Арбитражный суд Волгоградской области

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

город  Волгоград

«11» июля 2024 г.

Дело № А12-22696/2023

 

Резолютивная часть решения объявлена «04» июля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен «11» июля 2024 года.

 

          Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Смагоринской Е.Б.,  при ведении протокола помощником судьи  Курбатовой О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области о привлечении  ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью  «Строй-Элит»,

          при участии в судебном заседании:

          от истца – представитель ФИО3 по доверенности от 10.01.2024 №3, 

                                                       УСТАНОВИЛ:

          в Арбитражный суд Волгоградской области (далее - суд) поступило исковое заявление Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области  (далее – также Облкомимущество, Комитет, истец) о привлечении ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании в солидарном порядке 614 940,21 руб. убытков по обязательствам  ликвидированного должника - общества с ограниченной ответственностью «Строй-Элит» (далее – ООО «Строй-Элит», общество  «Строй-Элит»).

           Иск заявлен на основании статей  53.1,  399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивирован тем, что ответчики,  являясь  учредителями  общества  «Строй-Элит», зная о наличии у общества задолженности по арендной плате перед Облкомимуществом, установленной вступившими в законную силу решениями суда, допустили наличие у ООО «Строй-Элит» признаков  недействующего юридического лица,  что  повлекло принятие уполномоченным органом решения об исключении общества из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), вследствие чего взыскание задолженности стало невозможным. Также истец ссылается на ст.3 Федерального закона №14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон №14-ФЗ), в котором указано, что если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ (лицо, уполномоченное выступать от его имени юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

          Ответчик ФИО2 представила отзыв, согласно которому считает заявление не обоснованным, заявила о пропуске срока исковой давности по заявленному требованию.

         Ответчик ФИО1 отзыв не представил. 

          Изучив доводы заявления, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд пришел к следующим выводам.

            Как следует из материалов дела, ООО «Строй-Элит» было зарегистрировано в качестве юридического лица 01.10.2010.  Основным видом деятельности ООО «Строй-Элит» являлось производство мебели  (код ОКВЭД 31.0), один из дополнительных видов деятельности – строительство жилых и нежилых зданий  (код ОКВЭД 41.20).

          Обществом  «Строй-Элит» по договору аренды №9324-В от 13.07.2010  был арендован земельный участок, площадью 6244 кв.м с кадастровым номером 34:34:080094:50, расположенный по адресу: Волгоградская область, г. Волгоград, Красноармейский район, ул. 50 лет Октября

<

...>, для строительства многоэтажного жилого дома со встроенными объектами обслуживания и подземной автостоянкой (далее – договор аренды от 13.07.2010 № 9324).

           В связи с тем, что арендатором   (ООО «Строй-Элит»)  своевременно плата по договору аренды не вносилась, Комитет обратился с соответствующими исками в суд.

           По исковым заявлениям Комитета судом были вынесены следующие решения о взыскании с ООО «Строй-Элит» задолженности по арендной плате:

           -  решением Арбитражного суда Волгоградской области от 10.08.2016  по делу №А12-33489/2016 с ООО «Строй-Элит» в пользу  Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскана задолженность в сумме 187 456,71 руб., в том числе задолженность по арендной плате за период с 01.01.2016 по 30.04.2016 в сумме 183712,19 руб., пени за просрочку платежей за период с 11.02.2016 по 30.04.2016 в сумме 3744,52 руб.;

           -  решением Арбитражного суда Волгоградской области от  21.12.2017  по делу №А12-38797/2017 с ООО «Строй-Элит» в пользу  Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскана задолженность 187 141,55 руб.  по арендной плате (за период с 01.10.2016 по 02.02.2017), 4 177,62 руб. пени (за период с 11.10.2016 по 02.02.2017), всего 191 319,17 руб., а также  неустойка, начиная с 02.02.2017  в размере 1/300 ключевой ставки Банка России от невыплаченной суммы 187 141,55 руб. за каждый день просрочки до дня фактического исполнения обязательства (оплаты суммы задолженности по арендной плате);

            -  постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2017  по делу №А12-65129/2016 с ООО «Строй-Элит» в пользу  Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскана задолженность по арендной плате за период с 01.05.2016 по 30.05.2016 в размере 229 640,25 руб. и пени за просрочку внесения арендной платы за период с 11.05.2016 по 30.09.2016 в размере 6 524,08 руб., всего по договору – 236 164,33 руб., неустойку, начиная с 01.10.2016 в размере 1/300 ключевой ставки Банка России от невыплаченной суммы в размере 229 640,25 руб. за каждый день просрочки до дня фактического исполнения обязательства (оплаты суммы задолженности по арендной плате).

           Таким образом, как указал истец,  с учетом актов сверки по указанным выше судебным актам, задолженность ООО «Строй-Элит» перед  Комитетом на 15.08.2023  составляет 614 940,21 руб.

          В материалах дела имеются сведения, что на основании указанных решений были  возбуждены исполнительные производства, взыскание не производилось, исполнительные производства прекращены 23.01.2021 в связи с  внесением записи об исключении должника из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ).

         16.01.2020  общество  «Строй-Элит» было  исключено из реестра юридических по решению регистрирующего органа на основании подпункта б) пункта 5 статьи 21.1 Федерального закон от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о государственной регистрации) в связи с наличием сведений о недостоверности  относительно юридического  адреса общества.

           На дату исключения общества «Строй-Элит»  из ЕГРЮЛ ФИО1 и  ФИО2   являлись  учредителями  общества  с  09.04.2018    и  с  03.10.2014, соответственно,  то есть контролирующими должника лицами с размером доли по  50%.

          Указанные выше  решения  арбитражного  суда   остались  неисполненными, что явилось основанием для обращения в суд с рассматриваемым иском.  

          Рассмотрев вопрос о пропуске исковой давности по заявлению ответчика ФИО2 суд исходит из следующего.

          Согласно ст. 195, п. 1 ст. 197 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

           Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

           Статьей 196 ГК РФ установлен трехлетний срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

            Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

           Особенностями привлечения к субсидиарной ответственности при административной ликвидации обществ с ограниченной ответственностью является, прежде всего, факт такой ликвидации общества в порядке статьи 64.2 ГК РФ и статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ, ранее наступления которого не может начать течь исковая давность, поскольку именно с ним пункт 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ связывает право кредитора на привлечение контролирующего должника лицо к субсидиарной ответственности, отождествляя исключение общества из ЕГРЮЛ с отказом основного должника от исполнения обязательства (абзац второй пункта 1 статьи 399 ГК РФ), устраняющим почву для разумных ожиданий кредитора на получение от него предоставления.

          Учитывая, что в рассматриваемом случае ООО «Строй-Элит»  исключено из ЕГРЮЛ 16.01.202, трехлетний срок исковой давности для обращения с заявлением о привлечении ответчиков  к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным истцом, истекает  06.01.2023.  С рассматриваемым исковым заявлением Комитет обратился 12.09.2023, следовательно,  срок исковой давности  по требованиям, предъявленным к ответчику  ФИО2,   истек, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении искового заявления в данной части. 

           При этом Комитет указывает, что об исключении общества «Строй-Элит»   из ЕГРЮЛ ему стало известно только 15.08.2023 при подготовке обращения в службу судебных приставов о ходе исполнительных производств в отношении ООО «Строй-Элит»  в связи с отсутствием сведений о результатах исполнительных производств и в результате  проверки информации относительно действий юридического лица. 

           Суд не усматривает оснований для исчисления срока исковой давности с 15.08.2023.

         Так, с учетом положений абзаца 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", определяя момент начала течения срока исковой давности по требованию, момент возникновения осведомленности у управомоченного лица о котором поставлен в зависимость от ряда субъективных факторов, с трудом поддающихся оценке с точки зрения объективной достоверности, суду следует руководствоваться поведением, ожидаемым от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

           Комитетом не указано каких-либо объективных причин, препятствующих осведомленности об исключении общества «Строй-Элит»  из ЕГРЮЛ ранее, чем 15.08.2023. То обстоятельство, что до этой даты истец не интересовался ходом исполнительных производств и судьбой своего должника, не может быть признано уважительной причиной для восстановления срока исковой давности.

            С учетом исключительности механизма привлечения к ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам  банкротства, вопрос о сроках, в рамках которых указанные требования  могут  быть предъявлены, является существенным. Контролировавшие когда-то должника лица не могут нести риск финансовой ответственности в течение неопределенного срока.

           Согласно абзацу 2 пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков,  в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

          При рассмотрении спора в части требований, предъявляемых к ответчику ФИО1,  суд исходит из следующего.

          Согласно правовой позиции, высказанной Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника.

           Согласно статье 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

            Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункты 1 и 2 статьи 44  Закона N 14-ФЗ.

            Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части пер-вой Гражданского кодекса Российской Федерации" судам, применяя положения статьи 53.1  ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

            В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В случае если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

            Согласно пункту 5 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

           С учетом указанных норм права в предмет доказывания по настоящему делу входит недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) ответчика, повлекших неблагоприятные последствия для истца; наличия и размера убытков; наличия причинной связи между недобросовестными/неразумными действиями ответчика и возникшими убытками.

           При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность наличия всей совокупности этих фактов. Недоказанность одного из перечисленных составляющих исключает возможность удовлетворения исковых требований.

          Как установлено частью 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

          Части 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ возлагают бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

          Таким образом, для применения ответственности необходимо доказать совокупность условий: исключение общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица; неисполнение обязательства исключенного общества; неразумность/недобросовестность действий лиц, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица; наличие причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

           Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

           При оценке действий (бездействия) контролирующих должника лиц, в результате которых кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физических лиц - руководителя и учредителя общества, должен обосновать наличие в действиях таких лиц умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

            Не сдача финансовой и бухгалтерской отчетности, не представление в налоговый орган достоверных сведений о юридическим лице,  само  по  себе не образует достаточных оснований для привлечения соответствующих лиц к субсидиарной ответственности, поскольку  не  означает,  что  при сохранении статуса юридического лица у должника последний имел возможность осуществить расчеты с кредитором, но уклонилось от исполнения денежного обязательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

           Наличие у ООО «Строй-Элит», впоследствии исключенного из ЕГРЮЛ, как недействующего юридического лица, непогашенной задолженности, подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков (учредителей общества), в неуплате указанного долга. Равно как свидетельствовать о недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга (определения Верховного Суда Российской Федерации от 10.01.2022 N 307-ЭС21-24748, от 08.11.2021 N 302-ЭС21-17295 и от 26.05.2021 N 307-ЭС21-7181).

            В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 разъяснено следующее.

            Участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

            К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).

            При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671). 

            Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически доведение до банкротства. Приведенная правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 N 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 N 302-ЭС20-8980.

            Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением должником обязательств и недобросовестными и неразумными действиями данных лиц.

            Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

            Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

          Судом отклоняется  довод истца о том, что согласно сведениям, представленным  в отношении банковского счета общества «Строй-Элит» № 40702810006000000425 в АО «ИНВЕСТТОРГБАНК», обществом  в период наличия  задолженности по указанным выше судебным актам производилась оплата по иному договору аренды   муниципального имущества (земельного участка), расположенного по адресу пр. им. В.И. Ленина, 151, а именно: 05.07.2016 произведена оплата на сумму 22 023 руб. за период март-май 2016; 13.09.2016 – на сумму 12 542 руб. за период июнь-июль 2016; 11.11.2016 – на сумму 21 163,02 руб. за период август, сентябрь и октябрь 2016  и такая избирательность в расчете с контрагентами свидетельствует о недобросовестности ответчика и является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.  

        Действительно, из банковской выписки по указанному счету видно, что перед каждым  платежом на счет должника поступали денежные средства по договорам займа, заключенным в день поступления денежных средств,  после чего и  производилось должником указные выше платежи в счет  погашения задолженности договору   аренды   земельного участка, расположенного по адресу пр. им. В.И. Ленина, 151. Между тем,  данными платежами  погашалась задолженность  за  периоды,  возникшие ранее, чем те, по которым была  взыскана  задолженность судебными актами, указанными истцом в иске, что не отрицалось Комитетом в судебном заседании. Данные обстоятельства не могут свидетельствовать о неразумном характер поведения контролирующего лица. 

          Таким образом, не представлено доказательств, подтверждающих недобросовестность либо неразумность действий ответчика ФИО1, например, доказательств того, что у ООО «Строй-Элит» имелись активы, которыми ответчик распорядились в ущерб интересам истца, о совершении ответчиком действий по намеренному сокрытию имущества, или созданию условий для невозможности осуществления расчетов с кредиторами общества, введению последних в заблуждение, о заключении сделок, подлежащих оспариванию.

          Доводы истца сводятся к тому, что неисполнение решения суда о взыскании задолженности с ООО «Строй-Элит» в пользу истца и последующее исключение общества из ЕГРЮЛ презюмирует вину контролирующих должника лиц и является достаточным основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

           Вместе с тем, необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

           Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава 3.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 ГК РФ (как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской  Федерации, отраженной в определении от 05.03.2019 N 305-ЭС18-15540, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 ГК РФ.

          Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

           Арбитражный суд дает оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

           При оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

         Между тем, соответствующих обстоятельств судом не установлено, а истцом не доказано.

          Доказательства того, что ответчик, имея возможность действовать от имени ООО «Строй-Элит», уклонялся от исполнения обязательств перед взыскателем при наличии у ООО «Строй-Элит» достаточных денежных средств, совершал какие-либо умышленные действия с целью уклонения от исполнения обязательств перед истцом, последним в дело не представлены.

          По смыслу действующего законодательства привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении суд учитывает как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ; постановление Пленума от 21.12.2017 N 53).

           Таким образом, для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности необходимо установление специальных оснований такой ответственности, предусмотренных гражданским законодательством.

            Стандарт доказывания по искам о взыскании убытков с лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, предполагает предоставление ясных и убедительных доказательств, свидетельствующих о вине контролирующего лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600).

            В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 в отношении процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, указано, что в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 АК РФ она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

            Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный  или  неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления N 53).

            Суд считает, что, с учетом вышеуказанного, таких доказательств Комитетом не представлено.

          Наличие у общества, исключенного регистрирующим органом из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, непогашенной задолженности, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате указанного долга, а также свидетельствовать об его  недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

          Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о недоказанности истцом недобросовестности и противоправности действий (бездействия) ответчика ФИО1, его вины, а также наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями. 

         Судом также учитывается, что в материалах дела отсутствуют сведения, что  в период,  когда ФИО1 стал  учредителем общества  «Строй-Элит»  и  до  даты исключения общества из ЕГРЮЛ,  ответчиком было допущено нарушение принципа обособленности  какого-либо имущества  юридического лица, приводящее к смешению имущества участников  и  общества,  учитывая  отсутствие у общества вообще какого-либо имущества, а  также  отсутствие  движения денежных средств по счетам, позволяющее проанализировать деятельность общества в указанный период.  

         Судом также  не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что не исключение ООО «Строй-Элит» из ЕГРЮЛ, с учетом отсутствия имущества, повлекло бы восстановление финансово-хозяйственной деятельности ООО «Строй-Элит» и погашение задолженности перед Комитетом. Обязанность для участника общества с ограниченной ответственностью выполнения действий для восстановления финансового состояния общества с целью погашения его финансовых обязательств законом не предусмотрена.

         Доказательств в подтверждение того, что возможность погашения задолженности перед истцом имелась и была утрачена, вследствие недобросовестных действий ответчика, в материалы дела истцом не представлено. 

           В связи с вышеизложенным суд отклоняет доводы Комитета о том, что недобросовестность ответчика по неоплате долга Комитету подтверждается  тем, что ФИО1 также  являлся  учредителем   четырех  юридических лиц,  которые также были  исключены  из  ЕГРЮЛ  на  основании  решений  регистрирующего  органа в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о них, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

           При таких обстоятельствах суд считает, что истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО1  и непогашением ООО «Строй-Элит» задолженности по арендной плате, в связи с чем исковое заявление в данной части  удовлетворению не подлежит.

            Руководствуясь  статьями  167-170  АПК РФ, арбитражный суд

                                                          РЕШИЛ:

            в удовлетворении исковых требований  отказать.

             Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, предусмотренные арбитражным процессуальным законодательством Российской Федерации.

 

       Судья                                                                                                 Е.Б. Смагоринская