СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-6790/2022(38)-АК

Дело №А60-1190/2022

16 августа 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 августа 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 И.П. Даниловой, Т.С. Нилоговой,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании: 

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от конкурсного управляющего должника ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 31.01.2023,

от ФИО4 – ФИО5, паспорт, доверенность от 10.12.2020,

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО8 – ФИО6, паспорт, доверенность от 15.09.2022, 

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу заинтересованного лица с правами ответчика ФИО8

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 30 июня 2023 года

о взыскании с ФИО8 в пользу должника убытков в размере 293 159,00 рублей,

вынесенное судьей М.Е. Яних

в рамках дела №А60-1190/2022

о признании общества с ограниченной ответственностью «Маршалгенстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика ФИО8, 

 

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 14.01.2022 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Строй-Проект» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО СК «Стройпроект», заявитель) о признании общества с ограниченной ответственностью «Маршалгенстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «Маршалгенстрой», должник) несостоятельным (банкротом) при наличии неисполненных свыше трех месяцев обязательств в размере, превышающем 22 млн. рублей, которое определением от 18.01.2022 принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.04.2022  (резолютивная часть от 18.04.2022) заявление ООО СК «Строй-Проект» признано обоснованным; в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО7 (далее – ФИО7), член саморегулируемой организации союз арбитражных управляющих «Авангард».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №77 от 30.04.2022, стр.262.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.09.2022 (резолютивная часть от 14.09.2022) ООО «Маршалгенстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО7

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №182 от 01.10.2022, стр.237.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.01.2023 года (резолютивная часть от 28.12.2022) конкурсным управляющим должника ООО «Маршалгенстрой» утвержден ФИО2 (далее – ФИО2), член саморегулируемой организации «Ассоциация арбитражных управляющих «Паритет».

Сообщение об утверждении конкурсного управляющего должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» №11 от 21.01.2023, стр.56. 

В настоящее время определением суда от 27.02.2023 процедура конкурсного производства в отношении должника продлена до 14.09.2023.

В Арбитражный суд Свердловской области 28.12.2022 поступило заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО7 о признании недействительной сделкой платежа ООО «Маршалгенстрой» в пользу ИП ФИО8 (далее – ФИО8) в размере 293 159,00 рублей, совершенного по расчетному счету 

<

***>, открытому в Уральском банке ПАО «Сбербанк», применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО8 в пользу ООО «Маршалгенстрой» денежных средств в размере 293 159,00 рублей.

Определением суда от 06.03.2023 указанное заявление принято к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.06.2023 (резолютивная часть от 20.06.2023) с ФИО8 в пользу ООО «Маршалгенстрой» взысканы убытки в размере 293 159,00 рублей. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО8 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 30.06.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. 

Заявитель жалобы ссылается на то, что имеет место нарушение и неправильное применение судом норм процессуального права, поскольку суд фактически самостоятельно изменил предмет заявления конкурсного управляющего, что является нарушением статьи 49 АПК РФ, а также принципа равноправия сторон; суд должен был рассмотреть заявление о признании платежа недействительной сделкой, и не мог рассматривать заявленные требования, как требования о взыскании убытков. Вывод суда о том, что ФИО8 не предоставлено документов-оснований совершения ООО «Маршалгенстрой» платежа на сумму 293 159,00 рублей, не соответствует обстоятельствам делам, что является основанием для отмены судебного акта. Спорный платеж был произведен в счет оплаты оказанных обществу юридических услуг. Общая стоимость оказанных ФИО8 услуг составила 313 159,00 рублей. ФИО8 при рассмотрении заявления были представлены пояснения о стоимости оказанных юридических услуг, и было подтверждено, что стоимость оказанных услуг не превысила рыночную. ФИО8 были представлены документы, подтверждающие фактическое оказание услуг, а также обоснование стоимости оказанных услуг. Данная стоимость складывается из оказанных услуг по представительству, подготовке документов, понесенных ФИО8 транспортных и почтовых расходов для проведения переговоров, обеспечения явки в соответствующие органы и направления необходимых документов. Частичная оплата оказанных услуг была произведена 24.11.2017, что подтверждается платежным поручением №189 на сумму 20 000,00 рублей (назначение платежа по счету за юридические услуги, согласно договору), вместе с тем, оплата оставшейся стоимости услуг не производилась. В связи с чем, 20.04.2020 была произведена выплата ООО «Маршалгенстрой» остальной стоимости оказанных юридических услуг в размере 293 159,00 рублей. Как указывает апеллянт, соглашение об оказании юридических услуг сторонами подписано не было, выставленные ФИО8 счета по факту оказания юридических услуг также не найдены, иные первичные документы по задолженности, подлежащие хранению в ООО «Маршалгенстрой», отсутствовали, в силу корпоративного конфликта с ФИО4 Вместе с тем, в подтверждение указанной стоимости юридических услуг за период с 2017 года по 2018 год имеется переписка между ФИО8 и главным бухгалтером ООО «Маршалгенстрой» ФИО9, которая запрашивает у ФИО8 акт на оказанные услуги на сумму 313 159,00 рублей. Цель причинения вреда имущественным правам со стороны ФИО8 отсутствовала и не подтверждена. Судом не учтено, что наличие фактических отношений по возмездному оказанию услуг между ООО «Маршалгенстрой» и ФИО8 было доказано. Отсутствие соглашения на оказание юридических услуг не может служить основанием для освобождения ООО «Маршалгенстрой» от обязанности по оплате стоимости фактически оказанных услуг. 

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего должника ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что обжалуемое определение является правомерным. На документах, исходящих от ООО «Маршалгенстрой», действительно встречается указание ФИО8 в качестве исполнителя, ФИО8 выдавались доверенности, однако, этого недостаточно для определения объема услуг, сроков оказания услуг, их стоимости. Первичных документов, свидетельствующих о встречном характере произведенных под контролем ФИО8 платежей, представлены не были. 

В судебном заседании в режиме веб-конференции представитель заинтересованного лица с правами ответчика ФИО8 доводы апелляционной жалобы поддержала, просила определение суда отменить, в удовлетворении заявления управляющего отказать. 

Представитель конкурсного управляющего должника ФИО2 представитель кредитора ФИО4 с доводами апелляционной жалобы не согласились, просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на законность и обоснованность судебного акта. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ общество с ограниченной ответственностью «Маршалгенстрой» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 13.01.2016 инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга. 

В период с 18.04.2020 по 15.01.2021 ФИО8 являлся руководителем должника.

20.04.2020 с расчетного счета должника в пользу ФИО8 перечислены денежные средства в сумме 293 159,00 рублей с назначением платежа «Погашение задолженности за оказанные услуги. Сумма 293 159-00 без налога (НДС)».

Временный управляющий ООО «Маршалгенстрой» ФИО7 направил запрос ФИО8 о предоставлении:

- документов-оснований совершения ООО «Маршалгенстрой» платежа от 20.04.2020 на сумму 293 159,00 рублей в пользу ИП ФИО8 с назначением: «Погашение задолженности за оказанные услуги. Сумма 293 159-00 без налога (НДС)»;

- сделок, заключенных между ФИО8 и ООО «Маршалгенстрой»;

- соглашений, изменяющих условия сделок, заключенных между ФИО8 из ООО «Маршалгенстрой»;

- акта сверки взаимных расчетов между ФИО8 и ООО «Маршалгенстрой» за весь период сотрудничества.

ФИО8 запрошенные документы не предоставил.

Также временный управляющий должника ФИО7 направлял требование руководителю ООО «Маршалгенстрой» ФИО10 о передаче документов-оснований совершения должником платежа от 20.04.2020 на сумму 293 159,00 рублей в пользу ИП ФИО8 с указанием в назначении платежа «Погашение задолженности за оказанные услуги. Сумма 293 159-00 без налога (НДС)».

Бывший руководитель должника ФИО10 указанные документы не передал ни в рамках процедуры наблюдения, ни после открытия в отношении ООО «Маршалгенстрой» процедуры конкурсного производства.

Ссылаясь на то, что ФИО8, будучи директором должника, является заинтересованным по отношению к должнику лицом, должник на момент совершения оспариваемого платежа отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, какие-либо доказательства оказания ФИО8 услуг ООО «Маршалгенстрой», которые подлежали оплате, отсутствуют, у ФИО8 не имелось оснований для получения денежных средств в размере 293 159,00 рублей от ООО «Маршалгенстрой», в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО7 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой вышеуказанного платежа и применении последствий ее недействительности в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств.

Удовлетворяя заявленные требования, взыскивая с ФИО8 в пользу ООО «Маршалгенстрой» денежные средства в размере 293 159,00 рублей в качестве убытков, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем был выбран неверный способ защиты, принимая во внимание основание заявленных конкурсным управляющим требований - безвозмездное перечисление денежных средств должника в пользу бывшего руководителя, суд квалифицировал заявление конкурсного управляющего как требование о взыскании убытков с бывшего руководителя должника; конкретных доказательств (первичных документов), свидетельствующих о встречном характере произведенных под контролем ФИО8 платежей, представлено не было, заявленные управляющим и кредитором разумные сомнения относительно возможности ссылаться на представленные ответчиком документы как основание для вывода о возникновении обязательств должника перед ФИО8, в погашение которых и были произведены спорные платежи, опровергнуты не были, несмотря на то обстоятельств, что именно ФИО8, являясь участником спорных правоотношений, обладал всей полнотой информации о действительных правоотношениях между данными лицами и имел возможность с достаточной степенью достоверности раскрыть их; факт причинения убытков в результате противоправного (неразумного и недобросовестного) поведения ФИО8, причинно-следственная связь между противоправностью поведения ФИО8 и наступившими убытками, а также их размер являются доказанными.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыв на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Согласно части 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2(2016)», утвержденным  Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016 по смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

Таким образом, суд вправе применить к спорным правоотношениям соответствующие нормы права, даже если сторона на них не ссылалась.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. В соответствии со статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора (абзац второй). По смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (абзац третий).

Таким образом, арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении. 

Как установлено судом из выписки из ЕГРЮЛ ФИО8 в период с 18.04.2020 по 15.01.2021 являлся руководителем должника.

В рассматриваемом случае, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о признании спорных перечислений недействительными, конкурсным управляющим было указано на отсутствие документов, подтверждающих основания перевода денежных средств, цели выдачи и перевода денежных средств и расходование денежных средств в соответствии с целями их предоставления. Заявитель указывал на то, что ФИО8, а также последний руководитель должника не представили документов-оснований совершения ООО «Маршалгенстрой» платежа от 20.04.2020 на сумму 293 159,00 рублей в пользу ИП ФИО8 с назначением: «Погашение задолженности за оказанные услуги. Сумма 293 159-00 без налога (НДС)».

Принимая во внимание, что основанием заявленных конкурсным управляющим требований является безвозмездное перечисление денежных средств должника в пользу бывшего руководителя, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявителем был выбран неверный способ защиты права. 

В связи с изложенным, суд первой инстанции, руководствуясь разъяснениями, приведенными в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», учитывая положения пункта 4 статьи 20.4 и абзаца 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, предоставляющее конкурсному управляющему в рамках дела о банкротстве подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, правомерно квалифицировал заявление конкурсного управляющего в качестве требования о взыскании убытков с бывшего руководителя должника.

С учетом вышеуказанного, доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что имеет место нарушение и неправильное применение судом норм процессуального права (фактическое изменение судом самостоятельно изменил предмет заявления конкурсного управляющего, что является нарушением статьи 49 АПК РФ, а также принципа равноправия сторон; суд должен был рассмотреть заявление о признании платежа недействительной сделкой, и не мог рассматривать заявленные требования, как требования о взыскании убытков, отклоняются. 

Вопреки доводам апеллянта, исходя из оснований и предмета заявленных требований, оснований для рассмотрения заявления конкурсного управляющего в качестве требования о признании сделки недействительной, у суда первой инстанции не имелось.

Согласно положениям абзаца 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

В рассматриваемом случае обстоятельства, с которыми связано  обращение конкурного управляющего должника в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО8 к ответственности в виде взыскания с него убытков, имели место после вступления в законную силу Закона №266-ФЗ.

Следовательно, к данным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени (в части применения норм материального права). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением (пункт 6 статьи 61.10 закона о банкротстве).

В пунктах 3 и 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 №53) указано на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых  вопросах, связанных  с привлечением  контролирующих  должника  лиц  к ответственности при банкротстве», предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Аналогичный подход отражен и в обзоре Верховного Суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713), согласно которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи между бездействием руководителя и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 №39-П также указано, что наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения - общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права. Так, законодательство Российской Федерации о налогах и сборах относит вину, которая может выражаться как в форме умысла, так и в форме неосторожности, к числу обязательных признаков состава налогового правонарушения (статья 110 Налогового кодекса Российской Федерации). 

Следовательно, ответственность установленная Законом о банкротстве в виде взыскания убытков, не является формальным составом, необходимо установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы повлекли действия (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование заявленных требований.

В соответствии с частью 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, обладают правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления.

Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15) (статья 1082 ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об ООО единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указывалось выше, ФИО8 в период с 18.04.2020 по 15.01.2021 являлся руководителем должника, определял финансово-хозяйственную деятельность должника, осуществлял властно-распорядительные полномочия, отвечал за эффективное использование материальных, трудовых и финансовых ресурсов общества, являлся единственным лицом, полномочным распоряжаться денежными средствами на расчетном счете общества, соответственно, являлся лицом, контролирующим деятельность должника. 

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника ссылается на то, что ФИО8, будучи директором должника, является заинтересованным по отношению к должнику лицом, должник на момент совершения оспариваемого платежа отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, какие-либо доказательства оказания ФИО8 услуг ООО «Маршалгенстрой», которые подлежали оплате, отсутствуют, у ФИО8 не имелось оснований для получения денежных средств в размере 293 159,00 рублей (20.04.2020 – в период деятельности ответчика в качестве руководителя должника) от ООО «Маршалгенстрой», в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов.

Согласно пояснениям кредитора ООО «СК «Строй-проект» в поддержку требований конкурсного управляющего должника, оспариваемый платеж не содержит указания на какие-либо реквизиты документов, подтверждающих наличие у ИП ФИО8 оснований получения денежных средств от ООО «Маршалгенстрой». Предоставление ФИО8 пояснений относительно оказанных им услуг не являются надлежащим доказательством наличия оснований для перечисления денежных средств. Из представленных пояснений невозможно установить, какой объем услуг должен был оказать ФИО8, в какие сроки, какова их стоимость. Представленные ФИО8 документы, якобы подтверждающие оказание юридических услуг, никак не подтверждают объем услуг, которые должен был оказать ФИО8, сроки оказания услуг, их стоимость. Из фактических обстоятельств следует, что ФИО8 оказывал данные услуги, действуя в интересах ФИО10, а, следовательно, за счет ФИО10

Более того, в материалы дела не представлено доказательств необходимости и возможности оплаты услуг ответчика в размере, превышающем оплату его труда, и предоставления им обществу услуг, которые не охватывались бы его должностными обязанностями. 

ФИО4 поддерживая заявление конкурсного управляющего, полагает, что ФИО8 осуществлял действия в интересах ООО «Маршалгенстрой» в рамках представления интересов ФИО10, который являлся мажоритарным участником ООО «Маршалгенстрой». Условия сотрудничества между ФИО10 и ФИО8 ФИО4 неизвестны. Между тем, ФИО8 участвовал в реализации проекта по строительству ЖК «Павловский» в интересах ФИО10 и подконтрольных ему юридических лиц не позднее чем с 2014 года. Так, ФИО8 подписал договор аренды земельного участка № 03 от 30.01.2014 и акт приема-передачи к нему от имени ООО ПТК «АРГО» (ИНН 

<

***>), руководителем которого и участником был ФИО10 Договор заключен в отношении земельного участка по адресу: 

<

...>, который в дальнейшем был внесен в уставный капитал ООО «Маршалгенстрой» и на котором под управлением ФИО4 был построен многоквартирный жилой дом. В дальнейшем ФИО8 от имени ФИО10 подписал договор купли-продажи от 29.04.2016 с ООО «ПТК «АРГО» в лице ФИО10 На основании данного договора ООО «ПТК «АРГО» произвело отчуждение 84,5% доли в уставном капитале ООО «Маршалгенстрой» в пользу ФИО10 04.05.2017 ФИО10 выдал ФИО8 доверенность с полномочиями представлять его интересы, как участника ООО «Маршалгенстрой», с долей 79,29591836232128%. Также известно о наличии доверенностей ФИО10, предоставляющих ФИО8 представлять его интересы, как физического лица, с широким кругом полномочий от 17.12.2018 и от 18.03.2019. В рамках реализации проекта ЖК «Павловский» ФИО10 частично отвечал за решение вопросов, связанных с проектной документацией и разрешением на строительство. Именно в рамках данной зоны ответственности ФИО10 и действовал ФИО8 в рамках представленной им переписки. Из вышеизложенного следует, что обязательства по оплате услуг, оказанных ФИО8, возникали у ФИО10 ФИО8 воспользовавшись предоставленными ему полномочиями руководителя ООО «Маршалгенстрой» безосновательно при отсутствии первичных документов перевел себе 293 000,00 рублей.

Из материалов дела следует, что ФИО8, будучи директором должника, перечислил себе, как индивидуальному предпринимателю, с расчетного счета ООО «Маршалгенстрой» денежные средства в размере 293 159,00 рублей.

Факт перечисления денежных средств подтвержден материалами дела и лицами, участвующими в деле, не оспаривается. 

Данные денежные средства должнику ООО «Маршалгенстрой» возвращены не были. 

Как верно отмечено судом первой инстанции, поскольку денежные средства переведены в период исполнения ответчиком обязанностей единоличного исполнительного органа общества, бремя предоставления доказательств существования правовых оснований для совершения соответствующего перевода (гражданско-правовая сделка, трудовой договор, текущие расходы общества под отчет и проч.) относится именно на ответчика.

Согласно пояснениям ФИО8, спорные перечисления производились в счет оплаты юридических услуг, оказанных ответчиком должнику в период с 2017 по 2018 годы. ФИО8 осуществил подготовку и сдачу отчетности ООО «Маршалгенстрой», как застройщика многоквартирного жилого дома «1-секционный 12-этажный многоквартирный жилой дом» по адресу 

<

...>, в отдел Государственного контроля (надзора) в области долевого строительства Департамента государственного жилищного и строительного надзора Свердловской области за 4 квартал 2016 г., 1 квартал 2017 г. и 2 квартал 2017 г. Данный факт подтверждается перепиской по электронной почте между ФИО8 (terentyevdm@mail.ru) и ООО «Маршалгенстрой» (shtern66@mail.ru), сопроводительным письмом от ООО «Маршалгенстрой» от 31.03.2017 о сдаче отчетности, а также доверенностью от 30.03.2017, выданной от общества для представления интересов в Департаменте государственного жилищного и строительного надзора Свердловской области. ФИО8 были подготовлены и сданы 22.12.2017 в Департамент Государственного жилищного и строительного надзора Свердловской области пояснения по вопросу переноса сроков сдачи объекта, подготовлены документы для страховой компании о продлении срока страхования, что подтверждается также указанной перепиской по электронной почте и пояснениями по вопросу переноса сроков сдачи объекта от ООО «Маршалгенстрой» с отметкой о получении Департамента ГЖиСН СО. 

Как пояснил ФИО8, он осуществлял представление интересов ООО «Маршалгенстрой» в Сысертской межрайонной прокуратуре в рамках проведения проверки исполнения Застройщиком законодательства об участии в долевом строительстве. В рамках представления интересов общества ФИО8 готовил и предоставлял необходимые документы для проведения проверки, являлся в органы прокуратуры для дачи пояснений.

В подтверждение данного факта ответчик ссылается на сопроводительное письмо общества от 02.10.2017 с отметкой Сысертской межрайонной прокуратуры, представление Сысертской межрайонной прокуратуры от 28.03.2018 №1-34в2017 об устранении нарушений, ответ на запрос от общества от 22.06.2018, переписку по электронной почте между ФИО8 (terentyevdm@mail.ru) и ООО «Маршалгенстрой» (shtern66@mail.ru) о подготовке документов и обеспечении явки в прокуратуру, доверенность, выданную для представления интересов общества в органах Прокуратуры. 

Кроме того, ФИО8 указывает, что осуществлял подготовку договора и взаимодействие с контрагентом ООО «Риэлторская компания «Кристалл» для оказания услуг отдела продаж. Фактически ФИО8 разрабатывал данный договор на оказание услуг отдела продаж с ООО «Риэлторская компания «Кристалл», вносил правки в указанный договор и согласовывал его с контрагентом, вел переговоры. Указанное подтверждается перепиской по электронной почте между ФИО8 (terentyevdm@mail.ru) и руководителем контрагента ФИО11 (deminaoa@yandex.ru), проектом договора оказания услуг отдела продаж с правками и замечаниями.

Ответчик пояснил, что общая стоимость оказанных выше услуг ФИО8 составила 313 159,00 рублей, данная стоимость складывается из оказанных услуг по представительству, подготовке документов, понесенных ФИО8 транспортных и почтовых расходов для проведения переговоров, обеспечения явки в соответствующие органы и направления необходимых документов. Частичная оплата оказанных услуг была произведена 24.11.2017, что подтверждается платежным поручением №189 на 20 000,00 рублей (назначение платежа по счету за юридические услуги), вместе с тем, оплата оставшейся стоимости услуг не производилась. В связи с чем, 20.04.2020 была произведена выплата ООО «Маршалгенстрой» остальной стоимости оказанных юридических услуг в размере 293 159,00 рублей. Соглашение об оказании юридических услуг сторонами подписано не было, выставленные ФИО8 счета по факту оказания юридических услуг также не найдены, иные первичные документы по задолженности, подлежащие хранению в ООО «Маршалгенстрой», также отсутствовали, в силу корпоративного конфликта с ФИО4 Вместе с тем, в подтверждение указанной стоимости юридических услуг за период с 2017 года по 2018 год имеется переписка между ФИО8 (terentyevdm@mail.ru) и главным бухгалтером ООО «Маршалгенстрой» (shtern66@mail.ru) ФИО9., которая запрашивает у ФИО8 акт на оказанные услуги на сумму 313 159,00 рублей. Факт того, что ФИО9. являлась главным бухгалтером ООО «Маршалгенстрой», подтверждается решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.09.2020 по делу №А60-66081/2019.

Также ответчиком в материалы дела представлена примерная калькуляция стоимости оказанных услуг.

Вместе с тем, первичные документы, подтверждающие факт заключения и исполнения договора (соглашения) об оказании юридических услуг должнику в указанный период времени, в материалы дела не представлены.

Сама по себе переписка по электронной почте с должником при наличии иных отношений по представлению интересов участника должника, не может быть отнесена к таким доказательствам.

При этом, исходя из пояснений ФИО8, не представляется возможным установить объем услуг, которые должен был оказать ФИО8, сроки оказания услуг, а также их стоимость.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности факта оказания ФИО8 услуг должнику в период с 2017 по 2018 годы.

Кроме того, как верно отмечено судом, само по себе осуществление оплаты услуг в 2020 году по истечении значительного периода времени после их оказания (2017, 2018 годы), после назначения на должность директора должника, при отсутствии в течение указанного периода между сторонами договора обычного в таких случаях документального оформления хозяйственных операций, подтверждающего факт оказания услуг, их объем, является нетипичным для общепринятых условий делового оборота, в связи с чем, вызывает обоснованные сомнения в наличии у данной финансовой операции реального экономического содержания.

В результате совершения указанных действий заинтересованного лица ФИО8 из состава имущества должника выбыло ликвидное имущество, а именно денежные средства, что, в свою очередь, лишило кредиторов должника возможности получить удовлетворение своих требований за счет данного имущества должника.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание, что конкретных доказательств (первичных документов), свидетельствующих о встречном характере произведенных под контролем ФИО8 платежей представлены не были, заявленные управляющим и кредитором разумные сомнения относительно возможности ссылаться на представленные ответчиком документы как основание для вывода о возникновении обязательств должника перед ФИО8, в погашение которых и были произведены спорные платежи, опровергнуты не были, несмотря на то обстоятельств, что именно ФИО8, являясь участником спорных правоотношений, обладал всей полнотой информации о действительных правоотношениях между данными лицами и имел возможность с достаточной степенью достоверности раскрыть их, суд первой инстанции пришел к законному и обоснованному выводу о доказанности причинения бывшим руководителем должника ФИО8 убытков должнику на сумму 293 159,00 рублей, наличии причинно-следственной связи между его противоправными действиями (бездействием)  и наступившими последствиями, причинением вреда должнику.

Поскольку совокупность условий, необходимых для привлечения ФИО8 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков доказана, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные конкурсным управляющим должника требования о взыскании с ФИО8  убытков в размере 293 159,00 рублей. 

Исходя их совокупности установленных обстоятельств дела, представленных доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что судом первой инстанции надлежащая правовая оценка действиям ФИО8

Доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, заявителем жалобы не представлено и судом не установлено. 

Выводы суда основаны на правильном понимании и толковании норм материального и процессуального права о распределении бремени доказывания. Доводы же апеллянта по существу сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, повторяют доводы возражений на заявленные требования. В связи с чем, для переоценки указанных доказательств оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими изменение обжалуемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении жалобы надлежит отказать.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 июня 2023 года по делу №А60-1190/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

Т.С. Нилогова