сумме 4 821 782,57  руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу АО «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» 24 081 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении искового заявления ООО «Завод железобетонных изделий «Стройиндустрия» и ООО «Виамет» к ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления  в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

 

Судья           С.В. Коньшина